Can you smile?

POV Астрид

      Каждый день, забегая домой, чтобы пообедать и переодеться в спортивный костюм, я спешила к Хэддокам. До выступления оставалось совсем немного, из-за чего каждая минута была важна. Танец, который Хед продумала до мельчайших деталей, был чересчур сложным, но, уверена, неповторимым и необычным. Только из-за меня происходили небольшие проблемы: то я забуду какое-то важное движение, из-за чего приходится заново повторять весь танец, то, не рассчитав, что-то сделаю не так, споткнувшись, поскользнувшись, упав на ровном месте. Нет, не то чтобы я была неуклюжей или что-то в этом роде, нет. Просто я не привыкла работать в команде.       Дагур очень сильно злился, нередко покидая минут на двадцать тренировку, пока Иккинг спорит с Хедер, а я сидела на полу, думая, насколько нелепо выгляжу в глазах Хэддоков. Особенно в глазах мистера прости-Астрид-но-я-сегодня-не-улыбнусь. Именно он не так давно сказал, что я круто танцую, подглядев то показательное «выступление» перед Хед. Но что теперь видит Иккинг? Как на самом деле я ужасно танцую? Кошмар.       После таких небольших перерывов, мы снова продолжали подготовку к выступлению. Я старалась меньше делать ошибок, не забывать, что я танцую не одна, но выходило, по правде говоря, не особо. Даже Хедер недовольно прикрикнула: «Из тебя плохая ученица!»

***

      До выступления оставался всего день. Всего один короткий, но зато свободный от домашних и учебных дел день. Танец был почти готов, но нужно было, чтобы завтра он выглядел не просто идеально, а «сногсшибательно», как выразилась Хедер.       Пока Дагур и Хедер что-то настраивали в тренировочной, я сидела в гостиной, мысленно вспоминая танец, чтобы сегодня не было проблем вроде: «Оу, простите, я кого-то случайно ударила,» — или: «Да ничего страшного, я просто упала, простите.» Всё это выглядит настолько неуклюжим и нелепым, что я готова просто сгореть со стыда. Создаётся впечатление, словно я всё порчу и лучше бы вообще не принимала во всём этом участия.       — Астрид? — я едва вздрогнула, взглянула на Иккинга. Наверное, я слишком сильно ушла в свои мысли, из-за чего не услышала, как он подошёл. — Ты выглядишь какой-то… грустной, — а ты выглядишь слишком неулыбчивым, но я же молчу, верно?       — Оу, да я так, задумалась немного, — едва улыбаюсь. Что ж, это не вызвало улыбки на его лице, а жаль…       — О чём же? — он присел на кресло, внимательно смотря на меня, словно ожидая, что я расскажу ему все свои мысли и переживания.       — О выступлении.       Иккинг ничего не ответил, продолжая смотреть на меня. В комнате стало чертовски тихо, и если бы не тихая музыка, доносившаяся откуда-то снизу, я бы решила, что весь мир замер на некоторое время, остановил своё существование. Хорошо, что это лишь глупые мысли.       — Знаешь, — он до сих пор не отвёл взгляд, словно пытается заглянуть ко мне в душу, прочесть мои мысли… Если бы он смог сделать последнее, то мне было бы жутко неловко за все те прочитанные фанфики. — Хедер, Дагур… и я тоже очень волнуемся перед выступлением. Но это волнение можно, так сказать, победить.       — И как же?       — Довольно-таки просто, — на его лице появилась улыбка. Настоящая улыбка. Самая настоящая улыбка. — Танец должен быть неотъемлемой частью тебя. То есть, я имею в виду, что ты должна не просто танцевать, повторяя в точности заученные движения… Ты должна прочувствовать музыку, погрузиться в неё, словно занимаешься любимым делом.       — Кажется, я тебя поняла, — пару раз кивнув, я мысленно отметила, что он вправду очень любит танцевать, раз это вызывает на его лице улыбку. — Только не уверена, что у меня получится.       — У тебя всё получится, — он продолжал улыбаться. — На самом деле, ты потрясающая… Оу, то есть, я… я имел в виду, что я… что ты потрясающая, когда танцуешь. Да и в остальное время тоже, просто… Просто ты потрясающая во всём.       — Воркующие голубки, — в гостиную зашёл Дагур, из-за чего я ничего не успела ответить Иккингу, — заканчивайте со своими признаниями в любви, и идём повторять танец.       Обведя комнату беглым взглядом, рыжий поспешил удалиться, что-то бурча себе под нос. Теперь я понимаю, почему его так сильно ненавидит Хедер, рассказывая, как он испортил ей как минимум шесть свиданий. Или более пятнадцати? Сложно помнить эти детали. К тому же, я никогда не дружила с цифрами: не запоминала ни номера телефонов, ни года.       Иккинг первый покинул комнату, а я, чуть помедлив, поспешила за ним, словно хвостик. Странное сравнение, но со стороны, как мне показалось, выглядело именно так. Когда мы зашли в тренировочную, там были Йоргенсон и Торстоны, что-то громко обсуждающие с Дагуром. Наверное, их присутствие не должно удивлять, ведь они являются составной частью команды драконов. Вернее, той частью, которая отвечает за освещение и различные эффекты.        — Астри, Икки! — воскликнула Хедер, дойдя до нас. Точнее будет, конечно, слово «доковыляла», потому что она до сих пор хромает. Не в той степени, что ранее, но всё же… — Я решила едва изменить некоторые движения на более подходящие… К тому же они немного проще, поэтому скорее начинаем тренировку!       Изменить движения? В последний день? Переглянувшись с Иккингом, не меньше удивлённым странным заявлением Хедер, я решила промолчать, направляясь к Дагуру. Конечно, глупо что-то менять за день до выступления, но разве я могу спорить? Хед никогда не прислушивалась к чужому мнению, поэтому спорить с ней — лишь терять время. К тому же, ей видней, как лучше поставить танец, ведь ей приходится смотреть со стороны, а критик, живущий в этой брюнетке, невероятно строг.

***

      Казалось, что прошла вечность, прежде чем мы, усталые, но довольные, устроились на диване в гостиной. Конечно, всё тело ныло от усталости, из-за чего я мысленно проклинала Хедер. Зато танец был доведён до совершенства: все движения, что не сильно подходили, были заменены другими, более хорошими. Правда, мне показалось, что Хед сделала слишком сильный акцент на Иккинге и мне, потому что чуть ли не треть танца я нахожусь или слишком близко к нему, или выполняя совместные движения. Это немного странно.       Хед слишком увлечённо рассказывала о том, как стоит себя вести на сцене и за кулисами. Иккинг кому-то звонил, негромко барабаня пальцами по столу. Дагур, устроившись поудобнее в кресле, усердно стучал по экрану телефона, явно набирая сообщение. Скорее всего, оно было адресовано Анжелике, в котором, возможно, старший Хэддок жаловался на свою сестру. Стив с Торстонами сразу после тренировки схватили какие-то бумаги и поспешили удалиться. Я не стала уточнять, куда они. Мне это было не особо интересно.       — О, привет, Игерман, — проговорил Иккинг, привлекая внимание всех присутствующих. — Ты же подумал над нашим предложением? — он взглянул на Хедер, с ожиданием смотрящую на него. — Ну, что ж… Добро пожаловать в команду «Dragons».       — Да! — воскликнула Хедер. На её лице заиграла довольная улыбка.       После недолгого объяснения, куда подъезжать и как пройти, Иккинг попрощался с Ингерманом и положил трубку.        Как только телефон оказался на столе, Хедер выкрикнула что-то вроде «Еееее!», после чего объяснила, что они очень давно уговаривают Роберта участвовать в их команде. Впрочем, это неудивительно. Хед может любого заставить действовать по её указке. Кроме Дагура. Понятия не имею, как они уживаются в одном доме. Хотя, если вспомнить, как они воевали… Странно, что они друг друга не поубивали.       — Что ж, воркующие голубки и моя самая любимая сестричка, — в слова, сказанные Дагуром о Хед, было вложено слишком много сарказма. — Я поехал с Торстонами к Лике. Не скучайте!       Он поднялся и, как мне показалось, просто сбежал из дома. Наверное, у него не было желания оставаться с Хед, недовольной его словами. Уверена, что если он остался бы, то в него точно прилетела подушка, потому что его «любимая» сестричка очень не любила, когда к ней так обращаются. Может быть, если бы Роберт назвал её «любимой», то… Как хорошо, что Хедер не умеет читать мысли!

***

      Небо скрыли огромные тёмные тучи. Фонари бросали свой тусклый свет на тротуары и дороги. Несмотря на то, что время не было поздним, улицы уже опустели. Казалось, будто я одна путешествую по островкам света через тьму.       Над головой пролетела сова, сверкнув своими огромными глазами. Какое-то нехорошее предчувствие, словно тьма, охватившая сердце, не хотела покидать мои мысли, не давая спокойно идти вперёд. Создавалось впечатление, будто у меня развилась паранойя — мне казалось, что что-то ужасное поджидает меня за каждым кустом, за каждым поворотом… К слову, я не была трусихой да и темноты не боялась, но эта тьма, в которой быстро бьётся сердце…       Достав из кармана телефон, я быстро набрала знакомый номер, ожидая, когда раздражающие гудки сменяться голосом Хедер.        — Хед, привет. Можешь загуглить, как убить существо, которое преследует тебя в девять вечера? — как можно веселее проговорила я, как только закончились гудки.       — Привет, Астрид, — в ответ послышался мужской голос, из-за чего я остановилась, затаив дыхание. — Хедер занята просмотром очередных роликов на YouTube. Она считает это крайне интересным занятием, — в словах было столько сарказма, из-за чего я сначала решила, что это Дагур. Но он уехал к Анжелике и вряд ли бы успел вернуться за это время. Как только я хотела задать вопрос, который, как мне казалось, волновал меня больше всего на свете, послышались немного неуверенные слова: — Кстати, это Иккинг.       — Боже, — вздохнув, я снова продолжила путь. — Больше не пугай так.       — Разве я тебя напугал? — в голосе появилась та самая неуверенность, с которой чаще всего говорил Иккинг.       — Немного.       — Прости, — совсем тихо, едва слышно. Я всерьёз подумала, а не послышалось ли мне. — Оу, точно, — уже громче. — Ты просила загуглить про существо, которое приследует тебя в девять вечера… Всё хорошо? Может, мне всё-таки стоило тебя проводить?       Улыбка. Глупо, но я не могу подобрать слов, чтобы описать свои чувства. Вроде бы это очень приятно, что он волнуется за меня. И я была бы вовсе не против, если бы он проводил меня до дома. Но часть меня, что прочно связана с мозгом, а не с сердцем, отказалась от данного предложения, из-за чего появляется какая-то злоба на саму себя. Может быть, если Иккинг был, прося, здесь, рядом, а не по ту сторону экрана, не было бы этого плохого предчувствия…       — Астрид? Ты ещё тут? — мне кажется, или его голос и вправду переполняет волнение?       — Да-да. Прости. Я задумалась.       — Всё хорошо? Почему ты просила это загуглить?       — Ну… — а, может, не стоит ему говорить о  моих переживаниях? Уверена, что ему и своих по горло. — Просто пришла эта мысль, пока шла домой.        — Ты уже дома? — в его голосе до сих пор слышно волнение.       — Нет. Мне осталось идти минут пятнадцать. Может, немного больше. Я позвонила Хедер, чтобы было не так скучно идти.       — Хочешь, я отнесу ей телефон? — он, кажется, немного расстроился.       — Нет. Зачем её отвлекать? К тому же…  хочу поговорить с тобой.

***

      Пятнадцать минут пролетели невероятно быстро, словно мы разговаривали не больше нескольких минут. Удивительно, что Иккинг не был молчалив, как это обычно бывает. Кажется, мы всю дорогу спорили о том, как правильно готовить блины. Серьёзно. Это было настолько же глупо, как и забавно. Только телефон сел, когда я сообщила что добралась до дома. К моему огромному везению, которое очень любит меня покидать, когда так нужно, я успела поблагодарить Иккинга, после чего и раздался протяжный писк, оповещающий об отключении телефона.       Добравшись до квартиры, я замечаю, что дверь приоткрыта. Тьма, охватившая сердце, сгущалась, пробираясь к лёгким, не давая спокойно вздохнуть. В голове пролетели тысячи мыслей, и каждая новая была мрачнее предыдущей. Совсем рядом с дверью послышался приглушённый мужской голос, но я не смогла разобрать слов. Затаив дыхание и пытаясь не обращать внимание на бешеное сердцебиение, я осторожно открыла дверь и шагнула в коридор.       Сердце пропустило один удар, а потом с новой силой забилось, словно старалось выломать грудную клетку. Резкий выдох и глубокий вдох. Кажется, мои глаза сейчас больше всего похожи на огромные монеты. Но, видно, не у меня одной. Оторвавшись от поцелуя с каким-то незнакомым мужчиной, та женщина, которую я звала мамой на протяжении семнадцати лет, сейчас смотрит на меня, испытывая удивление не меньше моего.

***

      Плотно затянувшие небо серые облака не давали солнцу выглянуть хоть на секундочку, чтобы порадовать жителей города своими золотистыми лучами. Несильный дождик заставлял людей, вышедших на улицу, прятаться под зонтики, натягивать капюшоны кофт или курток на голову. Холодные и неприятные порывы ветра сбрасывали накопившуюся на листьях деревьев воду…       Сидя на подоконнике, я читала книгу. Хотя… Сложно сказать, что читала, поскольку мои мысли были заняты далеко не развитием сюжета очередной фантастической книги, попавшей мне в руки. Я думала о событиях, произошедших недавно.       Хедер… Моя лучшая подруга не сможет участвовать в этом выступлении из-за своего неудачного падения после очередной победы. А так как «Драконы» не могут состоять из двух танцоров, Хэддоки попросили меня выступить вместо Хед, а потом и вовсе решили взять в свою команду, даже несмотря на тот факт, что я не особо умею танцевать.       Мама… Несколько часов назад, когда я зашла в квартиру, с моей матерью был высокий незнакомец с рыжими волосами и не очень длинной бородой. Разумеется, я попросила объяснений, в душе надеясь, что это просто плохой сон. Но, к сожалению, происходящее не являлось сном, а моя мама уже пару месяцев встречается с этим мужчиной, чьё имя мне не захотелось запоминать.       Иккинг… Не зная почему, но ко всему происходящему я ещё приписываю брата своей лучшей подруги. Странно это признавать, но он мне нравился. То ли своей молчаливостью, то ли своими ярко-зелёными глазами, то ли отсутствующей улыбкой он притягивал к себе моё внимание. Внимание той, что посвятила все свои годы учёбе и считавшей глупым влюбляться.       Очередная капля сбежала по стеклу окна, а за ней ещё череда серых капель воды скатывалась вниз. Шумно вздохнув, я всё-таки закрыла книгу, отложив её в сторону. Взглянув в окно, я кончиком пальца провела линию на холодном стекле. Поставив выше этой линии две точки, чуть заметно улыбнулась: на меня с холодного, с миллионами капелек окна смотрел улыбающийся смайлик. Но, как и эта еле заметая улыбка, он вскоре пропал.