Всего лишь химия

      Пожалуй, это был самый худший день в его жизни — если верить подсчётам, уже пятый подряд. Очертания окружающих предметов покрывались какой-то странной рябью и смазывались, в голове словно звенел колокол, а всё тело нещадно ломило, буквально выворачивая суставы наизнанку. Вслепую, не открывая слезящихся глаз, Роуг попытался нашарить на тумбочке блистер с таблетками, но тот оказался пуст. Последнюю, прямо-таки лошадиную дозу лекарств он принял ещё вчера вечером. Ну, или что там за пора суток была в последний раз, когда он приходил в себя.       — Э-эй, приём! Долго я ещё буду стоять здесь и орать на весь дом? — сквозь плотную пелену тумана парень увидел в дверном проёме некую физиономию, отдалённо напоминающую Стинга. — Что, всё так же неважно себя чувствуешь?       — Мне уже лучше, — едва смог выдавить из себя Роуг, и словно в опровержение этих слов его тело просто взбунтовалось: руки резко похолодели, а по спине пробежалась такая волна удушающего жара, что к горлу подкатил приступ тошноты.       — Оно и заметно, — кривая ухмылка на лице друга не оставляла никаких сомнений в том, что он отлично знает о его состоянии. — Знаешь... я чего зашёл-то? Гостья к тебе пришла, — нарочито делая акцент на первое слово, добавил тот.       — Какие ещё гости? Я никого не звал, пусть проваливают обратно, — буркнул брюнет, пытаясь скрыться от собственного отражения в зеркале за одеялом. На самом деле, сам факт того, что кто-то вспомнил о нём и беспокоится, был довольно приятен, вот только...       — Нет-нет, ты не понял, не гости, а гостья, — с каждой секундой Стинг всё больше становился похож на Чеширского кота. — Девушка твоя которая.       От первобытного ужаса, который охватил Роуга, на голове зашевелились волосы. Конечно же, он сразу понял, кого могли иметь в виду, а оттого на первых порах даже позабыл, что в комнате вообще кто-то находится. Мысли хаотично проносились в голове, сталкивались друг с другом и подавались врассыпную, как бильярдные шары. Единственно верным решением сейчас казалось выпрыгнуть из окна и где-нибудь спрятаться, и если бы его квартира не располагалась на шестом этаже, он бы обязательно всерьёз задумался над исполнением данного желания.       — Ну-ну, вот только волноваться так не стоит, — с трудом сдерживая рвущийся наружу смех, попытался успокоить его Стинг, но лишь подлил масла в огонь. — На героя-любовника ты теперь, конечно, не похож, зато на предводителя лягушек — очень даже.       — Какого ещё предводителя? — гаркнул парень в ответ, покрепче сжимая в руке потенциальное орудие убийства.       — Зелёненького, в пупырышку.       Подушка была запущена прямиком в то место, где ещё мгновение назад находилась действующая на нервы физиономия друга, но тот воистину непостижимым образом успел уклониться.       — Вместо того, чтобы пытаться нанести мне умышленный вред, лучше бы в порядок себя привёл, казанова.       — Ни к чему это. Скажи, что меня нет дома, и всё тут, — с таким же успехом Роуг мог пытаться объяснить это стенке.       — Ага, как же, вышел в магазин за хлебушком с температурой тридцать девять. Если тебе всё равно, что такая красотка уже минут десять как прозябает одна в нашем тёмном, страшном коридоре, то, пожалуй, я сам ей займусь, — решил применить крайние меры блондин и решительно открыл дверь, показывая тем самым, что делать ему здесь больше нечего.       — Сти-инг, — от этого замогильного тона за версту веяло угрозой, и воздух буквально потяжелел. — Только попробуй, и я организую тебе такой длительный больничный, о котором ты не смел и мечтать.       — О, то есть ты передумал?       Роуг лишь как-то обречённо прикрыл глаза и неопределённо махнул рукой в ответ, мол, зови. Тихо скрипнули половицы, раздался стук двери и топот удаляющихся шагов. А после — тишина. Она затянулась настолько долго, что больной не выдержал и решил мельком глянуть, что же здесь происходит. И сразу же попался, натыкаясь на устремлённый прямиком на него встревоженный взгляд карих глаз. Его обладательница испуганно жалась у порога, переминаясь с ноги на ногу и сжимая в руках до отвала чем-то забитую сумку.       — Привет, — неуверенно промямлила она и дрожащей рукой заправила за ухо выбившуюся прядь волос. Чуть не промазала. — Я тут подумала, что с моей стороны будет просто свинством не заглянуть к тебе. Как себя чувствуешь?       — Как никогда отвратительно, — не стал лгать Роуг и продолжил внаглую разглядывать посетительницу, забывая даже моргать. Подумать только, они не виделись каких-то четыре дня, а он уже успел чертовски по ней соскучиться. — К общему состоянию нестояния добавляется ещё и то, что за мной ухаживает Стинг. Иногда мне кажется, что ослабленный болезнью организм просто не сможет вытерпеть этих пыток.       — Ты слишком категоричен, он ведь волнуется за тебя, пусть и делает это по-своему, — мягко улыбнулась девушка и осторожно придвинула к кровати больного стоящий поодаль стул. Парень обратил внимание, как нервно она при этом заламывала пальцы: волнуется и не знает, на что отвлечься. После этого из сумки незамедлительно был вытащен мандарин внушительных размеров, а руки стали заняты.       — Он просто хочет свести меня в могилу, и тогда ему не придётся делить со мной комнату, — недовольно пробурчал брюнет и бросил короткий взгляд исподлобья на терзаемый фрукт. — Кислые?       — Н-наверное.       — Это хорошо, — расслабленно протянул, почти мурлыкая, Роуг и откинулся на подушки. — На самом деле в этом нет твоей вины, не бери в голову. В детстве меня постоянно закрывали с соседскими детьми, которые болели ветрянкой, но всё без толку. Проклятый иммунитет.       — И как долго продлится твой больничный? — поинтересовалась у него девушка, протягивая несколько очищенных долек. После слов Роуга она действительно чувствовала себя лучше, словно с души спал тяготеющий груз. Люси не хотелось верить, что она пришла сюда лишь для успокоения своей совести. Она действительно волновалась за этого мальчишку, непостижимым образом ставшего ей таким близким.       — Доктор обещал, что уже через неделю буду как огурчик, — принял угощение юноша и тут же осёкся. Роуг не хотел быть огурчиком — хотя бы потому, что он уже таковым во многом являлся. — Вот только до конца учебного года осталось всего ничего...       — Я могу помочь! — сразу же оживилась девушка, почувствовав верный способ хоть как-то загладить свою вину. Брюнет едва сдержался, чтобы довольно не прищуриться. — Насчёт других предметов, конечно...       — У меня нет проблем по остальным предметам, — сказал как отрезал Роуг, и было что-то такое в его интонации, что заставило ощутить Люси укол по её самолюбию. Будто в том, что он полный профан в химии, была её вина.       — Прозвучало так, будто тебя волнует не собственная успеваемость, а возможность побольше насолить мне.       — Не без этого, — бесстрастно парировал парень, с нескрываемым удовольствием наблюдая за тем, как на лице и шее девушки начинают проступать багровые пятна. В карих глазах сверкнула такая непоколебимая уверенность, что он невольно затаил дыхание. Когда их взгляды столкнулись, то — он мог бы поклясться! — в воздухе появились искры.       — Я берусь за тебя. И провалиться мне на этом месте, если на итоговом тесте ты не будешь лучшим!       Роугу понадобилась вся его выдержка, чтобы сохранить привычную рожу кирпичом и ничем не выдать себя. О да, несомненно, это именно то, что ему необходимо.