Стальная бабочка

Столовая гудит, как разворошенный улей. Возбужденные, нервные и малость офигевшие новобранцы передают, глотают и пережевывают сплетни и последние новости наряду с на удивление сытным ужином, на пол часа позабыв об изнурительной мясорубке тренировочных симуляторов Ямы, через которые их безостановочно пропускают проклятые тренера. Здесь так заведено изпокон веку – с одной стороны заходят люди, с другой выходит мясо, бесстрашным остается только крутить ручку. Такая вот дрянь. Кривясь от ноющей боли в щеке, Пацанка хмуро следит за входящими в столовую людьми, впиваясь глазами в очередного вновь прибывшего «затраханного» длительной тренировкой новобранца и в очередной раз досадливо убеждаясь, что это не гребаный Нейт. - Эй, Бритт, - Кима наворачивает так, словно не ела недели две, - хватит херней страдать, бери поднос, иди на раздачу… - Я не голодна, - ворчит Пацанка, корча злостную рожу в ответ на очередной любопытный взгляд, брошенный в ее сторону, - Меня до сих пор воротит после нашего марш-броска. - Ты должна есть, иначе сил не будет… Пацанка хмыкает - да что эта девчонка вообще о ней знает – и тут же вытягивает шею, когда замечает-таки вошедшего в столовую Нейта. Бесстрашный, хмурый и задумчивый, в одиночестве возникает в помещении и проходит прямиком к раздаче. Ну, говнюк, держись теперь. - Эй, куда это ты? – глаза Кимы принимают форму двух чайных блюдец, пока она наблюдает за тем, как Пацанка, ни словом больше не обмолвившись, перемахивает через скамью и идет прямиком туда, куда Кима ее пару минут назад и посылала. Не уж то послушала? Пацанка целенаправленно прет к столам с едой и очереди из бесстрашных, в хвосте которой сейчас с видимым равнодушием стоит Нейт, распихивая всех попадающихся у нее на пути и словно разгоняя по помещению злой ветер, который заставляет головы всех без исключения новобранцев поворачиваться ей в след. Этот же самый «ветер» и поднимает волну разноголосых «шу-шу-шу» у нее за спиной. Пользуясь моментом, пока Нейт не видит, Пацанка пристраивается у него за спиной, зачерпывает ложку салата и со всей силы бухает его на поднос бесстрашного, пачкая его форменную куртку кусочками еды. Мужчина резко оборачивается и впивается в нее разъяренным взглядом. - Какого… - Будь так добр, обрати на меня крупицу своего драгоценного внимания, Нейт, я не пустое место, блять… - Как вы смеете новобранец? Вам нельзя разговаривать со мной… - Да неужели? – Пацанка коварно щурится, понижая голос, - Кончай спектакль, а? - Ох, лучше заткнись, - шипит бесстрашный, хватая ее под локоть и отводя в сторону, - какого черта ты притащилась сюда, а, Пацанка? - Что, думаешь из-за тебя? - А что, разве нет? Его злость забавляет ее, но в глазах Нейта, она замечает еще и нервозность. С чего бы? - Сволочь ты, сначала лапшу на уши, а потом пинка под зад? Так, значит? Он молчит, прекрасно в прочем зная, о чем речь. Пацанка швыряет на пол ложку, которую все это время, оказывается, сжимала в руках, и, развернувшись, берет курс на выход из столовой. А фактически из фракции. Чтобы приять это решение, ей только и нужен был этот идиотский разговор. - Стоять на месте, новобранец. Ледяной голос вонзается в спину Пацанки подобно острому ножу, заставив ее скривиться. Эрик, мать его, кто же еще. Только этот ублюдок может найти самое неподходящее время для разборок. Она оборачивается к нему, нехотя задирая голову. - Значит ты, Пацанка, - мерзкая усмешка застывает на его губах, когда он, прожевав, выплевывает ей в лицо ее же имя. Голос его при этом остается до дрожи спокоен, - взяла поднос, наложила еды и поела. - Спасибо, я не голодна. - Ты кажется не поняла. Это не просьба. Если не хочешь загнуться в ближайшем будущем, тебе придется. - Я не голодна, - цедит сквозь зубы Пацанка, слыша, как утихает гул в столовой, словно кто-то убавляет звук на невидимом глазу приемнике, а головы всех без исключения присутствующих с ржавым скрипом поворачиваются в их сторону. - Либо ты сейчас жрешь сама, либо я запихиваю в тебя это дерьмо вместе с твоими тридцатью двумя, - ласковым, но совсем не аппетитным голосом добавляет Эрик, при этом окидывая ее наглым взглядом с головы до ног, от чего Пацанка вспыхивает как свечка, разве что только на кончике ирокеза как на фитиле не загорается огонь, - посмотрим, как они у тебя переварятся, выбор за тобой, новобранец. Лидер стоит опасно близко, и на раздаче становится тихо-тихо, как в мире после ядерной войны. Пацанка растягивает губы в кривоватой усмешке, из последних сил пытаясь справиться со своим отвращением и своим страхом. От взгляда Эика нестерпимо начинает раскалываться башка, и на коже словно заново проступает след от сапога этого гребаного ублюдка. Лидер отвечает на усмешку усмешкой. Только у Лидера она подчеркнуто снисходительная. Они сверлят друг друга взглядами ровно до тех пор, пока материализовавшаяся подле нее Кима, не сует Пацнке в руки уже наполненный поднос с едой и не уводит ту прочь к занимаемому ими столику. - Какого черта, Бритт! У тебя совсем башню снесло? Прекращай сейчас же, он того не стоит! Ага! Пацанка смотрит на Киму, словно впервые видит. Словно ее сокурсница не человек из плоти и крови, а представитель внеземной расы, вступившей с ней в контакт. - Ты о ком это? Негритянка хмыкает, продолжая уплетать еду и покачивая головой. - Ну не об Эрике же… о Нейте, конечно. Вы же с ним знакомы, верно? Пацанка пододвигает к себе поднос и принимается за еду. Ее начинает тошнить от всего происходящего. Даже от Кимы, которая, не обидевшись, кивает ей кудрявой головой: - Расскажешь, как будешь готова, мать. Не отрываясь от еды, Пацанка показывает ей средний палец, и Кима хмыкает с набитым ртом. Знакомы, еще как. Хотя лучше бы не были.