Зелёноокий плен

      Сны чередовались: один жестокий, разрывающий сердце на части от стыда, а другой болезненно страстный, от которого Тор чуть не кончал. К утру стояло каменно, а разрядки не было. Громовержец едва не стёр ладонь, пытаясь удовлетворить себя, однако результата не добился. Одинсон ругнулся сквозь сжатые зубы. Неужели это он настолько сошёл с ума, что его может удовлетворить лишь собственный брат? А может это Локи наколдовал чего? Нет, брат простил его. Тор быстро привёл себя в надлежащий вид, скрыл выпирающий член свободной туникой и чуть ли не бегом направился в комнату Лофта. - Тор! - его остановили буквально в паре метров от нужной двери. - Огун! - громовержец обернулся, с трудом улыбнувшись другу. - Я искал тебя, - воин подошёл ближе, хлопнув Тора по плечу. - Поехали на охоту. - Я только зайду к... - Потом зайдешь! Тор, кони уже осёдланы. Мы только тебя ждем. Идём, - Огун потянул его прочь от заветной двери, а Одинсон нахмурил брови. Внутри поселилось смутное ощущение, не имеющее пока подтекста и оформленности, но оно отвлекало. И вскоре Тор успокоился, желание ушло, сменившись азартом и предвкушением охоты.

***

Локи нежился в тёплой кровати, он проснулся в наипрекраснейшем расположении духа. Более того, он вертел в руках водную сферу и наблюдал интересное шоу с участием брата. Изредка комнату наполняли гаденькие смешки. Младшему принцу было крайне приятно смотреть на мучения Тора. Но увидев размер члена, он поперхнулся воздухом. В голове поселился вопрос о том, как он в него поместился? Такой большой... Локи невольно покраснел, отвлёкся. Суть заклинания была в том, что Тор испытывал желание и вину одновременно, но увидеть Локи он не мог. Его постоянно будут отвлекать или обстоятельства сложатся так, что Одинсон и думать забудет про брата, а ночью его ждут сны, которые подстегнут чувства. Пусть мучается. Локи поднялся с кровати, немного походил, чутко прислушиваясь к ощущениям. Больше ничего не болело, что немало порадовало принца. Теперь можно отправиться в Ётунхейм, чтобы узнать о себе побольше. Он быстро оделся, взял с собой оружие, накрылся куполом невидимости и выскользнул за дверь. В коридорах как назло было людно, причём основную массу составляли придворные, а стражи, в свою очередь, пытались их разогнать. - Как себя чувствует принц Локи? - на разные лады кричали они. - Его возможно увидеть? Красочные одежды мелькали перед глазами, сбивали с толку. Принц с трудом проскользнул сквозь напомаженную и надушенную толпу, ехидно ухмыльнулся и продолжил путь. Ишь, как пекутся о его здоровье. Хорошо, что стражу не убрали полностью, а просто перенесли подальше от дверей, иначе его покои давно бы разнесли эти придворные крысы. Дальше было легче, внизу сновали только слуги: уборщицы, конюхи, садоводы, дворецкие и прочая мелкая сошка. Локи достаточно давно присмотрел одну лазейку. Энергия Биврёста во время открытия порталов искрами разлеталась во все стороны, скапливалась в расселинах скал и образовывала малые окна. Хватало на парочку путешествий. Хеймдалл о таких лазейках не знал, всевидящего хранителя занимали более важные вещи, чем Локи бессовестно пользовался. Стоило только задать координаты перемещения, что принц и сделал. Яркие всполохи закружились вокруг, а через секунду Локи оказался в тёмном и безрадостном ледяном мире. Где-то слышался редкий треск, иногда от скал отламывались крупные куски. Мир потихоньку разрушался. Изо рта вылетал густой белый пар, Локи шмыгнул носом и сильнее закутался в плащ. Краем глаза он заметил неясный силуэт, мелькнувший между льдин. Принц настороженно заозирался, достал из ножен длинный кинжал, приготовившись к нападению. - Кто здесь? Покажись! - крикнул бог. Его голос разнёсся далеко по умирающему миру. Все пришло в движение. Их было много. И все они были безоружны, прикрыты только меховыми накидками на бёдрах. Прекрасны. Алые глаза смотрят с любопытством, без страха и враждебности. Синяя кожа была похожа на осколки мутного льда, когда тот смешивается со снегом, покрыта тёмными узорами. Великаны жались друг к другу, молчали. - Назови своё имя, пришелец, - чётко произнёс стоящий ближе всех мужчина. - Моё имя Локи, - ответил принц. - Зачем ты прибыл в Ётунхейм? - Я полукровка, меня оставил кто-то из ётунов на поле битвы в Ванахейме, и пришёл я за тем, чтобы узнать свою природу и своего настоящего отца, - холод пробирал принца до костей. Меховой плащ оказался плохой защитой от лютого мороза. - Тогда яви свою сущность, иначе ты погибнешь здесь от холода, - ётун шагнул к нему и коснулся бледной щеки. От прикосновения кожа Локи преобразилась, синева сменила белизну, появились узоры, а зелень радужки сменилась кровавым красным цветом. Кто-то подошёл к нему сзади и мягко стянул плащ, камзол. Толпа окружила его, все касались его кожи, гладили, раздевали, но не больше. Великаны просто переодели его в такую же одежду, как у них, повели за собой в подобие дворца. Там его тоже встретили ётуны, украсили его руки и шею золотом. - Оно досталось нам от цвергов. Мы отведём тебя к нашему царю, Лафей ответит на все вопросы, - пояснил великан, который первым заговорил с Локи. - Спасибо вам, - поблагодарил бог. Он полностью расслабился, ощущая, что для него тут нет опасности. Холод его больше не беспокоил, он легко ступал босыми ногами по снегу. Послышался треск, страшный грохот, Локи отскочил в сторону и оказался в большом зале с троном. - Не бойся, малыш, наш мир рушится без Ларца Древних Зим, но тебе ничто здесь не повредит, - произнесли из темноты. - Вы и есть царь ледяных великанов? - Локи поклонился. - Вы поможете мне? - Да, - разом ответил ётун на оба вопроса. - Я Лафей, твой отец. Ты Локи, Локи Лафейсон, законный принц Ётунхейма, мой единственный сын. - Я?! Но как же... Почему меня бросили? Кто моя мать? - Локи шагнул вперёд, а из темноты к нему вышел ледяной великан. - Твоя мать была родом из Асгарда. Валькирия. Она умерла, дав жизнь тебе. Я не хотел отдавать тебя ванам, но в умирающем мире ты бы не выжил. Не перенёс холода, поэтому я приказал моим воинам перенести тебя в ближайший мир, пригодный для существования, - Лафей подошёл ближе, разглядывая сына. - Я рад, что ты жив. - А та война? - Мы пытались спастись, но нас даже не стали слушать. Никто не выступит против воли Одина. - Как же вы здесь живёте? - Локи не верил своим ушам. - Природа сильна, Локи. Её сила безгранична, и никто не может ей противиться. Женщин у нас почти не осталось, но зато мужчины приобрели способность вынашивать потомство. Мы все живём одной семьей, раз в три месяца нас посещают полукровки, как ты, только из других миров. Кровь ледяных великанов нельзя разбавить больше, чем на половину. - Лафей вёл гостя по коридорам дворца. - На нашем роду лежит проклятие? - спросил принц, разглядывая изрезанные узорами ледяные стены. - Проклятие? - удивился великан. - "Поцелуй суккуба", - Локи нахмурился, неужели Лафей не знает об этом... - Нет, с чего ты так решил? - Все придворные в Асгарде проявляют ко мне повышенный интерес, причём оба пола. Вот я и подумал, что нас прокляли, - пожал плечами принц. - Нет никакого проклятия. Когда ётун достигает совершеннолетия, он в полной мере готов к тому, чтобы иметь детей. Его тело шлёт зов, на него реагируют все, кто подходит по расе. Если же ётун понёс или оставил семя, зов на время затихает. Если партнёр постоянен, то зов действует только на него. - А ты? Ты чувствуешь? - Я твой отец, зов не действует на родную кровь, но я чувствую, - терпеливо разъяснил царь. - Тогда как это у вас? Все уже нашли свои пары? - Наш вид вымирает, поэтому здесь нет постоянных пар. Мы все любим друг друга, мешаем семя и оплодотворяем готовых понести, чтобы сыновья и отцы потом не предъявляли ни на кого и ни на что прав. - они вышли на небольшую баллюстраду, окружающую зал. - Полукровки тоже так делают? - Локи заглянул вниз. Зал был разделён на небольшие секции с ледяными глыбами, выточенными на подобие широких диванов. Ётуны, не стесняясь, занимались любовью. Иногда встречались целые группы. - Для этого они и прибывают сюда, - произнёс Лафей. - И они не стыдятся? - Локи всё это напоминало большой бордель, но и понять ётунов он мог. - Зачем стыдиться того, что естественно? Им разрешено заниматься любовью везде, где захочется, но они предпочли этот зал. Я приказал разделить его на комнаты, для большего удобства, - ледяной великан обвёл зал рукой. - Я могу забеременеть в обычном облике? - Нет, только будучи ётуном. Ты оставишь своё семя? Локи во все глаза смотрел на группу из пяти великанов, слившихся в невероятной позе, он почувствовал сильное возбуждение и кивнул в ответ на предложение отца. - Ты можешь выбрать любого или любую из немногочисленных женщин. Кого захочешь. В общем зале, - он указал рукой направление, - есть те, кто ждёт пару. Там есть и полукровки. Локи молча пошёл вниз. В зале его встретили любопытные взгляды. Принца больше всех привлекли юноша и девушка, оба полукровки. Он поманил их к себе и направился в свободную комнату, вход которой был занавешен шкурой. Как только бог вошёл, его нежно обняли сзади и стали целовать в шею. Девушка же подошла к нему и поцеловала в губы, развязывая на бёдрах повязку. Она тоже была прикрыта повязкой, но упругую, пышную грудь ничто не скрывало. Девушка сжала наполовину поднявшийся член и стала умело его ласкать. Парень тоже не отставал, покрывая поцелуям кожу и спускаясь к ягодицам. Локи даже стало интересно, как всё будет в новом обличии, поэтому он позвалял ласкать себя так откровенно. Незнакомка опустилась на колени и облизала головку члена, одновременно с этим парень проник в анус пальцами, неспешно растягивая вход. Локи отстранённо отметил, что начинает сочиться смазкой, причём совсем не из члена. Он не боялся забеременеть, этого не позволят. И, словно услышав его мысли, парень отстранился на пару секунд, чтобы натянуть на собственный возбуждённый член тонкую плёнку. Девушка медленно вбирала член Локи, а парень уже успел добавить второй палец, за ним третий, а потом сделал напарнице знак, и они переместились к ледяному ложу. Полукровка уложил принца на спину и закинул его ноги себе на плечи, глубоко проник в него и стал двигаться, а полувеликанша пристроилась сбоку, продолжив ласкать ствол. Локи нравилось положение, сама ситуация и ублажающие его партнёры. Он полностью отдался умелым ласкам, сам ласкал партнёршу, и вскоре яркий оргазм сотряс три тела почти единовременно.