Легко дышать.

14 октября 2016 года я однозначно запомню на всю свою оставшуюся жизнь. В этот день, ну а точнее, уже ночью, в 22:45 на свет появился наш с Женей сынулечка. Дмитрий Евгеньевич Тимохин. - Женя, я не хочу рожать! – орала я, вцепляясь в тимохинскую руку, каждый раз, когда меня «накрывало» очередной схваткой. - Ну, не рожай, - улыбаясь, фыркал тот, морщась от того, что я делала ему больно, впиваясь ногтями. - Бо-о-ольно не рожать! - стонала я, когда меня «отпускало». – Забудь к чёртовой матери мои слова про футбольную команду! Ни за что и никогда больше! Понял меня?! А затем всё повторялось вновь: - Женя, я не хочу рожать! До того самого момента, как малыш появился на свет, Женя был рядом со мной – крепко держал за руку, всячески подбадривал, шептал ласковые слова, чтобы успокоить, подавал воду. Я была ему безмерно благодарна за то, что он не испугался, не бросил меня в такой важный момент. - Я люблю тебя, кошечка, - тихо сказал он, когда всё закончилось. – Спасибо за сына. Я, не сдерживая слёз радости, улыбнулась. Всё-таки мне достался самый лучший мужчина в мире. Оказавшись в палате, решила написать СМСку Каролинке, ведь поделиться своей радостью мне было больше не с кем. Взяв телефон, увидела с десяток неотвеченных вызовов за несколько последних часов и сообщение от той, кому собиралась написать: «У нас девочка! Диана Муратовна» и огромная куча смайликов. Мы с Каролиной родились в один день, с разницей в 12 лет, а наши дети появились на свет с разницей всего в несколько часов. Удивительное совпадение. Улыбнувшись, я набрала ответ: «Я-то думала, кто в родзале песни поёт? Поздравляю счастливых родителей! А у нас Дмитрий Евгеньевич родился полчаса назад!» и такую же кучу смайликов. «Да твои крики вся больница слышала, - тут же пришёл мне ответ. – Так что, я уже в курсе. Поздравляю!». Спустя несколько дней нас наконец отпустили домой. Нашему счастью не было предела. В первый же вечер дома Женя помогал мне укладывать Димку спать, потому, что я паниковала, боясь сделать что-то не так, а он был спокоен, как удав, да и к тому же, умел обращаться с маленькими детьми, потому, что у него была младшая сестрёнка Оксана, которой сейчас было всего 12 лет. Тимохин стоял у кроватки и укачивал засыпающего сына, что-то тихонько ему рассказывая. Он так любит его, считает своим ребёнком. Даже в свидетельстве о рождении Димки написано, что его папа - Женя. И никак иначе. Я смотрела со стороны на эту картину. Сыночек был так похож на Сережу... Тёмные волосики, а ещё он, скорей всего, унаследовал «фамильный» лазаревский нос… От меня Димке достались только ярко-голубые глаза. Зачем же Лазарев так жестоко с нами поступил? Я не выдержала натиска своих воспоминаний, и в слезах убежала в спальню, чтобы своими всхлипами не разбудить маленького. Спустя минут 10, в комнату вошёл Женя и, увидев, что я реву, тихонько спросил: - Котяшечка, ты чего? Что-то не так? – опустившись рядом со мной на кровать, он прижал меня к себе и начал гладить по волосам. - Всё так, - всхлипнула я. – Да только… Другой человек… Я разрыдалась ещё сильнее. Женя молчал, продолжая перебирать мои волосы. - Знаешь, - наконец выплакавшись, сказала я, - иногда жизнь кажется тебе несправедливой. Отбирает у тебя то, что казалось тебе лучшим из всего того, что могло у тебя быть. Но со временем ты понимаешь, что она сделала это для того, чтобы дать тебе что-то, что ещё лучше, чем то, что было. Я люблю тебя, тигрулька. Очень люблю. - И я тебя люблю, котяшка, - поцеловал Женя меня в макушку. – Давай спать ложиться. Сегодня был трудный денёк.