Мстители. Чистое сознание

      - Выключи ты это дерьмо! – Брэддок потянулась к сенсорной приборной панели автомобиля, вырубая неприлично веселую для нынешнего положения дел кантри-песенку с задорным содержанием, крепко сдобренную скабрезными шутками, следом прибавила мощность охлаждения и направила поток воздуха прямо себе в лицо. Не смотря на промозглую позднюю осень за окном, внутри нее полыхал огонь.       - Ты со мной разговаривать не хочешь, что ж мне с тоски помереть?! – Деннинг, занимавший водительское кресло, снова включил дурацкую песню одним нажатием громадного, как баварская сарделька, мозолистого пальца, подвывая нестройно и громко, назло напарнице.       - Я ведь могу и заставить, - обернулась на наёмника Бэт, многозначительно приподнимая бровь.       - Ладно-ладно, оружие ты массового поражения, - Пол глубоко вздохнув, поднял руки в знак безоговорочной капитуляции и выключил радио.       Бронированный внедорожник с парой бывших сотоварищей по «Гидре» внутри находился на противоположной стороне улицы, на парковке в нескольких десятках метров от здания суда, где им открывался прекрасный обзор. Еще один автомобиль - потрепанный фургон с логотипом телефонной компании – стоял недалеко от перекрестка. Бэт знала о существовании еще четырех машин с ударными группами и пары десятков рассыпанных по разным точкам агентов на подступах к зданию.       - А вы ж, однако, две хитрые жопы! – воскликнул вдруг боец, загадочно ухмыляясь, и разведчица смерила его хмурым взглядом от берцев до тактических очков, надвинутых на голову. – Я всегда подозревал, что у вас с Зимним амурные дела! А тут еще «при любой угрозе покинуть место событий и обеспечить агенту Брэддок безопасное укрытие», - он процитировал слова приказа, скорчив смурную рожицу, отлично, по его мнению, изображая бывшего/нынешнего командира.       - Слухами земля полнится…       - А мне ты сказала, что лесбиянка! – скорчив обиженную гримасу, припечатал Деннинг, следом широкая белоснежная улыбка засияла на загорелом лице.       - Это чтобы ты отвалил от меня, наконец! – пробурчала в ответ Брэддок.       - Отставить засорять эфир! – прошипел у обоих в ухе скрипучий голос Барнса, занявшего позицию в чердачном помещении дома напротив. – Что-нибудь есть?       Вопрос был обращён Бэтси, и она, протерев узкими изящными ладошками адски пылающее лицо, закрыла глаза, отдаваясь целиком своим ощущениям. Другая жизнь, зародившаяся у нее внутри очевидно многое изменила - поисковые способности стали острее и глубже, иной раз мешая сосредоточиться на задании. Чужие чувства и состояния закручивали её сознание вихрем, заставляли сопереживать, уводя далеко от необходимых параметров поиска. Острой жалостью укололи её сердце слёзы прошедшей мимо девочки, чей щенок сорвался с поводка и убежал дворами в неизвестность, и она едва сдержалась, чтобы не выскочить из машины и не предложить ей помощь в поиске, ведь она теперь могла найти и собаку... Молодой парень с десятком тонких колечек в ухе - сложный, творческий и чувствительный - задумал покончить с собой, и непременно это сделает. Пожилая леди в бордовой фетровой шляпе, ровно год назад потерявшая мужа, не спеша идет на автобусную остановку с букетом цветов в руке и застывшими слезами в маленьких темных глазах…       - Есть, - почти крикнула Элизабет, отринув, наконец, ненужные состояния. – На углу, у кофейни. Мужчина в бейсболке. Зеленая куртка, чёрные брюки.       К нему подошла миловидная, но крепкая девушка и под каким-то одной ей известным предлогом, широко улыбаясь, завела его в здание. Следом за ней появился еще один агент и прошмыгнул следом в ещё не успевшую закрыться дверь кофейни, хозяин которой теперь может гордиться своим заведением и распускать байки, одна другой занятней. Спустя несколько минуту пара вышла на улицу, а парень в зеленой куртке нет. Деннинг, хмыкнув и выпятив нижнюю губу, одобрительно закивал головой.       - Стрелок. Здание справа от тебя. Многоэтажка. Между десятым и двенадцатым этажами, точнее не могу сказать, - отчеканила шпионка, разрезая и препарируя взглядом зеркальную, переливающуюся на солнце высотку, выстроенную напротив здания суда.       - Умница, девочка! Вижу его, - поймав боевой азарт, что растекался жаром адреналина по всему телу до самых кончиков пальцев, процедил Барнс неосознанно фамильярно, увидев в прицел снайперской винтовки позицию противника.        Толпа живой безликой массой теснилась у проезжей части, будто стадо голодных зомби, подчиненных и управляемых неизвестной силой. Охрана отгоняла их от входа и требовала подкрепления по рации, потому как народу становилось всё больше. Брэддок вычисляла агентов одного за другим, и они исчезали с её внутренних радаров, захваченные или устраненные на месте агентами «ЩИТ» и личной гвардии Фьюри, предусмотрительно затребованной Барнсом для подстраховки. Журналисты телекомпаний и газет прибывали к зданию вереницей, навьюченные сложной техникой и опутанные проводами, переругивались друг с другом, оспаривая самые выигрышные места для съемок.       - Ты чего? – Деннинг тряхнул девушку за плечо и хмуро заглянул в глаза. – В обморок, что ли собралась?       Брэддок вскинула голову, смахивая с себя мутную пелену чужих переживаний и собственных дрянных ощущений, посмотрела в обеспокоенные глаза товарища и отрицательно покачала головой.       - Машина Роджерса повернула на Перл-стрит, - женский голос в переговорном устройстве едва продирался сквозь гомон толпы.       Черный Шевроле «ЩИТ» плёлся сквозь галдящую ораву, словно гусеница, люди напирали и лезли под колеса, стучали по окнам и капоту, десяток секьюрити, распихивая особо буйных, взяли машину в кольцо. Дверь приоткрылась, Брэддок напряглась, припав к биноклю, а Деннинг бросил насвистывать привязчивый мотив недавней песни себе под нос и замер, даже дышать перестал. Дверь распахнулась шире, на асфальт ступила тонкая женская ножка на высокой шпильке. Из автомобиля показалась маленькая светло-рыжая голова и хрупкая, изящная фигура в белом деловом костюме. Пеппер Поттс была бледна и едва держалась на ногах, её пробирала мелкая дрожь, а по глазам её, полным отчаяния, Брэддок прочла пережитый недавно ужас, растерянность и боль. Пеппер оглядела многочисленную толпу, беспомощно покрутила головой, сделала пару шагов и рухнула без сознания с высоты своих громадных острых каблуков.       - Это не Роджерс, - прошептала Брэддок и схватилась за дверную ручку, намереваясь выскочить из машины.       - А ну, стой! – Пол хватает ее за руку крепче, чем следовало, и с силой тянет обратно. Разведчица в ответ шипит, стиснув зубы, и огрызается. – У меня приказ!       Три оглушительных выстрела заставили напарников одновременно нырнуть под приборку.       - Что там происходит, мать вашу?! – прогремел следом голос Джеймса в ухе.       - Сэр! Роджерс. Это был не он, в машине была мисс Поттс. Капитан подъехал с Уорт-стрит, мы не знаем, почему он изменил маршрут, - голос агента по рации дребезжал и срывался. – В него стреляли, сэр.       - Деннинг, забирай Брэддок и марш отсюда, - приказал Барнс, но Бэт молнией выскочила из автомобиля, расчехляя на бегу кобуру на поясе.       - Стой, стрелять буду! – завопил наёмник, не успев перехватить слишком быструю для него напарницу. – Ты мне бионическую кару на голову хочешь обрушить?!       - Закрой рот и иди за мной! – Бэт, не церемонясь с напарником и игнорируя ругательства Барнса на всех известных ему языках, продолжила свой путь короткими перебежками, Полу ничего не оставалось, как проследовать за ней, обеспечивая прикрытие.       Шпионка бегом пересекла улицу, прорвала периметр, нахально оттолкнув полного мужчину-полицейского, приблизилась к месту происшествия и тут же застыла на месте, как вкопанная. Шерон Картер стояла неподвижно, сжимая в руке пистолет, направленный на мужчину, распластанного по каменным ступенькам, а на его белоснежной рубашке стремительно расплывалось алое пятно. Десятки человек с поднятыми руками окружали застывшую немую сцену в полной, гробовой тишине, не решаясь сдвинуться с места в опасении стать следующей жертвой обезумевшей блондинки.       Брэддок, поймав посреди столпотворения изумленный, неверящий, полный ужаса взгляд Наташи, отделилась от толпы и сделала первый осторожный шаг в недавнюю гущу событий. Картер не шелохнулась. Она, казалось, ничего не видела и не слышала, погруженная в транс, словно зависший компьютер, который только что выполнил невероятно сложный программный алгоритм. Элизабет, услышав за спиной приглушенные ругательства Деннинга и шумно выдохнув, преодолела оставшееся расстояние в три шага и накрепко схватилась за пистолет. Романова в одно мгновение оказалась рядом, помогая отцеплять палец за пальцем ладонь агента Тринадцать от рукояти оружия. Двое мужчин немедленно бросились к пострадавшему, проверяя пульс и дыхание.       - Она не в себе! – воскликнула Бэт, встряхнув девушку за плечи.       - Сделай же что-нибудь, это по твоей части! – прошипела в ответ Наташа.       Брэддок долго и пристально всматривалась в непроницаемое её лицо, отошла на один шаг, размахнулась и прописала блондинке мощный апперкот. Голова ее резко запрокинулась назад, и она упала без сознания прямо в руки Наташи, которая затем аккуратно положила беспомощное тело на асфальт.       - Когнитивную рекалибровку ещё никто не отменял, - обе женщины, не сговариваясь, одновременно повернулись к лестнице, и доктор, поймав их взгляд, коротко покачал головой.       - Мертв, - оставив вмиг побледневшую Наташу, Бэтси осторожно поднялась на две ступеньки и заглянула в лицо погибшего, в надежде, что все это ошибка, очередной фарс и блондин в строгом черном костюме вовсе не Капитан.       - Брэддок! Доложить обстановку! Я буду через минуту! – голос солдата по рации прорвался сквозь мертвенную тишину эфира. – Как слышишь меня?!       Вместо неё о смерти Капитана Америка докладывал Деннинг, пока Бэт в полном безмолвии рассматривала лицо Стивена Гранта Роджерса, идеально выбритое и уже бледное, на прекрасных полных губах которого угадывалась улыбка, безмятежная и спокойная, будто мятущаяся душа его, наконец, закончила свой земной путь и обрела покой. Пожалуй, теперь никто, кроме, возможно, Старка, чью башню он посетил накануне, не узнает и не догадается, что Стив ждал этого, что был к этому готов и, зная, что это неотвратимо произойдет, не свернул бы со своего пути. Символ нации пал, уничтоженный собственным народом, вмиг позабывшим его заслуги, его жертвы на потеху новым властителям, рухнула эпоха самосознания и патриотизма, и теперь мертвенная, гулкая тишина куполом накрыла место его гибели и всех её свидетелей.       Наташа плакала в голос, не сдерживая рыдания, что было никак на неё не похоже, ведь даже мнимую смерть Фьюри она пережила стоически. Почти звериный вой, полный отчаяния и страха взрезал гулкую тишину, когда очнувшейся Шерон кто-то услужливо поведал, что решающий выстрел в упор сделала она. Сомнение и недоверие, умело посеянное в умах простых граждан, привело к падению героя страны и к гибели его - защитника свободы, справедливости и чести, чьи подвиги оказались забыты так быстро. Толпа не расходилась, растворяясь в гулком вакууме неотвратимости произошедшей национальной трагедии, где каждый чувствовал свою вину.       Какие-то несколько секунд растянулись на вечность, и Бэт всплыла на поверхность мрака, чтобы встретиться взглядом с высоким мужчиной, лицо которого скрывала тканевая маска, разрисованная белой краской по линиям лицевых костей так, что напоминала череп. Он стоял, скрестив руки, в переулке, и Брэддок была уверена, что под маской пряталась довольная ухмылка, а блеск темных, жгучих и безжалостных глаз его шпионка помнила слишком хорошо.       - Я уверена, ты всё сделаешь верно, - запоздало отвечает она солдату, снимает ухо, бросает на землю коммуникатор и идет к Рамлоу уверенно, не сводя с него глаз. Словно два хищника на спорной территории, они остановились ровно друг напротив друга, мгновения растворились в густом тумане, а время застыло. Брок был окружен бронебойной стеной, какой-то неясной, синтетической природы, и Бэтси никак не могла прорваться в его мысли и прочесть его намерения, зато свои цели она понимала чётко. Рамлоу медленно подносит руку к своему лицу и стягивает маску на лоб.       - Ну, привет, красавчик, - одними губами произносит Элизабет, на что Рамлоу отвечает ей кривой ухмылкой на обезображенном ожогами лице, ведь улыбаться иначе он уже не мог. Мгновение - замах, удар рукоятью пистолета, и Брэддок проваливается в кромешную темноту.       Солдат прорывается сквозь полицейское оцепление и позволяет себе замереть на мгновение, глядя на лежащее на земле тело Стива, накрытое белой тканью, Рядом копошатся медики, уже неспешно и формально, полиция опрашивает свидетелей, и всё вокруг кажется нереальным, плоским и двумерным, словно кадры старой пленки в Смитсоновском институте.       Гул полицейской сирены и сирены скорой помощи глохнет в заложенных ушах, боль резко и неожиданно сдавливает голову, словно обручем. Приступы вернулись, обрушились лавиной воспоминаний и тоннами боли, не к месту и не вовремя, ведь на счету была каждая минута. Всего лишь человек, еще один погибший, которых солдат перевидал сотни, всего лишь знакомые черты лица под белоснежной тканью, которые, казалось, уже давно ничего для солдата не значили, но мелко дрожащие руки и адская боль, кроившая череп пополам, выдали его с потрохами самому же себе. Так много не сказал и не спросил. Так и не простил, и теперь уже не простит никогда.       - Сэр, вам плохо? – молодая девушка в белом халате, ростом едва достававшая ему до плеч, подбежала и заглянула с тревогой в глаза, прямо как в тот памятный день после освобождении из плена, и от этого на душе стало еще мерзее. Маленькие, по-детски пухлые руки ухватили солдата под левый локоть, и девушка тут же одёрнула руку, будто обожглась, ощутив твёрдость металла под формой.       - Нет, - он резко отвернулся, ища взглядом Деннинга, который, почти не скрывая растерянности и страха, искал глазами пути отступления. Барнс в два прыжка преодолел расстояние между ними и схватил бойца за горло. – Где Брэддок?       - Не знаю, - прохрипел боец. – Ушла.       Солдат отпускает бойца, рыщет глазами по толпе и устремляется в самую гущу тараном. Пробив себе путь, словно ледокол, он разбросал, не глядя, команду охранников, рискнувших закрыть собой маленькую женскую фигурку с острыми ключицами, привалившуюся спиной к каменному парапету. Джеймс одним рывком, как куклу, ставит её на ноги, крепко хватает за плечи и хорошенько встряхивает. Золотистые локоны из гладко уложенной прически разметались по плечам, лицо её было до того бледным, что почти сливалось с цветом её пиджака, а светлые глаза её были полны слёз и страха.       - Я ничего не знаю! – Пеппер едва сдерживала рыдания и, не дожидаясь вопроса от человека, который внешне мало отличался от уголовника-рецидивиста, выпалила всё, что рассказала сегодня уже не один раз. - Меня схватили вчера на парковке, я очнулась в каком-то странном месте, было темно и холодно, я ничего не видела. Они заставили меня позвонить Тони… Пожалуйста, отпустите меня, мне больно.        Барнс резко отстраняет её, и Поттс едва не падает на спину. Её вовремя хватают под руки и что-то недовольно кричат в спину о плохих манерах, но солдат, поставив себе вполне определенную цель достать Старка, где бы он ни укрывался, запрыгивает в машину Деннинга и остервенело давя на клаксон, нагло вклинивается в городской автомобильный поток, не заметив, как парализующая боль в висках отступила сама собой.