Любить и не жаловаться!

- Так вот, Джордан, далее простая математика. Я очень хорошо тебя изучила. Девушки и принципы – это для тебя ничто. Ты спокойно можешь поступиться и тем, и другим. Зато есть одна вещь, очень важная для тебя. - Смеющийся взгляд, искоса брошенный гриффиндорцу. - Это дружба. Общие изобретения с этими Уизли, общие интересы…Такое чувство, будто ты стал их плохой копией. Ты не видишь никого, кроме них! Но люди изменчивы, так что стоило приобрести запасные варианты. С тем, что у Джорджа появилась пассия, ты еще был готов мириться, ведь с тобой оставался Фред. Но вот незадача: он вдруг влюбился, да в кого?! В твою бывшую девушку – м-м, как досадно! – одна половина моего лица выражала откровенный ужас, а вторая искренне сочувствовала бедняжке. – Какое непередаваемое выражение возникло на твоей физиономии, когда ты узнал об этом! Ты был так предан своим друзьям, а они на тебя наплевали.       Как же давно я заготовила эту речь! У меня было достаточно времени в запасе, чтобы выбрать лучший вариант. - Фред обязательно узнает, какая ты… - Джордан стиснул зубы, пытаясь придумать емкое определение, обозначающее всю мою ужасающую подлость, коварство, и, вне всякого сомнения, полнейшую испорченность. - От кого же он узнает? Может быть, ты его просветишь? – я изобразила ироничное удивление. – Этот влюбленный дурачок с радостью ловит всю лапшу, которую я вешаю ему на уши, - меня аж саму покоробило от таких слов, но я приказала себе не пасовать. Жестче, Джессика, ну что ты как мямля? - Скорее, Волдеморт сам уляжется в гробик и присыплется землицей, чем Фред разуверится в моей честности. - Что же с тобой случилось? – потрясенно воскликнул Ли. – Год назад я знал совершенно другого человека: мягкую, искреннюю, чуть-чуть наивную… - Вот именно: наивную! Чем ты прекрасно пользовался. Я была глупая, доверчивая, не умела жить по-человечески, и… - По-человечески?! Вот это, - он указал на меня рукой, - ты называешь по-человечески? - Не тебе меня судить! - Знаешь что, рыбка моя? Будем общаться меньше – пожалуйста. Но как были друзьями, так ими и останемся, - с уверенностью заявил Ли.       Я улыбнулась. - Любовь такая интересная штука, Джордан. Она помогает закрыть глаза на правду. Она – лучшее поле для внушения. Ты внушил мне, что любишь. Теперь я внушу Фреду, что ты сволочь. Точнее, даже не внушу. Просто покажу твое истинное лицо. - Ты не посмеешь, - и как у него зубы не повыпадали от таких сжиманий? - Еще как посмею. Заодно придумаю и расскажу остальным в замке чего-нибудь для разнообразия! И вот тогда, - я подошла к гриффиндорцу впритык, - когда все в Хогвартсе станут тебя сторониться, когда даже лучшие друзья с презрением от тебя отвернутся, тогда ты останешься один. Кто же из нас победил? - Какая же ты все-таки тварь! – с чувством выдохнул Джордан. - Я? После всего, что я из-за тебя пережила, даже не пытайся строить из себя жертву.       Я все сказала и была полностью удовлетворена. Теперь самое время удалиться, что я и поспешила сделать, потому как единственно когда Ли и мог мне что-то сделать, так это сейчас.       Чем он и не преминул воспользоваться.