Новое о старом

      Утренний разговор владыки Элронда с сыном произвёл на обоих такое же сильное впечатление, какое оставляет после себя кошмарный сон. Потребность Элрохира высказаться и поделиться с кем-то своими трудностями не находила выхода. Элладан так некстати ещё вчера уехал с отрядом стражников на границу, а любимая сестра Арвен вот уже больше года гостит в Лотлориене. Через Хэлтинеля она передала Элронду письмо, полное любви и тёплых искренних слов, где известила о своём скором возвращении в Имладрис с отрядом из шести доблестных воинов, которые после непродолжительной остановки отправятся на Запад. Владыка Элронд после горькой, давней, но ещё свежей в памяти истории с любимой Келебриан, которая навсегда изменила жизни обоих, с большой осторожностью стал относиться к путешествиям через Мглистые горы. Предпринимая все меры предосторожности и не единожды отправляясь сам встречать дочь, теперь он был спокоен ― знал, что жизнь Арвен в надёжных руках.       После обеда Элрохир попытался отвлечься от своих мыслей чтением, но безуспешно: его раздражение и обида всё возрастали. Лишь только перестал идти мелкий, но благодатный дождик, он отправился к той, которая примет и выслушает его всегда.       Йавенни. Золотоволосая и голубоглазая красавица. Её густые, отливающие расплавленным тёмным золотом волосы будто таили в себе яркие краски осени и подарки месяца её рождения - Йаваннэт. Она была хорошенькая и ветреная насмешница, её неброская красота сочеталась с очарованием кроткой чистоты, а чуть приметная улыбка, постоянно игравшая на губах, казалась отражением души. Йавенни не была лишена того обаяния, которое так ценят в девушках. У неё был живой ум, весёлый и приятный нрав, она обладала истинной, проникающей в душу прелестью.       Дочь Лаудира, одного из военачальников владыки Элронда, Йавенни с детства была близка с леди Арвен и её братьями. Эта привязанность со временем переросла в искреннюю и крепкую дружбу. Элрохир и Йавенни были друг другу ближе всех, это и немудрено. Не только противоположности притягиваются. Подобная шутка была выдумана кем-то, кто постиг неудачу в душевных делах, для того, чтобы хоть немного успокоить свой пыл негодования. Элрохир и Йавенни, одинаково строптивые и своевольные, тем не менее тянулись и понимали друг друга с полуслова, а иногда и вовсе с полувзгляда.       Стремительно пролетев лестницу, Элрохир оказался возле высокой, украшенной витиеватым кованым узором двери и три раза негромко постучал. Почти через мгновенье дверь отворилась, выпуская наружу сладкий запах лесного разнотравья.       — Принц, Элрохир?! Проходите. Какая неожиданность. Вас что-то беспокоит?       Ильдариэль, мама Йавенни, славилась на всю долину своими целительскими способностями, которые многократно спасали светлых эльдар от разнообразных ранений.       — Добрый день, леди Ильдариэль. Благодарю, со мной всё в порядке. Не могли бы Вы позвать Йавенни.       Едва он закончил свою речь, как на пороге появилась его подруга. Окинув гостя быстрым и в то же время внимательным взглядом, заглянув в его серые глаза, она негромко сказала:       — Что-то тебя беспокоит. ― Это был не вопрос.       Опустив низко и вновь вскинув голову, Элрохир с надеждой в голосе предложил:       — Пойдём прогуляемся по саду, Йавенни.       Погода была прекрасная, как и вчера. Двое молодых эльдар под руку брели под высокими деревьями, поглядывая сквозь листву на яркое солнце, вдыхая воздух полной грудью и упиваясь свежестью осени. Рассказ Элрохира оставил в душе Йавенни неоднозначное впечатление. Беда, постигшая сородичей и эдайн на западе, оставила горечь и боль в её сердце, но больше этого она разделяла опасения и страхи владыки Элронда. Неизвестность того, что ждёт храбрых воинов там, в Линдоне, и чудище ― порождение Некроманта ― не давали покоя. К тому же она слишком хорошо знала своего друга. Девушка поделилась опасениями с Элрохиром, чем вызвала его искреннее удивление.       — Я думал, ты меня поддержишь, Йавенни.       — Элрохир, зачем ты ко мне пришёл и всё это поведал? Ты искал моего мнения? Я тебе его дала. Или ты хотел моими словами подтвердить свои уже твёрдые намерения и тем самым очистить совесть? ― невозмутимо парировала Йавенни, глядя на Эльрохира.       С его лица с каждым словом исчезало негодование, и вот лёгкая улыбка тронула мягкие губы, открывая белоснежные зубы.       — Ты, как всегда, видишь меня насквозь.       Склонившись, Элрохир поцеловал ее в лоб. Крупная капля из неожиданно набежавших туч стукнула его по носу.       — Дождь, — подставляя тонкую ладошку небесной воде, улыбаясь, сказала девушка.       Взявшись за руки и смеясь как дети, Элрохир и Йавенни устремились в перголу. Увитая сочным, ещё так по-летнему зелёным плющом, беседка приняла слегка промокших друзей под свою крышу. Едва они там оказались, разыгралась настоящая непогода, которую с утра и ожидать было нельзя. Небольшой камин, так предусмотрительно сделанный умелым мастером, служил забредшим сюда эльдар в сырые и прохладные вечера источником тепла и уюта. Красные угольки, тлея, лениво пускали тонкие струйки дыма в дымоход. Элрохир подбросил сухих поленьев в чашеобразную топку и, взяв один из лежащих на диванчике пледов, укутал стоящую у входа Йавенни.       Дождь грохотал по крышам. Тонкие длинные струи старательно смывали с этого мира всю усталость и тревогу. Жёлтые листья, прожив свою недолгую жизнь, ещё так надеялись остаться на тоненьких веточках деревьев, но ветер и дождь не оставляли никакого шанса. Срывая, ветер уносил их в головокружительном вихре куда-то вниз, к скалам, чтобы где-то у кромки озера они нашли свой последний приют.       Йавенни, обняв себя руками, временами вздрагивая, завороженно смотрела на белую стену воды. Подошедший сзади Элрохир плотно прижал её к своей груди, положив ладони ей на плечи. По телу девушки разлилось тепло. Она чувствовала мирный стук его сердца и обжигающее дыхание.       ― Элрохир, зачем идёт дождь? Почему встаёт и заходит солнце?       Эти простые и, казалось бы, глупые вопросы Йавенни задавала лишь для того, чтобы услышать его ответ. Усмехнувшись, эльф помолчал с минуту и тихо ответил:       ― Утренние зори созданы для того, чтобы радостно было пробуждаться, летние дни — чтобы созревали нивы, дожди — чтобы орошать поля, вечера — для того, чтобы подготовлять ко сну, а тёмные ночи — для мирного сна.       Дослушав его, Йавенни резко развернулась и, вцепившись тонкими пальцами в его тунику, полным мольбы голосом сказала:       ― Не уезжай на запад, пожалуйста.       Элрохир, удивлённо округлив глаза, отшатнулся. Такой реакции он меньше всего ожидал. Йавенни ждала его ответа, но тишина была громогласней любых речей. Освободившись от объятий, девушка направилась к жаровне. Приятно было посидеть у раскалённых углей, погреть руки и подумать.       ― Ты меня не послушаешь. Слишком хорошо я тебя знаю, — глядя на эльфа, негромко сказала она, плотнее кутаясь в плед.       ― Ты обо мне так беспокоишься, Йавенни, спасибо, — он подсел к ней и обнял за плечи сбоку, тихо шепча на ухо: — Со мной всё будет хорошо.       Вздохнув, девушка откинула голову на его плечо и закрыла глаза. В голове круговоротом метались мысли.       ― Когда вы отправляетесь?       ― Через месяц.       ― Всего месяц… — тихо прошептала Йавенни.       Небо светлело, дождь прекращался.       Сумерки раскинули холодное сияние звёзд над долиной. На дальней аллее сада под сводами деревьев появились рядом две тени. Мужчина был выше ростом, он шёл, обнимая свою подругу за плечи. Они вдруг оживили этот неподвижный пейзаж. Они казались единым существом — тем существом, для которого предназначена была эта ясная и безмолвная ночь.       Проводив подругу к её дому, Элрохир сразу направился в свою комнату. Сквозь большое открытое окно лился лунный свет, огонь уже зажжённых свечей колыхался в такт дуновению ветерка. Боковым зрением Элрохир заметил серую быструю тень, мелькнувшую с каминной полки на кровать. Присев на постель, Элрохир протянул руку вперёд к еле заметному контуру.       ― Ты будешь по мне скучать, Гватар? — проводя ладонью по гладкой густой шерсти, ласково спросил Элрохир.       Сверкнув глазами, вильнув пушистым хвостом, Гватар, мурлыкая, приблизился к хозяину и потерся об его щеку, будто давая положительный ответ.       ― И я буду, — растянувшись на кровати, улыбаясь, сказал Элрохир, перебирая шерсть за ухом своего любимца.