Эльфийская песнь

      Прошло уже два дня с того момента, как Йен чудесным образом прошёл испытание. Всем участникам, коих осталось трое, было приказано оставаться в своих комнатах. Впрочем, выйти из них не давала усиленная охрана. В комнаты также не допускались посторонние, кроме личных слуг участников, но, так как Гордон по каким-то причинам не вернулся из Латервуда, Йену приходилось в полном одиночестве отсиживаться в покоях.       То с тоскою смотря в окно, то развалившись на огромной кровати и тихонько напевая — Йен не знал, чем себя занять. К вечеру второго дня он с досадой принял тот факт, что ему смертельно скучно. Хотя буквально пару дней назад он был полон энергии, которая переполняла его всего, и с таким запасом силы он был готов хоть горы свернуть. Конечно, ему, ввиду особенности организма, вряд ли удалось бы и пятидесяти фунтовый камень поднять, но попытаться же стоило? А тут раз – и благодаря королевскому указу все претенденты на корону были оставлены в комнатах в разных частях замка. Для безопасности.        — Только тре-е-ещина я… В замке и-и-из хрусталя… – омега пел уже больше часа, придумывая слова в своей голове. От грусти или счастья, он всегда начинал петь. Так было всегда. Но, что удивительно, голос его никогда не был похож на Латервудских запевал, которые радовали на праздниках. Стоило Йену начать петь, как тут же будто все остальные звуки замирали вокруг. Люди, что слышали его пение, молча раскрывали рты, застывая и завороженно смотря на него. В их глазах он будто преображался, и вместо полукровки в мешковатой одежде и с нелепой причёской, становился похож на сказочное существо, словно не из этого мира. — Вот, что ви-и-идят, увы, глаза твои, — юноша тяжело выдохнул и закрыл глаза, дабы не смотреть на уже надоевший ему потолок, — Глаза твои…       Дверь вдруг открылась, и Йен резко сел, уставившись на пришедшего. Им оказался тот самый слуга короля, который приходил к нему до этого – и каждый раз он приносил весть о новом задании. — Король созывает всех участников в тронный зал, — также монотонно произнёс мужчина и тут же развернулся, направляясь к выходу. Йен тут же устремился за ним, но пока спускался с кровати, умудрился запутаться в собственных ногах и удачно с неё упасть. — Осторожнее, милорд, — глухо отозвался слуга, уже стоявший у дверей. – Король будет ждать через 20 минут. Вас проводят, а пока, – слуга провёл взглядом по омеге и, откашлявшись, произнёс, — можете немного «оживиться». И ушёл, осторожно прикрыв дверь, которая даже не скрипнула.        — Оживиться? – Йен подошёл к зеркалу и посмотрел на себя. Одного взгляда было достаточно, чтобы понять, что имел в виду слуга. Выглядел Йен крайне неопрятным. С последнего испытания, конечно, успел почистить жилетку и брюки, вот только лучше от этого не стало. Подойдя к платинному шкафу, омега резко открыл дверцы и осмотрел, что есть внутри: Гордон успел привезти кое-какие вещи, которые Йен одевал дома по особым случаям. И таких вещей было целых две, что радовало парня не меньше. Достав сумку, которая обычно висела у него через плечо, Йен вытащил из неё гребень. Расчёсываться парень особо не любил, так как при помощи расчёски ему не так хорошо удавалось скрыть свои уши, чем если он просто взъерошит волосы. Но сейчас был не тот случай, когда стоило появляться в обществе короля абы как, и Йену за короткий срок предстояло привести себя в порядок.        — Вы готовы, милорд? – голос по ту сторону двери оповещал о том, что время для «оживления» прошло. — Да! – неуверенно крикнул Йен, поправляя рукава парадной рубашки, сшитой из атласа и своими изумрудными переливами так хорошо гармонирующая с глазами омеги. – Готов, как же…       Тронный зал был больше, гораздо больше обеденного. Но из-за количества людей, заполняющих помещение, казался буквально удушающе маленьким. Для Йена было невыносимо, что каждый находящийся здесь будто оценивает его. Он был почти уверен, что среди гостей есть и те, кто не поглумился поставить ставки на возможного победителя. И что-то подсказывало парню, что перевес был не в его сторону.       Когда он увидел Дерена, то сначала опешил. Тот выглядел великолепно, даже ослепительно, будто сегодня состоится именно его коронация и ничья другая. Рыжеволосый омега недалеко ушёл от беты. Сейчас он казался выше и стройнее, а из-за сбритой бородки к тому же и моложе, чем раньше, но в сравнении с Йеном всё же старше. Глаза его блестели и при освещении, казалось, горели янтарём. Чего не скажешь о Дерене. Тот при своём внешнем великолепии смотрел как-то грозно, нахмурив брови, и взгляд его был тёмно-синим. Но не успел Йен хотя бы поздороваться с остальными участниками, как загремели горны, оповещая о появлении короля. Но…

***

       — Эндрих, хватит уже вести себя как ребёнок! Ты взрослый альфа и уже давно пора хотя бы немного послушаться старших и сделать так, как я говорю! – Линсент восседал за столом в своих покоях, неторопливо доедая гусиную ножку, тем временем как король сидел напротив, и кусок в горло ему не лез – пища на его тарелке была нетронутой. — Да, отец, — всё же вымолвил он. – Но… — Никаких «но»! – омега со звоном бросил вилку и нож на пустую тарелку. – Ты что, не понимаешь, как это важно? А вдруг кто-нибудь захочет лишить их невинности? К тому же, та бета всё ещё не вселяет мне доверия. — Но мы ведь это уже обсуждали, папа. — Да-да, я помню. Но безопасность выше всего. — Хорошо, отец.       Линсент встал со стола, взяв попутно салфетку и вытирая руки. Он наконец добился того, чего хотел – король принял его просьбу о проведении последнего испытания. И, как бы Эндриху не хотелось устроить зрелищное побоище, методы Линсента были куда изощреннее.

***

       — …бывший король королевства Гринферт, Линсент Прекрасный! – громогласный паж оживлённо произнёс свою речь, после чего толпа зааплодировала. Многие любили бывшего короля за мягкий нрав и привязанность к пышным балам, которые он проводил лишь с одной целью – свести своего сына с омегой. И вот, восседающий на своём троне, который теперь перейдёт в права будущего супруга короля, Линсент внимательно осматривал претендентов.       Йен невольно отступил на пол шага назад, так как не чувствовал себя равным ни Дерену, ни другой омеге. Ему порой не нравилось излишнее внимание со стороны, а сейчас оно было особенно пристальным. Этот надменный взгляд Йен ощущал на себе часто – вот только порой они исходили от личностей гораздо ниже сословием, чем сам омега.        — В этот прекрасный вечер я приветствую вас, дорогие гости! – Линсент осмотрел взглядом народ, что кольцом окружал участников состязания. – Прошу заметить, что я не просто так стою здесь. Да, когда-то и я был королём, но после кончины моего супруга мне пришлось покинуть трон и оставить это священное место для моего сына – Эндриха. И он с наивысшей храбростью и мудростью правил последние двенадцать лет. Всем известно, что он был молод, да и к тому же занят в вечной борьбе за земли прекрасного Гринферта, поэтому поисками мужа для моего сына занимался… я, – гости захихикали, кто-то даже многозначительно выдохнул, дабы «посочувствовать» бывшему королю. — И вот, наконец, этот день настал! Король Эндрих Второй совсем скоро станет полноправным правителем Гринферта! – толпа взорвалась овациями.       А вот Йену, так же как и Дерену, было не по себе. Каждый ощущал неловкость всего представления, особенно бета, который даже поёжился, услышав слова о войне. Ведь это его отец первым вступил в схватку с Эндрихом Первым – и это ничто не отменит. Лотлориэн ощущал жар внутри себя. Он всем нутром чувствовал неладное, да и сладкие речи Линсента не сулили ничего хорошего. — Последнее испытание! – гордо произнёс отец короля, подняв руку вверх. Его тонкие пальцы казались длиннее, чем обычно, указывающие куда-то в пустоту. Зал замер. Йену тоже перехватило дыхание, то ли от надвигающегося страха, то ли от величественно вида Линсента. — В течение часа в стенах этого замка вы должны найти способ… удивить меня, — со слащавой улыбкой сказал омега, осматривая участников. Каждый из них был озадачен. — Уди..вить? – рыжий омега сделал шаг вперёд, с любопытством смотря на Линсента. — Именно так. В рамках закона Гринферта конечно, — посмеялся омега, и гости вторили ему. – У вас час, господа. Не стоит тратить время попусту, — со сверкающим взглядом произнёс он, и рыжий омега тут же рванул в сторону выхода из зала. Йен последовал за ним, но вдруг вспомнил о Дерене. Тот неподвижно, как статуя, стоял, не моргая.        — Дерен? – Йен тихо позвал его и, будто услышав этот почти шёпот, бета резко обернулся и побежал к выходу. — Не отставай! – крикнул он, не оборачиваясь, скрываясь за дверьми и десятками зевак, что последовали за ним. Йен с улыбкой кивнул, направляясь к выходу. Но, есть ли смысл ему идти?