Купить супруга

POV Рихард:       Утро было не совсем приятным. Меня все устраивало до того, как я открыл глаза. Давно полноценно не спал с кем-то, но утром я увидел своего мужа. Нельзя сказать, что он сильно красивый, но и не урод. Один раз, выпив, можно переспать, а там… Поднимаюсь на кровати и смотрю на валяющегося рядом парня. — Где дети? — смотрю на часы и на то, что он все еще в одежде, которую я вчера дал. — Уже накормленные в саду, — парень потянулся немного и посмотрел на меня. — Ты сам все сделал? — приподнимаюсь, смотря на него. — Твои родители приходили. Кто-то мне и не сказал как малышей зовут. — Ну, уже познакомились? — надеваю штаны и футболку. — Как у такого хама родились такие милые дети? Да, со всеми тремя. Я тебе попытался приготовить там завтрак, — он тоже поднялся. — Выполняешь единственную свою роль на эти два года? Кстати, я еще не хамил, — ухмыляюсь.       Его недовольное лицо раздражало меня. Он стоял у кухонного стола и смотрел не меня с очень недовольным лицом. После пресного завтрака я собрался на работу, посматривая на это недовольное лицо. — Вечером приеду, скорее всего, со своим парнем. Бежать нет смысла, отцу заниматься нечем, так что наверняка ведется слежение. В целом, думаю пока тебе ничего не надо, так что отдыхай до вечера. — Хорошо. Я буду тут сидеть, — он стоял рядом пока я обувался. — Детей забери, муженек, они теперь и твои, — смотрю на него с ухмылкой. — Вот еще, сам натрахал, сам и следи за ними, — он скрестил руки на груди. — Вот как ты заговорил? — подхожу к тебе, прижимаю к себе, ты пытаешься отодвинуться, но я целую тебя, покусывая губы. — Тебе же противно? Ну так вот, если не заберешь я тебе ребеночка натрахаю, — беру ключи от машины, целую его еще раз и ухожу.       В офисе меня ждал не только мой прекрасный мальчик, но и отец, сидящий рядом с ним. Омега стоял как пес на цепи рядом с отцом, но вид был не угрожающий, а печальный, словно слуга наказанный и провинившийся. — Тебе надо уволить его, — сразу заявил он мне с порога, даже не здороваясь. — Уволить его? С чего это? Он отличный работник, — подхожу к своему столу и скидываю папку. — Ну, ты-то теперь в браке, муж есть и дети, — ко мне подходит отец и хлопает по плечу.       Я с ненавистью смотрел на отца, а потом отвел взгляд и увидел грустного секретаря, который сжимал в руках салфетку. — Брак? То, что ты мне подсунул невинного парня, который этого не хочет, это считается браком? — смотрю с ухмылкой на отца. — У тебя есть внуки, сделаю еще, если понадобится, но не с этим парнем. А Эрика я не уволю. Это моя фирма, отец, ты полностью передал ее мне, — поджимаю губы, подхожу к Эрику и сажусь рядом, обняв. — Вечером приедем к вам. И если бы ты читал договор, то понял, что до рождения наследника ты частичный хозяин. Так что, посмотрим еще, сынок, не тратил бы ты свое семя на кого попало. — Уходи-уходи, вот теперь иди и следи за этим парнем, а я буду работать, — провожаю отца и запираю дверь. — У тебя теперь есть муж? — подходишь ко мне, упираешься головой в плечо. — Кто-то плакал, — вытираю ему щеку большим пальцем и целую в губы, обнимая. — Ничего страшного, — улыбаешься, целуя мою руку. — Это он сделал? — смотрю на синяк на горле. — Я просто ему сказал, что ты будешь только моим. Что люблю тебя, а он утверждал, что таким как мне, поношенным омегам, не место в этом мире. Слово за слово и мы немного повздорили. Ничего страшного, он ведь прав. Хотя есть у нас и те, кто думает иначе. Знаешь, я ведь любил того парня, мы с ним не смогли удержаться, решили поиграть, мне было 17 лет. Родители его не были против, у нас и заявление было уже подано, все было хорошо. А потом мы были в клубе, какие-то парни пытались избить омегу, он вступился, а у альф было оружие. Они выстрелили ему в спину… Прошло 6 лет уже, а я думаю о том дне. Знаешь, нельзя никому помогать, у каждого своя жизнь. У тебя вот уже муж есть, осталось сделать еще одного малыша-альфу и все, а дальше жить, растить малышей и получать от жизни удовольствие. — Малыши? Ты знаешь мое отношение к омегам? — Конечно знаю, — отходишь и берешь папки со стола. — А вот ты и мои дети особенные, — целую и хлопаю по попе, чтобы взбодрить. — Давай работать, а вечером ко мне поедем, точнее пораньше, пошалим, — улыбаюсь, смотря на него. — Сейчас принесу тебе кофе, — целуешь меня в щеку и уходишь к себе.       Весь день прошел как надо, мы заключили хороший контракт, в большей части благодаря Эрику. После этого заседания я повел его в ресторан, где мы наелись, взяли с собой шампанского и поехали ко мне. Отец все равно должен приехать позднее. Мы пришли ко мне домой, мальчишки сразу побежали к Эрику, он отдал им подарки, поговорил с ними, поиграл немного и пошел ко мне. — Михаэль, идите, погуляйте во двор, не зря же мы купили такие прекрасные игрушки. Там тепло и хорошо, — обнимаю Эрика и увожу в спальню. Мальчики сразу побежали, за ними пошел и мой муженек.       Мы поднялись наверх, заперлись на всякий случай, выпили немного шампанского и занялись любовью. Мы достаточно редко делаем это здесь, но тут приятнее всего. Мне нравится смотреть на его голое расслабленное тело. Он всегда после секса такой и милый, и эротичный одновременно. Валяешься, растрепанные волосы разметались по подушке. Глубоко дышишь, улыбаешься, прижимаешься ко мне. Но в этой улыбке не просто счастье от удовольствия, но еще и этот страстный огонек. Ты преображаешься, становишься коварным, будучи здесь.       В этот раз мы долго не задерживались, и я отправил его на такси домой, чтобы отец не начал разводить скандал. Как раз когда я провожал секретаря детки зашли в дом. Они попрощались с их любимым омегой и побежали кушать пиццу. Мы с Михаэлем тоже взяли куски себе на тарелку и сели на диван. — Я тебе соболезную, — смотришь на меня. — Соболезнуешь? Чему? Он опять наследил? — смотрю на свое тело. — Твоя подстилка, которая даже не любовник тебе, намного красивее и лучше твоего мужа. Почему ты не с ним? Многие хотели бы выглядеть так же. — В нем нет ничего такого красивого. Стройное тело, постоянно в офисном ходит, рубашка и брюки, убранные назад волосы. — И большие синие глаза, — доедаешь кусок, смотря на меня. — Я бы хотел так выглядеть, как и многие. Он еще и высокий такой. — Зачем тебе так выглядеть, если ты какой-то ненормальный и альф не можешь любить? Это какое-то новое модное течение, когда омеги с омегами? — Нет. Я нормальный. А выглядеть хорошо и для себя нужно. Он с тебя ростом почти. Мои братья за такого бы боролись. — Мой дорогой муженек завидует моему секретарю? — непонимающе смотрю на него. — Не всем, только внешностью. Не хотел бы я так, чтобы ты любил, а тебя использовали. Я пойду, детей спать уложу, они у тебя милые, но меня не слушаются почти. — Нам надо два года продержаться и брак можно будет разорвать, а пока надо подумать, как решить эту проблему. И спать рано еще, отец вон уже подъехал, — подхожу, открываю дверь. — Здравствуй папа. — Ага, привет. Я тут поживу у вас, проконтролирую процесс, — отец кинул сумку на пол. — Что? Да вы что, все с ума сошли?! Совершенно больные и дикие люди, — за моей спиной раздался возмущенный крик муженька. — Ты вообще здесь больше раб, чем человек, и уж тем более личность, — крикнул ему в ответ отец. — Сегодня чтобы начали внука делать. — Отец, даже для меня дико заниматься сексом при людях, не участвующих в этом, — закрываю дверь и беру его сумку. — А я в соседней комнате побуду, — садишься за стол. — А кто вам сказал, что я согласен? — Михаэль подошел к нам. — А ты не можешь быть против, — отец подошел к нему и что-то вколол в попу.       Михаэль отошел, ударив того, и посмотрел на меня и схватился за место укола. — Пусть он меня не трогает! Пусть он уходит! — отходишь назад, замираешь, опуская голову. — Что там было? Что ты мне вколол?! — у него началась истерика.       Я посмотрел на омегу и почувствовал, что он начинает сильно пахнуть. Я встал, чтобы подойти к нему и увести куда-нибудь. — Отец, зачем ты это сделал? — поворачиваюсь и смотрю на него. — Стой, не подходи ко мне, — поднимаешься по лестнице, я иду следом, ты закрываешься в ванной комнате. — Не трогай меня, как вы могли так поступить со мной? — он заплакал, я слышал его всхлипывания. — Я схожу в аптеку, куплю что-нибудь от этого, — отхожу от двери. — Нет, не надо, не оставляй меня с ним. — Ты за дверью, я быстро, буквально пять минут, — я слышал, как дрожит его голос. — Быстрее, пожалуйста, — он тихо попросил, я чувствовал его страх.       Я взял деньги и ушел на улицу, старался идти как можно быстрее. На машине не поехал. Во-первых, мою подпер отец, а во-вторых, дольше заводить и обруливать. Как назло в аптеке появилась небольшая очередь.       Взяв несколько препаратов, я пошел домой, зашел в дом, отца в зале уже не было. Я побежал наверх, увидел как отец, уже выломав дверь, схватил Михаэля. — Если ты не сделаешь моему сыну ребенка, я тебя убью. Ты никому не нужен и папочка, и братья не помогут, — он говорил это, держа его за горло. — Отпусти его! — я оттолкнул отца и схватил своего муженька. — Идите и делайте мне внука! — покрасневший от злости, произносишь ты, глядя на нас. — Нет, можешь меня убить, если так хочешь. Ты поступаешь неправильно. Мы совсем еще не знаем друг друга, а ты нас в постель тащишь, — стою перед Михаэлем и чувствую его запах, он всхлипывает стоя за спиной, он сжимал у меня на спине рубашку, дрожа от страха. — Идем, — провожу его в комнату, достаю таблетки и воду. — Пей, должно помочь, — отхожу подальше и закрываю нос.       Выпиваешь таблетки, минут через пять запах прекращается. Пока я курил у окна, то думал, о том, почему у меня сразу сработал инстинкт защитить тебя. — Большое спасибо, — подходишь, обнимаешь меня. — Снимай шмотки и в стирку, — улыбаюсь. — Прости, сегодня лучше тебе со мной поспать, я на полу себе постелю, так что не переживай, просто я не думаю, что будет хорошо оставить тебя в свободном доступе к отцу.       Он переоделся, и мы ушли в спальню. Я постелил себе на полу, Михаэля оставил на кровати. Мы долго валялись, глядя в потолок, дверь я запер и подпер. Утром должен прийти нянька, отец не будет при нем позориться. — Рихард, может, все же ляжешь на кровать? Она же такая большая. Я настолько противен тебе? — свисаешь с кровати, смотря на меня. — Мне и тут хорошо. Я не хочу мешать тебе. — Пожалуйста, а вдруг он все же зайдет. Все лучше будет, если он нас в одной кровати увидит. — Ну ладно, ладно, — поднимаюсь и залажу на кровать, — но ночью я люблю складывать на всех ноги и руки. — Ничего страшного, — выключаешь ночник, — спасибо за сегодня, сладких снов, — улыбаешься, смотря на меня.