Легко дышать.

Проснувшись, я дико испугалась, почувствовав тепло человеческой ладони на своём животе. Ладонь это явно принадлежала не мне, ибо моя покоилась сверху на ней. Повернув голову, я уткнулась носом в шею мирно спящего Тимохина, которому эта самая лишняя рука и принадлежала. Невольно улыбнувшись, я решила его разбудить. А то чего это я одна тут не сплю? Перевернувшись на бок, я осторожно провела кончиками пальцев по груди мужчины, а затем поцеловала его в шею. - Это кто там хулиганит? – сонно спросил он. - О, проснулся, - хихикнула я, снова целуя его в то же место. - Котяш, ну, перестань! – проныл он, пытаясь перевернуться под моей рукой, но явно не желая этого делать. – Давай ещё поспим! - Какой поспим? – я приподнялась на локте и посмотрела на электронный будильник. – Два часа дня! - Правда? О, чёрт! – простонал Тимохин. – Я феерически проспал на работу! - Не ты один, - фыркнула я. – А, блин, я ж в отпуске… И Игоря Яковлевича послала… В общем, я ещё долго на работу не выйду. А ты, конечно, умница. Только не говори, что это я во всём виновата! - И не буду, - улыбнулся Женя. – Не думал даже. И вообще, раз мы проспали, то давай ещё поваляемся, - его тёплая рука проникла под тонкую ткань моей майки и заскользила вдоль моей спины. Давненько у меня не было настолько доброго утра. Когда мы наконец нацеловались, хотя, поцелуев нам всегда будет мало, ведь они такие сладкие, я удобно устроилась на тимохинском плече и накрыла его руку, устроенную на моём животе своей ладошкой. Я решила запечатлеть этот момент и выложить его в инстаграм. «Доброе утро, мир! Ну и что, что на часах 15:00? Счастливые часов не наблюдают :)» - подписала я фото. Тут же получила от Каролины язвительный комментарий: anilorak ну, понятно. Ладно-ладно, я запомнила! Показала его Жене. Тот, посмеявшись, забрал у меня телефон и от моего имени написал Каро следующее: annafrants @anilorak Каролин, ну чего ты как маленькая?) Между прочим, Женя тоже обижен за то, что ты меня у него вчера украла! Подруга незамедлительно отреагировала: anilorak @annafrants я с вами обоими не разговариваю! annafrants @anilorak в таком случае, мы с тобой тоже! - Давай вставать, а то ещё с кем-нибудь поссоримся, - фыркнула я, откладывая телефон. - Давай, - кивнул Женя. – Правда, так не хочется… - Я тебя, слонёнка, с кровати не спихну, мне сил не хватит, поэтому вставай сам, - выскользнула я из его объятий и направилась на кухню. – Тебе кофе сделать? – обернулась на пороге. - Я больше люблю чай, - ответил Тимохин, поднимаясь с кровати и потягиваясь. - Пойдём, помогу тебе с завтраком. После того, как мы закончили трапезу, Женя загружал посудомойку, а я, сидя за столом уставившись в одну точку, крутила в руке стакан с водой. В голове назойливым роем крутились какие-то слова, но собрать их во что-то целое я никак не могла. Почувствовав, как по правой руке потекла вода, почему-то ставшая тепловатой, я вынырнула из потока мыслей. Оказалось, я слишком сильно сжала тонкий стеклянный стакан, и он лопнул, оставив глубокие порезы на моей ладони. Словно загипнотизированная я смотрела на то, как тонкие струйки крови стекают по ладони и запястью. Кровь заливала стол, мою руку, пижамные штаны, а я всё не могла отвести взгляда от этого кошмара. Слёз не было. И больно тоже. Странно как-то даже… Женя обернулся, явно желая спросить, почему я, до этого болтавшая без умолку, вдруг притихла. Я, словно маленький ребёнок, продолжая оставлять за собой кровавые дорожки на чистой скатерти, протянула ему ладонь и спросила: - Что это? Почему здесь кровь? - Котяшка, маленькая, ну как ты так, а? – тут же подхватил Женя меня на руки и потащил в ванную. Усадив на бортик, принялся осторожно доставать осколки. Вот теперь стало жутко больно, и потекли слёзы. - Потерпи, котёнок, сейчас перестанет болеть, - наливая на и без того жутко горящую ладонь перекись водорода, делая ещё больнее, тихо сказал он. Я заревела, как раненый зверь, не сдерживая рвущихся из груди рыданий. – Тише-тише, - Женя поднёс мою ладонь к своим губам и аккуратно подул на неё, чтобы мне стало хоть немного легче. Осторожно вытерев остатки крови, смешанной с перекисью, а заодно и всю руку, которую я залила, рассматривая раны, Тимохин смазал мою ладонь «Спасателем», а затем крепко забинтовал. - Вот так вот, - он присел рядом и, прижав рыдающую меня к себе, начал гладить по волосам. – Тише, кошечка. Всё пройдёт. Я подняла на него полные слёз глаза и, не говоря ни слова, впилась в его губы своими мокрыми, солёными и чуть дрожащими губами.