Птичка в клетке

Если найдете ошибки или опечатки, пожалуйста исправьте их через ПБ Свет заполнил собой все, и Гарри казалось, что его душа летит, притягиваемая этими лучами, лёгкая, невесомая, летит к свободе, в то место, где больше не будет войн и тёмных лордов, и где не нужно будет ежеминутно спасать этот шаткий, прогнивший мир. Юноше казалось, что он улыбается, однако он не чувствовал ничего, кроме лёгкости, и поэтому не смог бы с уверенностью утверждать. Постепенно яркий свет начал тускнеть. Гарри видел, как пространство вокруг него становится серым и неоднородным, начинают угадываться очертания предметов, и тут молниеносная мысль пронзила его сознание — он здесь уже бывал, в своих неясных видениях. Комната проявлялась все чётче и брюнет в удивлением обнаружил себя парящим над полом дюймах в двадцати. Сверху он мог наблюдать, как, упираясь ладонями в мягкий ворс ковра, на коленях стоял белобрысый юноша. Тревога смутно кольнула сердце гриффиндорца, он, кажется знал этого человека, и воспоминание о нём крутилось уже совсем-совсем близко, что вот-вот можно было схватить его. Белая рубашка на юноше прилипала к спине мокрыми потными пятнами, светлые волосы взмокшими сосульками свисали вниз, он тяжело дышал, не открывая глаз и руки его мелко дрожали. Маленькие капельки скатывались по лицу, собираясь на кончике носа и нескончаемо падали вниз на ковер. На секунду Гарри показалось, что юноша плачет, но осознание пришло пришло молниеносно — это были не слёзы. Пот градом катился по лицу блондина, как если бы у него была лихорадка, и в неосознанном желании помочь, гриффиндорец вытянул вперед руку, пытаясь дотянуться до него. — Драко? — удивлённо проговорил он, сам не зная, откуда пришло это имя. Слизеринец вскинул голову, глядя снизу вверх ошарашенным взглядом, в котором с каждой новой секундой разгоралась такая неистовая надежда, что Гарри невольно замер, так и не коснувшись его волос. В серых глазах, обращенных к брюнету, пронеслись тревога, тоска, удивление, неверие, потрясение, и... радость? Такая маленькая, тихая и скромная радость. Томительное молчание длилось уже несколько минут, а они все сверлили друг друга взглядом. Не двигаясь, Малфой первым решился нарушить гнетущую тишину. — Ты... Меня помнишь? — растерянно спросил он чуть дрогнувшим голосом. И Гарри вспомнил. Кусочки прошлого яркими кляксами проносились перед его глазами, сменяя друг друга. Рон, сосредоточенный, серьёзный, Гермиона со слегка обеспокоенным лицом, егеря, ловушка, подземелье, адамантиновая клетка, Пожиратели, Лорд, Лаванда, Кингсли, Люпин, боль, страх, смирение и Ритуал... Гарри вздрогнул, приходя в себя. Малфой всё так же смотрел на него, не отводя глаз, и только сейчас гриффиндорец начал замечать напряжённые плечи юноши, его сосредоточенность и настороженность. В комнате было достаточно темно, видимо, на дворе была ночь, но место, где находились они с Драко, было освещено каким-то бледным мертвенным светом. Гарри понимающе дёрнулся, вспоминая последние события, и совсем не своим голосом крикнул: — Что произошло? — Драко опустил голову, как-то истерично хмыкнув, руки его тряслись, а чёлка падала на глаза, закрывая их. — Во время Ритуала, что там произошло?! — Гарри злился и ярость его постепенно затапливала разум, Выдёргивая из памяти самые неприятные, самые сбивающие с ног факты. — Я не знаю, — прошептал Малфой, сжимая кулаки. — Что? — кажется, Поттера такой ответ совсем не устроил. — Как ты можешь не знать? — казалось, Гарри опешил. — Ты же всё время крутился у Его ног, рассказывал то, что, предполагалось, будешь знать только ты, все время бегал докладывать, был посвящён в Его планы, как, интересно, ты мог НЕ ЗНАТЬ?! — заорал Гарри, закипая от праведного гнева. — Что там произошло? Отвечай! Что там произошло?! — Я не знаю!! — проорал в ответ блондин, вскакивая с пола, на котором еще секунду назад сидел, собираясь с силами. — Сказал же, не знаю, кретин чёртов! Меня туда не звали! Я понятия не имею, как Он сделал то, что сделал! — слизеринец как-то резко выдохся и спокойнее продолжил. — Я видел только самое окончание, я вообще понятия не имел, что готовится какой-то ритуал. Меня и не заметили-то наверное только потому, что все были чересчур заняты самим Ритуалом. — Что за свет такой, Малфой? — неожиданно спросил Гарри, пытаясь найти источник света и все время поворачиваясь. Непонятная лёгкость и ощущение невесомости заложили в него страшные подозрения. — Ты, — сжавшись в ожидании очередной тирады, Малфой отступил на шаг. — Что? — Глупо переспросил брюнет, опуская голову, чтобы разглядеть свои ноги, и смутные догадки обрели вполне твердое подтверждение. Бледно-молочного цвета эфирное вещество, вырисовывающее ботинки Гарри и его брюки слегка мерцало в темноте ночной комнаты. — Я что — призрак?! — Кричишь ты вполне как настоящий, — буркнул Малфой, поворачиваясь к нему. Поттер с ужасом смотрел на свои полупрозрачные руки, чуть не плача. Однако, у него бы вряд ли это получилось, ведь призраки плакать не умели. — Неприкаянная Душа, Безвольный Агнец, Дитя Забвения, Безымянный Узник, — блондин перечислял эти странные названия вполне будничным тоном, как будто повторял их каждый день перед сном вместо молитвы. — Такие названия мы нашли в нескольких книгах, где хоть как-то косвенно упоминаются подобные ритуалы, но, в целом да, Поттер, ты призрак. — Но разве призраком не становятся по своей воле, осознанно делая выбор? — как-то совсем тихо спросил брюнет, пытаясь ощупать свои волосы. — Да, так и есть, — согласился Малфой, садясь на кровать и задумчиво потирая пальцами подбородок. — Но ты, почему-то, не выбирал, а просто стал им. И вполне возможно, — Драко посмотрел на Гарри внимательным и цепким взглядом, — что всему виной вон та штука, — Гарри проследил глазами за взглядом слизеринца и увидел на полу нечто наподобие капсулы грязно-серого цвета. Она была расколота на две ровные половинки, и если бы не столь идеально ровные края, юноша бы решил, что она очень похожа на скорлупу разбитого для яичницы яйца. — А что это? — скорее безразлично, нежели расстроенно спросил он. — То, где ты находился. Ну, точнее, где находилась твоя душа, — нехотя произнес Малфой, отворачиваясь. — А ты... Ты вообще хоть что-то видел после самого Ритуала? — немного робко спросил он, пытаясь маскировать свою робость под равнодушие. — Да. Рассказать? — прозвучало это издевательски, потому что в этот конкретный момент, Гарри был уверен, блондин расспрашивает его не просто так, а чтобы потом донести все Волдеморту. Слова Темного Лорда о том, что Драко все ему рассказывал, все еще эхом звучали в его голове. Драко открыл было рот, чтобы ответить в тон гриффиндорцу, что отчетливо читалось в его выражении лица, как из пустоты в комнате материализовался домовик, с дрожью в ногах падая в поклоне. — Мистер Малфой, сэр, миссис Лестрейндж... — домовик не успел закончить, как дверь его комнаты распахнулась и несколько вещей произошло одновременно: Беллатрикс чёрным вихрем влетела в его комнату, Гарри, с выражением полнейшего ужаса резко отпрянул назад и... исчез! То есть совершенно растворился в воздухе. Исчез из комнаты и домовой эльф. — Драко, идём быстрее. Лорд хочет всех видеть! — Беллатрикс схватила его за руку и практически силой выпихнула за дверь комнаты, напоследок закрывая ее.

***

Невилл провёл их по тоннелю, и спустя совсем немного времени, Рон и Гермиона шагнули в светлую и просторную Выручай-Комнату. Толпа учеников обступила их, улыбаясь и хлопая по плечам, обнимая и задавая кучу вопросов невпопад, студенты смеялись и шутили, но каждый из них нёс за плечами своё собственное горе, ворох собственных проблем и под полувесёлой улыбкой прятал непролитые слёзы. Их было так много, людей здесь, что Гермиона с самым несчастным видом стояла среди знакомых и не очень лиц, глотая ком в горле и из последних сил удерживаясь, чтобы не разрыдаться. В этот момент из-за двери мелькнули рыжие кудри, вихрем пронёсшиеся мимо неё, и вот уже обнимая Рона за шею и плача, рядом с ней стояла Джинни. — Я так рада, что с тобой всё в порядке, — она говорила почти ровно, не всхлипывая, не впадая в истерику, да и слёзы её скорее были слезами радости. Она отпустила шею брата так же поспешно, как до этого обняла и посмотрела на Гермиону. — Привет, — сквозь силу улыбнулась та, переводя взгляд на совершенно разбитого Рона. — А Гарри? — Незаконченный вопрос повис в воздухе, накаляя обстановку. Тревожная, напряжённая тишина повисла в воздухе, десятки глаз смотрели на них с надеждой и какой-то непоколебимой верой. Гермиона набрала в грудь побольше воздуха, не отводя глаз, и, всё еще смело смотрела на Джинни. «Если твоя вина в случившемся очевидна, не отрицай её, а просто смирись, что винить тебя будут многие», — подумала она. — Мы не знаем, где он, — девушка смотрела на сестру своего друга с непонятной жалостью. — Но тот, который в Министерстве — не настоящий, мы в этом уверены. — Я знал! — послышалось среди учеников. — Это сразу было понятно, Гарри бы никогда так не поступил, — облегчённо вздыхал кто-то. Всего одной фразы оказалось достаточно, чтобы почти полсотни человек поверили в него, потому что все они хотели верить. В своего Героя, который не предаст, спасёт, подарит счастливую жизнь, пусть даже ценой собственной, но что это, разве потеря? Одна жизнь в обмен на тысячи, миллионы! Гермиона сжала руку Рона в решительном жесте. — Нам пора, — отойдя в дальний угол комнаты, они развернули Карту Мародёров и, постучав по ней палочкой, Рон бодро прошептал: «Торжественно клянусь, что замышляю только шалость!». Черные линии змейками поползли по пергаменту, вырисовывая комнаты и классы Хогвартса, рассыпая чёрные точки с именами, завораживая оживающим, движущимся Замком. Точка с именем Северус Снейп (Рон сжал кулаки с стиснул зубы, но все же выдохнул и успокоился, сегодня медальон был на шее у Гермионы и он чувствовал себя немного легче) находилась в кабинете директора, рядом с ней красовались еще две точки: Амикус и Алекто Кэрроу. Точка «Аргус Филч» двигалась по первому этажу, в сторону спуска в подземелья, коридор на третьем этаже у туалета Плаксы Миртл был пуст, коридор у Выручай-Комнаты так же не вызывал никаких беспокойств. Они переглянулись, собрались с мыслями и встали. Выйдя за дверь комнаты, Гермиона накинула на их плечи мантию невидимку и они двинулись вниз. Зловещая тишина на лестницах Хогвартса сейчас казалась неестественной и мёртвой, хотя гриффиндорка думала, что скорее всего, на неё просто действует атмосфера пребывания в замке без нерушимой защиты Дамблдора. Их сказочный, непобедимый Хогвартс, каким помнило его большинство учеников, остался только в их сердцах, и чем дальше они продвигались, тем больше щемило сердце от этих непрошеных воспоминаний. Почему-то в голове возникла картинка украшенного к Святочному Балу Большого Зала, танцующие пары, нарядные девушки, красивейшие мантии на гостях и всех присутствующих... Она неожиданно для себя осознала, что чья-то широкая ладонь обнимает её за талию и притягивает к себе. Раздалось негромкое шипение, и почти беззвучное «Ты с ума сошла?? Ты чуть было не упала вниз»! Она заглянула под ноги и едва слышно охнула. Лестница отъехала к другому пролёту, оставляя пустоту, и именно туда Гермиона чуть было не сорвалась, придаваясь ностальгии. — Я знаю, Герм. Мне тоже постоянно кажется, что нашего Хогвартса уже нет, — зашептал Рон, прижимаясь губами к её уху, так, чтобы их никто не услышал. — Мы сможем это пережить, просто возьми себя в руки, надо нужно быстро попасть в Тайную Комнату и так же быстро убраться оттуда, — он взял ее ладонь в свою и, поправив плащ невидимку, они ступили на подъехавшую к их этажу лестницу. Заветный коридор начинался прямо за ней, и по коже друзей пробежали мурашки. Оказаться в Тайной Комнате, столкнуться лицом к лицу с призраками прошлого, увидеть Василиска своими глазами.. Точнее то, что от него осталось — нужно было только решиться поскорее шагнуть в неизвестность. И они шагнули. Дверь в туалет для девочек была приоткрыта, но самой Плаксы Миртл не было видно, они постояли возле двери пару секунд, а затем, сверившись с картой, убедились, что внутри пусто и вошли. Прикрывая за собой дверь и тут же скинув мантию, они приблизились к заветному умывальнику. Нащупывая змейку на кране большим пальцем, Рон коротко спросил у подруги: — Ты готова? — она кивнула, плотно сжав губы, и Рон зашипел на парселтанге «Откройся». Умывальники поехали в стороны, перестраиваясь и открывая большую грязную трубу, уходящую глубоко вниз. Непроглядная темень неизвестности пахла гнилью и сыростью, затхлым воздухом и скрытой в недрах Замка опасностью. Гиффиндорка поспешно обняла Рона и, отстранившись, ответила: — Да, — он кивнул ей в ответ и повернулся к ней спиной. — Я пойду первым. Ты — через пять минут после меня, — на этот раз кивнула Гермиона, и, несколько раз вздохнув веред тем, как прыгнуть в трубу, Рон сделал шаг в неизвестность. Гермиона, нервно переминаясь с ноги на ногу, прождала ровно пять минут и скользнула в трубу следом за Уизли. Они встретились внизу, безмолвно, не отвлекаясь на мелочи. Ребята пообещали им полчаса свободного времени и провожатого, чтобы выбраться наружу из этой дыры. Друзья шли быстро и бесшумно, стараясь не думать о том, что ждет их впереди. Перед еще одной дверью они затормозили и Рон, снова прошептав какие-то непонятные слова, открыл и эту дверь тоже. Под сводами огромного зала виднелась тёмная груда чего-то, что по видимому и было останками Василиска. Рон пошёл вперёд, подходя ближе, пытаясь преодолеть как можно большее расстояние за кратчайшие сроки, отчего почти вприпрыжку бежал к челюсти с огромными острыми зубами, однако Гермиона вовсе не торопилась туда. Медальон на её груди с каждым шагом становился тяжелее, как будто тянул её к земле. Она остановилась, медленно опускаясь на колени прямо на пол глубоко дыша. Когда звук ее шагов затих, Рон резко развернулся на пятках, чтобы посмотреть, что случилось. Он был уже почти рядом с истлевшей тушкой, но, увидев опустившуюся на пол Гермиону, рванул к ней, и, подбегая, с разбегу упал на колени рядом. — Гермиона? Что? Что-то не так? — девушка вымученно улыбнулась, поднимая на Рона несчастные глаза и помотала головой. — Нет, всё в порядке. Я немного устала, сейчас я посижу немного и пойду за тобой, а ты пока иди вперёд, — Рон недоверчиво смотрел на неё, держа её маленькую хрупкую ручку в своих ладонях, нежно сжимая пальцы подруги. — Ты уверена? — конечно, он знал, что она ответит. Как знал и то, что рассиживать здесь у них совсем не было времени, и что Гермионе точно не станет лучше, если они пробудут здесь дольше положенного, и что нужно быстрее закончить все дела здесь и убираться, но... всё никак не получалось выпустить её руку, встать и пойти за оружием против крестражей, наломать ядовитых клыков, убрать в кожаный мешок, запечатать его магией и убираться отсюда, а потом и из Хогвартса тоже. Он глубоко вздохнул, и, с извинением глядя на Гермиону, выпустил её руку, аккуратно положив её на коленку девушки. Она еще раз слабо улыбнулась в ответ. Рон быстро поднялся на ноги и бегом кинулся к тёмной груде в дальнем конце зала. Минуту спустя, Гермиона уже шагала за ним, однако если бы кто-то пригляделся, как именно она шла, то заметил бы, что ноги от земли она почти не отрывает, а скорее волочит их. До Рона оставалось еще метров пятьдесят, когда она, совершенно выбившись из сил, снова опустилась на пол. Медальон неподъемным камнем висел на шее, не давая продолжать путь, Рон опасно дёргал клык змея уже несколько минут, но вытащить ядовитый зуб никак не получалось. Девушка закрыла глаза, мысленно взмолившись, чтобы он скорее заканчивал все это, как по телу её пробежала дрожь, а руки и ноги задрожали. Медальон на шее резко дёрнулся, как будто услышав её мысли и оглушительно-звонко зашипел. Гермиона вскрикнула, хватаясь за цепочку и пытаясь стащить его с шеи, но проклятая вещица и не думала поддаваться. Как будто почувствовав скорую смерть, частица чёрной души Тома Риддла хищно вцепилась в островок своей защищённости и кидаясь из стороны в сторону сжимала плотные кольца на шее девушки, затягивая цепочку всё туже. Гермиона сдавленно захрипела, падая на пол, всё, что разделяло её шею и резные колечки металла, были её пальцы, которые не очень помогали предотвратить попытку удушения. Рон с бешеной яростью накинулся на клык, уже не особо беспокоясь о безопасности, обхватив его обеими руками, расшатывал из стороны в сторону, тянул, рыча, но абсолютно не сдвинулся с мёртвой точки. В конце концов он выбился из сил и наплевав на все предосторожности, которые они с Гермионой обсуждали перед походом сюда, достал из кармана палочку. Быстро шепча заклинание (кажется, это было редукто, хотя, он бы и сам сейчас с точностью не сказал бы), он схватил один из шести или семи вылетевших из грозной пасти клыков и кинулся к гриффиндорке. Когда он снова упал рядом с ней на колени, глаза её были закрыты, а губы были слегка синеватого оттенка, она не дышала и чёртов медальон лишь упрямо подпрыгивал на полу, стараясь освободиться. Юноша, не долго думая, замахнулся клыком и, открыв его, не раздумывая вонзил ядовитый кончик во внутренности медальона, тут же накрывая Гермиону своим телом. Сверкнула ослепительная вспышка света, которую сопровождал высокочастотный звук, и неслышный и оглушающий одновременно, за которым последовал мощный взрыв, отшвырнувший их к самому входу, вместе с обгорелыми остатками Медальона Салазара Слизерина, абсолютного пустого и безжизненного теперь. Рон кинулся к холодным губам девушки, яростно вдыхая в них воздух, из глаз его катились слёзы, капая на бледную кожу гриффиндорки, и всё что он мог сейчас, это повторять про себя «Живи, живи, живи!» Спустя долгие секунды, Гермиона дёрнулась и закашляла, медленно открывая глаза. Рон, вытирая слёзы тыльной стороной ладони, обнял её одной рукой и уткнулся носом в её шею, вдыхая родной любимый запах. — Ты как? — только и смог выговорить он. — Ничего, — хрипло прошептала девушка, отстраняя его от себя. — Рон, собери клыки, скорее... Он неуверенно кивнул и, схватив мешок, поплёлся к валяющимся на полу ядовитым клыкам чудовищного змея. Собрав их в плотный мешок и завязав его, он вернулся к подруге и, недолго думая, легко подхватил ее на руки, поднимая с пола и убирая в карман медальон. Волнение нарастало с каждой секундой. Их могли услышать, заметить, почувствовать, ведь окончание вылазки пошло совсем не так, как они рассчитывали. Однако, был в этом один плюс — они таки уничтожили один крестраж. У выхода их уже ждала Джинни с двумя мётлами в руках. Оседлав метлу, Рон посадил полубессознательную Гермиону перед собой и втроём они полетели наверх. Уже оказавшись в туалете Миртл, они задумались, как закрыть вход в Комнату, но тут на помощь совершенно неожиданно пришла сама Миртл. Оказалось, что она слышала еще тогда, пять лет назад, как именно Дамблдор вернул все на свои места. Операция была завершена, и даже относительно удачно. Оставалось только вернуться в Выручай-Комнату. Рон достал из кармана карту и проверил близлежащие коридоры. Всё было чисто.

***

Драко ввалился в комнату, уставший и растрепанный. Он нервно озирался по сторонам, как будто высматривая кого-то, а потом резко кинулся к расколотой капсуле, всё ещё лежавшей на ковре и схватив ее, закинул под большую кровать. — Поттер? Ты здесь? — зашептал он, поворачиваясь и глядя в мрачную пустоту. — Да, — так же тихо донеслось откуда-то справа. Блондин повернулся на звук и не увидел ровным счётом ничего. — Почему я тебя не вижу? — в голосе его появились нотки истерики, он сжимал и разжимал кулаки, силясь успокоиться. — Я не знаю, — грустно ответил невидимый Гарри, вздохнув. Малфой устало сел на ковёр, откидываясь спиной на кровать. Вид у него был не просто усталый, Гарри казалось, что из слизеринца выпили всю жизнь. Он был бледен, губы его тряслись, испарина над губой поблескивала в свете луны, а в глазах был такой холод, что мурашки невольно забегали по спине брюнета. — Что-то случилось? — с тревогой в голосе произнес Гарри. — Я хочу видеть тебя, — резко сказал Драко, и мертвенное свечение стало разрастаться, как пламя разгорающейся свечи. Спустя минуту, перед Малфоем парил все тот же призрак одного из известнейших волшебников современности. Блондин вытаращился на него, приоткрыв рот. — Как? Почему? — Я сам не знаю, — честно признался Гарри. — Когда зашла... Беллатрикс, мне было очень страшно и я хотел исчезнуть, чтобы она ни в коем случае не увидела меня, а теперь вот, после твоих слов я вроде как... материализовался, — полувопросительно закончил он. Драко прикрыл глаза, запрокидывая голову на кровать. — Так что всё-таки случилось? Ты выглядишь, хм, — Гарри на миг задумался, — странно, — закончил он, так и не найдя более подходящего слова. — Да пустяки, — саркастично отозвался слизеринец. — Через два дня моё посвящение, — призрачная рука Гарри прошла сквозь плечо юноши, не принося успокоения и не поддерживая, совсем не оказывая никакого воздействия на бывшего врага Гарри. Малфой же лишь безумно улыбался, уже не сдерживая рвущуюся наружу истерику.