Соперница

      В спальне было еще тихо, только потрескивала печка в центре комнаты. Эмили открыла глаза, повернулась на бок и дотянулась до стоявшего на тумбочке будильника — обычного механического, который она привезла с собой. Оказалось, до звонка еще восемь минут. Эмили тяжело опустила голову на вытянутую руку, но больше спать не хотелось: слишком велико возбуждение перед первым учебным днем.       Эмили встала с постели, выключила будильник и принялась надевать школьную форму. С галстуком она не смогла справиться самостоятельно, хотя сотни раз видела, как тетя помогала дяде собираться на работу, так что просто отправилась вниз к умывальникам, оставив его и мантию на кровати.       — Доброе утро! Расписание появилось на доске. Сумку сразу соберите на весь день, если боитесь застрять перед орлом, — мимо нее наверх промчалась Аманда. Она еще не успела заплести волосы, поэтому они были стянуты в свободный растрепанный пучок на затылке.       Умывшись, Эмили вышла в гостиную. Вставшее солнце освещало круглую комнату, пробиваясь сквозь окна с восточной стороны башни. Помимо нее возле доски уже столпились несколько учеников. Эмили встала позади них, высматривая свой курс в расписании. «Травология, трансфигурация, два урока зельеварения. Хорошо, что заколдованную сумку купила», — размышляла Эмили, рассеянно глядя на количество уроков.       — Вам Снейпа в первый день поставили. Вот не повезло! Скорее всего, так каждый понедельник теперь будет, — усмехнулся долговязый старшекурсник, подошедший к расписанию.       — Издеваешься, да? Совет бы лучше дал, — подал голос кто-то из однокурсников Эмили.       — Ха, мне-то что. Я этого гада слизеринского уже второй год видеть не буду, и слава Мерлину. Слушайте, учите и терпите — вот вам мой совет, — и парень вышел из окружившей его толпы, закинув мантию через плечо.       Эмили спохватилась и бросилась наверх собирать сумку. Ее соседки почти оделись и теперь мучились с галстуками. Всем на помощь пришла Пенелопа Кристалл, которая уже была готова проводить их до Большого зала.       К восьми утра под руководством старосты и нескольких ее подруг первокурсницы спустились на завтрак, стараясь запомнить дорогу, поскольку им предстояло самим вернуться в башню после уроков. Эмили до этого не замечала реакции рейвенкловцев, но, оказавшись в коридорах Хогвартса, поймала на себе множество любопытных глаз. Кто-то пытался высмотреть шрам на ее лбу, кто-то оглядывался через плечо, и все шептались, как только она проходила. В голову лезли навязчивые мысли о ее неопрятной внешности или спутанных волосах. Эмили украдкой приглаживала едва топорщащиеся складки на мантии и смотрелась в любые зеркальные поверхности. «Это странно — такая реакция. В бывшей школе так смотрели на остальных, только когда им Дадли на спину всякую гадость лепил», — переживала она, заставляя себя расправить плечи и держаться уверенно.       Как только они вошли в зал, Эмили мельком оглядела стол Слизерина, надеясь увидеть Маркуса, но тот, скорее всего, еще спал. Зато за столом Хаффлпаффа, ближайшим столом ко входу, она заметила Меган. Та вот уже несколько секунд смотрела на нее, ожидая, когда Эмили наконец обратит на нее внимание. Поймав ее взгляд, Меган вяло махнула рукой, поджимая губы. Эмили лишь улыбнулась в ответ и села лицом к гриффиндорцам, избегая одновременно Меган и Маркуса, который скоро должен был появиться.       Сверху послышались шорох крыльев и громкое уханье. Совы и филины разных видов спикировали к своим хозяевам, принося им гостинцы и письма из дома, газеты и прочие вести. У Эмили кольнуло в груди. Она подумала, что было бы гораздо обиднее, если бы ее питомец прилетел без посылки, чем сейчас, когда ей просто некого ждать.       — Угощайся, — одарив Эмили улыбкой, произнесла Сью Ли, протягивая домашние вафли. — А у тебя нет совы?       — Мне некому писать письма, — со спокойной улыбкой ответила она, прожевав вафлю.       — А как же твои... э-э... твои... — Сью забавно приложила палец к губам в задумчивости.       — Родственники? Они не хотят связываться с этим миром, — ответила Эмили, как ни в чем не бывало наливая себе тыквенного сока.       Но внутри ей стало горько. Так всегда случалось в последние недели, когда Эмили думала о том, что, уезжая в Хогвартс, надолго остается без родных и что для них ее отъезд — это нечто, связанное с ненормальностью, а значит, вещь почти что непростительная. И вдвойне горько было оттого, что для Дурсли было лучше, чтобы она уехала учиться владеть своей магией, нежели осталась дома и каким-то образом сумела лишиться этой магии вовсе.       Даже письмами за это время им не обменяться: не было и речи о том, чтобы отправлять «ненормальную» сову на Привит-драйв, а если и были в магическом мире другие способы передать весточку, вряд ли они многим лучше. Эмили оставалось самой справляться с новым укладом жизни, неизвестностью и самостоятельностью, лишь бы Дурсли жили со спокойной мыслью, что на каникулах ее магия не будет выходить из-под контроля. Тогда, возможно, встреча на Рождество будет теплой и непринужденной.       — Ну и зря, — фыркнула Сью, задрав голову и смешно выпятив нижнюю губу, — вот разобьется у них сервиз, который им подарила двоюродная тетушка троюродного дедушки на годовщину их первого поцелуя, что они будут делать? Ты им потом припомни, от чего они отказались.       За всю свою жизнь Эмили не смеялась так сильно, как сейчас. Сью при этом совсем не смутилась ее реакции и продолжила наигранно возмущаться.       — Мисс Ли, мисс Поттер, ваше расписание на всю неделю. Возьмите, пожалуйста, — прозвучал высокий голос за спиной Эмили. Низенький профессор Флитвик с нескрываемым восхищением смотрел на нее, протягивая два свитка. Эмили улыбнулась своему декану, принимая листки для себя и однокурсницы напротив.       — Девочки, вы поели? Идемте, до урока осталось десять минут. Мне еще на свой этаж нужно успеть, — спустя некоторое время подошла к ним Кристалл.       Она проводила первый курс до теплиц и, оставив их там с гриффиндорцами, умчалась на свой урок. Из череды оранжерей показалась, одарив ребят теплой улыбкой, невысокая полная женщина. Она произнесла приятным грудным голосом:       — Всех с первым днем учебы! Нам с вами в этом году работать в теплице номер один. Все за мной, пожалуйста. — Профессор повела их за собой. — Мы будем изучать магические травы и растения. За ними нужен особый уход, чтобы все их свойства раскрылись должным образом. Тема сегодняшнего урока... — она обернулась к вошедшим ученикам, — а вот вы мне и скажите, знает ли кто-нибудь это растение?       На длинных столах вдоль теплицы стояли горшки с растениями, плоды которых напоминали гороховые стручки, но они были раза в два больше и розового оттенка. Эмили опустила глаза, усердно изучая экземпляр перед собой, словно пытаясь вспомнить его название, а в это время молилась, чтобы ее сейчас не спросили, потому что все, что она читала летом, вылетело из головы.       — Сколько рук! Ну, хорошо, давайте вы попробуете, мистер?..       К счастью для Эмили, руки подняли несколько человек: в основном рейвенкловцы и только одна гриффиндорка — та, которая провела в купе с Меган и Эмили некоторое время.       — Бут, профессор. Это паффопод, — ответил мальчик с каштановыми волосами, в то время как расстроенная Гермиона опустила руку.       — Верно! Пять баллов Рейвенкло, — обрадовалась профессор Спраут. — А может, кто-то хочет добавить что-нибудь? Чем оно интересно или... О, прошу вас, мисс?..       — Грейнджер! — радостно откликнулась гриффиндорка, тянувшая руку высоко к потолку, и тут же затараторила ответ: — Паффоподы — растения из разряда стручковых. Их плоды наполнены клубящимся веществом, внешне напоминающим дым розового цвета, а также бобами, которые и производят это вещество в процессе метаболизма. Бобы используют в различных заживляющих бальзамах, но при ударе о землю они рассыпаются цветами и таким образом осеменяют ее новыми паффоподами.       — Великолепный ответ! Все верно, десять баллов Гриффиндору, — расцвела профессор.       Эмили, как и многие ученики, уставилась на зардевшуюся Гермиону. «Она, что, учебник заучила?» — поразилась Эмили и вспомнила свою тезку, бывшую одноклассницу из Литтл-Уингинга, которая тоже отвечала на вопросы словами из книги. Все-таки в любом коллективе можно найти определенные типажи людей. Эмили это заметила, еще когда наблюдала в прошлой школе за ребятами из параллельных классов.       Значит, здешний «Дадли» должен будет скоро обнаружить себя, и желательно сделать так, чтобы он не лез к ней. С кузеном это почти получалось. Он редко выбирал девочек мишенью для насмешек, в основном он и его банда доставали мальчишек из младших классов. Сама Эмили видела, что похожа на тех, кто держится в стороне от конфликтов и успевает вовремя ретироваться, предчувствуя драку. В каждом классе были такие люди, кто умел не становиться жертвами Дадли и его друзей.       Возможно, в Хогвартсе все переменится из-за того, что она Девочка-Которая-Выжила. Но пока нужно понаблюдать, кто и как на нее реагирует, и понять, с кем ей самой было бы приятно общаться.       Профессор Спраут тем временем показывала на своем растении его части, которые можно использовать волшебникам. Она сказала, что в этот раз только познакомит с ним и на его примере покажет, как обычно проходит урок травологии. Повторение материала и более глубокое изучение паффопода ждало учеников на третьем курсе.       Ребята разбились на группы по два-три человека, чтобы попрактиковаться в сборе бобов. Гриффиндорцы тут же сорганизовались, оставив Гермиону без пары, а факультет Эмили долго не мог создать свои группы. Отчасти проблема была в том, что слишком многие хотели быть в паре с Эмили. Но Эмили заметила странное выражение лица Гермионы: та всеми силами не показывала, что обижена или задета. Лишь вздернув подбородок, она придвинулась к своему паффоподу. «Я бы тоже чувствовала себя ужасно, если бы меня так все стали избегать», — поняла Эмили состояние Грейнджер. Почему-то захотелось ей помочь.       — Ой, а я уже с ней договорилась. Если кто-то хочет к нам третьим — присоединяйтесь, — неожиданно для самой себя сказала Эмили, кивнув в сторону гриффиндорки.       Когда она подошла к Гермионе и попросилась в пару, та узнала ее и обрадовалась. И начала давать указания. Эмили не возражала, поскольку гриффиндорка, очевидно, была уверена в том, что делает, а сама стала тайком наблюдать за напарницей. Тон Гермионы на протяжении всего урока был слегка учительским, и в совокупности с ее «бобровыми» зубами это звучало и выглядело смешно.       В конце урока оказалось, что их с Грейнджер тандем собрал больше всего стручков, очистив почти все растение. За это их факультеты наградили пятью баллами, и Эмили почувствовала то самое приятное чувство превосходства, когда в школе ей ставили «А» за задание. Судя по довольному виду гриффиндорки, та была с ней абсолютно солидарна.       Но все-таки в следующий раз Эмили не хотелось бы снова работать с Гермионой. Та слишком была похожа на Эмили: выросшая у маглов, читавшая летом все учебники, даже внешне похожая — тоже с непослушными вьющимися волосами. Хотелось не сотрудничать, а превосходить ее.       Эмили шла в замок с твердым решением, что не будет оставлять домашние задания на потом и сделает их сегодня же вечером.

* * *

      Окрыленная успехом на самом первом уроке Эмили вслед за однокурсниками поднималась на первый этаж, где проходили уроки трансфигурации.       — О, привет! У вас тоже трансфигурация? А что до этого было? — Рейвенкловцы дошли до кабинета, где начало урока уже ждали представители Слизерина. Некоторые из ребят, судя по всему, общались еще до школы, поэтому сейчас перекидывались фразами и обменивались рукопожатиями.       Заметив это, Эмили напомнила себе, что нужно продолжать искать знакомства. Пока что из всех, кого она узнала в этом мире, ей хотелось еще пообщаться с Маркусом и Амандой, но они были старшекурсниками и им наверняка не до нее, пусть она и Девочка-Которая-Выжила. Нужно искать друзей среди сверстников и попробовать познакомиться с кем-то еще.       «О! Этот мальчик, как же его... Дрейк? Дракс? — увидела Эмили хрупкого белобрысого слизеринца с прилизанными волосами. — Он же меня в поезде искал! Можно попробовать и с ним пообщаться. Или... стоп, он же слизеринец, мало ли что у него на уме. А с другой стороны, послушаю, что он думает о том темном волшебнике. Но... какой-то он надменный, вдруг будет командовать, как Грейнджер?»       Рой мыслей не давал Эмили покоя, пока несколько секунд она подбиралась к кабинету из конца процессии. Самое ужасное состояло в том, что она совершенно забыла имя мальчика, а ей непременно хотелось обратиться к нему первой и показать, что она его знает: как-то Эмили читала книгу одного американского психолога, писавшего простым языком о том, что люди любят звук своего имени, а приятное впечатление — залог хороших отношений.       Собравшись с духом, она убрала пряди со лба, чтобы открыть шрам, и обратила свой взгляд на слизеринскую компанию. Мальчик с ухмылкой на бледном лице слушал рассказ Энтони Голдштейна о прошедшей травологии, когда заметил Эмили. В его глазах тут же блеснул интерес, и он, вытянувшись, полностью обернулся к ней. Эмили, стараясь не отводить взгляд, как обычно с ней бывало в тягостных ситуациях, улыбнулась и посмотрела прямо ему в глаза.       «Драко, Драко Малфой он, точно!» — внезапно имя всплыло в сознании.       — Привет, Драко. Я слышала, ты искал меня в поезде, — произнесла она, стараясь говорить громче и увереннее, чем привыкла.       Вокруг многие притихли, прислушиваясь к ним. Эмили с удовольствием отметила, что мальчику действительно польстила ее осведомленность.       — Это верно. Я подумал, тебе, наверное, нужна помощь в этом мире. Я бы мог показать, с кем стоит дружить, а с кем нет, — манерно растягивая слова, он вальяжно вышел вперед. За ним на пару шагов выдвинулись и два крупных, полноватых мальчика. Драко протянул руку.       «Ну вот, — огорчилась Эмили, держа улыбку. — Как я и ожидала: тоже любит командовать». «С кем не стоит дружить» прозвучало грубо и покоробило ее, но сейчас было бы некрасиво отвергать общение, раз она сама подошла.       С секундной задержкой Эмили пожала протянутую руку.       — Эмили, — произнесла она, скорее не для того, чтоб напомнить имя, а чтобы подсказать, как к ней обращаться. Можно было уже не тратить столько сил на гляделки, поэтому она кинула взгляд за спину мальчика.       — Это Крэбб, а это Гойл. Я с ними еще до школы был знаком, — спохватился он, явно довольный, что Девочка-Которая-Выжила приняла его дружбу.       Эмили, склонив голову, подметила, что его чуть ли не раздувало от важности. Она поманила его поближе к окну, чтобы не разговаривать у всех на виду. «Забавный. Речь у него странная. Он только начинает фразу произносить, а я уже знаю, чем она закончится, и приходится ждать, когда договорит. Он, наверное, из богатых», — она обратила внимание на его сумку, по виду такую же легкую и не оттопыренную пергаментными свитками, как и у нее. У кое-кого из однокурсников тоже были такие, отчего Эмили чувствовала себя будто в своей тарелке, все больше убеждаясь, что сделала правильно, потратив на волшебные вещи крупную сумму денег.       — Настоящая змеиная кожа, мне на заказ шили, — похвастался Драко, заметив ее взгляд. — А у тебя из чего? Выглядит плотно, это дракон?       Эмили смущенно улыбнулась, не ожидав от мальчишки подобного вопроса.       — Не знаю, я первую попавшуюся взяла.       Драко одобрительно кивнул, проведя пальцем по швам ее сумки.       — А из чего у тебя палочка? — Эмили было любопытно узнать, какие палочки кого выбирали. Помимо этого ей хотелось найти человека с такой же палочкой, как и у нее, чтобы проверить, будут ли они схожи характерами. Было бы интересно сравнить себя с таким человеком. Но расспросы за завтраком дали ей понять, что редко попадались палочки, содержащие одни и те же составляющие, и теперь Эмили искала совпадения хотя бы по одному из них. Она предположила, что у Драко палочка с сердечной жилой дракона: у нее оставалась теория, что дракон выбирает сильных и уверенных волшебников.       — Волос единорога, боярышник. Мне мать выбирала, — задрал голову Драко, отвлекая Эмили от мыслей.       — Да ну? — удивилась она, полагая, что волшебник должен покупать палочку сам, ведь это палочка должна его выбрать, но решила не пояснять свое удивление, потому что не была уверена в выводах.       — Ага, — неопределенно протянул Малфой, доставая палочку из сумки, чтобы показать ей. — А отец не захотел покупать мне метлу. Первокурсникам, вообще-то, нельзя их иметь, но я хотел ее тайком сюда протащить, мой отец ведь в попечительском совете, мог бы и договориться.       Тон его сменился на недовольный, чем напомнил Дадли, когда дядя Вернон что-то ему не покупал. Эмили мысленно позлорадствовала, нисколько не посочувствовав Драко: «Нечего правила нарушать. Еще и отец в совете — ну, понятно, почему он так важничает». Она представила, как бы выглядела сама, если бы хвасталась тем, что выжила после Смертельного заклятия. Наверняка так же смешно: непонятно, что там случилось, может, ей просто повезло, а она хвастается. Эмили решила как можно меньше делать на этом акцент в дальнейшем.       — Ты играешь в квиддич? Ой, — он споткнулся о ее многозначительный взгляд, — ну, э-э-э, а хотела бы? Я могу тебя научить. Отец говорит, что будет преступлением, если меня не возьмут в сборную в следующем году. Я не проиграл ни одного матча, которые мы проводили у нас в поместье!       Слушать про спорт Эмили было неинтересно — подобные игры никогда не привлекали ее, и даже то, что в квиддич играли в небе, оставило ее равнодушной.       Звонкий колокол оповестил всех о начале занятий, тут же отворилась дверь кабинета, и профессор МакГонагалл пригласила учеников внутрь. Драко пропустил Эмили вперед себя, а оказавшись в классе, потянул ее за руку к центральной парте. Эмили усмехнулась про себя, но села рядом, а Крэбб с Гойлом сели сразу за ними. Впереди тоже оказались слизеринцы, а однокурсники Эмили расселись по обе стороны от ее ряда. Сперва Эмили посчитала это неловким, но довольный вид Драко не дал ей возможности пересесть к своим.       Рассказав небольшую часть теории и впечатлив учеников превращением стола в свинью, МакГонагалл дала им первое задание: превратить спичку в иголку. Перед самостоятельным выполнением работы они отработали движение палочкой и фразу заклинания, и теперь Эмили упорно смотрела на свою спичку, пытаясь представить на ее месте тонкий стальной прутик с дырочкой на конце.       С каждой попыткой совершить превращение Эмили чувствовала себя все глупее. Ее успокаивал лишь тот факт, что все вокруг занимались тем же и еще ни у кого не получился нужный результат, даже у Драко. Тот сидел с порозовевшими щеками и бурчал под нос заклинание, тыча палочкой в спичку перед собой.       — А ты дома колдовал? — поинтересовалась Эмили как бы между прочим.       — Конечно! Отец учил меня простым заклинаниям, но я ни разу ничего не трансфигурировал. Принцип простой: нужно знать, что ты хочешь получить, и направлять магию. Готов поспорить, ни один маглорожденный не справится с этим заданием быстрее чем за год, — рассерженно ответил Драко, концентрируясь на спичке.       — Я знаю маглорожденную, которая уже довольно прилично колдует. Гриффиндорка одна, — осторожно произнесла Эмили, следя за реакцией Драко и проводя пальцами по древку своей палочки.       Драко скривился и посмотрел на нее с сомнением, отвлекаясь от своего занятия.       — Да ну?       — Ага, можешь у нее сам узнать.       — Вот еще! Чтобы Малфой с такими, как она, общался?       — А что не так с маглорожденными?       Эмили и Драко смотрели друг на друга, оставив практику превращения предметов.       — Они не волшебной крови и не должны учиться с такими, как мы с тобой, — волшебниками. Они родились от маглов! Абсолютно другого вида человечества, — безапелляционно отрезал мальчик, сверля Эмили серыми глазами.       Эмили не отвела взгляд, но, сощурившись, задумалась над ответом. Она посчитала, что ей не стоит принимать чью-либо сторону, пока она сама не разберется во всем и не решит для себя, плохо ли то, что в школе обучаются маглорожденные, или совершенно нормально. А чтобы Драко, оказавшийся первым противником маглорожденных, с которым она завела общение, подробнее объяснил ей, что думает на этот счет, Эмили была вынуждена быть аккуратнее в словах.       — А как так получилось, что они родились с магическими способностями?       — Ошибки природы, такие же, как и сквибы, — равнодушно пожал Драко плечами.       Эмили поняла, что пока нужно закрыть тему: на ее вопросы он вряд ли даст понятные ответы, а желание разобраться в проблеме может посчитать за принадлежность к враждебной стороне. Сейчас она не могла знать, как сложится общение с этим мальчиком, но врагов из-за недопонимания не хотела. Наконец, даже если Эмили примет другую сторону, она сможет попытаться переубедить и Драко, если они продолжат хорошо общаться.       К концу урока спичка поддалась хотя бы минимальному преобразованию лишь у пары человек, поэтому, когда пробил колокол, профессор задала всем практиковаться по вечерам в своих гостиных, а затем оба факультета отправились на обед. Эмили молча шла рядом с Драко, обдумывая его слова и не находя в них убедительной причины не любить маглорожденных. Как они могут быть ошибками природы, если их не так уж и мало и они полноценно колдуют? Но может быть, она чего-то не знала, так что не стоило делать пока какие-то выводы, нужно послушать все стороны.

* * *

      Профессор Снейп с первых минут произвел неизгладимое впечатление сурового преподавателя. Зайдя в класс, он вихрем пронесся между парт и, остановившись у своего стола, резко развернулся. Декан Слизерина, в отличие от предыдущих профессоров, начал урок с переклички. После того как называл фамилию ученика, он на мгновение вскидывал голову, чтобы увидеть отозвавшегося. И лишь на фамилии «Поттер», которую произнес очень быстро, словно выплюнув, он не поднял взгляда.       — Наша новая знаменитость, — холодно произнес он следом. — Посмотрим, на что вы способны, помимо удачного выживания после Смертельного заклятия.       Он продолжил зачитывать список, поэтому Эмили, немного смущенная, опустила руку. «Ну, хоть кто-то обратил внимание на то, что это, может быть, всего лишь удача», — облегченно подумала она, распрямляя спину. В Эмили укрепилось намерение показать всем, что независимо от того, повезло ей или в ней действительно есть какая-то сила, она постарается развить все свои способности.       — Здесь не будет глупых маханий палочкой, — закончив со знакомством, заявил Снейп тихим отчетливым голосом.       Все слушали его едва дыша, пока профессор вдохновенно расписывал все возможности, которые откроет им зельеварение. Эмили прониклась его словами и с нетерпением ждала, когда они начнут варить что-нибудь, потому что на предыдущем уроке ее ждало разочарование в своей магии. Здесь же, по словам Снейпа, требовались лишь предельная точность, аккуратность и вовлеченность в процесс. То, что они находились в Хогвартсе, само за себя говорило об их волшебном происхождении, поэтому получится ли из их варева что-то достойное или они просто взорвут котел, зависело лишь от их усердия.       Прочитав ученикам небольшую лекцию, которую они записали в полном молчании, и правила безопасности, Снейп взмахнул палочкой, выводя на доске рецепт зелья, который они сейчас должны были сварить.       — Ингредиенты в шкафу, разбивайтесь на пары и начинайте, — негромко, но четко закончил профессор и сел за свой стол заполнять журнал.       Рейвенкловцы, большинство из которых подготовились к этой паре и понимали, с чего необходимо начать, первыми встали и, сверяясь с доской, начали приносить к своим местам необходимые ингредиенты.       — Эми, мы же вместе будем варить? — обернулась к Эмили ее соседка по парте — Меган Джонс с Хаффлпаффа, с которым сейчас проходил сдвоенный урок.       Эмили передернуло от такого обращения. Так обычно называли тезку из бывшей школы ее подружки. Сперва Эмили завидовала этому, потому что хотела, чтобы именно так обращались к ней, но потом возненавидела эту сокращенную форму имени. Помолчав пару секунд, она решила не заострять внимание на такой мелочи, понадеявшись, что Меган сама поймет, что не стоит называть ее так, и, слабо улыбнувшись, произнесла:       — Да, Меган, мы будем работать вместе. Давай так: ты сходишь за ингредиентами, а я пока разберусь с рецептом.       Меган радостно согласилась и побежала к шкафу. Проводив ее взглядом, заодно запоминая, где находились ингредиенты, Эмили обернулась к доске. В тот же момент Снейп отвлекся от своих записей и поднял голову. Их взгляды за все прошедшее время урока наконец встретились, но оба тут же отвели их в сторону: Эмили сосредоточилась на рецепте, а Снейп стал оглядывать класс.       «Как странно. Мне показалось, что он хотел что-то сказать, но передумал. А сейчас продолжает игнорировать меня», — подумала Эмили. Краем глаза она следила за профессором зельеварения, для прикрытия держа перед собой распахнутый учебник.       Вернулась Меган с иглами дикобраза, змеиными клыками и рогатыми слизнями, поэтому Эмили пришлось вновь сосредоточиться на рецепте.       — Та-ак, — щурясь, она вглядывалась в доску и лихорадочно соображая, что от них требовалось, — клыки — их надо растолочь. Э-э-э, судя по тексту учебника, до мелкого порошка.       Эмили оглянулась и, убедившись, что все начали делать то же самое, протянула ступку с пестиком и ингредиентом Меган. Та начала уверенно дробить клыки. Эмили несколько мгновений смотрела на движения своей напарницы и поняла, что это почти не отличалось от дробления грецких орехов для торта. Удовлетворенно кивнув самой себе, она продолжила изучать инструкцию, обнаружив, что учебник содержал множество важных деталей и советов.       — Так достаточно? — Меган протянула ей ступку.       — Да, думаю, отлично! — оценила Эмили и отмерила на весах четыре одинаковые щепотки.       Закинув растертые в пыль клыки в котел, она неуверенно посмотрела на Меган.       — Теперь его нужно греть при температуре двести пятьдесят градусов десять минут.       — В чем проблема? Берешь и нагреваешь, — хмыкнула Меган и потащила котелок к горелке, как делали до этого их однокурсники. — Мы тормозим, остальные уже ко второй части готовятся.       — Ничего. Зато у нас правильно получится, — спокойно ответила Эмили, надеясь, что они действительно делали все, как нужно было Снейпу: аккуратно и вдохновенно.       В конце второго урока по классу пронесся голос профессора:       — Заканчиваем работу. Зелья в склянки — и подписанными мне на стол.       Эмили вздрогнула, но черпак не отпустила.       — Три... Четыре... Пять... Все! Меган, давай склянки. — Она протянула руку соседке, сверяя цвет и запах зелья с указанными в учебнике. «Оттенок должен быть пурпурным. Что это за цвет вообще?»       — Сходится? — просунула к ней голову Меган, уже набравшая образцы их совместного варева в емкости.       — Без понятия, если честно, — едва раздраженно ответила Эмили. — Сама как думаешь?       — Хм... ну, пурпурный — это, кажется, смесь красного и фиолетового. У нас как минимум что-то похожее, — одобрительно протянула Меган, подписывая свой флакон.       Оставив напарницу наводить порядок на их рабочем месте, Эмили пробралась к профессорскому столу. Осторожно поставив емкости в разные кучки, она бросила взгляд на Снейпа. Но тот, как ястреб, следил за учениками и не обратил на нее никакого внимания.

* * *

      — Ура-а, сегодня пятница! — протянула Сью, подсаживаясь к Эмили за обедом. — Так классно, когда поcле обеда ничего не намечается, правда? Мы с девчонками идем к Флитвику на чай, он обещал показать нам танцующие пирожные. С нами пойдешь?       — Как здорово! Но меня тоже на чай пригласили, так что извините, — покачала головой Эмили, заряжаясь от Сью задорным настроением.       — Ты как, с загадкой потом справишься? А то застрянешь, как в среду, — захохотала Ли.       — Справлюсь, — буркнула Эмили, стараясь не вспоминать тот позорный случай. Хорошо, что ее однокурсницы тогда вскоре подошли.       Первая неделя вышла тяжелой: три травологии в паре с серьезной и командующей Грейнджер, ночной урок астрономии, наискучнейшая лекция на истории магии, столь же невпечатляющие результаты на заклинаниях и Малфой с Джонс, которые посчитали, что имеют право на ее безраздельное внимание. Эмили так устала, что, получив от Хагрида приглашение в гости, страшно обрадовалась. Ей необходимо было поделиться с кем-то из взрослых своими впечатлениями от первых дней в Хогвартсе. И только выйдя из замка, она поняла, что не знает, куда идти.