Эльфийская песнь

      Йен уже не в первый раз завидовал Дерену. Статный и высокий бета был слишком серьёзным противником для хилых омег. К тому же, Дерен был вторым – а это значит, что пройти препятствие не составит труда. — Я выбираю третью, — произнёс громкий голос беты, полный решимости и такой мужественности.       Йен тут же поднял глаза и посмотрел на Дерена. — Он что, идиот. — Эти беты такие странные. Тут и там доносились перешёптывания зрителей. Некоторые омеги тоже не скупились на высказывания, хотя сами знали – даже имея преимущество в выборе, пройти испытание будет трудно. Первый участник сделал это, оставив в своём мешке чуть больше половины, хотя и проходил первую полосу. А это значило, что другие две буквально не давали шанса остальным вырваться вперёд.        — Пустить песок! – объявил король монотонно и слуга, уже расположивший мешок на финишной арке в конце третьей полосы, сделал небольшой надрез на ткани. Тут же тонкой струйкой песок посыпался на землю. Все замерли, пытаясь одновременно наблюдать за мешком и за бетой, который решительно двинулся вперёд.       Третья полоса представляла собой яму, в которой на уровне земли возвышались четыре столба. В яме дурно-пахнущая вода, полная тиной и неизвестно чего ещё. Далее, после ямы, следовала извилистая тропа, с нарисованными красными кругами. Что означала каждая, было неизвестно, пока Дерен буквально за секунды не оказался на этой тропе. — Удивительно, он перепрыгнул столбы в мгновенье ока, — прошептал какой-то омега слева от Йена. Сам же лорд неотрывно смотрел на мешок с песком, заговаривая его мысленно. «Не сыпься» — повторялось в его голове. Йену очень не хотелось, чтобы Дерен проиграл. Он сам не знал, почему так происходит, но некое тёплое чувство по отношению к бете засело где-то внутри. Возможно, эта благодарность за помощь со стороны Дерена. А возможно, и что-то большее. — Вы видели! Бомба! – шум, поднявшийся вокруг, вывел Йен из раздумий. Он отвёл взгляд от мешка и попытался увидеть Дерена. Тот стоял посередине тропы с красными кругами. Его нога будто повязла в чём-то густом и буром, не давая Дерену идти дальше. — Что это? – спросил Йен, удивлённо расширив глаза. — Видимо, трясинная ловушка, — ответил ему рыжий омега, хотя и знал, что вопрос Йена был риторическим. С большим усилием Дерен вытащил ногу, оставшись без одного сапога. Он буквально прыжками последовал дальше, не наступая на красные круги. Йен не мог оторвать от него взгляд, но, когда Дерен приблизился к арке с мешком, дыхание у юноши перехватило. Было видно, что почти половина содержимого высыпалась, а до мешка было добрых три метра. Казалось, что прошла вечность. Дерен стоял под мешком и смотрел на него. — Почему он медлит? – более нервозно, чем стоило, произнёс Йен, закусив губу. — Видимо, думает, как снять мешок. Столбы его явно не выдержат. Кстати, тебе бы тоже стоило об этом подумать… заранее, — Йен посмотрел на рыжего омегу, тот, в свою очередь, улыбался ему. Но омега не мог так же непринуждённо реагировать на происходящее, ведь мысль о том, что ему самому придётся пройти этот же путь, пугала до невыносимости.       Звонкий звук удара тарелок. Такой звук уже был – когда первый участник прошёл испытание. Йен отвёл глаза от рыжего омеги и посмотрел туда, где стоял Дерен. В руках он держал мешок, а позади беты некогда деревянная арка представляла собой лишь кучку лежавших на земле брусьев. — Оригинально, — произнёс король после немой паузы, и толпа зрителей разразилась овациями. — Действительно. С такой-то силой проще просто разрушить арку. Интересно, они поставят всё на место к тому времени, когда испытание будем проходить мы? – омега с рыжей бородкой улыбался всё шире, чем уже начал раздражать Йена. — Почему ты улыбаешься? – всё-таки спросил юноша. — Ты разве не понял? Этот бета услужил нам. Хотя… — омега посмотрел на Йена оценивающим взглядом. – Скорее, он сделал это ради тебя.       Йен молчал. Он понимал, о чём говорит этот омега. И от этого, почему-то, становилось дурно. Уже в который раз бета выручает несуразного омегу? В третий? А что же сделал Йен в ответ? «Да, в принципе, ничего» — подумал Йен. Ему, в какой-то мере было стыдно, но в то же время и непонятно. Зачем Дерен так добро относится к Йену. Неужели, он ищет выгоду? А если да, то какую?       Всё соревнование омега не поднимал головы, смотря в пол и пытаясь заставить свои мозги хоть немножечко думать. Мысли накладывались одна на другую, будто стая гогочущих гусей, перебивающих друг друга. В один момент Йен был готов биться головой об пол, лишь бы заглушить поток мыслей в голове. Из оцепенения его вывела рука, что легонько опустилась на плечо омеги. Йен вздрогнул, но поднять голову почему-то боялся. — Если будешь так стоять, волосы упадут на лицо и покажут всем твои уши… — голос Дерена был вкрадчивым и спокойным, как всегда. Йен выпрямился, стараясь не смотреть на его лицо. — И правда, — приглаживая волосы на голове, Йен испуганно оглядывался. Но никто не смотрел на него, поглощённый зрелищем на одной из полос препятствий. — Ты боишься? – спросил Дерен. — Нет, — спокойно ответил Йен, наконец набравшись сил взглянуть на бету. Дерен не улыбался, но и грустным не выглядел. Скорее, его лицо казалось безэмоциональным, будто он сам сейчас витает где-то далеко. — Твоя очередь скоро, — кивнул в сторону арены Дерен. Йен посмотрел туда, куда указывал бета – на третьей полосе препятствий, балансируя на одном из столбов, был рыжеволосый омега. — О! – смог выдавить из себя Йен. Так скоро? – Кто лидирует? – спросил он вкрадчиво, взглянув на Дерена. — Я, — холодно ответил бета. Затем развернулся и ушёл, оставив слегка ошарашенного омегу одного, смотрящего на его удаляющиеся фигуру. — Здорово, — прошептал Йен, но даже если бы он кричал, его мало кто услышал под звуки бьющихся тарелок и вой толпы.        — Участник под номером семь! Пришло твоё время! – слуга выглядел слишком возбуждённым, когда подходил к Йену и забирал у него брусок с выжженным номером. — Пришло? – Йен ощущал себя не важно, к горлу подступал неприятный ком, вызывающий приступ тошноты. — Именно, милорд. Помимо участия, вы имеете право выбрать себе предмет, который поможет вам пройти полосу. Они находятся на этом столе, — слуга указал на небольшой дубовый стол, на котором мало что было – шлем, нож, ботинки с шипами и длинная палка, чуть выше Йена ростом. — Я возьму это, — омега дотронулся до плотного шлема, отделанного коровьей кожей, которая давно выцвела. Лишь поднеся предмет ближе к голове, Йен пожалел о выборе – вонял шлем просто отвратительно. Его, видимо, не использовали уже очень давно – на ремешках виднелась запёкшая кровь, а изнутри казалось, виднелась плесень. Проведя пальцами и немного очистив его, Йен водрузил на голову шлем. Даже с ним, Йен ощущал себя незащищённым, стоя на старте третьей полосы препятствий. Вокруг него будто стоял гул из смешанных голосов, вскриков и смешков зрителей. Все участники, прошедшие испытание, стояли в ряд – первым теперь был Дерен, за ним тот самый рыжеволосый омега, а следом были и другие. Все уже знали, что в последний момент король решил, что после этого испытания останутся лишь трое. И поэтому Йен был готов позорно проиграть, хотя для него это было самым низким из поступков.       «Ты разве не понял? Этот бета услужил нам…» — внутреннее чутьё голосом того рыжего омеги повторил эти слова, даря Йену некую уверенность. — Пустить песок! – в последний раз услышал юноша этот приказ короля. Как и прежде, нож слуги прорезал дыру в мешке с песком. Времени мало. Очень мало. Первый шаг дался Йену с трудом. Ноги казались неподъемными, словно парень уже идёт по трясинным бомбам. Затем, всё дальше и дальше, он продвигался к цели. Вонючая яма была первой. Столбы казались ещё более трухлявыми вблизи и с каждым на них прыжком шатались неимоверно. Йен с большим усилием старался удержаться, хотя это и было тяжело. Прыжок, ещё один! Осталось немного, самое большое расстояние оказалось до выступа края ямы. Йен вытянул вперёд правую ногу и уже чувствовал под собой твёрдую землю. Левая нога оттолкнулась от столба и оказалась на той же окраине, вот только скользнула по глинистой поверхности. Мгновение, и Йен ощутил, как целиком и полностью падает вниз – туда, к вонючей тине, полной неизвестности.       Перед глазами в один миг Йен видел и лица зрителей, которые с вожделением смотрели на падение омеги, и голубое небо, полное пышных облаков, и солнце, не слепящее как обычно. «Это конец» — подумал в этот миг юноша, опуская веки и поглощаясь в тьму.        — Мы всё равно любим тебя. И верим в тебя, наш Лотлориэн Первый, — хриплый голос Горнэлда, всегда бодрый и такой душевный. Лишь одним своим видом, одной улыбкой, согревающий Йена. Именно. Хотя бы ради него, борись до конца, чёртов эльф!       Йен открыл глаза, и именно в этот момент увидел край отступа. Его рука сама дёрнулась и зацепилась за выступающий камень. Юноша повис в нескольких сантиметрах от зловонной жижи, которая, будто ожидая его, начала бурлить и покрываться пузырьками, лопающимися и одаривая тошнотворным запахом гнили. — Хорошо, что я не завтракал сегодня, — даже как-то радостно подумал вслух Йен, старательно вскарабкиваясь на отступ. – Ещё чуть-чуть. Осталось совсем немного.       Оказавшись на земле, Йен поправил спадающий на глаза шлем и побежал дальше. Впереди была так ему не понравившийся тропа с бомбами – последние остатки которой до сих пор не стёрли, из-за чего вся тропа казалось одним сплошным месивом из грязи и, чем-то похожим на кровь, жидкостью. — Совсем немного, — бубнил себе под нос омега, перепрыгивая бомбы и молясь внутри себя, чтобы всё же не наступить на одну из них. С этим Йену удалось справиться лучше и, даже оказавшись уже у самой финишной арки с мешком, парень всё же не поскользнулся и не упал. Посмотрев наверх, Йен увидел, что не самое сложное было до этого – арка казалось бесконечно высокой. Просто нереальной! — Вспомни свои лазанья по деревьям. Это не так сложно, не так ли, — как бы успокаивая себя, говорил Йен, разминая пальцы, похрустев ими.       Но всё оказалось сложнее. Видимо, после разрушений Дерена, арку не смогли прочно установить, поэтому устойчивость конструкции казалось далека от идеала. «Стоп, а как же тот рыжий снял мешок?» — Йен пытался хоть что-нибудь вспомнить, но, так как он не наблюдал за ним вовсе, кроме самого начала, когда тот взял нож и встал у старта, то это оказалось бесполезным. «И почему со мной всегда так?» — омега корил себя за выбранный шлем, который ему был откровенно большим. — И что делать теперь? – произнёс он, вздохнув и наблюдая, как песок медленно превращается в горку возле его ног. – Будь что будет, — в итоге решается он. Постучав по шлему, проверяя тот на прочность, Йен всё же подходит к одной из балок и плотно обхватывает её обеими руками. Затем, поджимая под себя ноги, опирается ступнями о древесину и, то выпрямляясь, то снова съёживаясь, передвигается всё выше и выше к мешку. Балку откровенно шатало, но отступать поздно. Оказавшись на самой вершине, Йен осмелился перекинуть ногу на горизонтальную перекладину, на которой висел мешок. Тот зашатался, высыпая ещё больше песка. Вместе с мешком неустойчивая арка дала ходу, помотавшись взад-вперёд. У Йена чуть сердце в пятки не ушло, но останавливаться и застревать на высоте почти трёх метров ему не хотелось. Зафиксировавшись ногами на горизонтальной перекладине, которая, к счастью, удерживала его вес, омега пошёл дальше. Мелкими, но уверенными шагами он шёл вперёд, раскинув руки в стороны для баланса. Перед глазами он видел лишь мешок с песком, который худел с каждой секундой.        — Ещё… немного… — сбившимся дыханием произнёс себе Йен. Когда оставалось нагнуться и взять мешок, омега услышал треск. Его глаза расширились, а сердце, и без того бившее как сумасшедшее, готово было взорваться от такого наплыва адреналина. «Спокойно. Всё хорошо» — успокаивал себя Йен, нагибаясь ниже. Рука уже коснулась верёвки, благодаря которому висел мешок. Втора рука обхватила мешок снизу, ладонью закрывая дыру. Так Йен стоял, кажется, вечность, не в силах пошевелится. Он просто не знал, как быть даже, в такой позе и на такой высоте ему мало что удалось бы сделать.       Но вот послышался ещё более громкий треск. Йен сглотнул, понимая, что ему оставалось лишь одно – воспользоваться единственным, что он взял с собой при старте. Приготовившись к прыжку или к ещё более плохому – к ещё одному падению, омега прижал к себе мешок. Затем, взяв силу воли в кулак, он попытался всем весом своим надавить на перекладину. Ничего. Затем он топнул ногой, но снова – ничего. Ещё один удар и, когда Йен уже готов был сдаться, вторящий удару треск и быстрый полёт вниз сделали своё дело.       В этот раз не было так страшно. Йен часто падал. С дерева, бывало даже с окна прыгал – он был готов ко всему. Хотя, ему не сразу удалось подняться на ноги, он всё же успел сделать это до того, как две несущие балки упали позади него. Мешок был в его руках, целый, но так и оставшийся привязанный за кусок дерева толстой верёвкой. Йен не дышал и лишь ждал, когда же прозвенят чёртовы тарелки. Их звук, наконец раздавшийся в глубочайшей тишине, позволил омеге сделать первый вдох. Толпа зрителей кричала и гудела всё то время, как Йен подходил к чаше весов. Высыпав в неё песок, оставшийся в мешке, Йену оставалось лишь ждать вердикт. Он нервно прикусывал губу, смотря на стрелки весов. — Ваш шлем, милорд, — отвлёк юношу голос слуги и, немного замешкавшись, омега снял с себя атрибут, заодно проверяя, не смяли ли они волосы, обнажая уши. Удостоверившись, что всё в порядке, Йен снова посмотрел на весы.        — Мои поздравления! – громкий возглас короля заставил Йена вздрогнуть! — Прошу сюда, милорд, — всё тот же слуга рукой показал на место, которое, видимо, возвели совсем недавно. До этого там стояли все участники, а теперь лишь двое – рыжий омега и Дерен.       Когда Йен поднялся на постамент, к нему тут же наклонился бета и полушёпотом произнёс бодрое «Поздравляю». От этих слов Йена теперь почему-то не вгоняло в краску. Лишь сухо поблагодарив, юноша посмотрел на короля – его единственную цель, которой он обязан придерживаться.