Не все истины нужно знать

Отель «Линвайл» Смежный номер агентов Малдера и Скалли 11.05 - Спасибо, Кейт, я твоя должница! Твоя помощь, как всегда, неоценима. Я позвоню, как только вернусь в Вашингтон. Скалли нажала кнопку «отбой» и отложила телефон. Серая полоска света, пробивающаяся через жалюзи, напоминала о том, что обычный зимний день Эшвилла в самом разгаре. Кейт Макдугал, ее давняя знакомая из отдела по борьбе с экономическими преступлениями в ФБР, в течение получаса отвечала на вопросы, сверяла все с имеющимися в Бюро данными и практически подтвердила подозрения Скалли в махинациях с северокаролинскими землями вблизи местной резервации. Пришлось воспользоваться привилегиями старой дружбы и проверить кое-что в банковской сфере округа Бэнкомб. Скалли вздохнула и устало опустила голову на подушку. Как бы она ни храбрилась, противная слабость, вызванная не столько физическими увечьями, которые она получила, сколько пережитым стрессом, все еще давала о себе знать. Свежая информация, полученная от Кейт, тут же заставила ее острый ум работать. Но Дана Скалли была только рада отвлечься от воспоминаний о событиях прошедшей ночи. На переживания просто не оставалось времени, дело Гиффлера приобрело ясные очертания и она ждала напарника, чтобы поделиться новыми сведениями. Телефон завибрировал, уведомляя о доставке сообщения, и Скалли, протянув руку к прикроватной тумбочке, наткнулась взглядом на часы Малдера. При мысли о напарнике ее сердце гулко забилось. Скалли уткнулась лицом в подушку и тихонько застонала, но не от боли. Да, ее спина оказалась здорово исполосованной, но раны были неглубокими. Недавно ее навестил Алекс Шепард, этот любезный доктор, который осмотрел ее, бурча себе под нос что-то о «самых худших пациентах». Потом заявил, что не мешало бы отвезти ее в больницу и провести более детальное обследование, а потом, когда Скалли категорически отказалась от этого, промыл и смазал повреждения мазью. Дана смутно помнила его вечерний визит, но по достоинству оценила врачебные навыки. Доктора Шепарда привел Малдер, а после, деликатно извинившись, торопливо покинул комнату напарницы, заявив, что подождет в холле мотеля, где выпьет чашечку кофе. Она настойчиво пыталась поймать его взгляд, но он упорно отворачивался. Чтобы понять его, не потребовалось много усилий: Малдер как мог старался и щадил ее гордость. Он знал, что напарница будет переживать, если в его присутствии ей придется обнаружить свою слабость. В смежном номере хлопнула дверь, и Скалли услышала знакомые шаги. Она почувствовала, как к щекам прилила кровь и сбилось дыхание. Господи, да что это с ней?! Она же агент ФБР! И это все только потому, что, проснувшись ночью, она обнаружила себя в объятиях напарника? Нет, конечно же, он сделал для нее то, что посчитал правильным в данной ситуации. Пережитый шок мог ухудшить ее состояние, Малдеру пришлось бы везти ее в больницу и тем самым подвергнуть случившееся нежелательной огласке. С точки зрения здравого смысла он сделал все верно. Предотвратил возможную лихорадку от воспаления и повторный шок от пережитого. Разве она поступила бы иначе, окажись он на ее месте? Но тогда почему она так дрожит? Те несколько минут, что она приходила в себя ото сна, были наполнены ощущением покоя и полной безопасности. Тепло его тела согревало ее, а пьянящая близость оберегала. Она почувствовала, как напарник напрягся и, осторожно отодвинувшись, поднялся. И хотя Скалли не открыла глаза, она могла поклясться, что Малдер стоял возле кровати и долго смотрел на нее. А потом, стараясь как можно меньше шуметь, ушел в свой номер… Дана до боли прикусила губу. В последние дни между ними столько всего произошло, что она затруднялась описать те чувства, которые испытывала к Малдеру. Еще вчера она не могла точно сказать, действительно ли он был ее партнером. Дело Гиффлера открыло свежие раны недоверия и сомнений. Несколько раз он не преминул напомнить, что ее заинтересованность в работе «Секретных материалов» уступала его и не шла ни в какое сравнение с интересом Дианы…Это было самое несправедливое и мучительное обвинение за все время их партнерства! Скалли мысленно вернулась к недавнему разговору с Джеймсом. Он упомянул о внимании агента Фоули к расследованию дела Марка. И хотя Скалли знала, что Малдер не одобрял ее подозрений в отношении его бывшей пассии, она дала себе слово по возможности пристально наблюдать за ее шагами, касающимися их отдела. Именно поэтому ей пришлось сделать такой нелегкий выбор и промолчать о том, кем в действительности являлся Джеймс Маршалл. А потом все пошло кувырком и вышло из-под контроля. Они едва не погибли от рук фанатиков, возомнивших себя невесть кем. Но именно это безумие и вернуло Скалли напарника. И теперь она была в смятении и оттого уязвима. Мысли о том, что он легко догадается об обуревающих ее чувствах, заставляли Скалли паниковать. В самых сложных и запутанных ситуациях в Академии ФБР учили оставаться, прежде всего, профессионалом и помнить о своих обязанностях. Но в случае с Фоксом Малдером правила не срабатывали, а Бюро дипломатично умалчивало, что с этим делать. - Скалли, ты не спишь? – послышался голос напарника, вернув ее в реальный мир. - Можешь войти, Малдер, - как можно спокойнее постаралась ответить она. Возможно, ей вполне удастся скрыть истинные чувства. Она очень хотела в это верить. Фокс Малдер толкнул дверь в комнату напарницы. Скалли все еще была бледна, хотя ее глаза сверкали, а на скулах алели яркие пятна. Утром он общался с доктором Шепардом, заставив того детально рассказать о состоянии напарницы. Агент с нетерпением поджидал его в холле мотеля, пока тот осматривал Скалли. Прошедшей ночью он едва сомкнул глаза, постоянно прислушиваясь к ее тихому дыханию. И хотя Скалли спала довольно спокойно, прильнув к нему всем телом и положив голову на плечо, Малдер опасался рецидива. То ли лекарство так на нее подействовало, то ли его присутствие, но, к счастью, все обошлось. Когда она проснулась, Фокс сразу это понял. Ее рука, покоившаяся на его груди, дрогнула, и он увидел, как ее ресницы затрепетали. Малдер секунду подумал и решил, что ему пора уходить. Стоя у ее постели, он не смог удержаться и взглянул на напарницу. Потеряв источник тепла, свернувшись калачиком, она инстинктивно завернулась глубже в одеяло. Ее губы были слегка приоткрыты, и он вспомнил поцелуй. Мысли тут же приняли вполне закономерное направление, и Фокс, не мешкая, отправился в свой номер, чтобы принять прохладный душ… http://shot.qip.ru/00vINi-6gt7AZxQp/ Малдер остался у себя, чутко прислушиваясь к каждому звуку в ее комнате, а потом, едва рассвело, отправился к Робу Гринвуду. В конце концов, они доставили этому человеку достаточно хлопот. Агент не ожидал увидеть его на ногах спозаранку, учитывая напряженную ночь, которую им всем довелось пережить. Но Роб уже стоял у своей неизменной конторки. При виде Малдера на его лице отразилось неприкрытое беспокойство. «Переживает, бедняга», - подумал агент, подходя к управляющему мотеля. - Агент Малдер! – поприветствовал он Фокса и тут же поинтересовался. – Все в порядке? - Да, мистер Гринвуд, благодаря вам. Роб немного покраснел от удовольствия и смущенно кашлянул . Малдер понимал, что управляющему не терпится спросить о том, что он видел ночью, и решил действовать первым. - Скажите, кто-нибудь интересовался мной и моей напарницей? Роб удивленно и несколько с обидой посмотрел на агента. - Агент Малдер, вы же ясно дали мне понять, чтобы я молчал обо всем, что видел. - Мистер Гринвуд, я не собираюсь подозревать вас. Я верю вам, - с нажимом пояснил агент. - Вы хорошо знаете обитателей Эшвилла? - Я живу здесь всю свою жизнь, - кивнул Роб и принялся протирать столешницу. Малдер помолчал немного и рискнул задать вопрос, который не давал ему покоя с прошлой ночи. - Что вы думаете о шерифе Верховски? Управляющий на мгновение замер и с недоумением посмотрел на агента. - Почему вы спрашиваете? - Просто интересуюсь вашим мнением. - Фокс постарался придать голосу небрежность. - Шериф оберегает наш город. - От чего? Роб задумался, и в самом деле, от чего? -Так от чего же он оберегает Эшвилл, мистер Гринвуд? – настаивал агент. - Наверное, от всего плохого, агент Малдер, – попытался он объяснить. - Действительно, как и положено, заботливый хозяин города. Управляющий неожиданно всплеснул руками, охнул и стремительно исчез под стойкой. Малдер даже наклонился вперед, чтобы рассмотреть, не случилось ли чего? Роб также внезапно вынырнул и протянул конверт. - Посыльный привез пакет на имя агента Скалли. - От кого это? – пробормотал Малдер, рассматривая пакет. – Из Вашингтона. Спасибо, мистер Гринвуд, я передам ей. При упоминании Скалли Роб вспыхнул, и его уши немного покраснели. Малдер сделал вид, что ничего не заметил, полез в задний карман джинсов, чтобы спрятать конверт и наткнулся на вибрирующий телефон. Взглянув на имя звонившего абонента, он нахмурился, но это оказался именно тот человек, который был ему сейчас нужен. Агент поспешно кивнул Робу и, отойдя подальше от стойки, нажал кнопку приема. - Малдер. - Я догадался, агент Малдер, - сообщил в трубку заместитель директора ФБР Уолтер Скиннер. – Рад, что дозвонился хотя бы одному их своих подчиненных. По какой причине ваши служебные телефоны отключены? Хорошо, что у меня был номер вашего личного мобильного! «Умеет железный Вини с утра пораньше задавать вопросы». - Вероятно, по одной и той же причине, сэр. Агент Скалли… - Малдер замолчал, подбирая слова, - отдыхает. А мой служебный телефон утерян. - Объясните, агент Малдер. – потребовал босс.- Что, черт возьми, у вас там происходит? - Сэр, во время расследования на нас напали. Агент Скалли пострадала. - Он собирался просить шефа о содействии, потому и не стал ходить вокруг да около. В общении с руководством ФБР его всегда прикрывала Скалли, но сегодня была его очередь. - Что произошло? Почему вы не сообщили мне сразу? - У меня есть все основания полагать, что в деле Гиффлера замешан шериф Эшвилла. - Это серьезное обвинение, Малдер! У вас есть доказательства? - Сэр, в округе действует опасная секта, и он наверняка знает об этом. Более того, занимается пособничеством. Это не просто слепые фанатики, это хорошо организованная группа людей. - В какой степени они опасны? - Они не просто убивают людей, сэр. Они их пытают, а потом приносят в жертву. - Насколько сильно пострадала агент Скалли? – немного помолчав, поинтересовался заместитель директора. - Угрозы для жизни нет, сэр. Но я должен попросить вас отозвать ее в Вашингтон. - Хорошо, но я немедленно даю этому расследованию дальнейший ход, агент Малдер. Им займется наш отделение в Шарлотте*. Я требую, чтобы до прибытия подкрепления вы не предпринимали никаких самостоятельных шагов! Вы слышите меня? – переспросил Скиннер, не уверенный, что один из его самых деятельных и неугомонных подопечных слышит. Малдер сглотнул. Значит, ему пытаются ограничить свободу действий? - Сэр! Очень плохая связь! – почти крикнул в трубку агент. - Малдер? Вы слышите меня? – повторил заместитель директора. - Да, я передам агенту Скалли, что она должна немедленно вернуться в Вашингтон! - Малдер… Но Фокс уже нажал «отбой» и выключил сотовый. Конечно, Скиннер будет в бешенстве, узнав, что он не собирается бросать расследование. Мужчина чувствовал, что подобрался к разгадке всего происходящего совсем близко, стоило только протянуть руку, и правда откроется… - Агент Малдер, хотите кофе? – предложил подошедший Роб. - Было бы неплохо. В ожидании Гринвуда и кофе Малдер облокотился о стойку. Так было удобнее просматривать всех посетителей мотеля «Линвайл», тем более он ждал доктора Шепарда и не хотел его пропустить. После звонка Уолтера Скиннера тугой узел, сжимающий его грудь, немного ослаб, и Фокс наконец смог перевести дыхание. Он старался придать себе решительности, чтобы озвучить свое намерение и поскорее отправить ее обратно в Вашингтон. Малдер знал, что сделать это будет нелегко, и, возможно, напарница окончательно возненавидит его, но это решение не было спонтанным. Фокс усмехнулся про себя. Скалли определила бы его состояние куда лучше него самого. Извечное чувство вины за случившееся… Но его личный интерес при расследовании дела Гиффлера едва не стоил жизни Скалли, и Малдер с присущим чистосердечием признал это. Его личный интерес к Дане Скалли. Нежелание напарницы идти на уступки обострило их и без того сложные в последнее время отношения. Он не сомневался в ее профессионализме и давно изучил свойства ее характера. Она была несгибаемой, когда дело касалось фактов и вещественных доказательств, и неимоверно ранимой, когда задевались ее вера и чувства. Именно тогда и начиналась тайна, которую он хотел узнать ничуть не меньше, чем истину о внеземных формах жизни. И за этот ее секрет он был готов на многое… Малдер искренне надеялся, что расследование исчезновения Гиффлера поможет вернуть прежние отношения с напарницей. Он действительно так считал. Глупец! Несмотря ни на что, она по-прежнему оставалась с ним, работая бок о бок, прикрывая его и защищая, когда того требовали обстоятельства. И в тоже время она была далека и недосягаема как никогда. Последние несколько дней он верил, что причина их натянутых отношений в нежелании Скалли поверить в то, что Диана Фоули не собиралась вредить их работе в «Секретных материалах». Он действительно полагал, что причина их затянувшегося разлада только в этом. Естественно, Малдер не смог удержаться и упрекнул ее в излишней подозрительности. Привычный, казалось бы, ход мыслей Малдера перевернуло появление Джеймса. Нет, Скалли по обыкновению помогала ему в расследовании, демонстрируя безупречное повиновение. Ведь технически Малдер оставался ее начальником. Но во всем остальном она была недоступной и чужой. И это доводило его до исступления и лишало способности здраво рассуждать. Да, он знал, что из-за этого подвергал опасности не только свою жизнь, но и Скалли. И минувшая ночь стала тому подтверждением. Напарница чудом осталась жива, и теперь он должен был пожинать плоды своего упрямства и бесчувственности. Он обязан был отпустить ее и уберечь от результатов собственных ошибок. Страх за ее жизнь, который он испытал в той пещере, разжал свои щупальца и отпустил его, только когда он привлек Скалли к себе и услышал мерное сердцебиение. Это был самый прекрасный звук, означавший, что эта женщина жива и в безопасности. Личные претензии к напарнице были лишь его проблемой, а расплачиваться пришлось ей. Малдер остался с ней на ночь, с мучительной ясностью осознав, что ему придется отстранить ее от расследования и отослать в Вашингтон. Фокс невольно улыбнулся, рассматривая ее. - Чему ты улыбаешься? – осторожно поинтересовалась Скалли. - Я очень рад, что разговариваю с тобой, вот и все, – честно признался он. - Где ты был? – спросила напарница. - Мне нужно было подумать. - О чем? Как же ему не хватало ее настойчивости! - Как всегда, о судьбе, о сложных взаимоотношениях в нашей жизни, которые не случайны, но и контролировать их тоже нельзя. - Малдер, я могла ошибаться в том, как я объяснила тебе все происшедшее, - начала она, теребя край одеяла. - Я тоже кое-что пересмотрел, – кивнул он. - Возможно, я нашла ответы на все те вопросы, что нас интересуют. Он сделал предостерегающий жест рукой, и напарница замолчала, склонив голову на бок, выжидающе глядя на него. - Скалли…- слова давались ему с огромным трудом. – Я хочу, чтобы ты вернулась в Вашингтон. Вот он и сказал это. Гробовая тишина, воцарившаяся в комнате, только усилила напряжение. Малдер рискнул взглянуть на Скалли. Брови были сдвинуты, а в глазах полыхало такое пламя, что он невольно поежился. - Нет, Малдер, - заявила она наконец. Внутри нее все оборвалось от возмущения и обиды. Как он мог отсылать ее! После всего, через что им довелось пройти. Она чувствовала, что именно сейчас в силах убедить напарника в своей правоте. Дана знала, что ему необходима ее поддержка и доверие, и мучилась еще сильнее, понимая, что он вновь замыкается в своем одиночестве. Упрямец! Но она не собиралась так легко сдаваться. Она выразительно поджала губы, всем своим видом демонстрируя нежелание покориться его решению. - Думаешь, для меня это новость? – не сдержался он, разгадывая значение ее взгляда. Ворот халата немного распахнулся, и на тонкой шее напарницы агент увидел багровый след. - Скалли, я должен был лучше заботиться о тебе, - с болью прошептал он и отвернулся к окну. - Малдер, взгляни на меня, – настойчиво попросила она. Он покачал головой. - Звонил Скиннер, и я рассказал ему обо все, что произошло. Это был запрещенный прием, и Малдер знал это. - Сомнительная уловка, напарник, - поддела она его. - Малдер, ты единственный, кому я верю! – напомнила она. - Тогда ты должна верить мне и впредь! – с готовностью отозвался он, разворачиваясь к ней. Скалли с нескрываемой нежностью посмотрела на него, и у агента пересохло во рту. В глубине души он уже знал, что выполнит все, о чем бы эта женщина ни попросила его. Почему именно она имела над ним такую почти магическую власть? - Я хочу рассказать тебе кое-что. Он в сердцах взмахнул руками и сердито упал в кресло возле кровати напарницы. - Скалли, я не изменю своего решения, и наш разговор - лишь небольшая отсрочка твоего отъезда, – ворчливо предупредил он ее. - Если после того, как я сообщу новую информацию, ты все еще будешь настаивать на моем отъезде… Он прервал ее, накрыв ее руку своей. - Твое участие в этом деле закончится здесь, в этой комнате. - Малдер…- протестующе начала она, но он снова прервал ее. - Ты на самом деле хочешь знать причину? Я не стану больше рисковать тобой. Скалли в смятении подняла на него глаза. - Итак? – Он с готовностью посмотрел на нее. - Когда Джеймс рассказывал о своей юности, он упомянул Уотергейтский скандал. Ты знал, что он хотел стать агентом ФБР? - Конечно, мы часто говорили об этом, когда учились в Оксфорде, –– подтвердил Малдер и кивнул, тем самым подбадривая напарницу продолжить. - В тот момент мне и в голову не пришло подозревать его, – поспешно начала объяснять она, как будто извиняясь. Но Фокс знал, она пыталась сказать ему, что проблема была вовсе не в недоверии, а в обычном стечении обстоятельств. – Но когда Скиннер во второй раз предупредил меня о постороннем вмешательстве в это дело… - Почему ты не сказала мне? – прервал ее напарник. Дана вся встрепенулась от слов Малдера. Она понимала, что сейчас он спрашивает не о звонке их босса, а о том, что она раньше него узнала о причастности Джеймса к военной разведке. Конечно, он должен был задать ей этот вопрос! Но, вопреки всем ожиданиям, Скалли все равно оказалась не готова к этому. - А ты бы поверил мне? – тихо спросила она и пристально посмотрела на него. Теперь настала очередь Фокса смутиться. Поверил бы он Скалли? Что за вопрос, он всегда доверял только ей, даже когда не верил себе! Но человеческая память неблагодарная особа. Она услужливо напоминает о самых постыдных и нежелательных моментах вашей жизни. Таких, например, когда вы унижаете своего лучшего друга, брезгливо отмахиваясь от его разумных доводов. Гордыня в сочетании с упрямством порою приводят к плачевным результатам. Скалли смотрела на него таким чистым и доверчивым взглядом, что Малдеру захотелось дать себе пинка за то, что он так часто и несправедливо обижал ее пренебрежением в угоду своему эгоизму и мужскому самолюбию. - Малдер, мне не нужны извинения, –– мягко сказала она, –– мне нужно твое доверие. Мужчина резко втянул в себя воздух. Эта женщина была всем самым лучшим, что он мог вспомнить в своей жизни. И ее доброта и терпение по отношению к нему были просто невероятны! - Я всегда доверял только тебе, Скалли. http://shot.qip.ru/00vINi-6gt7AZxQt/ Он не надеялся, что эти банальные слова смогут передать всю гамму чувств, которую он сейчас испытывал. Он не умел выражать свои эмоции, особенно перед Скалли. Но именно она заставляла его переживать самые яркие моменты в жизни. Его подозрительность и злость на напарницу чуть было не стоили ей жизни! - Я все время думала о мотивах, которые побудили Джеймса и тебя сделать выбор в жизни. Исчезновение твоей сестры и Уотергейтский скандал…такие разные истории… –– продолжила она, стараясь не упустить ни одной детали. –– Ты помнишь, что сказал героям Хоффмана и Редфорда неизвестный информатор? «Следите за деньгами»**. В итоге это помогло журналистам доказать причастность окружения Никсона к подтасовке фактов, свидетельствующих о нечестной предвыборной кампании. - Это натолкнуло тебя на мысль проверить движение денежных средств крупных банков Эшвилла? – догадался Малдер. Он с нескрываемым восхищением уставился на напарницу. - Да, сегодня утром я сделала несколько звонков одной своей старой приятельнице. По моей просьбе она кое-что проверила, –– подтвердила она. Фокс заметил, что она как будто немного рассеянна и расстроенна в своих чувствах. Словно ей не давала покоя какая-то мысль. Но он пока решил не расспрашивать ее об этом. - Но почему? - Покупка нескольких участков в горном районе вблизи одного и того же города, Малдер, –– пояснила она и торопливо продолжила: –– я просто хотела удостовериться, что сделки осуществлялись честным путем. Можешь называть это излишней щепетильностью. - Заметь, я не жалуюсь, Скалли, –– совершенно серьезным тоном ответил он. - Прости, –– искренне извинилась она. –– И тогда я решила не терять времени даром и попросила проверить информацию о передвижениях крупных денежных средств в Северной Каролине за последние полгода. Ничего, что внушало бы подозрения, –– предвосхитила она вопрос напарника. – Кроме одной детали. Средства на покупку интересующих нас участков перечислялись со счетов и фондов, зарегистрированных в округе Бэнкомб, и большинство из них проходили через Эшвилл. «Интересно, чему еще успел научить ее Джеймс?», - подумал Фокс и потер лоб. Он уже догадывался, что сейчас скажет Скалли. - И эти счета и фонды принадлежат группе лиц, так или иначе имеющих отношение к Эшвиллу, –– выпалила она на одном дыхании. - Ты хочешь сказать, что в покупке именно этих земель был заинтересован кто-то из местных. –– Это прозвучало не как вопрос, а как утверждение. - Установить имена владельцев счетов и покупателей земель будет несложно. - Но все это не объясняет, почему скупаются участки именно на территории бывших земель чероки! Она предупреждающе взглянула на напарника, но он, словно очнувшись, залез в задний карман джинсов и выудил желто-коричневый почтовый конверт. - Я совсем забыл, у меня для тебя кое-что есть. Принесли, когда ты еще спала, я а за разговором едва не забыл о нем. Скалли нетерпеливо разорвала плотную бумагу. - Малдер, это ответ из Вашингтона, –– произнесла она, просматривая документы. Она молча протянула ему несколько листов печатного текста. Агент торопливо просмотрел несколько строк и изумленно присвистнул. - Если бы индейцы майя знали понятия нуля, то поразились бы их количеству в этих финансовых схемах! Скалли, первая цепочка покупателей…это же имена и фамилии из того самого списка, который несколько дней назад нам продемонстрировал Джеймс. Несколько минут он смотрел на напарницу. Версия Скалли о теневых схемах перепродажи земель индейцев чероки подтверждалась. Скалли сосредоточенно смотрела в одну точку. Дана чувствовала, что упускает ключевой момент и очень злилась на себя за это. Настойчивый взгляд напарника вернул ее в реальность. Скалли вздохнула, зная, что он хотел сказать. С Малдером ничто и никогда не было «просто». - Скалли, кто-то обносит колышками конкретный участок в горах Блу Ридж. Бьюсь об заклад, это именно та земля, о которой говорится в легенде чероки. Кто-то нашел Камень Судьбы и под прикрытием секты ревниво оберегает его, стараясь не подпустить слишком близко любопытных туристов. Или назойливых агентов ФБР. Сами по себе эти земли особой ценности не представляют. Если там нет ничего, кроме леса и скал, кому они нужны? Скалли понимала, что поверить в такое довольно сложно, но сколько раз она так же не верила Малдеру, хотя потом он оказывался прав. И только она собралась сообщить об этом напарнику, как в номере раздался телефонный звонок. Агент кинул на напарницу тревожный взгляд и, торопливо поднявшись, взял трубку. - Малдер… Да… Где именно? Я скоро буду. Дана вопросительно взглянула на него. - Это офицер Наварро. Ему звонил парень из резервации, Сет, просил найти меня и приехать как можно скорее. Говорит, что он готов рассказать о том, почему Марк Гиффлер искал Оранду. Я должен все выяснить. Этот парень сам хочет поговорить со мной, Скалли, – и тут же добавил, увидев ее решительно сжатые губы: – и ты не можешь пойти со мной. - Конечно, могу. – В ее голосе впервые за все это время послышались умоляющие нотки. Они не раз проходили это. Ей не хотелось снова вступать с ним в изнуряющий спор по поводу ее безопасности. В конце концов его взгляд вывел Скалли из хрупкого равновесия, и она отвернулась. - Мы не ищем легких путей, верно? Она вздохнула. Как точно он озвучил ее мысли! Они слишком хорошо понимали друг друга. Снова понимали. А это стоило многого. Скалли наблюдала за тем, как он застегивает куртку, проверяет оружие и прячет в карман мобильный телефон. Сколько раз ей вот так вот приходилось отпускать его одного, а потом искать в джунглях Мексики или среди арктических льдов? - Будь осторожен, – тихо попросила она. Её голос прервался, но напарник и так понял, что Дана хотела сказать ему. Он мысленно попросил у нее прощение за то, что намеренно умолчал о приказе Скиннера. - Как всегда, Скалли. – И подмигнул, соглашаясь с ее просьбой. – Не волнуйся. Дверь гостиничного номера бесшумно открылась и закрылась, а Дана Скалли изо всех сил зажмурилась, пытаясь смириться с тем, что отпускает напарника. --------------------------- * - отделение ФБР в Шарлотте (Северная Каролина) действительно существует И сейчас, вновь любуясь синевой ее глаз, он позволил себе забыть на несколько минут о том, для чего пришел. ** - «Вся президентская рать» (англ. All the President's Men) — кинофильм 1976 года, реж. Алан Дж. Пакула. Основан на одноименной документальной книге журналистов Боба Вудворда и Карла Бернстейна, которые в 1973 году расследовали Уотергейтский скандал для газеты Вашингтон пост. Их информатором был некто Глубокая Глотка — псевдоним Марка Фелта (англ. Mark Felt), заместителя начальника ФБР, выбранный для него как для информатора прессы по делу «Уотергейта». Инкогнито осведомителя было раскрыто только в 2005 году.