Эльфийская песнь

       — Как мудрец, никогда не жил и, увы, не смог остановиться… — Йен уже довольно устал от поездки, да и пейзаж ему наскучил – долину Латервуда он знал как свои пять пальцев, ведь каждая травинка, каждый листочек или камушек были изучены им ещё в далёком детстве. Теперь он напевал песню, услышанную когда-то на одном из сельских праздников, которые проводились за пределами замка, на берегах озера Шервуд. - Я устал уже «слепым» быть: Ничего не чувствовать, но видеть… (с)*       Коляска вдруг резко затормозила, и кони недовольно заржали в такт хлыста. — Что случилось? – подорвался юноша, осматриваясь по сторонам. В ответ ему послышались всхлипы извозчика. — Мой господин, как же вы прекрасно поёте! – обернувшись, мужчина явил своё заплаканное морщинистое лицо, с красным носом и опухшими глазами. — Гордон, что с тобой? – Йен спрыгнул с коляски, опуская свои ноги на щебёнку и чуть не падая, но, всё же, удержавшись на месте, подошёл к слуге. — Лорд, мне так грустно, что вы уезжаете… все в Латервуде сейчас, я уверен, оплакивают ваш отъезд. — Да, брось! – Йен сел рядом с Гордоном, приобнимая мужчину за плечи. – Я не тот, кто нужен королю, так что быстро вернусь домой. Ты ведь знаешь, у меня нет шансов даже первый тур пройти! — Что вы, господин! При виде вас никто не усомнится в вашей красоте! – Йен после услышанного немного покраснел, а его уши ещё больше топорщились, делая его милым и привлекательным созданием. – Вот даже сейчас, лорд, с этими… — извозчик замялся, пытаясь не смотреть на юношу. – С этими ушами вы выглядите так благородно! — Уши, уши, уши! Ты даже не представляешь, Гордон, как я их ненавижу! – парень дотронулся до острого кончика своего «недостатка», а затем со злостью отдёрнул руку. – Отрезал бы их с радостью. На это слуга ничего не ответил и лишь дрогнул поводьями, дабы кони продолжили движение.       Конечно, поначалу, когда Йен появился в Латервуде, многие боялись даже приблизиться к нему. О том, что он из расы эльфов стало ясно сразу – его ушки выделялись явно, хотя и не были такими, как сейчас. В далёкие времена люди часто слышали рассказы об иных существах, многие встречали их. Но самыми необычными и приближёнными к народу были эльфы, которые с возрастом хорошели и становились неимоверно красивыми, завлекая своей внешностью каждого. Йена тоже можно было причислить к подобным, хотя, старейшие жители Латервуда заметили в мальчике человеческие черты. Спустя время стало ясно, что Йен – полукровка, какие встречались ещё реже, чем сами эльфы. А всё потому, что гордая раса не особо честилась «грязнить» свой род, сближаясь с людьми и уж тем более делить с человеком потомство. Со временем эльфы стали покидать людские города, а вскоре и вовсе были в диковину у людей.       Путь был долгим. Латервуд была самой бедной, хотя и одной из самых крупных земель всего королевства Гринферт. Некогда славившейся большим потоком сельскохозяйственного продовольствия, после смерти лорда Биргхира, полноватого, но очень доброго и весёлого альфы, который правил своим поместьем и замком свойственной ему мудростью, земли были разорены потоком воров и бродяг. А засуха, что длилась последние два года, и вовсе лишила землю гречишных и пшеничных полей. Латервудскому замку грозило банкротство и слияние с соседним поместьем, а на это юный наследник лорд Йен пойти не мог. Поэтому, после объявления королевского указа и долгих уговоров со стороны Горнэлда, крёстного отца и «второго папы» Йена, парень принял решение найти поддержки от короля. Любым способом.        — Господин, нам стоит остановиться на ночлег, — произнёс спустя долгие часы молчания Гордон, посмотрев на рядом сидящего юношу. Йен был хмурым. Мысли о том, что ему предстоит из кожи вон лезть, но хотя бы добиться аудиенции с королём Эндрихом Вторым, не давали парню покоя. Он был точно уверен, что в высшем свете к нему будут относиться с подозрением. Он же эльф. А такие, как он, не пользовались доверием при дворе – в этом Йен был уверен.        — Остановимся, — наконец ответил лорд и поднял голову. Перед его взором предстал двухэтажный домик со старой, но на вид крепкой деревянной крышей. Каменные стены были увиты виноградником, из окон первого этажа лил тусклый свет, а вывеска над входом гордо гласила: «Грязный тролль». Ввиду сгущающихся сумерек и, возможного, отсутствия иного места ночлега, Йен решил особо не привередничать. Он быстро спрыгнул с насиженного места, пару раз поприседал и потянулся, дабы размять затёкшие мышцы. — Лорд, я пока поставлю лошадей в конюшню. И стоило бы повозкой получше обзавестись, — мужчина замялся, но всё же добавил. – Завтра днём будем уже в столице. — Хорошо, — парень засунул руку в сумку, что до сих пор покоилась на его плече. Достал оттуда кожаный мешочек и бросил слуге. – И за ночлег оплатишь. — Да, лорд, — произнёс извозчик и дёрнул поводьями, подгоняя коней за здание.       Йен не торопился заходить. Подняв голову и оглядевшись, он заметил парочку пчелиных ульев и, кажется, гнездо ласточки, которое было старо, как и сам дом. Ветер шумел и возвещал о приближающихся тучах, и лорд вспомнил, что не зря утром Горнэлд говорил о дожде. Видимо ночью земля оросится влагой, а это значит, что на утро будет сыро и холодно. Стоит ли купить ещё и плащ, или обойтись? Пока парень размышлял, то не заметил приближающихся коней и стук колёс. Его чуть не сбила карета, на вид принадлежащая чуть ли не самому королю. Йен от испуга сглотнул и начал мять подол рубашки и кусать похолодевшие губы.       Но из кареты вышел явно не король. Омега, что стоял в паре метров от Йена, буквально сиял от обилия позолоченных обновок и бриллиантов, что украшали его шею и руки. — Эй, отнеси мои вещи! – высокомерно проговорил омега, не посмотрев на Йена и секунды, и гордо прошагал мимо него. — Вот ещё, — пробубнил юноша и, обернувшись, пошёл следом за невежей.       А внутри оказалось гораздо уютнее. Конечно, места маловато, да и два огромных стола с лавками, занимающих половину зала, не делали помещение просторным, но это лучше, чем отдыхать в лесу. Внутри вся отделка была деревянной, и лишь у лестницы проглядывалось каменное основание стен. Повсюду висели картины с изображениями троллей, которых Йен никогда сам не видел, но много читал. Единственная люстра, что висела в середине зала, светила тускло. Справа Йен заметил стойку, за которой «сверкающий» омега уже с кем-то спорил. — И что это значит, что у вас нет комнаты с двумя окнами! Я вам что, заключённый, чтобы смотреть в маленькое окошко?! — Но поймите, все номера стандартные, и мы не можем предложить ничего иного.       Йен засмеялся. Да видимо так громко, что спорящие резко замолкли и посмотрели на него. Один с любопытством, другой с раздражением. — А где мой багаж? – неестественно пискляво произнёс омега, сводя брови к переносице, а руки упирая в бока. – У вас и обслуживание хромает? – сказал он уже мужчине за стойкой. — Я здесь не работаю, — холодно сказал Йен, подходя к стойке. – Мне комнату на одну ночь, пожалуйста. — Да, сер, — через несколько секунд молчания вымолвил работник, записывая что-то в толстой книжке. – С вас 40 груверов. — Господин! – послышалось позади, и Йен обернулся. На пороге уже стоял извозчик, слегка испуганный и дрожащий. — Что случилось, Гордон? – юноша подошёл к слуге, но тот отшатнулся, бросая мешочек в руки парню. Монеты в нём зазвенели, пока ещё летели в воздухе, и вскоре оказались в руках лорда. — Не стоит вам подходить, господин, — Гордон прикрыл одной рукой нос и неоднозначно посмотрел на Йена. — Неужели? – парень всё понял. Конечно, ввиду юности он ещё не научился высчитывать сроки течки, но не могла же она так быстро начаться? Он ведь не чувствует дискомфорта, как обычно. Принюхавшись, он вдруг действительно почувствовал пряный аромат в воздухе. Но он явно не исходил от Йена. Юноша резко обернулся и посмотрел на омегу. Течную омегу. Тому явно было всё равно. — Лорд, я пожалуй посплю в конюшне. Новую повозку пришлю утром, так что я буду ждать вас там, — Гордон быстро откланялся и покинул помещение, громко хлопнув дверью. Несмотря на возраст, извозчик был одиноким альфой, и ему было трудной порой сдерживать себя при виде течных омег. Хотя, к Йену слуги в его замке никогда не питали привязанности в этом плане, всё же старательно его избегали. В целях безопасности так сказать.       Ночь была бессонной. За стенкой то и дело стонал омега и буквально умолял, чтобы ему помогли в «этом» плане. Конечно, на это вряд ли бы кто-то решился: в качестве охраны у этого пижона были две беты ростом под два метра и с явным отсутствием нюха. «Специально подбирал что ли?» — подумал Йен, когда проходил на рассвете мимо них. А ведь пару раз за ночь Йен хотел, чтобы этому омеге кто-нибудь да помог. Ведь ещё вечером стало ясно, что этот парень тоже следовал в Гринферт. — Так вот какой у меня соперник? – произнёс он с неким пренебрежением, пока они оба поднимались по лестнице и направлялись к своим покоям. – Конечно, кто-то же должен выйти ещё в первом раунде. Не думал, что будет так просто! – он говорил наигранно громко и буквально злил Йена. — Посмотрим, кто из нас вылетит раньше, — процедил Йен сквозь зубы, уже утром спускаясь вниз. Ему следовало как минимум прибыть в ряду первых в столицу: это даст ему форы в выполнении первого задания.       Солнце лишь слегка подсвечивало воздух, так что темно ранним утром не было. Зато было очень холодно, отчего Йен дважды укутался в жилетку и слегка дрожал. Быстрыми шагами он добрался до конюшни, у входа к которой стояла повозка с его лошадьми. — Эта действительно лучше, — с улыбкой произнёс юноша, садясь внутрь. — Вы рано, лорд! – как-то измученно, но всё же бодро произнёс Гордон. – Господин, там под сидением плед. Нам ещё долго ехать, а погода улучшиться к полудню, не раньше. Йен не стал спорить и укутался в овечью мягкость. Ему вдруг захотелось спать, и, когда повозка тронулась, глаза сами закрылись, окуная парня в омут сказочных сновидений.