Глава 6
15 февраля 2015 г., 17:12
Факелы мигали на высоком деревянном ограждении Бри, поселения эдайн. Из окон домов лился мягкий золотистый свет, и казалось, что звёздное небо упало на землю.
Элрохир стоял у окна и смотрел на крыши противоположных домов. Путники приехали сюда пару часов назад, отыскали небольшой, но уютный постоялый двор под названием «Гарцующий пони». Хозяин заведения, господин Люпин ― большой, толстый, лысый человек с двойным подбородком, не слишком опрятный, но с широкой и доброй душой ― предоставил помещения, которые он держал только для эльфов. Воины сняли на две ночи две просторные комнаты. В первой, гостиной, стоял большой деревянный дубовый стол с четырьмя стульями по обе стороны, два кресла у небольших окон и столик у дальней стены, полный графинчиков с разными напитками. В камине, довольно внушительного размера, пылал яркий огонь. Из этой комнаты в другую вела дверь, за ней стояло шесть кроватей, остальные обещали принести. Стол с тазом и кувшином чистой воды находился под окном, на подоконнике лежали полотенце и мыло.
Друзья незамедлительно начали помогать Элердину. Выглядел он неважно: стрелу извлекли, но эльда потерял много сил и крови. Кроме того, никто не сомневался, что на наконечнике был яд. Оставалось набраться терпения и ждать. Но чего ждать ― никто не мог ответить. Дар врачевания, такой сильный и нужный, от Элронда не передался в должной степени ни одному из его сыновей. Элрохир сокрушался: единственное, что он смог сделать, так это убрать сотрясающий Элердина озноб. Магия Хэлтинэля тоже не могла достаточно помочь ― необходимы были лекарства.
― Что ещё угодно светлым господам? ― после стука в дверь и приглашения войти учтиво осведомился Люпин.
― У вас в городе есть лекарственная лавка? ― поднимаясь от постели друга, поинтересовался Фериан.
― Конечно! Только ведь поздно ― ночь глубокая. Но уверяю, с рассветом откроют, ― словно извиняясь, поспешно добавил хозяин.
― А у вас какие-либо лекарства есть? ― с надеждой спросил Оренар.
― Есть кое-что… Да какие, в общем-то, это лекарства ― так, травка… ― Люпин часто качал головой, его подбородок мелко дрожал. ― Мята, пижма, зверобой есть, королевский лист…
― Ацелас? ― обрадовано, на выдохе спросил Фериан. ― Достопочтимый, вы поможете нашему другу, если поделитесь этим растением, ― стремительно подходя к мужчине, взволнованно добавил эльда.
― Конечно. Следуйте за мной.
Приунывшие было путники снова воспряли духом. Это священное растение вместе с врачевательной магией Хэлтинэля должно обязательно помочь Элердину. Фериан вернулся быстро, сушёные мелкие листочки и звёздочки-цветки ожили в светло-зелёном отваре. Хэлтинель осторожно держал голову Элердина и с каждым его глотком тихо приговаривал нужные спасительные слова. После чего их измученный и ослабевший друг уснул глубоким целебным сном.
Сейчас, когда опасность миновала, остальные воины могли вздохнуть с облегчением и сами немного отдохнуть. В один миг на их плечи упал груз усталости, ноги налились свинцом, а в глазах защипало от недавнего дыма и копоти.
Хэлтинель устало рухнул в кресло и прикрыл ладонью глаза.
― Что скажешь? ― раздался голос Даэрлинда.
― А что спросишь? ― не двигаясь, всё еще с закрытыми глазами ответил эльда, но он знал, про что завёл разговор его друг.
― Уж если правда похожа на ложь ― лучше не говори, ― присаживаясь в соседнее кресло, тихо сказал Даэрлинд.
― Это все ничего, друг мой. Вот поглядим, что впереди будет.
― Под кем-то лёд трещит, а под нами ломится, Хэлтинель, ― раздражался собеседник. ― С самого начала. Мы даже не взяли в плен ни одного из орков. Необходимо было допросить…
― Ты знаешь, что у нас не было возможности, ― всё так же тихо, не отрывая ладони от лица, ответил светловолосый эльда. ― Зло, которое боится, что о нём узнают ― наверняка большое…
― Мы должны немедля выступить. Слышишь? Немедля!
― Кто много бегает, быстро устаёт, ― твёрдо, заглядывая другу прямо в глаза, ответил Хэлтинель. ― А ты меня слышишь?
― Мы слишком медлим…
― Не бойся медлить, бойся остановиться, Даэрлинд! ― многозначительно воскликнул он.
― Враг догадывается, где мы, уверяю тебя. Необходимо послать вестника в Имладрис. Пусть владыка Элронд пришлёт за Элердином воинов. Боюсь, друг, дальше он с нами не пойдёт. Рана серьёзная…
― Я надеюсь, что он поправится, пока мы будем тут два дня. Ацелас и моя магия должны помочь. Я надеюсь…
― Надейся, но окончательно уверен не будь. Необходимо как можно раньше уехать отсюда. Зачем подвергать это селение опасности? Люди шепчутся. Слухи о пожарище на Комариных топях уже дошли сюда. Они опасаются, что мы принесли с собой этот огонь и в Бри.
― Люди не любят того, чего не знают.
― И всё же, друг. И всё же…
― Мне нужно подумать, ― откидываясь на спинку кресла, на выдохе ответил Хэлтинель.
Он слышал, как встал и ушёл Даэрлинд, он слышал негромкий разговор воинов. Воинов, которые вверили ему свою жизнь и одного из которых он не уберёг. Как поступить, Хэлтинель не знал. Оставалось ждать, пока очнётся Элердин, и оценить его возможность продолжать путь. Или поговорить с Элрохиром. Он ― принц, и ослушаться его решения никто из них не имеет права.
― Элрохир! Необходимо поговорить.
Эльда, одиноко стоявший у тёмного окна, обернулся и направился к Хэлтинелю.
― Речь пойдёт об Элердине, Элрохир. Ты, как принц Имладриса, должен решить ― отправится он дальше или нет.
Элрохир повернул голову в сторону другой комнаты. На кровати, в мягком свете, спал его друг.
― Сегодня не предугадаешь завтрашнего утра. Но… ― всё не отрывая взгляда, ответил он. ― Но рисковать я не намерен. Утром же отправлю весть в долину.
― Ты правильно поступаешь, ― коротко ответил Хэлтинель и, вставая с кресла, добавил: ― Днём ― думы, ночью ― сны. Нам всем надо отдохнуть.
К утру следующего дня Элердин пришёл в себя. Рана ныла и при неудобном или резком движении давала о себе знать. Смертельный орочий яд, благодаря травам и заклинаниям, был изгнан из его тела. Аппетит явился с удвоенной силой, и тело эльда крепло с каждым часом, впитывая каждой своей частицей здоровье и радость жизни.
Элрохир отправил в Имладрис почтового голубя с письмом для отца. Ответ прибыл в тот же день. Владыка сожалел о произошедшем, известие о ранении Элердина опечалило всех. Его братья, Эллидир и Хэльмар, выехали из долины, когда ещё не успели высохнуть чернила в ответном письме. Их прибытия надо было ожидать к завтрашнему утру или к полудню.
Сам Элердин пытался всяческими способами уговорить Элрохира изменить своё решение, оставить его в отряде. Но тщетно.
― Элердин, встань и возьми свой меч, ― неожиданно среди эмоционального разговора друзей спокойно сказал Даэрлинд.
Все разом замолчали и перевели взгляд на эльда, который невозмутимо с оружием в руках стоял посредине комнаты. Элердин повиновался, ощущение холодной крепкой рукояти в руке принесло уверенность и силу. После едва заметного кивка соперника начался поединок. Металлический звон заполнил комнату. Даэрлинд ловко отбивал любые выпады Элердина, попутно наступая, наносил ответные удары. Боевой пыл и дух, который присутствовал в Элердине с начала схватки, исчезал, он ощущал, как слабость окутывает его правую руку. Едва заметным движением Элердин перебросил оружие в левую, но это помогло лишь на мгновенье. Лихо парировать удары соперника Элердин уже не мог, боль в правом боку все сильнее разливалась по телу. Удар ― меч выбит и отброшен в сторону.
Часто и глубоко дыша, Даэрлинд подошёл к Элердину. Чуть наклонившись, эльда оперся о стол, прижимая ладонь к раненому боку.
― Будь я неприятелем ― ты был бы уже мёртв. Элрохир всё ещё не прав?
Элердин ничего не ответил. Нахмурившись, он поднял свой меч и, слегка покачиваясь, отправился к себе. Это представление огорчило всех ― они понимали, что отъезда друга не избежать. Быстро поужинав, каждый занялся чем пожелал: кто чистил оружие или чинил одежду, кто без дела лежал, отдыхал.
Фериан и Элрохир отправились к травнику ― настойки и сушёные травы всегда могут пригодиться в дороге. Яркое солнце серебрило снег, на чистом небе ― ни облачка, снега ближайшие несколько дней не предвещалось.
На двух высоких воинов, облачённых в благородные плащи, из-под которых выглядывали лёгкие, искусной работы доспехи, местные жители кидали подозрительные и недоверчивые взгляды. Одна женщина, увидев приближение эльфов, прикрыла глаза своей дочери. Фериан, криво улыбнувшись, перевёл взгляд на Элрохира.
― Что город, то норов; что деревня, то суеверие, ― пожимая плечами, ответил тот.
Необходимые закупки были сделаны, знахарь, добрый пожилой человек, с особым вниманием и учтивостью выполнил все запросы эльфов, посоветовав между делом ещё парочку зелий и трав. Бри ― небольшая людская деревушка ― не выделялась ничем среди других людских селений, примечательных мест совершенно не было. Прогулявшись без цели по узким и не всегда заполненным людьми улочкам, Элрохир и Фериан вернулись в трактир. Как только они вошли внутрь, повисла тишина. Местные жители обсуждали пожарище на Комариных топях, и весть о неизвестных чужестранцах, приехавших поздно ночью, облетела уже всё поселение. Каждый строил свои предположения о случившемся и возможной вине эльфов. В глазах людей, глядящих на Элрохира и Фериана, читались неприязнь, подозрительность, но и уважительная осторожность тоже. Элрохир, заметив как изменилось лицо Фериана, положил руку на плечо друга, негласно намекая о ненадобности каких-либо разъяснений.
Полдень следующего дня пришёл быстро. Уже с рассвета воины ожидали посланников из Имладриса. Они были уверены, что долго в пути братья не задержатся и не будут тратить время на длительные привалы, ведь их брат нуждается в скорейшем лечении. Вскоре под окнами трактира раздалось звонкое цоканье копыт резвых жеребцов ― прибыли Эллидир и Хэльмар. За горячим ужином и бокалом подогретого вина мужчины выслушали всё, что произошло с отрядом. Владыка Элронд передал Хэлтинелю и Элрохиру письма ― скорее короткие записки, но для обоих по-своему важные.
Вещи уложены, отдохнувшие и сытые кони готовы выдвинуться дальше. Элердин не без помощи взобрался на нового, купленного в Бри жеребца. Верный, храбрый друг Леголин, отдав последний долг хозяину, покоился на болотах. Это воспоминание саднило сильнее, чем рана в теле.
Выехав на распутье Великого Восточного Тракта, друзьям предстояло разойтись: воинам отряда ― на запад, Элердину с братьями ― на восток. Все тепло прощались с раненым другом, желая скорейшего выздоровления, обещая скоро вернуться. Прощаясь со своим принцем, Элердин не смог скрыть эмоций.
― Прости, Элрохир, что подвел тебя… ― хмурясь, тихо сказал эльда.
― О чём ты говоришь, друг? Ты прикрывал наше отступление, и моё в частности. Ты храбро сражался. Не смей сжигать себя, слышишь? Твои терзания не заслужены! Поправляйся скорее, и я буду вдвойне спокоен за безопасность долины, ― подбадривая Элердина, улыбнувшись, добавил Элрохир.
Отряд выехал на косогор, поросший сухими заснеженными травами. Прямо напротив, за цепью холмов, взрытая земля указывала на местоположение скверного места, именуемого Могильными холмами. А совсем уж вдали, очень далеко, виднелась серая полоска леса Бакленд.
Огибая Могильные холмы с севера и минуя Брандуинский мост, воины ступили на земли Шира. Эта прекрасная холмистая местность купалась в ярком солнечном свете. Шир уходил на восток: спокойный край богатого чернозёма, широких медленных рек и десятков небольших озёр, покрытых сейчас толстой ледяной коркой и отражающих лучи солнца.
Весёлый и добродушный народ, полурослики, издревле жили на этой богатой плодородной земле, обрабатывая её, вкладывая в свой труд всю любовь к природе. Проезжая эти места, воины часто встречали хоббитят: дети шумной гурьбой катались с горок на санках. У всех было хорошее настроение, как будто в праздник. Они веселились и радовались, брали белый снег горстями и рассыпали его над головой ― фейерверк! Он сиял в воздухе, будто бриллиантовый дождь. Хохот детей смолкал, когда трусцой по дороге на рослых жеребцах проезжали девятеро всадников. Восход луны второго дня пути после Бри воины встретили в Белоземе.
Вечером, когда луна проходит дозором в глубине небес, мечтаешь о всяких диковинах и размышляешь над тем, что в голову бы не пришло при ярком свете дня. Этому поддался и Элрохир.
После сытного и такого долгожданного горячего ужина, эльда вышел из душной и полной местного народа корчмы на морозный свежий воздух и полной грудью вдохнул. Внутри похолодело, но это его не смутило ― он всей своей сущностью отвлёкся от мира. Он думал. Вспоминал. Слова из отцовского письма роем крутились в его голове, между строк читалась тревога…
«...Элрохир, ещё много воды утечёт, пока вы дойдёте до цели. Будьте осторожны, враг не дремлет. Уверяю тебя, тем, что произошло в лесу и на Комариных топях, враг только проверял вас, наблюдал, на что вы способны. Свой главный удар он нанесёт, когда вы меньше всего будете этого ожидать. Меньше всего, Элрохир.
Сын, думай сердцем. Сердце видит лучше...»
Снежный и студёный Гиритрон заставил отряд воинов задержаться в Росстани. Позади Белоземь, Дрягва и Уводье. Хэлтинель планировал остановиться в Микорытах на Белых Увалах, но непогода держит их вот уже три дня.
Эльфы заняли дом на окраине деревни. Долина за плетёной изгородью, казалось, была мертва ― всё убито стужей. Ни хоббиты, ни животные не показывались на улицу; одни только трубы, торчащие из белых заснеженных холмов, говорили о скрытой жизни тоненькими прямыми струйками дыма, поднимавшегося в ледяном воздухе.
Деревня, стоящая на перекрёстке Великого Восточного Тракта и Старого Южного Тракта, всегда была наводнена путешественниками: гномами-ремесленниками из Эред Луина с нагруженными изделиями тележками; людьми, направлявшимися торговать из Бри в западные города; эльфами, следовавшими из Митлонда к своим сородичам на восток. С последними, во время одного из морозных вечеров, за чашей вина побеседовали Хэлтинель, Даэрлин и Элрохир с Белгаром.
Путники рассказали, что в Митлонд доходят слухи, будто вся округа Форлонда охвачена таинственным страхом. Толкуют, что такое бедствие не может быть явлением естественным. Уверяют, что по ночам в окружающих Эред Луин лесах слышатся голоса, резкий свист и леденящие кровь крики.
― Из Форлонда в Харлонд и Митлонд перебрались многие наши сородичи. И эдайн с семьями уплывают на кораблях, спасаясь на юге Линдона. Попробуйте вразумить обезумевших жителей! Ужас охватил их души, все ждут какого-то необыкновенного события...
Рассказывал светловолосый, голубоглазый эльда, следовавший из Митлонда в Лотлориен к своим дальним родственникам. Белгар, заслышав название своего королевства, едва сдержался, чтобы не раскрыть свою тайну. Хэлтинель заранее посоветовал всем воинам не открывать истинной цели своего путешествия, ограничиваясь общими фразами о неком важном деле в Митлонде.
Изложенное друзьям не понравилось. Оказалось, всё намного хуже, чем они думали. Для всех девятерых сейчас не было ничего более важного, чем как можно скорее добраться в Форлонд.
Бушующее зимнее ненастье успокоилось только через два дня, а ещё через пару дней отряд воинов добрался до столицы Шира. Микорыты на Белых Увалах оказался довольно приятным и уютным городком. Лично Элрохиру уже приходилось здесь бывать, проездом и ненадолго. Посоветовавшись, эльфы решили остаться в этом городе до следующего дня. Необходимо было накормить и отогреть жеребцов, ещё не помешало бы пополнить порядком истраченный провиант. Шумная и освещённая площадь даже в столь поздний час радушно встретила уставших путников. Освещали улицы фонари из разноцветного стекла, что висели на железных цепях почти у каждого дома. Проезжая мимо них, воины то зеленели, то краснели, то лиловели.
Постоялый двор «Дубовая бочка» был не единственным, но, пожалуй, самым лучшим заведением в округе, славившимся тёмным хмельным пивом и свиными рёбрышками со специями из местных трав. Друзья сели за простой деревянный стол, и к ним тут же поспешил разносчик с полным подносом высоких глиняных кружек, доверху наполненных пенящимся пивом. Гиллах, вопросительно изогнув бровь, посмотрел на хоббита.
― За счёт заведения, милорды. У хозяина сегодня день рождения.
― Наши поздравления! ― улыбнувшись, на вестроне сказал Линрос, поднимая кружку и кивая широколицему хоббиту с благородной проседью в волосах, стоящему за барной стойкой.
После ужина Хэлтинель решил затронуть некоторые вопросы их пути, требующие обсуждения.
― Что-то изменилось? ― не понимая, переспросил Тауридил.
― По прибытию в Митлонд отправимся к Кирдану. Владыка Элронд в последнем письме посоветовал перед отплытием в Форлонд навестить его. Он поможет советом и делом. У Кирдана что-то есть для нас.
Эта новость была неожиданной для воинов. Все переглянулись, каждый размышлял над тем, что же это может быть. Есть ли что-то лучше того, что подарили отряду владыки эльфийских королевств? А может быть, это амулеты, заговорённые древней эльфийской магией Валинора? Никто не мог ничего ответить ― лишь догадки и домыслы.
* * *
Великий и старейший эльда-тэлери, Кирдан Корабел, оперся на высокий кирпичный парапет балкона. На нём были просторные сине-серые одеяния. Его светлые, собранные в свободный хвост волосы и аккуратно остриженная клиновидная бородка развевались под резким ветром. Внимательные глаза всматривались в водную гладь Залива Лун. Каждая волна блистала и сияла сама по себе, тысячи блёсток сливались в сплошное сияние. Они создавали серебристое зеркало, простиравшееся до самого горизонта, очень ровное и в то же время подёрнутое рябью. ― Милорд Кирдан, к вам гости, ― за спиной раздался учтивый голос слуги. ― Проведи господ в верхнюю галерею, я сейчас спущусь, ― распорядился Кирдан, когда зашёл с балкона в библиотеку. Его взгляд невольно опустился на широкий стол. Среди множества бумаг и книг в кожаных переплётах с железными застёжками лежала шкатулка. По обе стороны от неё в витых подсвечниках горели восковые свечи, бросая огненные блики на отполированную поверхность. Воины ожидали властителя Митлонда. Свет проникал в комнату через выходящие в сад окна с большими зубчатыми арками. На мраморном полу были выложены прелестные рисунки из бирюзы, ляпис-лазури и агата. Разноцветные напитки искрились в хрустальных кувшинах, напоминая расплавленные драгоценные камни. В широком камине горел огонь, потрескивали дрова, эльфы наслаждались теплом и горячим травяным напитком, который с трудной дороги незамедлительно подали озябшим гостям. Кирдан не заставил себя долго ожидать ― дал друзьям ровно столько времени, сколько нужно, чтобы обсушить одежду и согреться. При его появлении воины уважительно встали. ― Хэлтинель, Даэрлинд, друзья мои! Как же давно судьба развела нас по разным дорогам! ― не сдерживая радости от встречи, обнимая их, сказал Кирдан. ― Добро пожаловать в Митлонд! ― Новэ! Разве Митлонд будет процветать без твоего солнца, друг мой?! ― улыбаясь, спросил Хэлтинель. ― Король Трандуил, владыки Элронд, Галадриэль и Келеборн всегда спокойны за западные земли, зная, что они под твоим бдительным надзором, ― добавил Даэрлинд. Хэлтинель представил Кирдану храбрых воинов трёх королевств, поделился трудностями и лишениями пути, упомянул Элердина и рассказ светловолосого сородича об ужасах в окрестностях Форлонда. ― Да, друзья мои, слышал. Грустные вести первыми пришли в Митлонд. И потому я незамедлительно написал тебе, Хэлтинэль. С владыкой Элрондом мы поддерживаем связь с момента вашего ухода из Имладриса. Кирдан замолчал, внимательным взглядом обвёл всех присутствующих, после чего продолжил: ― Небесное железо может не помочь... Воины растерянно переглянулись. Это была их последняя надежда, и она должна угаснуть прямо сейчас? ― Это всё, что у нас есть. На что мы можем рассчитывать? ― глухим голосом ответил Элрохир. ― А разве ваш поход не был изначально провальным? ― продолжил Новэ. В комнате повисла тяжелая тишина. Их вера в успех держалась до тех пор, пока была вера в оружие. В мече, метательных ножах и стрелах, которые можно отправить в самое сердце врага и повергнуть его. Но слова Кирдана заставили впервые за долгое время усомниться в правильности возложенной на оружие надежды. ― Какой мудрый совет ты дашь? ― устало спросил Белгар. ― Никакой. Я дам вам кое-что лучше, ― твёрдо ответил Кирдан и направился к шкатулке, оставленной на столике ещё при его входе в комнату. Когда Кирдан открыл шкатулку, Хэлтинель замер: он перестал дышать и полными безумства глазами смотрел на её содержимое. ― Этого не может быть, ― прошептал эльда. ― Нет. Не может быть… ― Снежный шип, ― тихо, на выдохе сказал Даэрлинд. ― Но как? Как?.. Он был сломан. Потерян. Он… ― не верил своим глазам Линрос. ― Легендарный Аэглос. Копьё Гил-Галада… Здесь? ― переводя поражённый взгляд с наконечника копья обратно на Кирдана, вымолвил Элрохир. ― Оно было сломано! Гил-Галад … ― заторопился Гиллах, дабы поскорее получить ответы на вопросы, но Кирдан приподнял руку, требуя тишины. ― Друзья мои, вы правы. В Войне Последнего Союза копьё Верховного короля было сломано. Но!.. ― Здесь он поднял указательный палец вверх и обвёл всех внимательным взглядом. ― Но сломано, а точнее, раздроблено в щепки ― его древко. Сам наконечник тоже получил повреждения, но не сильные: треснул конец лезвия и само его основание. После гибели нашего короля Аэглос ― а точнее то, что от него осталось, ― был перевезён сюда, в Митлонд, как память о короле Эрейнионе. Я приказал починить лезвие и сделать новую рукоять. Аэглос хранился у меня и ждал своего времени, пока светлые силы снова не позовут его. И вот, час пробил. Сила и магия, сродни силам самой Арды, хранятся в Аэглосе. Против него ничто не устоит. ― Ты превратил его в меч? ― доставая из шкатулки оружие, спросил Хэлтинель. Осматривая рукоять, эльда отметил, что она намного длиннее и толще, чем у любого другого меча, а наконечник смертельно остр. ― Нет, Хэлтинель, ― загадочно ответил Кирдан. Неожиданно в глазах Хэлтинеля зажглась догадка, и, улыбнувшись, он стремительными шагами подошёл к окну ― месту, где ничто не помешает. Эльда вытянул руку с зажатым в ней Аэглосом и сильно ею встряхнул. В это мгновенье с другой стороны с лёгким металлическим звоном вытянулось копьё. Гладкая рукоять из лёгкого, но прочного митрила идеально лежала в руке, баланс копья был безупречен. Воины с восхищением смотрели на Аэглос и не могли отвести глаз. Ещё одно резкое движение, и в руке Хэлтинеля снова оказался меч. ― Это лучшее, на что мы могли рассчитывать, Новэ! ― восторженно поблагодарил эльда. ― Я распорядился насчёт корабля, который отвезёт вас в Форлонд. Он будет готов к завтрашнему утру. А сейчас отдыхайте после дороги. Вам покажут спальни, где вы найдёте горячую воду и всё необходимое. Я буду ждать вас к ужину. Дом Кирдана возвышался над Заливом Лун. После заката небо было сплошь розовое, а водная гладь ― без единой морщинки, без малейшей ряби, гладкая и ещё блестящая в свете умирающего дня ― походила на полированную металлическую пластину необъятной величины, как бы посыпанную золотой пыльцой. Стоя у окна, Элрохир любовался прекрасным городом. Когда они подъезжали утром, издали Митлонд казался просто серым пятном, но чем ближе ― тем больше он становился, и мало-помалу глаз начинал различать лёгкие, устремлённые ввысь крыши и сооружения: купола, шпили, стрельчатые арки и заснеженные внутренние садики. Внизу, под окном, наклонные квадраты кровель домов гигантскими ступенями спускались к берегу. А дальше ― мачты, стоящие на якоре корабли и безмятежная водная гладь. Низкие волны монотонно стучат о берег, выбрасывая на берег комки зелёной тины...* * *
...Берег постепенно удалялся. Утренний морской бриз надувал паруса. Светло-зелёные волны с глухим шумом бились о борт корабля. Воины со скрытой грустью и огоньком восхищения в глазах провожали берег Митлонда. Было ещё темно, но звёзды блестели уже не так ярко, море шуршало галькой, а свежий ветер, несмотря на плотную одежду, пробирал до дрожи. Кирдан Корабел с прощально поднятой рукой молчаливо провожал отряд. Пена, покрывавшая гребни волн, вспыхивала в утренних сумерках ослепительной белизной и тут же, едва возникнув, угасала; не умолкал монотонный гул моря, бившегося о пристань. Небо постепенно светлело, сумрак таял; впереди, прямо по курсу, за белой полоской горизонта водных просторов Залива Лун, ещё окутанной лёгкой туманной дымкой, находилась долгожданная цель путешествия ― Форлонд.
