Непокорность - моё второе имя

Во дворце была какая-то неописуемая суматоха. Он, словно оживший муравейник, в котором бегали рабочие муравьи, готовился к чему-то очень важному. Что-то очень важное – моя предстоящая свадьба. Такого переполоха не было даже во время свадьбы Ибрагима и Хатидже, сейчас Валиде хотела, чтобы всё прошло идеально. Ведь матушка знает, что я не особо разбираюсь в тонкостях украшений, нарядов и блюд, поэтому всё сделает на свой лад. Если честно, то все эти пиршества мне не нужны. Я даже не понимаю, зачем их устраивают. Это традиция, но от них столько хлопот. Какие-то мельчайшие детали в сервировке, платьях иногда просто раздражали меня. К примеру, я проходила по гарему, все девушки выстроились в ряд, как ко мне подходит Нигяр калфа. Она протянула мне два куска ткани, которые были абсолютно одинаковые по цвету. Я недоуменно посмотрела на неё. - Госпожа, Валиде Султан попросила узнать вашего мнения. Какой цвет вам предпочтительнее: цвет яичной скорлупы или цвет кости? - они же совершенно одинаковые, ну, может, первый немного светлее, но издалека их примешь за один и тот же цвет. - Нигяр, а чем они отличаются? И где какой цвет? - я сощурилась, может, так различу их. Подбежавший Сюмбюль тоже решал эту загадку. - Госпожа, на мой взгляд, лучше всего цвет кости, - промямлил Сюмбюль. - Ты ещё разбираешься в этом, Сюмбюль? Ладно, вот этот, - я ткнула на первый кусочек ткани. Уж, что это был за цвет, я не знаю. Но зато уверена, что Нигяр перепутает их сама. Как только Валиде их различает? Усмехнувшись этому поступку, я направилась в покои Хюррем. Она совсем скоро должна была родить, мне очень хотелось поддержать её. Хотя она будет мамой уже четвёртый раз, ей не привыкать. Хюррем сидела на тахте и перебирала украшения, подаренные Повелителем. Она прикладывала их к шее, запястьям, груди. Увидев её многочисленные сокровища, я удивилась. - Сколько же их у тебя, Хюррем? – спросила я, разводя руки в сторону. - Это только вторая шкатулка, у меня ещё три таких. Надо бы перебрать. Поможешь? – султанша похлопала по дивану, приглашая сесть. - Нет уж. Я и так выбирала сейчас между скорлупой и костью, давай лучше сама, - я отодвинула шкатулку в сторону. - Как тебе в роли будущей невесты? - спросила Хюррем. - Необычное чувство. Вроде ничего обычного, но состояние необычное. Видишь, я даже в словах уже путаюсь, - я потрогала животик Хюррем, - как ты? Совсем скоро срок. - Аллах защищает нас, госпожа. Я уже чувствую каждое движения своего будущего сыночка. - А если опять дочка родится? - Нет, Мадине. Я уверена, что будет сын. Уже третий сын. Махидевран надо теперь сторониться тебя, - она засмеялась. - Хатидже тоже скоро родит. Надеюсь, в этот раз всё будет хорошо, иначе она просто не переживёт этого. Может, пойдём в сад? Только одевайся потеплее, уже зима. Мы вышли из покоев в сопровождении служанок. Улыбаясь друг другу, мы достигли гарема. Стража по обыкновению произнесла наши имена, и все вновь склонились нам. - Дорогу! Махидевран Султан Хазретлери, - я услышала это имя сразу же после наших. Только её не хватало тут, не обойдётся без очередной колкости в адрес Хюррем. Я жестом дала понять своей подруге, что надо скорее уносить ноги, хотя чтобы просто не видеть недовольного лица этой черкешенки. - Госпожа, - Махидевран склонилась. Эх, не успели уйти. Надо обменяться любезностями и скорее покинуть дворец. - Здравствуй, Махидевран. Очень жаль, но нам пора, - я потянула Хюррем за локоть к выходу. - Что Хюррем-хатун, уже боишься меня и убегаешь? – промолвила ехидно мать наследника. Всё, началось! Моя рыжеволосая подруга тут же остановилась и резко развернулась, наступая на свою противницу. - Я тебе не хатун. Запомни: я, как и ты, мать наследников, уже двоих. Скоро вот третий родится, - она погладила свой живот. - Я уже говорила, роди хоть десять шехзаде, Мустафа будет на первом месте всегда. Он займёт этот трон, когда Повелитель покинет этот мир. - Ты уже и нашего султана в гроб загнала? Не совестно ли тебе, Махидевран? – жеманно ответила Хюррем. - Пойдём, Хюррем, - я вновь потащила подругу, но она не собиралась уходить. Наоборот, кажется, бой только разгорался. - Ты всех переманиваешь на свою сторону, Хюррем. Везде и во всём ищешь собственную выгоду. Все беды у нас только после твоего приезда сюда. Ты отняла у меня Повелителя, ты, словно ведьма, околдовала его. Аллах да покарает тебя, Хюррем! Мадине Султан ты тоже переманила себе, она только и делает, что бегает к тебе, как доносчица и рассказывает обо всём. Госпожа ещё неопытна и молода, вот ты её к себе в служанки и взяла. Тут я уже не выдержала и подошла ближе к Махидевран. - Махидевран, ты думай, что говоришь и кому ты это говоришь, - я нахмурила брови, но на мать наследника этот никак не повлияло. - Госпожа, я лишь говорю правду. Вы общаетесь только с ней, всё время рассказываете обо всём, неужели вы не видите, что она использует вас. Терпение моё иссякло. Я глубоко вздохнула и не заметила, как за нашей ссорой наблюдают уже все девушки, евнухи, калфы. Я со всей силы взяла Махидевран за горло и припечатала к ближайшей стенке. По мере того, как я усиливала хватку, в её глазах рождался всё больший и больший испуг. - Да, как ты смеешь такое говорить про меня?! Я – член Османской династии, я родилась госпожой, а ты всего лишь такая же рабыня, как и они, - я указала на стоящих наложниц. - И возвысилась ты только потому, что наследника родила, он тебя к власти привёл. Не смей больше ничего говорить обо мне и о Хюррем! Если я ещё раз увижу тебя рядом, пеняй на себя. - Госпожа, вы не посмеете… - хриплым голосом проговорила Махидевран, я лишь усилила хватку. - Я не посмею? Плохо ты знаешь меня. Доносчица я, значит? Да? – Сюмбюль подбежал ко мне и стал успокаивать меня. Я лишь шикнула на него. - Мадине! - крикнула вдруг Хюррем, хватаясь за живот. Я обернулась, отпустив Махидевран. Она опустилась вниз по стене, держась за горло. - Что такое, Хюррем? – я подбежала к ней. - Я рожаю, рожаю! - кричала она. Слуги быстро подхватили её и понесли в покои, Нигяр побежала за повитухой. Несколько часов Хюррем безудержно кричала, роды длились очень долго. Я стояла рядом и вытирала её пот с лица, она сильно сжимала мою руку. Наконец, послышался плач младенца. - Кто у меня? Кто? – дрожащим голосом спросила Хюррем. - Госпожа, у вас родился сын. Славный здоровый шехзаде, - сообщила повитуха. Хюррем скорее выхватила сыночка на свои руки. Он был просто ангелочком, такие миленькие черты лица, он жмурился и поджимал губки. От этой картины я забыла обо всём на свете. - Хочешь подержать? – спросила вдруг моя подруга. Я ужаснулась, но не отказалась. Бережно взяв мальчика на свои руки, я стала покачивать его. Каждое движение пробуждало во мне улыбку. Хюррем смотрела на нас счастливыми глазами. Тут вошёл Повелитель, Валиде и Хатидже. - Хюррем, душа моя, - бросился Сулейман к постели. – Ты вновь подарила мне прекрасного сына. - Повелитель, он просто ангел, - воскликнула я. - Мадине, а тебе идёт держать малыша на руках. Аллах, скоро и у тебя появятся дети, - подметила матушка и подошла ближе, чтобы рассмотреть внука. За ними всеми я увидела Махидевран. Она утирала слёзы, опустив голову. Её злил тот факт, что у Хюррем вновь сын и то, что я унизила её при всех. - Твоё имя Баязед. Твоё имя Баязед. Твоё имя Баязед, - произнёс Повелитель, держа сына на руках. Хюррем была очень счастлива, я тоже. Мне так понравилось держать малыша, что я невольно задумалась и о своих детях. После никяха у нас с Бали будет первая брачная ночь. Затем я забеременею, рожу малыша. Даже не верится как-то! Я никогда не представляла себя в роли жены или матери. Теперь даже страшно, я ничего не знаю о детях, об их воспитании. Вообще, посмотрев на роды Хюррем, я испугалась. Неужели это так больно? Ой! Всё, не думать об этом! Я ещё не замужем, а уже имена внукам придумываю. Смешно самой стало. Насчёт моего поступка по отношению к Махидевран я не жалею. Моё терпение кончилось. Такое впечатление, что она не воспринимает меня всерьёз, считает совсем юной и глупой. Не знаю, что двигало ею в момент произнесения этих слов, но она явно нажила себе и проблем, и врагов. Теперь я отношусь к ней с огромным презрением, даже общаться с ней не хочется. Мы оставили Хюррем отдыхать, роды прошли трудно, и ей надо было набраться сил. Я вышла из комнаты последняя, нехотя расставшись с маленьким Баязедом. Когда я шла к себе, из-за угла кто-то резко схватил меня за руку и притянул к себе. Я невольно вскрикнула, но за секунду сосредоточилась, зажмурилась и ударила схватившего меня кулаком в живот. Он скрючился от боли. - Мадине, ну зачем бить сразу? – пролепетал Бали. Я удивилась, что это был он. Ага! Хотел напугать меня. Ну-ну, а теперь вот мучается от боли. Конечно, я нечаянно, скорее, это была самозащита. Недавно я влепила пощечину Ибрагиму, теперь вот этому в живот дала. - Бали, никогда так не делай! Я Ибрагиму сказала и тебе говорю, что могу ударить и ниже пояса. Неужели нельзя было просто позвать меня, а не притягивать к себе из-за угла? Я уж знаешь ,что подумала? – я сложила руки на груди, словно не ощущаю никакого сожаления, что ударила его. - Да, сильная у тебя хватка, - он выпрямился. – Я слышал, у Повелителя родился сын… - У Повелителя и Хюррем, - уточнила я. – Да. Он такой миленький, словно ангелочек. Его нарекли Баязедом, он просто такой милый! Я даже держала его на руках. - Наших детей ты тоже будешь так любить? – спросил Бали-паша. - Эй, мы ещё даже не женаты, а ты уже о детях… Я ведь и отказаться могу от этого брака. - Но до сих пор не отказалась ведь, - ехидно улыбнулся он. Вот ведь! Всегда найдёт, что сказать. - Времени не было, - буркнула я себе под нос. – Стой! Я знаю, что ты хотел сделать, притянув меня к себе. Точно! Ты хотел меня поцеловать?! Я же сказала, что до свадьбы всё теперь. - Но, когда об этом никто не знал, без свадьбы всё происходило спокойно, - удивился мой будущий муж. - Так то было, когда никто не знал. А теперь уж всё! Я – девушка порядочная, - мне на минуту стало жалко его. Он так сильно любит меня, сейчас даже расстроился. Я сощурилась и потянулась к нему, чтобы поцеловать в щёчку. Он, словно коршун, ждал этого, вмиг обхватил меня за талию и притянул к себе, впиваясь в мои губы. Я от удивления широко раскрыла глаза, он жадно целовал каждый сантиметр моих губ, крепко сжимая в своих объятиях. - Прекрати! – я отпрянула от него, - решил обмануть меня, да? - Нисколько. Просто до свадьбы я ждать не могу. - Только не говори, что ждёшь свадьбы только ради поцелуев и … - я замолчала на мгновение, мы оба поняли друг друга. - В этом есть доля правды, госпожа. Но больше всего я хочу провести с тобой всю свою оставшуюся жизнь. - Всю-всю? Ну-ну, она тебе понравится, – я улыбнулась и быстро зашла за угол. Вот ведь хитрый какой! Войдя в комнату, я увидела сидящую Айлин. Она дошивала свой рисунок, но увидев меня, поклонилась. - Госпожа, заходила Валиде султан, просила, чтобы вы пришли к ней по поводу примерки платьев. - Начинается! - выпалила я, скрепя зубами. Но делать нечего. Если не подчиниться, то матушка все силы приложит, чтобы отменить этот брак. И пусть она будет делать это из-под неволи, но только лишь бы проучить меня. Через пару минут меня уже измеряли портные и записывали данные на листок. В покои Валиде внесли огромные сундуки с тканями, платьями и украшениями. Я считала секунды до завершения этого хаоса, но маме кажется, не нравилось ни одно платье, предложенное портными. - Всё это не то, - отвечала матушка на предложения портных. – Моя дочь должна быть самой красивой. На ночь хны это будет красное платье, на день гулянья должно быть яркое платье. Мадине, как тебе фиалковый цвет? - Отлично, - процедила я с усмешкой. - Когда тебя будут вести в ваш дворец, на тебе будет белое платье с золотистой накидкой. А в твою первую брачную ночь… - мама задумалась. - Валиде, прошу вас. Давайте не будем усложнять и без того трудное положение. Я не хочу слишком пышной свадьбы. Вы помните, что произошло после свадьбы Хатидже? Взбунтовавшиеся янычары окружили замки из-за разорившейся казны. Я не хочу этого ещё раз. - Дитя моё, не утруждай свою головку такими мыслями. Твой брат не допустит этого, - матушка похлопала меня по плечу. Тут вошла Эсма-хатун, служанка Хюррем, в сопровождении всей детской четы рыжеволосой госпожи. - Валиде Султан, - обратилась няня к маме, - Хюррем султан отдыхает, дети хотят поиграть с вами. - Я с ними поиграю! – я вскочила с тахты и подбежала к племянникам. Сейчас всё, что угодно, лишь бы избавиться от примерок. - Мадине, а как же наряды? – Валиде всплеснула руками и удивленно посмотрела на меня. - Валиде, дети – цветы нашей жизни! Их нельзя лишать внимания и заботы, - сказала я. – Ну, что детки? – обратилась я к Мехмеду, Михримах и маленькому Селиму, - скорее в сад? - Мадине, давай возьмём ещё Мустафу? – спросил Мехмед. Я кивнула. Взяв Михримах и Мехмеда за руки мы вышли из покоев матушки, а Эсма несла маленького Селима. Мы зашли за Мустафой, который с радостью согласился погулять с нами. Мы обменялись с Махидевран злобными взглядами. Я решила не думать об этом, она мне не соперница. На улице шёл снег. Отличное время для игр в снежки! Дети, увидев кружащиеся белые хлопья, запрыгали и захлопали в ладоши. Мы вышли на белый снежный луг около беседки, Селим и Эсма сели внутрь, а я с мальчишками и Михримах стали играть в снежки. Мустафа и Михримах сражались против нас с Мехмедом. - Я устала, детки, - сказала я, садясь в беседку. - Ну, Мадине, пожалуйста. Давай поиграем ещё! – вопили племянники. Я взялась за голову, их голоса так и слышались в моих ушах. - Дорогу! Султан Сулейман Хазретлери! – мы склонились в почтительном поклоне перед братом и отцом. Сулейман поцеловал меня в лоб и поприветствовал всех детей. - Повелитель, прошу вас, поиграйте с ними, - взмолилась я, - я уже устала. - Мадине, кажется, Валиде хотела примерять наряды с тобой, - вспомнил Падишах. Передо мной трудный выбор: наряды или дети. О, Аллах! Это так трудно. - О! – вскрикнула я, - вон Ибрагим идёт! – паша приближался к нам, я окликнула его и поманила рукой. - Слушаю вас, госпожа… - Ибрагим, ты скоро станешь отцом, надо тебе побольше играть с детьми. Так что вот, - я указала на Мустафу, Мехмеда и Михримах, которые, кажется не устали от игры в снежки. - Но, госпожа… - хотел что-то возразить Визирь, я жестом остановила его. - Ничего не хочу слышать. Я уже наигралась с ними, - Сулейман лишь тихо смеялся. Ибрагима окружили дети и начали закидывать снежками, он не успел сориентироваться и получал каждую секунду новый удар. - Повелитель, паша! – прибежал взволнованный Сюмбюль ага. Мы все устремили свои взгляды на него, - Хатидже Султан рожает!