flowers in my hair (and fire on my skin)

Теперь, когда Гарри узнал, какие были губы Луи на ощупь, он не мог перестать думать о них. Все напоминало ему о них. Шампунь с ароматом клубники. Красные яблоки, которые он взял с собой на следующий день в парк. Мягкая подушка в его кровати с балдахином. Шоколадный пирог, который испекла его мама. -*- 22:33 Хазза, почему моя сестра и ее подруги должны играть в Sing Star? Они так ужасны, но если я скажу им это, Физзи ближайшие несколько лет будет дуться на меня D: Спаси меня!! 22:34 Можешь прийти ко мне, если хочешь :) 22:40 Прости, если это было слишком навязчиво :( 22:46 Мне жаль 22:54 Луи, пожалуйста, ответь, мне очень-очень жаль, я не хотел нервировать тебя... -*- Затем раздался звонок в дверь. -*- Дверь открыла Джемма, и это было самой настоящей катастрофой. Когда он стоял на лестнице, одетый только в черные скинни-джинсы, потому что он планировал спуститься в подвал, чтобы забрать белую футболку из сушилки, и услышал голос Луи всего в десяти метрах, он застыл. Что он должен сделать? Все его футболки и кофты были в стирке, за исключением старой майки, которая была вся в дырах и которую он не носил уже несколько лет. Но если он будет спускаться в подвал, ему нужно будет пройти через коридор, в котором стоял Луи. Луи без колебаний пришел к нему домой сразу после того, как Гарри пригласил его, и это было... невероятно. И сейчас Гарри слушал его мелодичный, отличный ото всех голос, затаив дыхание. — Эм. Я Луи. А ты, должно быть, Джемма, Гарри не преувеличил насчет твоей красоты. Его сестра засмеялась: — И он так же не преувеличил насчет твоей честности, льстец. Но спасибо. И могу ли я спросить, что ты здесь делаешь? Похищаешь моего младшего братца, или что? И Гарри, правда, должен что-то сделать, иначе она только отпугнет Луи или, что еще хуже, обидит его. Но, когда он услышал громкий смех Луи, он немного успокоился. — Нет, у меня совершенно нет времени, чтобы сидеть в вашем саду и шпионить, простите. — Хорошо, — довольно ответила Джемма, но потом изменила тон своего голоса: — потому что, если хоть волосок пропадет с его кудряшек, я найду тебя, свяжу, оторву тебе яйца, а после медленно убью, чтобы в конечном счете закопать в парке. И нет, это действительно было слишком. Спотыкаясь, он мигом слетел с лестницы и побежал в коридор. Первое, что он увидел, была его сестра, которая стояла, положив руки на бедра, и грозно смотрела на парня перед ней. — Джем! — вскрикнул он, издав писк, но мужской писк. Очень мужской. — Что- как? Ты не можешь- Луи остановил его, взяв его руку в свою: — Не волнуйся, Хаз. Я бы сделал то же самое с тем, кто причинит тебе боль, так что это вполне справедливо. На нем были надеты темные брюки и борцовка с изображенной на ней радугой, шапка, под которой его челка растрепалась и некоторые пряди вылезли на лоб, и вансы с нарисованными смайликами. Он выглядел так мило, очаровательно и в то же время так горячо, что Гарри не только почти пропустил свое новое прозвище, но и широко раскрыл свои глаза. Луи ответил на его взгляд с улыбкой, чьи губы не так давно были не его щеке, и в памяти Гарри все еще сохранилось то тепло. И ему стало еще теплее, когда он заметил, что на нем все еще не было верха, а взглядом Луи прошелся по его телу. после чего прокашлялся и пристально посмотрел ему в глаза. Джемма, казалось, ничего этого не заметила, потому что она фыркнула с приподнятой бровью, покачав головой, ушла на кухню. Она еще пробормотала что-то подозрительно похожее на "как в чертовых фильмах" и оставила их в проходе. -*- С тех пор, как Гарри познакомился с Луи, в его комнате произошли некоторые изменения. Балдахин все еще был на его кровати, и, конечно, его стекло с цветами под ним все еще было на его столе, но, кроме того, на стенах висели гирлянды с маленькими неоновыми огоньками, которые ночью горели так потрясающе красиво. Большая часть его мебели была белая, что означало, что в темноте можно запросто налететь на что-то, но с огоньками все стало более безопасно. Но он все равно считал, что в его комнате чего-то не хватало. Чего-то, что ворвалось бы в его жизнь, что вдохновляло бы его и кричало: "Да, вот оно, именно это!" Луи был другим, он отличался от всего, что находилось в его комнате. Он создавал резкий контраст с белыми стенами, пушистым ковром и нежными тонами. Он был похож на большой шар энергии. поглощавший весь внешний свет и излучающий сияние, и это было так захватывающе. И, когда Гарри сел на кровать - уже наконец в рубашке, - поджав под себя ноги, смотря на Луи и то, как он осматривает каждую мелочь, он понял, что Луи был тем, чего не хватало. — Ты много читаешь? — спросил Луи, когда стоял перед полкой Гарри и скользил по ней взглядом. — Эм.. да. В основном о цветах или... эм, еще романы. Или еще стихи? Иногда? Луи кивнул и поиграл немного с фигуркой Будды на комоде Гарри, он как-то получил ее в подарок от Робина. — Моя мама тоже читает что-то подобное. И Лотти. В последнее время она полюбила Шекспира. "Ромео и Джульетта" и всякое такое. Гарри не знал, что нужно сказать сейчас, поэтому он просто дергал один из браслетов на его руке. А когда он хотел спросить Луи, не хочет ли он что-нибудь выпить, он восторженно взвизгнул. — Боже мой, Гарри! Цветы? Вау, это выглядит так, будто это было действительно трудно делать. Ты сделал все это сам? Он наклонился над стеклянной столешницей, под которой лежали засушенные цветы, пестрящие различными цветами. Его пальцы очерчивали каждый из них, пытались распознать какую-то закономерность, и при этом он выглядел так очаровательно, что Гарри забыл, как дышать. После, кажется, вечности он произнес: — Да-да. Они все из моих, ну... венков. — И ты делаешь каждый день новый? — Да, — ответил он, краснея и избегая взгляда Луи. — А после ты помещаешь их под стекло? — Да...? — О! Вот цветы, которые ты тогда носил! В тот день в парке, не так ли? Гарри встал на дрожащие ноги и подошел к нему, чтобы получше рассмотреть, на какие цветы указал Луи. При этом своим плечом он задел плечо Луи, и они переглянулись. Луи выглядел действительно, действительно очень красиво. И он не знал, можно ли было парней называть прекрасными, но Луи был именно таким. С его голубыми глазами, которые сейчас были с небольшими вкраплениями зеленого, бронзовой кожей, длинными ресницами, розовыми губами, с его милым носиком и острыми скулами... Честно говоря, Гарри мог бы продолжать еще минимум лет сто, но его мозг резко перестал работать, потому что Луи полностью к нему повернулся и наклонился немного вперед. Жизнь Гарри пролетела у него перед глазами, так он боялся, что, возможно, у него неприятно пахло изо рта или было что-то между зубами, потому что Луи пододвинулся к нему действительно близко. Так близко, что ему пришлось немного скосить глаза, чтобы смотреть ему в глаза, но потом он отпустил взгляд на его губы. И это, вероятно, было ошибкой, потому что вау, на вид они были такими мягкими и привлекательными, такими теплыми и- И потом были губы Луи на губах Гарри, и во всем мире взорвались фейерверки. -*- Каждая частичка тела Гарри горела, каждый нерв, каждая клетка его кожи горела, его внутренности горели, его губы горели, но больше всего горело его сердце, что отбивало ритм ЛуиЛуиЛуи. Огонь пылал внутри него, как что-то мощное, вечное, что-то, что нельзя описать словами. Ощущение, что было настолько громадным, что это заставило его парить на несколько секунд, и он летел и летел, без Луи он бы давно уже испарился, потерялся бы в облаках. Но Луи был здесь, он крепко держал его в своих руках, держал его на полу, держал его в своих объятьях, как, например, трос и привязанный к нему якорь. Луи был его веревкой, а он был якорем, который теперь надежно связан и который, конечно, безоговорочно доверял своему тросу, уверенно зная, что все будет хорошо и что эта уверенность оправдается. Луи целовал его так, словно хотел доказать, что Гарри принадлежит ему.