Can you smile?

POV Хедер

      Мы вновь сидели в просторной комнате Анжелики. Точнее, как сидели… Братья стояли при входе, ожидая ведущую, а я лежала на диване, пытаясь не шевелиться. Впрочем, это было весьма сложно в моей ситуации: на левую ногу была наложена шина. Странно, что Анжелика могла оказывать первую помощь при подобных последствиях падения, словно она учится на врача.       — Ребят, а вы не хотите там успокоить меня? — спрашиваю я, присаживаясь. — Всё-таки я пострадала!       — Хед, не будь маленькой, — фыркнул Дагур, сразу вспомнил мою излюбленную фразу. — Тебе далеко не пять.       Скрестив руки на груди, я отворачиваюсь. Что Остервенелый возомнил о себе?! Красноречиво намекнул, что я не могу себя вести так, как хочу. Как маленькая! Это несправедливо. Может, снова объявить войну?       — Все ушли, — в комнату зашла Анжелика. — Проводить участников команд, которые поджидали вас, было невероятно сложно. Да и фанаты бунтовали, бегали по всему зданию, вас искали.        — Спасибо, Лик, — даже не поворачиваясь, знаю, как сейчас выглядит Дагур. Он никогда не мог поблагодарить ведущую без своей фирменной улыбочки. — Ты нам оказала огромную услугу…       — Вы помогли мне это всё устроить, так что я отдаю свой долг. А теперь к более важным делам, — цокот каблуков приближается ко мне. — Как нога? — её голос мягкий, тихий, словно она пытается успокоить маленького ребёнка, которому приснился страшный сон.       — Болит, — смотрю на ногу, а потом перевожу свой взгляд на Анжелику. — Это плохо? Я смогу выступать?       — Это простой ушиб, не более, — заверила блондинка. — Но следующие выступления тебе придётся пропустить. Не самая лучшая идея выступать с больной ногой. А учитывая то, что вы вытворяете на сцене — я просто запрещаю тебе выступать. Слышишь, Скрилл?       — Но… Мы можем потерять место, — когда всё это создавалось, мы решили, что пять человек (на данный момент тринадцать), которые не испытывают ни симпатию, ни отвращение к какой-либо команде, будут отдавать свои голоса за лучшую команду. Сегодня мы получили восемь голосов, а это почти первое место. Третью позицию мы точно заняли. — Нам нельзя не выступать! Мы должны получить первое место, показать Изгоям и Берсеркам, что есть те, кто лучше них.       — Я не спорю, Хедер, но я не могу допустить тебя к выступлению, прости.       — А если мы найдём кого-нибудь на место Хедер? — спросил Дагур, игнорируя мой недоумённый взгляд.        — Хм… В общем, идея неплохая…       — Хэй, ребят, я вообще-то здесь, — я перебила Анжелику, помахав рукой, чтобы меня заметили. — Конечно, здорово было бы выступать, но я не хочу, чтобы меня заменяла какая-то левая девчонка!       — Тс-с-с, Хедер, спокойно, — Дагур присел на край дивана. — Это не будет какая-то левая девчонка. К примеру, тебя заменит… Забияка!       — Ну уж нет. Если мы выпустим её на сцену, Задирака и Сморкала к чертям испортят всё выступление. Нужно придумать более удачную замену, у которой хотя бы хорошая память, идеальная растяжка… И мы её знаем…       — Астрид, — заявил Рыжий, перебивая меня.       — Ты серьёзно? Она же не занималась танцами, — я пыталась вспомнить все наши разговоры, но ни в одном не было сказано ни про танцы, ни про, хотя бы, гимнастику.       — Хофферсон приличное время занималась спортивной гимнастикой, — Дагур удивлённо смотрел на меня, а я ему отвечала тем же. — Конечно, не танцы, но растяжка у неё превосходная. Остальному можно научить за…       — Две недели, — вставила Анжелика. — Следующие поединки через две недели.       — Ещё подключим Игермана, — Иккинг что-то искал в своём телефоне. — Он поможет второй части команды.       — Хорошо-хорошо, — я соглашаюсь, ведь другого выбора у меня нет. — Только что я буду делать?       — Сидеть дома и не высовываться, пока не поправишься, — Анжелика вновь посмотрела на мою ногу, после чего начала что-то писать в своём блокноте. — Большинство ребят из других команд учится в вашей школе, а, заметив твою ногу, они сразу догадаются. Мне казалось, что вы хотите скрыть свою личность.       — А выступление? Я должна видеть своих на сцене!       — Будешь со второй частью команды, — заявил Дагур. — Проконтролируешь их, а то в этот раз они сделали пару ошибок.       — Что ж, тогда я вас записываю на следующее выступление, — блондинка улыбнулась. — Четвёртая позиция подойдёт?       — Лик, а можно нам снова в конец? — в голосе Остервенелого проскользнула… нежность? Братец, ты серьёзно? — Глупо нас втискивать в середину…       — Ладно, вы в конце, но с тебя кино, — она подмигнула Дагуру.       Больше всего на свете ненавижу, когда они так делают: нежно говорят, улыбаются, подмигивают друг другу… В общем, флиртуют при мне.       — Эй, Рыжий, а меня ты сейчас понесёшь на руках!       — Я, пожалуй, пойду, — проговорил Иккинг, после чего чуть ли не бегом направился к выходу. Иногда мне кажется, что он намного умнее Дагура.       — С чего это я должен нести тебя на руках? — ну вот, когда он говорит со мной, в его голосе только насмешка.       — А с того, что я не могу ходить, — я показала на свою ногу. — Да и к тому же ты, мой покорный раб, не можешь отказать королеве Хедер!       — Почему ты решила, что я твой раб? — возмутился братец. — Может на эту роль лучше подойдёт Иккинг?       — Он уже смылся. Ну, Дагур, я знаю, ты не можешь отказать королеве Хедер.       Пробормотав что-то недовольное себе под нос, Дагур подошёл к дивану, своими неаккуратными движениями поднял меня на руки и, попрощавшись с Анжеликой, покинул комнату, направляясь к выходу. Честно говоря, Дагуру намного легче нести меня, чем было бы Иккингу. Нет, не то, чтобы мой брат слабый и тощий… Просто я уверена, что Рыжик будет сильнее.       О, а это будет неплохой идеей…

***

POV Астрид

      На улице было достаточно темно и прохладно, но я до сих пор стою у входа к заброшенному зданию, где проводились танцевальные выступления. Хедер с братьями ещё не вышли, как утверждали Торстоны с Йоргенсоном. Как они сказали, что-то случилось с Хед, но ребята сказали, чтобы их не ждали.       «Привет! Ты позвонил Хедер, которая сейчас маленько занята. Оставь сообщение после сигнала. Пи-и-ип»       — И снова автоответчик… Может, ты соизволишь взять трубку? — наверное, я ей звонила уже двадцатый раз, а вместо Хедер мне отвечает запись. Это не самое лучшее, когда тебе сказали, что с твоей лучшей подругой что-то случилось.       Послышались чьи-то шаги, после чего я заметила приближающийся силуэт. Правда, я не могла понять, кто это, ведь на улице достаточно темно, да и человека, одетого в чёрное, сложно узнать. Но это определённо парень.       — Астрид? — удивленный приятный голос, растрёпанные каштановые волосы и веснушчатое лицо, освещённое блеклым светом фонаря… Без сомнений, я узнала брата своей подруги.       — Да, Астрид, — я улыбнулась. — Привет.       — Ага, привет, — нет, он не улыбнулся в ответ. А может улыбнулся, но всего на мгновение? Стоп. Так, спокойно, а то может начаться что-то вроде паранойи.       — Вы потрясающе выступили. Определённо лучше других.       — Тебе понравилось? — а вот теперь у него на лице точно улыбка. Не такая, какую мне хотелось бы увидеть, но и это пойдёт.       — Мне не могло не понравиться твоё выступление! Это было самым необычным и лучшим, что я видела за последний год, — о мой Бог… Я сказала твоё. ТВОЁ. Это, конечно, правда, но, пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста, пусть он не заметил! Это будет самым ужасным неловким моментом в моей жизни.       — Спасибо, — он улыбнулся. Он искренне улыбнулся.       — Всё-таки ты умеешь улыбаться, — довольно проговорила я.       — Хэй, посторонись, её Величество несут! — выкрикнула Хедер, перебивая Иккинга, который что-то хотел сказать.       — Хед! — я сразу подбежала к Дагуру, который нёс брюнетку на руках. — Ты как? Что случилось? Вас так долго не было!       — А я думала, ты будешь встречать нас с криками и громкими аплодисментами, — расстроенно проговорила девушка. — Я в порядке, ну, кроме ноги, из-за которой я не смогу. Выступать в следующий раз.       — У неё обычный ушиб, а она делает из этого трагедию, — недовольно побормотал Дагур.       — Но вы же только начали танцевать… Вам нельзя пропускать ни одного выступления…       — Поэтому у нас есть, так сказать, серьёзный разговор к тебе, — голос Иккинга немного напугал меня, так как я не ожидала что он заговорит за моей спиной. Надеюсь, не было заметно, как я вздрогнула.       — Ко мне? — важное, Драконы и я? Я считаю, что это довольно-таки странное сочетание.       — Да, — в унисон ответили ребята.       — Только не здесь, поэтому поехали с нами, — дополнила Хедер.       — Кажется, у меня нет вариантов, верно?

***

      — Пятый официальный совет команды «DRAGONS» объявляется открытым! — Хедер говорила серьёзно, восседая в удобном кресле за журнальным столиком. — Сейчас нас не волнуют наши прошлые советы, но я попрошу Вас, Остервенелый, позвонить Игерману. Нужно знать, что он решил насчёт нашего предложения.       — Так точно, Скрилли! — воскликнул Дагур, поднявшись с места и отдав честь Хед.       — Простите, но о каком предложении идёт речь? — прервала я Хедер, которая что-то хотела сказать по поводу выходки старшего брата.       — О, сейчас узнаешь, — на её лице появилась хитрая улыбка. Если быть честной, то такая Хедер меня немного пугает. Нет, конечно, она пугает меня со своими идеями ещё с недели войны с Дагуром, но сейчас, улыбаясь такой улыбкой, — больше всего.       — Если от правды об этом предложении я буду долгое время…       — Не хочешь ли ты выступать за Драконов? — перебила меня Хедер.       — Прости, что? — кажется, я не совсем поняла смысл сказанного подругой. Или она и вправду предлагает мне выступать за свою команду.       — Ну, знаешь, будешь выходить на сцену и вытворять что-то похожее на то, что мы делали сегодня, — пояснил Дагур, хотя и без его пояснений я понимала, что это значит.       — Вы серьёзно? — кажется, я до сих пор не верю в происходящее. Или верю? Может, это вообще сон? Время давно позднее, и я могла спокойно уснуть в машине Хэддоков, пока мы ехали к ним…       — Да, — они снова отвечают в унисон.       — Стойте. Я же не умею танцевать! — вспомнила свой плачевный опыт на жуткой школьной вечеринке. Очень хорошо, что этого никто из здесь присутствующих не видел. В ином бы случае они не предлагали мне выступать за них. — У меня есть растяжка и всё подобное. Как ни крути, шесть лет гимнастики…       — Сколько?! — вырвалось у Хедер. — Подожди, ты занималась гимнастикой шесть лет, но мне об этом не говорила?! Ты бы была моим самым первым претендентом в команду!       — Но я не умею танцевать…       — Не проблема, я тебя… — начал было Дагур, но его в него была брошена подушка от Хед.       — Тсс, мой раб, ты будешь день за днём ухаживать за мной, своей королевой Хедер, — на её лице победная улыбка, а Остервенелый закатывает глаза, откладывая подушку в сторону. — Тебя будет учить танцам Ночная Фурия. Он достаточно хорош в этой сфере.       — Я? — удивился шатен, посмотрев сначала на свою сестру, а потом на меня.       — Да, из тебя будет хороший учитель для Астрид. Кстати, вы сейчас должны придумать прозвище дракона и цвет неона на кофте, а ты, Остервенелый, отнесёшь меня в комнату, мне нужно кое-что взять, а ты сам этого не найдёшь.       — Берегись, Хедер, моя мстя будет страшна… — прошипел Дагур, вставая со своего места, и, взяв брюнетку на руки, отправился в её комнату.       — Только бы не было ещё одной войны… — прошептала я, когда эти двое пропали за дверным проёмом.       — Это точно, — тоже шёпотом проговорил Иккинг.       — Ну-с, Ночная Фурия, — я повернулась к шатену, вновь улыбаясь. — Какие есть драконы?       Мне показалось, или в его зелёных глазах блеснул огонёк? В книгах написали бы, что это был какой-нибудь озорной огонёк. Впрочем, я не писатель, но точно знаю, что мы перешли к той теме, о которой он готов болтать часами, несмотря на свою неразговорчивость.       — Подождёшь немного? Я быстро сбегаю за своим блокнотом.       — Да, конечно, — я кивнула. — Пока что попробую придумать прозвище.       — Отлично, — едва заметная улыбка. — Сейчас вернусь, — и он, как и его брат и сестра, скрылся за дверным проёмом гостиной.       Что ж, а теперь попробуем придумать прозвище. Дракоша точно отпадает, потому что это звучит как-то… по-детски. Может, Ириска? Не знаю почему и кто, но кто-то определённо меня так называл. Феечка Винкс? Стоп-стоп. Это точно не пойдёт. Слишком… по-наркомански. А если Шторм? Нет, такое точно у кого-то есть. Шторми? Пародия на Скрилли, что ли? Не-ет. Нужно что-то другое, но со словом шторм… Что-то такое, что вертится на кончике языка, но невозможно понять…       — Я вернулся, — произнёс шатен, присаживаясь рядом.       — Штормовица! — выкрикнула я, чем-то ли напугала, то ли очень-очень сильно удивила Иккинга. — Я придумала! Я буду Штормовицей, — я довольно улыбнулась.       — Неплохо, — одобрил Иккинг, хотя я не уверена, что это самое лучшее одобрение прозвища на свете. — Намного лучше, чем у всех участников других команд вместе взятых, — сюда не хватает искренней улыбки, Иккинг… Жутко не хватает.       — Спасибо. В это блокноте драконы?       — Да, держи, можешь выбрать любого, кроме тех, где надписаны наши прозвища, — я взяла протянутый мне блокнот.       — Все драконы… Они нарисованы тобой? — спросила я, пока не открывая первой страницы.       — Да.       — Значит, ты художник? — я улыбнулась, наблюдая за тем, как он, когда наши взгляды встречаются, отводит глаза.       — Нет, вовсе нет, — запротестовал Иккинг. — Просто я иногда рисую.       — Хорошо, я выберу того дракона, который будет на той странице, которую я случайно открою.       — Так даже намного интереснее, чем мы выбирали, — снова улыбка. Кажется, сегодня побит рекорд улыбок Иккинга Хэддока.       — Тогда раз… два… три!       Блокнот был открыт на произвольной странице, с которой на меня смотрел дракон с шипами на голове и хвосте. В отличие от моего представления, у него не было передних лап, вместо них — крылья. Зато задние были достаточно большими и мощными. А так же дракон был раскрашен бледно-голубой лёгкой краской.       — Злобный Змеевик… — прочитала я первую запись на странице. — Ты название сам придумал?       — Ага.       — Иккинг, у тебя потрясающие рисунки и столь же потрясающая фантазия! — восхищённо проговорила я, удобнее усаживаясь на диване. — Ты расскажешь мне про этих драконов?       — Т-тебе интересно? — он заикнулся? Странно…       — Безусловно! — я улыбалась, рассматривая рисунки Змеевика.       — Это же просто… замечательно! — он улыбнулся, присев совсем рядом со мной и смотря в свой блокнот, показывая рукой на Змеевика, смотрящего в своё отражение. — Эти драконы очень самовлюблённые, только дай им покрасоваться перед своим отражением! — теперь он показывает на хвост Змеевика. — Хвост состоит из шипов. Некоторые из них являются ядовитыми. При опасности Змеевик атакует противника или шипами, или своим пламенем, которое является самым горячим среди всех драконов.       Дальше Иккинг увлёкся рассказом о других крылатых рептилиях, нарисованных в его блокноте, а я пыталась сдержать охватывающий меня сон. Нет, дело не в том, что Иккинг скучно рассказывал, наоборот — это было очень интересно, необычно. Но, как мне казалось, уже была глубокая ночь, а я встала достаточно рано, несмотря на выходной.       Борьба с зевотой и слипающимися глазами продолжалась целую вечность, пока я не сдалась. Да, сонливость победила, и я, кажется, заснула.