Всего лишь химия

      Утро нового дня встретило Люси назойливым щебетом птиц, разбитостью во всём теле и просто вселенским холодом. Она резко приподнялась, опираясь на локти, и сразу же рухнула обратно: пульсирующая боль в висках была невыносимой, слегка кружилась голова, а в горло словно засыпали стакан песка. Пить хотелось просто невыносимо.       После длительной борьбы с самой собой девушка всё же смогла встать и начала приводить себя в порядок. Судя по всему, ни Кана, ни Нацу сегодня в палатке не ночевали: их вещи так и стояли в углу не разобранными, но в этом не было ничего удивительного, учитывая то состояние, в котором они вчера пребывали. Девушка невольно так и застыла на месте с занесённой в воздухе рукой, в которой сжимала гребень; события прошедшего дня она помнила весьма смутно, но всё же они постепенно обрисовывались в сплошном тумане образов, обретая чёткие границы. Вот они решили втроём отметить встречу давних университетских друзей, которые как в старые добрые времена выбрались на природу; далее, как обычно, немного переборщили со спиртным и пропустили организационное собрание; обратно её отнёс неизвестно откуда появившийся Роуг, с которым она вела совсем неподобающе, после чего буквально силком уложила его спать вместе с собой...       Деревянный гребень глухо упал на землю, пока Люси панически обдумывала всё то, что ей удалось вспомнить. Неподобающе? Да она почти поцеловала его, а потом намекала на такое... такое! От одних только воспоминаний об этом волосы на затылке вставали дыбом. Зная, какие между ними завязались взаимоотношения, она была искренне удивлена, что не схлопотала от парнишки пару ласковых. Скорее всего, он теперь считает её совсем сумасшедшей и по возможности будет держаться подальше. А что там было ещё? Ах, собрание, конечно...       — Собрание?! Который сейчас час?       Напрочь забывая об оброненной расчёске и не с первого раза правильно надевая футболку, горе-вожатая пулей выбежала из палатки уже спустя тридцать секунд после осознания того, что она опаздывает на начало соревнований. Крохотные наручные часики указывали на то, что у неё оставалось немногим более, чем три минуты, и продолжали безжалостно отсчитывать утекающие как сквозь пальцы секунды. От длительного бега на пределе возможностей воздух обжигал лёгкие, а в боку начинало колоть. Весь палаточный городок опустел словно в одночасье, поэтому оставалось лишь догадываться о том, в правильном ли направлении ведёт её чутьё.       — О, Люси, мы уже заждались тебя! — издалека завидев коллегу, прокричала Кана, складывая ладони в импровизированный рупор и активно махая ей рукой в просьбе поторопиться. — Подготовься, твой старт вот-вот начнётся.       — Если уж вы так меня ждали, то могли бы хотя бы разбудить, — недовольно пробормотала блондинка, подходя к знакомой уже на полусогнутых ногах и с трудом переводя дыхание. — Какой ещё старт, о чём ты?       — В этом году у нас новые правила, — поучительно помахала пальцем перед самым её носом шатенка. — Если ранее старт команды происходил одновременно и по единому маршруту, то теперь участников делят на пары, каждая из которых выполняет собственное задание. Те, кто раньше остальных соперников соберутся полным составом на финише и успешно выполнят все задания, и станут победителями.       — То есть ты хочешь сказать, что и вожатые принимают участие в забеге? — тонкая светлая бровь в недоумении вздёрнулась вверх.       — Организаторы решили, что не совсем безопасно отправлять в лес двух подростков, поэтому в каждой участвующей паре должен быть один взрослый. Если бы кое-кто не пропустил вчерашнее собрание, мне бы не пришлось сейчас всё это объяснять.       В принципе, изложение Каны было весьма логично, но всё же кое-что настораживало. А именно — её улыбка. Она не предвещала ничего доброго, и даже самому милому и наивному существу в мире (впрочем, Люси не так далеко ушла от этой категории) было понятно, что та явно что-то задумала.       — И кого же я могу взять с собой в пару? — картинно хлопнув ресничками, поинтересовалась блондинка и начала крутить головой из стороны в сторону. Детвора вокруг неё засуетилась, подводя к концу последние приготовления перед стартом.       — Можно подумать, что у тебя есть выбор, — словно из-под земли прямо перед ней вырос Роуг с настолько мрачной физиономией, что это было перебором даже для него. В тёмно-синем спортивном костюме с застёгнутой наглухо олимпийкой парень смотрелся... мягко говоря, непривычно и странно. Правдивее сказать — совершенно по-идиотски. Видимо, он был в курсе данного факта, так как это довольно явственно читалось по его лицу.       — Вы так хорошо ладите друг с другом, и поэтому я решила, что просто грех будет не поставить вас вместе, — на ходу продолжала придумывать Кана, с трудом сдерживая смех; она определённо относилась к той категории людей, которые врут и не краснеют. Более того — получают от этого откровенное удовольствие. — В общем, не думайте о плохом, сообразите на месте и разберётесь, что к чему. Роуг тебе обо всём расскажет. Вот карта, которая поможет вам добраться до конечного пункта назначения. Не забудьте надеть эти браслеты с датчиками, чтобы вас смогли найти в случае экстренной ситуации, а также майки с порядковым номером.       На протянутые вещи парочка воззрилась с неким недоумением, но всё же приняла их. Люси без лишних вопросов натянула поверх своей футболки розовую маечку с крупными синими цифрами на спине, в то время как Роуг продолжал держать её двумя пальцами за самый край с таким нескрываемым отвращением, будто это был не обычный кусок материи, а протухшее мясо. Поймав на себе пару убийственных взглядов со стороны преподавательского состава, он скрипнул зубами, снял олимпийку и всё же натянул майку, сразу же накидывая спортивку обратно. А что? Они ведь сами просто просили его надеть это омерзительное, не иначе как клоунское шмотьё, ни о каких подробностях речи не было. Пока парень упивался собственной коварностью и смекалкой, Люси схватила его за локоть и что есть силы потащила к площадке, от которой во все стороны отходило множество дорожек-ответвлений.       — И когда они только успели всё это подготовить? — оглядываясь по сторонам, спросила девушка. Ощущение от тёплого прикосновения руки Роуга окутывало плотной, туманной дрёмой, отодвигая на задний план все остальные мысли. Не резкий, но ощутимый рывок на себя заставил её остановиться, с недоумением оглядываясь на своего напарника.       — Это только кажется, что идти придётся по тропам. Дальше наверняка будут непроходимые дебри. Пойдём, наша дорожка, судя по всему, вот эта.       — С чего ты взял? Мне кажется, нам совсем в другую сторону, — аккуратный пальчик с острым ноготком ткнул в какое-то место на карте.       — Я, конечно, понимаю, что ты учитель химии, но всё же это не оправдывает твой кретинизм, — чувствуя, как стремительно начинает закипать, с расстановкой отчеканил Роуг и, заметив, как Люси успела надуть губки, уже мягче добавил: — Топографический.       Пока эти двое выясняли отношения, в каком же направлении им стоит двигаться, донельзя оживлённая площадка успела опустеть: все, кто принимал участие в соревновании, уже стартовали, оставляя их далеко позади. Роуг, наконец-то осознавший, что спорить с этой упрямой блондинкой себе же дороже, поступил как настоящий мужчина, то есть, по-своему: ухватил напарницу за руку и что есть силы потащил не успевшее сообразить, что к чему, тело в нужном направлении. Кажется, им в спину прилетело несколько подбадривающих комментариев Каны не самого цензурного содержания, но за своё разыгравшееся в последнее время воображение он уже не мог отвечать.       Парень оказался прав: вскоре извилистая дорожка, петляющая между деревьев, исчезла, и вместо неё появилась просторная просека, не так густо засаженная деревьями. То тут, то там на потрескавшихся от жары и течения лет стволах деревьев виднелись всевозможные указатели с какими-то знаками, природы которых пока ни Роуг, ни Люси не понимали.       — Эта штуковина отдалённо напоминает значки на карте, — задумчиво пробормотала Хартфилия, оглядываясь по сторонам. Солнце поднималось всё выше, становилось всё жарче; футболка начала стремительно прилипать к спине. — И, да, что ты там должен был рассказать мне? Что именно я пропустила?       Как ответить на озвученные вопросы Роуг не имел ни малейшего понятия. Он отдалённо припоминал смысл некоторых фраз, которые ему старательно втирала находящаяся под шафе Кана, но в основном это были советы личного характера, которые к делу абсолютно никакого отношения не имели. Хотя, если уж быть до конца откровенным... Парень задумчиво прикрыл веки и скосил взгляд на девушку. Ничто в её поведении не выказывало событий вчерашнего дня: ни пристыженности, ни напускной распущенности или игривости. Полный ноль, будто ничего необычного не произошло и всё было в порядке вещей. Хотя, может, для кого-то так оно и было, ведь это явно не Люси провела бессонную ночь практически в обнимку с объектом своей симпатии, пытаясь заставить себя хоть капельку здраво мыслить, дабы не натворить глупостей. Из-за этого становилось как-то пусто и горько одновременно, а в душе возникало во многом детское чувство мстительности, заставляющее уколоть побольнее в отместку.       — Эта шушера висит здесь для отвода глаз, — сам не ожидая от себя подобного внезапного вывода, выпалил парень. — Мы и так здорово отстали, поэтому нам следует положиться на удачу и поискать более короткий путь, которым больше никто не воспользуется. Ты со мной?       Не дожидаясь какого-либо ответа, он быстрым шагом направился в ему одному известном направлении. Люси испуганно пискнула, про себя невольно соглашаясь с тем, что её познания в ориентировании на местности оставляют желать лучшего, и поспешила вслед за ним.       — Эй! Тебе не кажется, что это нечестно? — попыталась вразумить его девушка, хотя и сама понимала, что сделала это слишком поздно. Роуг не замедлил шаг ни на мгновение и лишь довольно хмыкнул, немного обернувшись к ней.       — Смею напомнить, не по моей вине мы оказались в подобном положении, так что иди и помалкивай.       Шаг у него был довольно размашистый и быстрый, поэтому несчастной девушке приходилось практически бежать за своим учеником трусцой. Воздух гортанными, тяжёлыми хрипами вырывался из груди, а сердце то и дело подпрыгивало куда-то к глотке. Было ли это последствием внезапной физической нагрузки или обыкновенным волнением, Люси однозначно ответить не могла. Краем глаза она продолжала следить за Роугом: он шёл далеко впереди неё, воодушевлённо делясь своим планом и размахивая руками. Время от времени ветер доносил до её слуха отдельные обрывки фраз, которые никак не хотели складываться в цельную картину. Да и не до этого ей было: внимание всецело было приковано к парню. Тому, как забавно развевает ветер его отросшие волосы, какие, оказывается, у него широкие, мужественные плечи и красивый профиль... Люси часто заморгала и помотала головой из стороны в сторону, прогоняя наваждение. В его поведении не было ни намёка на вчерашнее: не было заметно ни смущения, ни неловкости или злости. Руки непроизвольно сжались в кулачки, оставляя на внутренней стороне ладоней борозды от ногтей, а в душе вскипела обида.       «То-то я так волновалась по этому поводу и накручивала себя всё утро, а он, наверное, уже и успел забыть о произошедшем! Значит, и мне не следует вспоминать», — настраивала себя на новый лад светловолосая, стараясь унять внутреннее раздражение. Но, конечно же, по закону подлости этим она лишь ещё больше зацикливалась на этих мыслях.       Апогей всего наступил в тот самый момент, когда плотная стена из деревьев, окружавшая их до этого, внезапно расступилась, и наши герои вышли к просторному каменистому берегу, который врезался в устье быстрой горной реки.       — Надеюсь, ты ведь не думаешь, что я буду переходить это вброд? — заискивающе начала Люси, но по истеричным ноткам, проскальзывающим в её голосе, становилось понятно, что подобная перспектива приводит её в ужас.       — А как же иначе? — искренне удивился Роуг. Блондинка невольно зависла, наблюдая за тем, как забавно подёргивается его бровь. — Я ведь уже битый час об этом толкую, но ты упорно продолжала отмалчиваться. А, как знаешь, молчание — знак согласия.       Люси что-то невнятно пробубнила себе под нос, подковыривая носком кеда особо приглянувшийся камешек, и отвела взгляд в сторону. В голове молодого человека молнией мелькнула пришедшая внезапно догадка.       — Только не говори, что ты всё это время не слушала меня.       — Слушала! — слишком быстро выпалила девушка, чувствуя, как по всему лицу и шее начинают выступать багровые пятна. Алые глаза напротив подозрительно прищурились, а тонкие ноздри хищно раздулись. По позвоночнику вниз пробежал ощутимый холодок.       — Я битый час сотрясал воздух, а ты всё это время шла рядом и откровенно потешалась надо мной, — его тон был настолько бесстрастный, что первичное ощущение окутавшего её холода лишь усилилось, сжимая в своих тисках.       — Я не потешалась, — длинные ресницы затрепетали, скрывая за собой подозрительно заблестевшие глаза. Было одновременно обидно и стыдно. Да, она действительно ни черта не слышала из того, что, оказывается, говорили ей, но это ведь было сделано не специально! Люси бы ни за что не стала издеваться или шутить над кем-то подобным образом — её саму когда-то гнобили в школе, и испытать на себе подобные чувства она не пожелала бы никому... особенно Роугу.       На неё надвинулась тень, и девушка крепко зажмурилась в ожидании худшего. Сильные, горячие руки крепко схватили её за бока и резко подняли вверх, перекидывая через плечо.       «Всё, Люси, это конец. Сейчас он поудобнее перехватит тебя и перебросит на прогиб».       Казавшаяся ранее такой одинаковой и скучной чернота перед глазами теперь поражала своим разнообразием. Она извивалась, закручивалась в тугие спирали, завязывала узлы и с оглушительным хлопком разрывала их. Голова шла кругом, тишина давила на уши, а общее самочувствие было таким, словно тело находилось под толстым слоем воды. Слабо пискнув, девушка инстинктивно со всей силы впилась коготками в плечо.       — Всё.       Её поставили обратно на землю. Прошла одна минута, другая, но так ничего и не происходило. Не веря своему счастью, Люси медленно, с опаской приоткрыла один глаз и сразу же закрыла его обратно. Он был слишком близко, непозволительно — стоило податься вперёд на сантиметр, чтобы уткнуться кончиком носа ему в подбородок. Испугавшись то ли интимности момента, то ли ещё чего-то, девушка с опаской хотела было отодвинуться назад, но упёрлась спиной в шершавую поверхность дерева. Отступать было некуда. Она растерянно оглянулась по сторонам, словно пытаясь найти невидимое для глаза средство защиты. Тот берег, на котором они до этого находились, теперь был по другую от них сторону. Роуг на руках перенёс её оттуда.       — Действительно всё? — неловко переспросила девушка, пытаясь хоть как-то замять образовавшуюся паузу, но складывалось впечатление, что происходящее не устраивало только её. Роуг стоял всё так же близко к ней, практически вжимая в нагревшийся на солнце ствол, и не собирался отходить назад ни на миллиметр. Просто молча кивнул в ответ и упорно продолжил сверлить её взглядом, вот только на этот раз что-то отличалось. Он нависал над Люси всем телом, и глаза, его глаза... Сейчас они казались почти чёрными, но в них не было ничего пугающего. Они манили, они затягивали на самое их дно и не оставляли ни малейшего шанса на спасение. Сейчас девушка искренне недоумевала, как раньше она могла так легко поддаться обманчивому первому впечатлению и бояться этого парня.       Словно решив окончательно добить несчастную Люси, которая и так находилась в состоянии, близкому к полуобморочному, лямка её майки картинно медленно съехала вниз, оголяя плечо. От резкого вдоха, который резанул по её слуху, в груди всё сжалось в тугой ком, а ноги мелко задрожали. Медленно, словно сомневаясь, она приподняла голову — и сразу же ощутила, как что-то мягкое, бесконечно тёплое накрывает её губы, требовательно сминая их. Сознание тонкой нитью ускользнуло от неё, тело стало ватным, непослушным и в то же время удивительно лёгким. Девушка подалась вперёд, ощущая, как это странное тепло впитывается в неё, растекается волнами, и вплела пальцы в растрёпанные тёмные волосы, отвечая на поцелуй, ввязываясь в это не иначе, как безумие. Надо же, на ощупь они оказались точь-в-точь такими же, как она полагала. Его дыхание на её губах было тяжёлым и жарким, и Люси ощутила, как сама невольно подстраивается под него. Голова шла кругом у обоих, воздуха не хватало просто катастрофически. Они задыхались, но продолжали упорно искать спасение в друг друге.       — А это ещё что? Следы от чего-то? — спускаясь взглядом ниже и натыкаясь на целую стайку ранок, обильно смазанных йодом, поинтересовался парень и нервно сглотнул, прикрывая дрожащие веки. Не смотри туда, не смотри. Просто не смотри, мысленно выколи себе глаза, и тогда всё будет хорошо.       — Ветрянка... — выдохнула ему в самые губы Люси с таким чувством, будто речь шла о самой эротичной вещи в мире. И только тогда Роуг осознал, что он умудрился по-крупному влипнуть уже во второй раз за сегодня.