Научи меня не чувствовать боль

Почти у каждого человека бывают периоды, когда привычная и хорошо устроенная жизнь в один прекрасный момент рушится. Все, к чему привык, ломается и падает на тебя грудой обломков, причем некоторые из кусочков, особо "маленькие" и "легкие", обрушиваются именно на голову, больно ударяя по темечку. И ты можешь поклясться: эта боль действительно ощущается физически. В такие периоды многие предпочитают просто сидеть и жаловаться на жестокую матушку-судьбу, которая так плохо с ними обошлась, разрушив все кругом, поломав, потопталась на руинах и, довольная, пошла заниматься своими делами. И, пожалуй, в этом нет ничего удивительного - людям так свойственно винить всех и все кругом, скидывать с себя все обязательства, перекладывая их на плечи других. Мало кто считает виноватым именно себя во всем происходящем, списывая свои беды на других, в частности на ту же судьбу, которую чуть ли не каждый считает своим долгом обвинить во всех своих страданиях и несчастьях. В очень редких случаях особо сильные духом представители нашего вида поднимают свою тушу с тепленького места и начинают отстраивать все по-новой, убирая уже ненужные кусочки, попросту выбрасывая их, заменяя на новые, более прочные. Продолжая жить дальше, со временем забывая о «небольшой» поломке, которая случилась в их жизни. Нойз же не собирался пока ничего делать - точнее собирался, и уже не раз, но, видимо, его желание не было таким уж сильным, чтобы бежать куда-то, сломя голову, затем еще и что-то делать, дабы изменить положение, в котором он оказался по глупому стечению обстоятельств. Молодой человек просто сидел возле монитора своего электронного друга и глупо смотрел в него. Его привычная жизнь рухнула две недели назад, когда в один злосчастный вечер он сначала потерял любовника из-за глупой и нелепой ссоры, а после его еще и выставил из своей квартиры человек, которого, как он думал все это время, он контролировал. Да, блондин прекрасно осознавал, что безумно нравится Сэю, и неплохо этим пользовался, изводя юнца, как только душе было угодно. Симпатию со стороны брюнета было сложно не заметить - пожалуй, из-за этого Нойз и придумал эти глупые «уроки», которые якобы помогут ему научиться более мягко обходиться с Аобой. Изначально юноша видел во всем происходящем нелепую игру. Ему было интересно ощутить, как это, когда тебе отдают всего себя без остатка, ведь именно такие чувства он испытывал к своему любовнику, который просто принимал и принимал, не отдавая ничего взамен. Раньше в голову Нойза такие мысли никогда не забрели бы - юноша был уверен, что Аоба испытывает к нему равноценные чувства, но последняя ссора дала четко понять, что не все так хорошо в их отношениях. Его партнер даже и не собирался мириться, сказав только, что Нойз чем-то сильно обидел его, и он не хочет его видеть. Чем, собственно, блондин обидел своего любовника, он до сих пор понять не мог. Немного настораживал вопрос, который задал Аоба перед самой ссорой: ничего ли Нойз от него не скрывает? Но юноша только отмахнулся - собственно, это и вызвало бурю эмоций, которая выплеснулась после на блондина. И вот прошло две недели - самые ужасные две недели в жизни Нойза, как он сам себя заверил. Сейчас он ясно понимал только одно: нужно вернуть человека, ради которого он готов был пойти на любую глупость, и тогда прежняя жизнь вернется, и все станет на свои места. Что же касалось Сэя, то блондин и не думал ничего предпринимать в его случае, прекрасно понимая, что уже наигрался, и можно оставить бедного паренька в покое. Правда, какое-то глупое и непонятное чувство давило на горло, повторяя, что он поступил как полный подонок. Ну что же, ему не привыкать. Правда раньше внутри не было такого горького осадка. А может быть, это проснулась совесть, и нужно просто пойти и извиниться перед Сэем? Нет, эту идею блондин откинул сразу: какая у него могла быть совесть? Нелепо и смешно. В наше время наличие совести или стыда, или же, на крайний случай, человечности слишком дорого обходится. А если откинуть все это, жить становится намного легче, и не приходится после каждого проступка таскать в груди тяжелейший камень из вышеперечисленных чувств. И плевать, что кричат вслед о твоих эгоизме, бездушности и черствости - это, пожалуй, и за комплимент можно принять. Еще немного посверлив взглядом черный экран, блондин наконец-то решил, что просто сидеть глупо и нужно переходить к активным действиям. Поднявшись, юноша направился осуществлять свой план в реальность. Добраться к дому Аобы было проще простого, еще проще было забраться по пожарной лестнице к балкону на втором этаже, где, собственно, и находилась спальня любовника, в которой Нойз оказался в считанные секунды. Блондин привык попадать в дом партнера именно так: ходить через дверь, как обычные люди, не для него. Но в этот день юноша понял, что лучше бы он был как все, лучше бы пришел и постучался в чертову дверь, чем влез в дом Аобы через балкон. Ведь тогда он, возможно, и не увидел того, что предстало пред глазами в спальне партнера. Нойз так и замер в дверях, не веря собственным глазам. Его Аоба спокойно лежал в постели, прижимаясь к другому мужчине, который по-собственнически прижимал парня к себе. Пожалуй, и идиот бы понял, что здесь случилось прошлой ночью. Разбросанная одежда и мило спящая парочка говорили все намного четче, чем любые слова. Но для блондина такое развитие событий было неприемлемым. Был ли Нойз собственником? Да, еще каким. Бесился ли он, когда трогали его собственность? Опять же да. Поэтому неудивительно, что ярость в его груди набрала обороты за считанные секунды, заселив пеленою изумрудные глаза и грубо отодвинув другие чувства на второй план. Нойз сам не понял, как сорвался с места и кинулся к кровати, преодолев расстояние от балкона к ложу за пару шагов, резко срывая одеяло с двух обнаженных тел и грубо вытаскивая своего любовника из постели. Аоба вскрикнул от такого обращения и широко распахнул глаза, ошарашенно смотря на блондина, во взгляде которого читалась такая злоба и ненависть ко всему окружающему, что это могло бы привести в ужас кого угодно. Миг - и под раздачу попадает второй голубок, который в секунды проснулся от происходящего. Честно, Нойз бы удивился, если бы увидел в постели любимого кого-то другого, а не Коджаку, и это злило больше всего. Ну что же, это утро они оба запомнят надолго. От первого удара противник не увернулся, получив прямо в челюсть, что, пожалуй, неплохо взбодрило парикмахера и позволило ему увернуться от следующей атаки. Ну что же, сейчас перед глазами зрителя типичная картина из нашей реальности. Муж пришел домой, застал любимую с любовником и с воплем: «всех порешу» приступил к самосуду. Правда, любимая - парень, муж и не муж вовсе, а любовник уж точно не согласен со своей участью, дав хороший отпор ревнивцу. Возможно, драка бы продлилась до момента, когда один из противников не упал замертво, но главный виновник происшествия явно был не рад лицезреть, как его спальню разносят в пух и прах два идиота, решившие что-то кому-то доказать. - Живо прекратили! – как можно громче прокричал Аоба, привлекая к себе внимание своих двух кавалеров. – Хотите драки, валите на улицу, - и парень демонстративно указал на дверь. - У тебя еще смелости хватает мне на дверь указывать, - почти прорычал Нойз, вытирая кровь с разбитой губы, а затем просто сплевывая на пол. Парень не ощущал боли, но говорить, когда у тебя полный рот крови, не очень удобно. – Ничего объяснить не хочешь? – раздражение в голосе достигло пика. – Мы с тобой пару недель как поругались, а ты уже в постели с этим! – и не нужно говорить, что показывать пальцем на других - неприлично, плевать он хотел на это в данный момент. - Я тебе сейчас не только ребро, но и палец сломаю, - угрожающе зашипел Коджаку, зажимая рукой нос и кое-как поднимая с пола свою юкату, накидывая ее на себя. - Тогда к твоему разбитому носу прибавится еще пара сломанных рук, герой, – фыркнул блондин, вновь поворачивая голову в сторону Аобы. – Ну, так что? Я жду объяснений. - А сам ничего объяснить не хочешь? – скрестив руки на груди, серьезно заявил юноша с голубыми волосами, сверля взглядом Нойза и вовсе не стесняясь того, что он был сейчас полностью обнаженным. Нойз смотрел на Аобу, пристально рассматривая тело молодого человека, но уже не чувствовал ничего - и это намного удивительнее того факта, что от него требовали каких-то объяснений. Да как этот паршивец вообще мог что-то требовать, особенно после того, что Нойз выволок его из постели, где Аоба так сладко спал с другим. - Что я тебе должен объяснить? Прости, но уж я не могу найти нужных слов, чтобы донести до тебя, что ты стал шлюхой, - едкий оскал застыл на лице блондина. - А мне это и не нужно. Мне больше интересно услышать, когда же ты собирался сказать, что спишь с моим братом. - Я ни с кем не спал, в отличие от тебя, - усмехнулся блондин, замечая, как начинает злиться его, уже явно бывший, любовник. Аоба нахмурил брови и недовольно цокнул языком. - Да? Тогда что ты у него делал, оставаясь на ночь? – скептически приподняв брови, поинтересовался парень. - И не говори, что играл с ним в сёги*, - хмыкнул Коджаку, подходя к парню с голубыми волосами и накидывая на его плечи простынь. - Так, понятно, откуда ветер дует. - Нойз с силой сжимает кулаки, не замечая боли от сбитых костяшек и крови, которая сочилась с ран и оставляла яркий след на пальцах. - Я тебя уничтожу, - сквозь зубы рычит блондин, с силой сомкнув челюсть. Теперь все стало на свои места, и Нойз понял, почему его любовник не пришел мириться первый, как это происходило обычно. Коджаку хорошо воспользовался ситуацией в баре, обернув в пользу для себя. - Нет, ты никого пальцем не тронешь в этой комнате, - Аоба поудобнее замотался в предложенною «накидку», скрывая свое тело. – Я больше не желаю тебя здесь видеть, так что уходи, - в этот раз парень не просто указывал на дверь, а подошел и открыл ее, показывая, что дискуссия окончена. Хах, уже второй раз за такое короткое время блондина так грубо выгоняли. Видно сразу, что братья. – Надеюсь, ты понял, что между нами все кончено, - эта фраза сорвалась с губ бывшего любовника так легко, что Нойз даже не удивился. Его догадки оказались верны: он был единственный, кто хотел удержать парня рядом с собой, дорожил их связью, можно даже сказать, любил, в то время как Аоба просто позволял ему это делать. Реальность действительно может нанести сильный удар, оставаясь при этом очень комичной. Нойз окидывает взглядом помещение, в котором находится, после смотрит на парочку, стоящую перед ним, и улыбается. Это не напоминало самодовольную ухмылку или же грозный оскал, которые чаще всего появлялись на лице блондина. Это была самая искренняя улыбка, на которую только был способен такой человек, как Нойз. Правда кровь в уголку рта немного портила все, заставляя виновников улыбки сомневаться в психологическом здоровье блондина, но тому было плевать. Плевать, что он сейчас похож на маньяка-психопата, плевать, что его вновь выгоняют, что ему наставили хорошие ветвистые рога. Все это просто потеряло смысл. - Что же, желаю счастья, - так же свободно произнес Нойз, проходя мимо Аобы и убираясь подальше из его спальни, а затем и из дома. На душе становится как-то слишком легко. И дело не в том, что блондин вдруг проникся и понял глупое высказывание: «Если любишь - отпустишь». Нет, это пускай останется глупым романтикам, в ряды которых он явно не входил. Нойз просто осознал, что его место не там, не в том доме, не рядом с Аобой. Их отношения всегда были странными: блондину все время хотелось сделать любовнику больно, хотелось, чтобы тот ощутил то, что чувствовал он сам, просто находясь рядом. И пускай он это демонстрировал через физическую боль во время утех в постели, но это было так необходимо тогда. Он бы просто не смог находиться с Аобой, не причиняя ему физических страданий. А может, все было еще проще - может, Нойз уже был готов, что его любовник собирался разорвать их связь, и поэтому так просто отступил, отдавая того, кого, казалось, он так сильно любил, другому. Самокопание явно не было коньком блондина. Он терпеть не мог рыться в догадках и предположениях, которые иногда возникали в голове. Нойзу нужны были четкие факты и цифры, точно как в любой программе на его компьютере. Все должно быть четко и понятно, а ненужные мысли о том, кто, куда и зачем, просто засоряют голову, заставляя забыть о чем-то более серьезном, словно вирус, съедающий важные файлы. Бессмысленно блуждая по улицам, блондин вновь пришел туда, где его ждали еще меньше, чем в доме, из которого его выгнали пару часов назад. Мысль о том, что нужно развернуться и побыстрее убраться подальше от этого старого здания, была почему-то сразу отвергнута. Блондина также не волновало собственное физическое состояние после драки с Коджаку. Так что уже через пару минут Нойз бесцеремонно барабанил в дверь квартиры, в которой еще недавно был частым гостем. Но ни сильные удары, ни громкие крики не дали результата: дверь никто не собирался открывать. Только раз из квартиры рядом выглянула старушка, сказав, что если блондин не прекратит шуметь, она позвонит в полицию. Красноречиво выругавшись, молодой человек простоял еще некоторое время возле квартиры Сэя, сверля взглядом преграду, которая, возможно, скрывала за собой брюнета, но ничего не происходило, и Нойзу ничего не оставалось, как уйти и вовсю насладиться одиночеством. Почему-то эта мысль не особо радовала. И блондин решил, что в этот раз не станет отступать - он не даст жить спокойно этому наглому мальцу, который так бесцеремонно выгнал его в тот раз. И плевать на утренние самозаверения, что брюнет ему совсем не интересен, и его можно забыть. Сейчас в его голове созревал совсем иной план. Только вот над тем, что именно входило в этот «план», юноша особо не думал, определив для себя только первый пункт: «увидеться с Сэем». И то, с каким ярым упрямством он хотел выполнить это, было достойно похвалы и зависти окружающих. Блондин оббивал порог квартиры каждый божий день, можно сказать, почти ночевал под дверью, но с хозяином этой самой квартиры так и не мог встретиться. Или Сэй каким-то магическим образом телепортировался, не пользуясь дверью, или же у него был черный ход, либо парень просто переехал и не собирался возвращаться в этот двухэтажный ужас, каким-то чудом все еще стоящий на земле. Прошло пять дней, но Нойз продолжал приходить и ждать брюнета возле двери его квартиры. Терпение у него, конечно, было железным; точнее это было не терпение, а простое упрямство - но разве блондин признается в этом? Он просто садится на пол, опираясь спиной о ту самую дверь, и сверлит взглядом дом напротив, который выглядит не намного лучше. И почему эти развалины не снесут к чертовой матери, зря только место занимают. Все нормальные люди живут в новых многоэтажках, почему же жители этого дома еще ютятся тут? Почему Сэй живет здесь? Неужели папики не могут обеспечить парня нормальным жильем? Интересно, сколько их было? Аоба особо не распространялся о жизни брата, а Нойзу это и не нужно было: он в упор не замечал этого серого юношу, с которым иногда сталкивался в городе, но даже не утруждал себя поздороваться, делая вид, что не знает его. А теперь сидит у его двери, покорно ожидая возвращения хозяина. Да, все же жизнь интересная штука. - Я же говорил не появляться больше тут, - знакомый голос раздался совсем рядом. Блондин резко поднял голову, окинув взглядом юношу. – Ты опять услышал только то, что хотел? – лицо брюнета было просто нечитаемым, на нем не отражалось никаких эмоций. Он достал ключи из кармана, ближе подходя к двери, пристально посмотрев на Нойза. - Я подумал, ты соскучился, - блондин поднялся, нагло ухмыльнувшись. - Прям дежавю, - устало проговорил брюнет, открывая дверь и проходя в квартиру. Нойз последовал за парнем, замечая, что за время, пока он не видел брюнета, тот осунулся и стал больше напоминать тень, чем живого человека. – По-моему, я не предлагал зайти, - заметил Сэй, не смотря на блондина, который уже закрыл за собой дверь и стоял в центре комнаты. - Ты же знаешь, мне не нужно приглашение, - самодовольно изрек молодой человек. - Что ж ты тогда меня возле двери ждал, а не влез в окно, как делал дома у Аобы? – юноша наконец-то повернул голову в сторону незваного гостя. – И да, с чего ты вообще притащился сюда? - Решил удивить тебя, - безразлично пожал плечами Нойз, отвечая на два вопроса сразу. - Удивил, теперь можешь уходить, - да что же ему все на двери указывают, это уже начинало раздражать. – Я сейчас иду в душ, и когда выйду, то хочу, чтобы тебя тут не было, - спокойно говорит брюнет и скрывается за дверью ванной. Блондин провожает его удивленным взглядом, а после с силой сжимает челюсть. То, что его так нагло игнорировали, ему совсем не нравилось. В голове появилась бредовая идея, которую он решил воплотить в жизнь любой ценой. Мелкий гаденыш не отвертится так легко. Пускай вначале расплатится за то, что Нойз тратил драгоценное время, просиживая у двери чужой квартиры. И к черту, что это было по его собственному желанию - блондин лично так не считал. Поэтому, довольно оскалившись, он прошествовал в спальню, по-хозяйски расположившись на небольшой постели. - Я же сказал, чтобы ты уходил, - Сэй вышел из ванной минут через двадцать, нацепив на себя домашние штаны и мешковатую кофту. Блондин повернулся на бок, внимательно разглядывая парня, который что-то искал на столике недалеко от кровати, при этом стараясь одной рукой вытереть волосы обернутым вокруг головы полотенцем. – И где эта железяка? - раздраженно пробормотал брюнет, обыскивая полочки и ящики. - Не это ищешь? - Нойз держал в руках фен, ту самую железяку, которую так тщательно разыскивал Сэй. Видимо, брюнет попросту оставил фен возле постели, а его гость этим так же просто воспользовался. - Подойди и забери, - блондин видел, как колеблется юноша, что-то прикидывая в голове, а затем устало вздыхая. – Если не высушишь хорошо волосы, заболеешь, - продолжает парень, не отрывая изумрудных глаз от «жертвы». - Я обязательно высушу волосы, когда ты покинешь мою квартиру, - и парень начинает демонстративно вытирать свои темные пряди полотенцем, стараясь хоть немного привести их в норму. - О, ты меня стесняешься? – уж слишком наигранно Нойз изобразил умиление, заставив брюнета нахмуриться. - Просто не хочу тебя видеть, и все, - в который раз повторил Сэй. - Зато я очень сильно хотел тебя … - «увидеть» остается невысказанным, когда блондин быстрым движением вскакивает с постели и за пару шагов достигает своей цели. Брюнет, не ожидавший такого поворота событий, уже свыкшийся с мыслю, что не представляет никакого интереса для этого самовлюбленного наглеца, опешил, успев сделать только пару шагов к стене. Нойза это только позабавило. Вплотную подойдя к юноше, он довольно оскалился и грубо схватил Сэя за грудки, впечатав в стену. – Ты. Мне. Должен, – чеканя каждое слово, прорычал блондин, пристально смотря в темные глаза своей добычи. - Кто кому еще задолжал, - прошипел брюнет, стараясь ослабить хватку нападающего, но Нойз только сильнее сжал ткань кофты в своих цепких пальцах. - У кого-то прорезались зубки, - хмыкнул блондин, несильно тряхнув парня, вызывая на его лице болезненную гримасу. – И думаю, кого-то ждет наказание, - и пусть сейчас на губах Нойза была ухмылка, внутри него вновь разрасталась злость. Он злился вовсе не на парня, который сейчас так упрямо смотрел в его глаза, стараясь не выдавать свой страх, хоть блондин и чувствовал дрожь в хрупком теле. Он был зол на себя, что не может даже руки поднять на юнца. А ведь первым желанием, когда он пришел к двери Сэя после расставания со своим любовником, было избить брюнета, выплеснуть на него все. Что же произошло? Он смотрел на парня, держал в своих руках, но не мог даже замахнуться. Выругавшись, проклиная все на свете, Нойз потянул брюнета за собой и кинул на постель, нависая сверху и придавливая своим телом. Наконец-то в черных глазах Сэя отражался страх, которого не было до этого. Но это не принесло блондину облегчения, злость еще больше захлестнула сознание, давая понять, что не это чувство он хотел видеть в глазах хозяина квартиры. Нойз застыл, слегка ослабив хватку, чем брюнет незамедлительно воспользовался, начав возиться на постели, стараясь избавиться от нежелаемого груза. Блондин пришел в себя, ощутив резкую активность пленника, вновь прижал парня к кровати и, не придумав ничего лучше, связал руки Сэя шнуром от фена, который так и не отдал. - Отпусти меня! – выкрикнул хозяин квартиры, явно недовольный тем, что с ним делают. – Что на тебя нашло? Зачем ты это делаешь? – Сэй, несмотря на усталость, не прекращал сопротивляться. Пусть это не приносило результатов, но юноша и на миг не собирался прекращать попытки, чем только больше раззадоривал Нойза. И если сначала блондин хотел лишь немного напугать парня, то теперь выпускать из рук чужое тело не было никакого желания. - Я не буду грубым, если ты будешь послушным мальчиком, - прошептал гость на ухо брюнета, собираясь прикоснуться к губам Сэя, но парень мотнул головой, уходя от поцелуя. – Значит, с каким-то мужиком целуешься, а от меня отворачиваешься, - голос Нойза сочился ненавистью. – Я все равно добьюсь своего, - процедил сквозь зубы парень, хватая с пола полотенце и накрывая губы брюнета, в ту же секунду впиваясь в них. Смотреть на ошарашенное лицо Сэя не хотелось, и блондин безнадежно закрыл глаза, стараясь таким глупым и детским способом закрыться от всего. Не было никакого желания мыслить о том, что брюнет его сейчас ненавидит или же боится, или думает о ком-то другом. Последнее предположение вызвало еще больше злости, которая и так уже напоминала океан во время шторма, подымаясь большими волнами, поглощая кусочек за кусочком сознание и здравый смысл. Ему хотелось ощутить губы Сэя, но блондин так и не решился убрать преграду в виде полотенца, чтобы по-настоящему насладиться поцелуем, он просто начал ласкать шею парня, забираясь руками под мешковатую кофту. Нойзу совсем не хотелось быть грубым или жестоким, и к черту, что это ему не свойственно. То, как реагировал юноша, вызывало в груди блондина тепло, которым он хотел поделиться с Сэем. Он целовал, ласкал, гладил тело брюнета, оставляя на белой коже свои метки, слыша тихие стоны, которые не удавалось сдержать парню. Нойз же уже вошел в кураж. Желание, яркое и всепоглощающее, завладело телом блондина, заставляя не видеть ничего, кроме лежащего под ним юношу. Нойз замечал все, каждую мелочь, каждое движение и каждую эмоцию, которые не получалось скрыть Сэю. Брюнет выгибался, закусывал кончик полотенца, тихо стонал и закрывал от удовольствия глаза. Почему блондин раньше не замечал, насколько этот худощавый и неприметный парнишка может быть соблазнительным? Как у него получается так будоражить сознание и выглядеть таким невинным? Это все заводит еще больше, заставляя закрадываться в подсознание навязчивой мысли полностью обладать брюнетом, скрыть его от всех и приковать к себе оковами. Каким нужно было быть дураком, чтобы не видеть то, что у тебя перед носом. Не признаваться даже себе, что после каждой встречи с этим парнем в жизни блондина что-то менялось, что-то очень маленькое и незначительное. Но это «что-то» привело теперь к последствиям, о которых Нойз и мыслить не мог. - Я могу быть нежным только с тобой и чувствовать только тебя, - это признание было, пожалуй, самым искренним, которое когда-либо срывалось с губ блондина. Врать и не замечать очевидного больше не хотелось. Нойз поцеловал брюнета в скулу, стягивая с него домашние штаны, легко касаясь лодыжки парня, поднимаясь выше к колену, а затем оглаживая внутреннюю часть бедра. Возможно, будь на месте брата Аоба, блондин не думая разложил его и хорошо оттрахал, но сейчас Нойз хотел продлить прелюдию, потянуть время, выжимая из Сэя все возможное. Блондин не видел больше страха в глазах юноши и перешел к более решительным действиям. Хорошо смочив пальцы слюной, он осторожно проникает в тело брюнета, заставляя того выгнуться и громко выдохнуть. Нойз не спешит, он хорошо подготавливает своего партнера, не забывая целовать его, отвлекая от неприятных ощущений. Сдерживаться сложно, почти невыносимо, особенно когда ощущаешь жар чужого тела и тесноту, которая сводит с ума. - Нойз, - брюнет сладко тянет имя любовника, уже сам двигая бедрами навстречу, желая ощутить совсем не пальцы внутри себя. И блондину не нужно повторять, он и сам больше не может ждать ни секунды. Плавное движение бедрами, проникновение, громкий вскрик и долгожданное наслаждение, которого эти двое так сильно сейчас желали. Они теряются в бешеных, как ураган, чувствах, ощущая только то, что стали единым целым.