Он рядом

— Ну, здравствуй, — приветствует меня сероволосый, улыбнувшись. — Привет, — отвечаю я. — Не устал меня ждать? — Ты быстро пришел. Думал, будешь медленнее, — разворачивается и куда-то идет. Следую за парнем, так и не сказав ему ничего в ответ. Уже подходим к знакомой машине, и Адам открывает дверь мне, с улыбкой сажусь и жду его, пока тот обойдет автомобиль и усядется на свое место. — Куда мы? — спрашиваю у него, когда уже едим по автостраде. — Ко мне, — отвечает тут же он. Я не думал о другом месте. Усаживаюсь поудобнее и смотрю в окно. Изредка ловлю на себе взгляд Адама. Как только поворачиваю голову на него, он отводит взгляд на дорогу. «Надо бы поговорить с ним об этом. Об этом случае. Хотя что говорить? Ему нужен мой ответ, и я отвечу». Минут через десять (и все эти десять минут мы молчим) мой телефон в кармане штанов издает звук, и сразу вытаскиваю его из кармана.

Паша: «Ты с Адамом?» Кирилл: «Да». Паша: «Передай ему, что тронет тебя – я убью его». Кирилл: «Я сам не дамся!» Паша: «Передай, сказал!»

— Адам, тут Паша… — Я обещаю, что не трону тебя, сладкий. — выдыхает Адам, не сводя взгляда с дороги. — Хорошо.

Кирилл: «Передал. Адам обещает меня не трогать. Он назвал меня сладким, но это не столь важно» Паша: «Ты и правда сладкий». Кирилл: «Чего?» Паша: «Не столь важно) Удачи. К десяти чтобы был дома». Кирилл: «Обязательно буду. Пока».

Сую обратно телефон в карман, где и находится нож. Приходится вытащить его, запихнуть телефон, а следом и нож. — Ты берешь его с собой в школу? — спрашивает Адам, все же заметив металлический блеск лезвия, успевший отразиться в салоне. Обратив внимание на парня, киваю молча. Оказывается, он наблюдал за мной, пока я пихал его в карман. — Тебя никто не трогал в школе? — Ты про Леона? Нет, не трогал, — отвечаю тихо, отвожу взгляд в окно. В глазах так и мелькает лицо Трис, и из-за золотисто-русых волос не удается посмотреть, как голубые глаза с буро-желтым обрамлением постепенно накапливают в себе черноту. Я должен завтра увидеть ее и поговорить. И с Линой поговорить об этой девчонке. Не я один видел ее. Лина не просто так выбегала оттуда. В ту секунду, когда она выбегала, ее глаза встретились с моими, и в них, как вспышка в камере, засверкал страх и ужас… — Кира-а-а. Тряхнув головой, смотрю в сторону, откуда и раздался голос Адама. Сероволосый уже вышел из машины и, склонившись, смотрит на меня, открыв дверцу. — Извини, задумался, — выдаю в ответ. Встретившись с недоуменным взглядом серых глаз, отвожу свои и выхожу из машины. Плетусь за Адамом к двери домофона, поднимаюсь по лестнице и взглядом слежу за тем, как рука Адама приближается к кнопке вызова лифта, и пальцы несколько раз надавливают на нее, кажется, с такой силой, что кнопка готова застрять в стене, а цвет плоти под ногтями меняется с бледно-розового на белый. Он волнуется, про это думаю я до того самого момента, когда лифт останавливается, и мы оказываемся на нужном этаже. Руки просто так не трясутся. Трясутся от ярости, или это паркинсонизм*. — Рюкзак можешь оставить здесь или… где пожелаешь, — улыбается мне он, пока снимает пиджак. Быстро разувшись, прохожу в зал, забывая о рюкзаке, оставшемся валяться на полу в коридоре. Усаживаюсь на диван и запрокидываю голову назад, откинувшись на спинку дивана. Краем глаза вижу промелькнувшую фигуру Адама в дверном проеме. Не забочусь, зачем он туда ушел. Закрываю глаза и сразу вспоминаю. «Нужно, когда приду домой, позвонить Артуру» — говорю себе. «Как бы не забыть». Пока во всей квартире царит тишина, я оглядываюсь, заострив свое внимание на панорамном окне, но меня отвлекает неожиданный голос. — «Кирилл». — «Опять пугаешь!» — «Извиняюсь, знаю, неожиданно». — «Чего ты хотел?» — «Нож с собой?» — «В кармане». — «Умница. Я хотел спросить у тебя: А ты не желаешь узнать про Адама немного больше?» — «Думаешь, он скажет?» — «Нет, я знаю, что он не скажет. Но в последнее время я чувствую прилив сил и готов заверить тебя в том, что ты и я способны увидеть некоторые детали…» — Кирилл! — раздается в комнате, и вздрагиваю. — Да, Адам? — оглядываю его, стоявшего не в таком уже официальном виде, как был. — Кофе, чай? — Нет. Не желаю. — Пообедать не хочешь? — Есть совсем не хочется. — Ну, хорошо. Парень исчезает, а я укладываюсь на диван. — «Продолжай, Саш». — «Дотронувшись до человека, я способен видеть его прошлое. А точнее – то, что не оставляет его разум в покое». — «Мне от этого какой прок?» — «Я способен передавать информацию тебе». — «Словами?» — «Картинами в деталях». — «М-м, хорошее предложение, но ты такое умел раньше. Не помнишь?» — «Помню, но теперь я спрашиваю, стоит ли показывать тебе?» — «Покажи». — «Договорились». Вздыхаю и со скуки разглядываю потолок, только долго это не продолжается. С ароматом кофе в зал входит Адам. — Устал так? — спрашивает он, рассматривая лежащего меня. — Угу, — отвечаю ему и улыбаюсь в ответ. Адам спокойно поднимает мои ноги и садится на диван, положив их себе на колени. Он смотрит на меня, лишь ухмыляется. А я чувствую на себе его пожирающий мое тело взгляд. Судя по его улыбке, ему нравится вот так смотреть на меня, не скрывая своей радости или восхищения. По телу пробегает дрожь, когда Адам не спеша проводит рукой по моим ногам. Взглядом следит за своей рукой, но остановив руку на колене, глазами скользит по моему телу и, встретившись с моим взглядом, замирает, пальцами сжимает сильнее колено. Непроизвольно напрягаюсь, вглядываясь в серые глаза, в которых сейчас не понять, что за эмоция скрывается. «Думаю, пора. Он ждет чего-то от меня, а я жду этого разговора от него». — Адам, нам нужно поговорить, — с выдохом говорю ему я. — Полностью согласен, — одобрительно кивает мне, и быстрым движением руки мои ноги лежат снова на диване, а он на краю дивана. Он еще ближе. Совсем-совсем близко. Даже комок к горлу подступил от волнения. — Ты, конечно же, помнишь, что вчера написал мне… И я не готов был ответить. Это было глупо, пойми меня. Глупо об этом писать, имея возможность сказать мне в глаза. Но ты… — Я люблю тебя. — Стой. Что? — Я люблю тебя, Кира. Я сказал, вот, имел же возможность сказать тебе это в глаза. — М-м, я… Ты мне тоже нравишься. — Нравлюсь? — парень резко поддается вперед. Расположив руки по обе стороны от моего тела, упирается в диван. Приближается ко мне настолько близко, насколько это возможно. — Я каждую секунду радуюсь, что имею возможность дотронуться до тебя и увидеть улыбку на твоих губах. А я тебе просто нравлюсь, так? — рычит мне прямо в губы, злобно глядя в глаза. — Адам, — перебиваю парня, собирающегося уже что-то добавить. — Послушай меня. — Просто нравлюсь, да? Просто? Может, скажешь еще, как друг? — Адам! — повышаю голос. — Ты издеваешься надо мной, мелкий? То улыбаешься в ответ и строишь милые глазки, то… Не сдержавшись, нахожу лишь один скромный способ заткнуть его. Схватив парня за подбородок, резким движением притягиваю к себе, впившись в его губы. А он ничего не может сначала сделать, кроме того, как замычать от удивления и скользнуть пальцами по моей руке и коснуться щеки. Только потом, среагировав, он поддается вперед, углубив поцелуй, без стеснения языком проскальзывая в мой рот. Замешкавшись, сплетаюсь своим языком с его, причмокивая. Парень отрывается от моих губ. — Ты бы мог сразу сделать это, чтобы я не орал на тебя, — шепчет в губы, горячо выдыхая ртом. — А ты бы, прежде чем орать, выслушал меня, — хихикаю, и Адам вновь накрывает мои губы своими. Сжимаю пальцами его, и что-то пульсирует. Прямо у меня в ладони. И не перестает пульсировать, дойдя уже до плеча. И пропадает… Замечаю, что окружающие нас звуки, в том числе и мелодия его телефона, и голос из телевизора притихают. Хочу оттолкнуть парня, когда понимаю, что в глазах темнеет, и тело мое становится слабее. Неоновые и красные огни мелькают в глазах. Я даже не чувствую его губ, целующих меня. *— Ты врал мне, да?... — тонкие губы шепчут это, и эхом отдается по огромному заброшенному зданию. — Да, — отвечаю голосом Адама. — Я знал! — выкрикивает парень, и перед тем, как он разворачивается спиной, в его глазах читается ярость. Парень с пола хватает брусок и уже замахивается. Уворачиваюсь от удара, и в руке появляется нож. Дыша глубоко и замерев на месте, блондин, стоящий передо мной, горбится от веса броска в его руках. Не медля, проделываю замах рукой с ножом и… темнота. Темнота исчезает. В висках пульсирует, и от каждого выдоха и вдоха сердце колит и готово вот-вот выпрыгнуть из груди. Смотрю на свои руки, на которых кровь, и от ладони она стекает к локтям. Вытираю их о штаны, и липкая жидкость не собирается просто так оттираться от рук. Развалившись на полу в луже собственной крови, лежит какой-то парень, свернувшись калачиком. В глазах затаились тихий ужас и реакция, которая не удосужилась быть защитной. В руке огромный брусок и клочок бумаги, уже тонущий в густой крови Я не испуган. Мне не противно, потому что это все ненастоящее, этот труп не моих рук дело. Наклоняюсь к трупу и чувствую терпкий аромат крови, который с каждым вдохом становится еще слаще. Беру клочок бумаги и приходится макнуть пальцы в кровь. Еще теплая. И сквозь красную краску виднеются слова:

«Там, где и виделись последний раз. В 22.00. Не опоздай».

На шее красная полоса, и разъединившиеся ткани на шее подобны второму рту, из которого струйкой стекает кровь. Белая футболка на парне в центре живота уже впитала в себе кровь, образовав алое пятно. — Прости… — с выдохом шепчу я, — Не убей бы тебя я, убил бы меня ты. Пальцы руки уже не сжимают ручку ножа, с грохотом он падает на бетонный пол. И тишина. Тишина… * Раскрываю глаза, вдыхая полной грудью. Адам нежно целует кожу моей шеи, не отвлекаясь ни на что. Я видел то, что мучает его… Что давным-давно мучает его и не оставляет в покое. — Адам, Адам, — зову шепотом парня, и он мычит, не прекращая целовать. — Адам. Посмотри на меня! — приказываю ему. — Что такое? — недовольно отзывается парень, наконец-то прервавшись. — М-м, я… «Я хотел спросить у него, зачем он убил какого-то блондина?» — спрашиваю у себя, смотря в его глаза. — Ну? Что-о? — настоятельно спросил он. — Я хочу кофе, — запнувшись в начале разговора, сказал я. И Адам с легкой улыбкой сразу встал и, пообещав, что он быстро, пошел на кухню.

***

— Артур, он настоящий… Он становится настоящим! Он уже настоящий! — взмахиваю руками. В наушниках слышу какой-то шум, и на экране на белоснежном лице в свете лампы его губы растягиваются в улыбке. — Я предполагал это. Не удивлен. Он будет рядом… — выдыхает, прошептав, — Вечно рядом. — В общем, я еще кое-что хочу рассказать. Сегодня в классе. Девочка. Познакомился с ней, и она… Она не такая. — Как понять это? — опирается локтями о поверхность стола, и пальцем поддевает завивший локон. — Мы шли в столовую. Я и моя подруга - Лина. Вдруг ее начали толкать, вскоре она вообще ушла. Я не увидел лица той девушки, только заметил волосы русые. И Лина, и русая эта ушли. — И-и? — протягивает он, изогнув бровь и наконец откинув локон светлых волос назад. — И после этого я уже сижу в столовой, как вдруг раздаются грохоты, и мои одноклассницы говорят, что этот грохот из-за Лины и Трис. Трис – эта та русоволосая. Возле кабинета, за дверью которого скрылась Лина, собралась куча людей. И я решился открыть дверь, потому что такие грохоты казались мне просто необычными. — Нас тянет на неприятности, — задумчиво выдает Артур, ухмыльнувшись, и слегка склоняет голову в бок. — Согласен с этим, — отвечаю на его слова и продолжаю — Так вот. Я не успел открыть дверь, как вдруг из него выбегает Лина, сбив меня. За нею оказалась та самая русоволосая… — замешкавшись, прекращаю что-либо говорить. Вновь ее черные глаза мелькают передо мной. И в наушниках голос Артура («Эй! Кира!») приводит меня в сознание. — Глаза у нее черные. Не как у человека. Русые волосы глаза скрывали, и изо рта кровь текла. — Она напала на Лину? Лину ударила Она? — Да, у нее полоса у уголка рта, будто ножом задели. Артур молчит, но после упирается ладонью в стол и отодвигается, задумчиво глядя на меня. — Это не нож. — качает головой, — То, что задело уголок рта. Не нож… — повторяет он. — Что… «…же это тогда?» — не успеваю договорить это, как неожиданно что-то по ту сторону экрана начинает шуметь. Сначала стуки, после чего шум, как неполадки сети или с микрофоном что-то не так. — Черт! — выдает Артур и начинает метаться на стуле из стороны в сторону. — Что? Что такое? — Слушай. Я не могу с тобой говорить сейчас! — кажется, сквозь этот шум, Артур кричит, пытается перекричать эти звуки. — Почему?! Я не договорил! — повышаю тон, и видно, что я недоволен. Нахмурив брови, я смотрю на него. — Прости, Кирилл. Прости меня. Думаю, я обязан приехать к тебе, но обсудим это позже! — Когда? Позже – это когда? — Завтра утром или вечером! Пока! — Стой! Я… Я же не смогу утром. Как? В школу же. Но он, не дослушав меня, отключается, и я остаюсь наедине с черным экраном, сбоку которого диалог:

Кирилл: «Нам нужно срочно поговорить! Звони мне!» Артур: «Я соскучился по тебе и ла-ла. Но ладно-ладно. Звоню о.о»

Смирившись со слегка некультурным и резким уходом, проверяю записи в школьном сообществе. Одно и то же. Выключаю ноутбук и ложусь на кровать, прокручивая те предложения в голове, которые должен был услышать от меня Артур. Еще долго не могу заснуть…