Рабыня моей любви

Я окончательно запуталась. Я виню Максима в том, что он насилует меня, но ведь сама виновата. Ведь сама же целовала его, обнимала. Мне даже с ним…хорошо. И весь Максибург мне стал немножечко родным. О Жене мне почему-то не хочется думать. Мысль о нем – и меня начинает тошнить. Черт, когда же эту наркоту из меня выведут, а то я начинаю уже философией заниматься?! Я лежала на диване и смотрела на Макара, который делал мне укол. На этот раз они придумали новый препарат: он выводил всю наркоту из моего организма. В комнату вошел…ВОРВАЛСЯ Оболенский. - Твоя мама сегодня ночью прилетает! – громко сообщил он. - Ха! – фыркнула я, когда игла вышла из моего плеча. – Это очередной способ затащить меня в постель? - Нет, это чистая пра…ЧТО? То есть это я тебя затащил в постель?! Нет, Макар, ты слышал? Она, значит, на мне скакала всю ночь, а я еще и виноват! Я села на диван. - Во-первых… скакала? Хм, звучит как комплимент. А во-вторых…ЧЕ, РЕАЛЬНО ПРИЛЕТАЕТ?! - Да, реально прилетает. Я была на седьмом небе от счастья. Мама! Я сегодня ее увижу! Уже СЕГОДНЯ! - Макар, выйди, - приказал Максим. - Но я еще не закон… - Макар! Юноша послушался и ушел. - Зачем ты его прогнал? – спросила я. – Он ведь не закончил процедуру. - Потом закончит. Мне с тобой надо поговорить. Голос аристократа был серьезным и его лицо тоже. Странно, я вроде ничего не успела сделать. Правда? Он сел на кровать. - Перед тем как прилетит Маргарита нужно обсудить некоторые детали. - Да че обсуждать?! Я маму впервые за восемнадцать лет увижу! - я начала прыгать на кровати. - Са-ша, ся-я-ядь на мес-то-о-о… - по слогам произносил мужчина из-за того, что я прыгала на кровати, и его тело подскакивало. Я упала рядом с ним. - Макс, ты как зануда. Радость у меня на душе! Оболенский сердито взглянул на меня. - Ладно–ладно продолжайте, Капризулька Занудович, - подразнила я. - Ребенок, - закатив глаза, пробубнил он. – Значит так, после того как ты встретишься со своей мамой, у нас ничего не будет. - Как так? - Ну, во-первых, ты являешься полукровкой, и нам, элите, нельзя спать с полукровками. А во-вторых, мать твоя меня убьет! Она – принцесса Филании. Филания, говоря на твоем языке, самая крутая планета! Дегида с ней не сравниться. - То есть, на этой Филании еще хуже, чем на нашей планете? Очуметь! - Нет, не хуже. Хотя разврат есть везде даже в Психо. Я скривилась. Моя мама – принцесса! Интересно, а я тогда кто? - Думаешь о своем наряде? Я вопросительно взглянула на него. - Какой наряд? – я начала медленно двигаться к краю кровати. – А чем тебе мой не нравится? Мы взглянули на мою форму. М-да! Маме это вряд ли понравится. - Че за наряд? Джинсы входят? Он отрицательно покачал головой. - Топики? Кожа? Шорты? Что-нибудь из этого входит в этот наряд? - Платье. - ЧТО? – крикнула я и упала с кровати. - Сашенька, ты ушиблась? – шутливо спросил Максим. - Ай, больно! – я терла затылок. - Ты ушиблась. - Не смешно! – крикнула я, когда мужчина уже начинал смеяться. Я приподнялась и встретилась с зелеными глазами Макса, который лежал на краю кровати и смотрел на меня. - Не смотри на меня так, - сказала я, чувствуя, что краснею. - Почему ты не хочешь надевать платье? - Потому что! Не буду я ничего надевать! - Нет, ты наденешь платье! - Ага! Меня папа не смог заставить, думаешь ты сможешь?! - ЧЕРТОВА ЭЛИТА! ЧЕРТОВО ПЛАТЬЕ! Я шла с Максимом по огромному коридору, где присутствовало много гостей, и спотыкалась об длинное зеленое платье. Почему мне никто не сказал, что я буду еще и на высоких каблуках? - ЧЕРТОВА ЭЛИТА! – сквозь стиснутые зубы процедила я, и все присутствующие с осторожностью посмотрели на меня. - Прекрати ругаться, - шепнул Макс. - Какой: «прекрати»? Ты напялил на меня вот это! Как я могу не ругаться?! - Просто выпрямись и втяни зад. Я повернулась к нему. - Ты ругнулся! - Я шепотом. - А можно я тоже шепотом? – улыбнулась. - Нет. Пошли. Я, сделав несколько шагов, упала. - Саша… Мужчина попытался мне помочь, но я вытянула руку вперед: - Я САМА! Вскочив на ноги, я пошатнулась, но все же удержалась на шпильках. - Вот ты мне скажи, сейчас какой год? - 4006, а что? - 4006 – время новых технологий. Очень-очень давно существовала планета, на которой жили все люди. Потом в космосе что-то случилось и эта планета, и еще несколько взорвались, и сформировались нынешние планеты. Сейчас придумывают роботов, различные аппараты, клонировать людей могут еще разную фигню. - Смирнова, ты к чему это? - А к тому, что даже в 41 веке не могут придумать колготки, которые не рвутся! – я приподняла платье и показала стрелки и дырки на колготках. Оболенский строго взглянул на меня. - Александра, это третьи колготки за этот вечер! Он взял меня за руку и спрятал за угол. - Снимай их! Я сняла с себя туфли и застонала от удовольствия, а затем и рваные колготки. Аристократ бросил их на пол, и мы снова пошли в зал. Зал был очень большим и весь светился от золота. В середине зала была лестница которая вела на второй ярус. Я подошла к золотой колонне и погладила по ней рукой. - Это, что, реальное золото? – спросила я. - Ну конечно. - Слушай, прикрой меня, я сейчас кусочек как-нибудь себе прикарманю. - Не позорь меня. Его взгляд упал на второй этаж, где сидели несколько человек и общались. - Тебе нужно идти туда. Он с улыбкой смотрел на тех людей. Я наклонилась к его уху, не отрывая глаз от второго этажа. - Нафига? - Иди и все узнаешь. Я летящей походкой, а точнее спотыкающейся поднялась по лестнице. - Какой козел придумал туфли? Руки ему оторвать да в задницу засунуть! После моего ругательства несколько человек, которые там сидели, зашептались. - Здрасте, мне сказали, чтобы я… Подняв глаза, я увидела, что пожилая женщина и женщина, которая сидела ко мне спиной, были рыжими. Так же рядом с ними сидел парень на вид лет семнадцати-восемнадцати. - ОПА! РЫЖИЕ! Ха! Крутяк! Пожилая женщина и парень с большими глазами посмотрели на меня. - Какая невежа! – сказала мне женщина, не оборачиваясь. - Знаете, что, дамочка, свою дочь будете так называть, ясно? Рыжая женщина встала с кресла со словами: - Да как ты сме… Она застыла, глядя на меня. Я так же смотрела то на нее, то вниз на Максима, который поднимался по лестнице. Меня привлек взгляд блестящего кулончика в виде сердечка с трещинкой. Опустив голову на свой кулон, я поняла, что трещинка служит для моего ключика. МАМА! - Ты…вы…МАМА? - САША! – она кинулась меня обнимать.