Демон и Ангелы - Книга Первая (Новая Версия)

— Что ж, - Акаги протянула Синдзи отчёт с результатами анализов, — осмотр показывает, что твой глаз абсолютно нормальный. Никаких отклонений и аномалий — просто радужка зеленого цвета. Чем это обусловлено, ещё узнаем. Парень принял бумаги и внимательно прочитал, не желая упускать каких-либо важных деталей. За последние недели Третье Дитя обследовали, что называется, по полной программе. Икари, впрочем, был и сам не прочь узнать, какие изменения выпали на долю его организма. — А что «аномалии»? - спросил пилот. Оторвавшись от экрана ноутбука, Рицко откинулась на спинку кресла и задумалась. Подросток перевёл взгляд с бумаг на неё в ожидании ответа. — Честно говоря, я проводила сравнение взятых у тебя образцов тканей с аналогичными у Евы. Сходства уже есть, так что... Евангелион начал тебя менять. — В какую сторону? — Пока что не в плохую. У тебя уже есть сравнительно быстрая регенерация и я не думаю, что это всё. Я бы сказала, что стоит очень внимательно пронаблюдать за дальнейшим процессом изменений. Результаты анализов легли на стол к главе научного отдела. Доктор и пилот встретились глазами. Икари-младший хмыкнул. — Я пока не против, — сказал он, — надеюсь, что никаких биоужасов со мной не приключится и что под замок тоже не посадят. — Не посадят, — усмехнулась Рицко, — и про «биоужасы» свои забудь — ты слишком ценный кадр для такого. — Не грех мне такое говорить? Я же зазнаюсь. Ладно... Док? — М? — Спасибо. На лице учёной отразилась улыбка. — Не за что.

***

Тяжело вздохнув, Кацураги прислонилась спиной к стенке лифта и поехала на свой этаж. В руках она придерживала пакет с покупками. После тяжёлого рабочего дня она чувствовала себя словно выжатый лимон, не иначе. Доносившиеся сверху звуки ударов и странное шипение заставили женщину напрячься. Чем ближе она была к своему родному этажу, тем громче были звуки. Наконец, лифт остановился. За дверьми всё стихло. Створки разъехались в сторону, и Мисато увидела источник странных звуков. Сказать, что офицер была удивлена, значит, не сказать ничего, поскольку Синдзи, старательно огораживавший пространство перед лифтом какими-то решётками, кого угодно мог ввести в состояние недоумения. Заметив, что подполковник вернулась домой, пилот ненадолго отвлёкся от работы. Рядом валялась кувалда, сварочный аппарат и другие рабочие инструменты. На шее у подростка болтались сварочные очки. Парень обернулся к военной лицом и поднял руку в приветственном жесте. Немного замешкавшаяся женщина подняла руку аналогичным образом и немного неуверенно прошла вперёд. Осмотревшись она поняла, что работа здесь идёт уже достаточно давно. У Третьего Дитя сегодня был выходной, видимо, он начал заниматься всем этим ещё утром, учитывая привычки подростка. Когда парень понял, что женщина ещё не собралась с мыслями для разговора, он снова продолжил работать с решёткой. Именно этим-то он и вывел начальницу тактического отдела из размышлений. — Эм, Синдзи? — Да, Мисато? — Чем это ты занят? Синдзи ненадолго задумался. — Знаешь, Мисато, я уже достаточно давно над этим размышлял. Но до этого не давал себе воли. Теперь же я взялся за расширение жилплощади. — Погоди-ка, — Кацураги жестом остановила подростка, — В каком смысле? — Здесь почти все квартиры пустуют, — пожал плечами Синдзи, обводя пространство руками, — Весь этаж пустует, за исключением наших обиталищ. Мы достаточно сильно огорожены друг от друга. Я посетил пару мест. Поговорил. Узнал, что всем, кто должен быть заинтересован, по факту, до лампочки, что мы вообще будем делать с этим местом. — И ты решил, что ли, теперь себе весь этаж захватить? — Не себе — нам всем. Нас же четверо. Считая Пен-Пена. К тому же, красиво жить не запретишь. На лице у Мисато прорезалась нервная улыбка. — И что, даже управления дома не боишься? — спросила она. — Нет, конечно. Им же «до лампочки». Плюс, лишняя круглая сумма — тоже аргумент. — И что, так просто? — Да, так просто. Установилась минута тишины. — Знаешь, Синдзи. Ты, это ты. Но коли так!.. Краткая пауза. Кацураги начала хитро улыбаться. Парень вопросительно склонил голову набок, ожидая, что же скажет ему офицер. — Поскольку мы, а это я, ты и Рей, уже достаточно сильно сблизились, и вы нередко засиживаетесь у меня, может, сделаешь ещё соединительные проходы между квартирами, м? Ну, чтобы не тратить лишнее время на преодоление дверей. Брюнетка прищурилась, приготовившись выслушать ответ. На удивление, тот оказался утвердительным. — Да, — сказал Синдзи, — пожалуй, хорошая идея. Займусь этим — всегда мечтал продолбить в стене дыру. — Вот и ладно! — Мисато обворожительно улыбнулась, — Ладно, работай тут, а я пойду отдыхать. Но ночью, всё же, будь добр… Спи. Потому что я тяжело засыпаю под аккомпанемент вроде этого. Военная показала рукой на кувалду. — Учту. Хорошего вечера, Кацураги-сан. — И тебе хорошего, чертяга. Женщина осторожно миновала решётки, огораживавшие небольшое пространство перед лифтом от остального этажа. Краем взгляда она заметила валявшиеся возле лестницы металлические прутья и стальные листы. «М-да, демонюга определенно всерьёз взялся за своё „расширение жилплощади“, — пронеслось в голове у офицера, — вопрос в том, с чего?» Зайдя в квартиру и заперев за собой двери, Мисато поставила пакет и принялась скидывать верхнюю одежду. «С чего?» — на этот вопрос у Синдзи был лишь один ответ: «Красиво жить не запретишь». Кацураги ненадолго прислонилась спиной к стене и устало посмотрела вверх. Вдруг пришло понимание того, насколько неоднозначны эти слова по своему смыслу. Достаточно было просто взглянуть на всю ситуацию в целом.

***

Спешно поднеся руку к лицу и протерев глаза, Аида по-быстрому зевнул и оглянулся. «Презентация… Военные… Оружие…» — метались тревожные мысли в голове у Кенске. Парень покрутил головой, чувствуя, как воротник белой рубашки неприятно жжёт ему шею. «Надо было надеть другую!» — не без досады подумал он. Чистая белая рубашка, с горем пополам выглаженные тёмно-зелёные брюки и начищенные до блеска чёрные туфли составляли сегодня его костюм. Уже раз в десятый поправив очки, пилот-курсант посмотрел на наручные часы. Он нервничал. Может, всё же стоит отказаться? В конце концов, ему лишь предложили и настоятельно посоветовали — всего-то. И более того, резервист ходил за советом к своему куратору — Икари. Тот вовсе сказал, мол, «если боишься облажаться… лучше не лезь». А Аида боялся. Хотя всё же было у него в глубине души какое-то чувство, из-за которого он попросту не мог мириться с этим страхом. Ему хотелось перешагнуть через себя. Тут двери в кабинет раскрылись, и внутрь зашла хозяйка помещения — подполковник Кацураги собственной персоной. Кенске поспешил встать и поприветствовать офицера, но та кротким жестом приказала ему сесть обратно. «Ну, вот, — с долей обреченности подумал про себя пилот, — теперь и времени подумать нет — либо окончательно соглашаюсь, либо окончательно отказываюсь». Казалось бы, вполне себе спокойно зашедшая и не менее тихо прошедшая к своему месту женщина умудрилась вмиг лишить мысли несчастного курсанта. В уме Аида беспорядочно перескакивал с одних идей на другие, отчаянно пытаясь понять, с чего он хотел вообще начать разговор и каким образом ему лучше выразиться? И лишь когда приветливо улыбавшаяся брюнетка, наконец уселась за свой стол и посмотрела на него, резервист успокоился. Подполковник Кацураги — его друг. Друг в том смысле, что она никогда не притеснит и не сделает ничего пилотам во вред. Она умеет общаться с людьми, умеет их понимать, и потому пользовалась у подчиненных некоторой любовью. И это не считая того, что никто не отказывался лишний раз просто полюбоваться необычайной красотой этой женщины. Кенске был спокоен. Он выровнял дыхание и уже с куда большей уверенностью взглянул на начальницу тактического отдела. — Ну, Аида-кун, о чём ты хотел поговорить? — вполне себе дружелюбно спросила Мисато, по ходу дела выкладывая какие-то принесенные с собой папки на стол. «Всё, — подумал курсант, — решено. Всё равно мне почти нечего терять». Подросток набрал воздуха в лёгкие. — Подполковник Кацураги, я обдумал ваше предложение и хочу заявить, что согласен. Военная отвлеклась от бумаг и посмотрела на парня уже куда более серьёзно. Закрыв одну из документаций, женщина демонстративно отложила её в сторону и подалась вперёд. — Прежде чем окончательно принять твой ответ, Кенске, я должна тебя спросить: ты точно в этом уверен? — Так точно, подполковник Кацураги. — Кенске, — Мисато подчеркнула обращение по имени, — чисто между нами, ты действительно начал мне помогать с недавнего времени. Я тебе за это благодарна. И, честно сказать, я не просто так тебе это предлагаю, потому что мы все не в парк аттракционов полетим. Ты должен будешь вести себя, как подобает вести себя почти настоящему военнослужащему в среде различных военных шишек и других высокопоставленных лиц. А ещё ты должен будешь в сжатые сроки сдать ряд нормативов, которые также определят твой допуск к этому полёту. Аида внимательно вслушивался в каждое слово, сказанное начальницей тактического отдела. Такие разговоры с подполковником для него были, мягко говоря, новинкой. Кацураги лишь недавно начала позволять себе подобного рода «откровения» с резервистом, который до этого контактировал с ней куда как реже. На памяти у Кенске была лишь пара случаев при том, что один из них ещё и вызывал сомнения. — Ты меня понимаешь, Кенске? — женщина пристально заглянула подростку в глаза. Тот молчал. Думал. — Думаю, что всё же понимаю, что вы хотите мне сказать, Кацураги-сан, — немного неуверенно начал Аида, — И знаете, до последнего момента я пребывал в смятении относительно того, какой ответ мне дать. Я и сейчас питаю некоторые сомнения, но хочу сказать, что моё желание вполне искренне. Я согласен на сдачу любых нормативов и буду изо всех сил соответствовать любым заданным вами для меня стандартам. В конце концов, вы сами сказали, что не просто так предложили мне это? — Именно. На лице Мисато вновь проступила лёгкая улыбка. Живая и тёплая. «Сейчас, балбес, — подумала она, — ты сам это пока что доказываешь». Кенске, казалось, чуть потупил взгляд, но тут же как будто опомнился и снова уверенно прямо посмотрел на подполковника перед собой. — Я не хочу отступать, — с потрясающей чистотой и простотой эмоций сказал он Кацураги. Как будто ребёнок, только что сознавшийся матери в том, что он чего-то боится. В чём-то оно так и было, только роль «матери», которой Аида давно лишился, здесь исполняла начальница тактического отдела, а ребёнком, ясное дело, был этот ещё зелёный пилот-курсант, размышлявший над относительно серьёзным для него предложением. — Иногда отступление бывает нужно, — немного мрачно протянула военная, — но знаешь, если ты сейчас действительно не хочешь, не отступай. Если это твоё желание, иди к нему и не обращай внимания ни на какие страхи. Хочешь победить, умей рискнуть, Кенске. Поразмыслив немного, Аида кивнул. — Хорошо, Кацураги-сан, я обещаю, что постараюсь. — Кенске. — А? — Не постарайся. Сделай. Брюнетка подмигнула парню. Радость — таково было испытанное Аидой в тот момент чувство. Он как-то просветлел лицом и сам не заметил, как выпрямил спину. — Это всё? — спросила Кацураги. — Так точно, — Кенске встал со стула и вытянулся по струнке, — Разрешите идти, подполковник Кацураги? — Разрешаю, курсант, идите. Отпустила парня Мисато со вполне себе искренней улыбкой на лице. Даже когда резервист покинул кабинет, женщина ещё некоторое время продолжала улыбаться. Парнишка ей нравился.

***

Миновав пару торопившихся куда-то учёных с техником, Синдзи прошёл в помещение, заполненное различным оборудованием и аппаратурой. Туда-сюда сновали рабочие в оранжевых робах, доктора в халатах и другие сотрудники НЕРВ. Пилот просто подсчитал на автомате количество людей и их расположение, после чего нашёл взглядом властвовавшую над всем этим Акаги. Женщина привычным образом нависла над одним из операторов, внимательно следя за настройкой приборов и тщательно разъясняя, что и как должно быть. Сотрудник института и сам, конечно, знал, как ему лучше работать. Но долг начальницы научного отдела состоял в том, чтобы у всех всё было семь раз отмерено и лишь один — отрезано. Бесшумно зашагав в сторону учёной, Икари-младший ещё раз оглядел помещение и попробовал понять, по какой причине его попросили сюда явиться. Сама доктор Акаги заметила его приближение как раз тогда, когда самому пилоту оставалось дойти до неё всего несколько шагов. Она просто неожиданно решила обернуться, чтобы посмотреть, что у неё за спиной, как вдруг обнаружилось, что Синдзи уже здесь и более того, он направляется прямо к ней. — А, Синдзи? — без особого энтузиазма заметила учёная, — Это хорошо, что ты тут. — Хотели видеть? — спросил парень. — Хотела. Вот, подойди и посмотри. Без лишних слов подойдя и, как велела Рицко, посмотрев на монитор, подросток признал схематическое изображение новой брони на Еве. — Детальную структуру, пожалуйста, — обратилась к оператору учёная. Молодой человек в бежевой форме стукнул по череде кнопок, и один из фрагментов изображения увеличился. На экране незамедлительно выскочили новые строки с вписанными в них данными о строении кристаллического покрытия. Правда, как заметил сын командующего, информации пока ещё было не слишком много. — Разбираетесь с последними нашими подарками от Ангелов? — спросил Икари. — Можно и так сказать. Блондинка издала смешок. Синдзи повернулся к ней лицом. — Экспериментируем. Доставили новое снаряжение — тестовые образцы. У твоей Евы сгорела большая часть электроники после боя с Рамиилом — пришлось спешно заменять на то, что было под рукой и что не доставляло сильных хлопот. По ходу дела выявили пару интересных деталей. Теперь заменяем снова и вдобавок готовим совмещение со стандартной броней. Постоянно светить новой «обёрткой» Первой тоже никто не хочет, тем более на предстоящей презентации. Как видишь, задач у нас достаточно, а кроме всего, что у нас есть и так, нужен ещё и пилот, который бы помогал с Евой непосредственно изнутри. Может быть, выкинешь ещё пару фокусов и поможешь нам во благо науки? Ты, вроде как, уже со своим оружием на ты? — Если во имя науки, то тогда ладно. И если потом можно будет обсудить ещё один волнующий меня вопрос. — Если вопрос будет приличным. — Он будет, док. Когда садиться в Еву? — Можешь прямо сейчас идти и взбираться на борт. — Как скажете, док. Подняв руки в примирительном жесте, Синдзи удалился с наблюдательного поста прочь. Оператор задумчиво посмотрел ему вслед. — Странный парень, — заметил он. — Ещё как странный, — устало протянула Рицко, — но этой странностью он всех и берёт. Ева у него тоже такая — под стать пилоту. Что ж, пусть удивит нас чем-нибудь хорошим.

***

Ввод капсулы. Активация. Синхронизация. Синдзи смотрит на мир глазами Евы. Он даже почти не заметил, как прошёл процесс включения Евангелиона. Странно. «Неужели уже настолько привык?» — подумал про себя пилот, прикрывая глаза и вслушиваясь в ставший таким привычным гул систем. Или это всё же не системы гудят, а… что-то другое? Все пилоты его слышат. В научном отделе же бытует мнение, что эти шумы являются следствием соединения мозга пилота с мозгом Евы. До сегодняшнего дня полудемон почему-то не придавал этому никакого значения. А сегодня это странное гудение как будто зазвучало для него по-новому. Словно что-то изменилось в Еве, причём это не просто какие-то приращения по типу новой брони или оружия, а что-то более глубокое — коренное. — Синдзи? Акаги не заставила себя долго ждать — вышла на связь сразу же. — Слушаю, док. — Всё в порядке? Ты нормально себя ощущаешь? Со стороны Икари-младшего последовала короткая задержка. — Да, док, всё в полном порядке, — немного отстранённо ответил он. Подросток попробовал прислушаться к гудению. «Вроде бы, гул как гул, — пронеслось у Синдзи в голове, — а звучит как-то не так, всё же». И вправду, звук как-то изменился. Как будто стал мысленно напоминать о какой-то песне. — Хорошо, — продолжила меж тем начальница научного отдела, — Итак, можешь сконцентрироваться на кристаллическом покрытии? Скажи, если что-нибудь почувствуешь — кто знает, что с ним можно сделать. — Попробуем, док. Синдзи прикрыл глаза, не обращая внимания на осторожно передвигавшихся по ангару техников и расставленную везде аппаратуру. «Ева» — как можно более тихим и певучим голосом попробовал парень воззвать к разуму машины. Связь с центром в определённый момент прервалась. С короткой задержкой раздался короткий знакомый рык. И его пилот был более чем рад сейчас услышать. «Ну? Как ты без меня?». Рычание кажется действительно родным. В сравнении с ним постоянный гул вовсе отходит куда-то на второй план. Икари попробовал углубиться в свою связь с Первой. Пилот и машина — две части единого целого. Единого целого оружия. Один уже является живым продолжением другого — оба они думают уже в такт друг другу и на пару продумывают всё, что хотят сделать в следующую минуту. Живая машина. Синдзи как бы протягивает к Еве свои руки, стремясь наладить лучший с ней контакт. Ева также протягивает к нему свои руки в ответ. И рычание постепенно преобразуется во вполне понятные пилоту слова, дополняется всё более яркими и разборчивыми образами. Первая радуется. Хотя и не показывает этого прямо. «Можешь помочь?» — спросил у машины пилот, ссылаясь на новую кристаллическую броню. Ева начала анализировать запрос. Она думала. А потом у Синдзи в голове раздался гулкий голос машины: Можно попробовать. В словах были слышны некоторые сомнения. Тем не менее, Ева была готова оказать пилоту какую бы то ни было помощь. Что бы для этого ни понадобилось — что ей, в конце концов, будет? Осторожно отпустив рычаги управления, полудемон прогнал через лёгкие очередную порцию ЛСЛ и медленно расслабился. Тело было полностью отдано синхронизации. Вокруг стало слышно сплошное гудение — оно заволокло собой всё вокруг. Икари выпрямил спину, мыслями полностью концентрируясь на этом гудении. Он наконец-то понял, в чём состояли странные едва заметные изменения в этом гуле: это были мысли самой Евы. Ещё одно проявление её голоса. Раньше она думала менее определённо. У неё не было стольких мыслей. Теперь же она изменилась. Где-то на середине своих размышлений Синдзи окончательно потонул в этом гуле.

***

Научные сотрудники и операторы в наблюдательном центре, замолкнув, ожидали результатов. Рицко сложила руки на грудь, напряжённо следя за Евой в испытательном ангаре за бронированным стеклом. «Ну, давай, — пронеслось у неё в мыслях, — удиви нас хоть чем-нибудь приятным, Третье Дитя. Мы будем совсем не против». Признаться честно, ни в какие чудеса Акаги сейчас не верила. Но раз уж сын командующего уже по несколько раз к ряду выкидывал весьма полезные, хоть и неожиданные фокусы, то почему бы ему не сделать этого и сейчас? Почему нет? Вдруг снова обнаружится что-нибудь интересное? Вдруг снова появится новый материал для исследований? Каждое из предыдущих приращений сослужило какую-то пользу. Причём не только пилоту с его Евой — научный отдел тщательно анализировал все полученные им в процессе исследований образцы тканей. Сначала была изучена произошедшая в машине перестройка организма. Потом занялись феноменом «пластыря» на правой руке Евангелиона. Теперь изучалась новая броня, обещавшая стать принципиально новым словом в области создания новых материалов и покрытий. Ангельская броня была у них в руках — только подумать. Какой потенциал в ней заключён? Какие возможности открываются с её использованием? Всё это ещё только предстояло проверить. И потому все сейчас ждали одного: когда от пилота начнут поступать хоть какие-то сигналы.

***

— Смотрю, раскрыться сыну вы так и не решились, — многозначительно протянул Георг, проплыв куда-то мимо Юи по пустому тёмному пространству. Русоволосая женщина и сама возникала то в одном месте, то в другом, явно с чем-то усердно возясь. Наёмник ощущал какие-то неясные колебания вокруг — мать Синдзи определённо работала с Евой. — Ева, что характерно, вас тоже не выдаёт, — заметил мужчина. Учёная некоторое время ничего не отвечала. Сосредоточенный взгляд зелёных глаз упирался куда-то в кромешную тьму так, словно там действительно было сокрыто нечто очень важное. Георгий мог бы посмотреть, что именно. Если бы он этого хотел, конечно. Но ему не это было интересно. В какой-то момент дух полудемона попросту завис где-то во мраке этой пустоты и принялся молчаливо наблюдать за действиями доктора Икари. Что-то странное мелькало в его глазу, пока он смотрел, как работает эта женщина. «Юи» — непонятно с чего пронеслось у него в голове. Мысли заполнились чередой каких-то смутных воспоминаний. Наконец со стороны японки раздался усталый вздох. И это было странно, учитывая, что нематериальным сущностям не было нужды дышать вовсе. Это заставило Георга немного насторожиться и податься вперёд по отношению к учёной. Юи повернулась к нему лицом. «А ведь красивое лицо» — подумал Георгий. — Синдзи не стоит на меня отвлекаться. И неизвестно, чем ещё может обернуться для него это знание. А Ева, по большей части, может только подозревать о моём существовании — я давно поставила жёсткие блоки. Они оба не знают, что мы здесь между собой разговариваем. Георг, до этого висевший в пространстве вверх тормашками (относительно всё той же учёной), неспешно провернулся вокруг своей оси и придвинулся к женщине чуть ближе. — Ладно, — сказал он, — если вы так не хотите, я не буду срывать ваши безупречные планы и портить такую хорошую конспирацию. Тем не менее, моё мнение таково, что ему следовало бы знать. — Моё мнение, увы, другое. На лице Юи отразилась тонкая улыбка. Она не могла не отметить пристального взора наёмника, обращённого к ней. Это лицо и этот взгляд ей казались уже знакомыми — Икари такое уже видела. Обычно Георгий был в разы менее вежлив со всякими чужими ему людьми. Когда они столкнулись впервые, он таким и был — в меру грубоватым и в меру наглым. Сейчас в нём что-то переменилось. Как будто он постоянно видел что-то в образе учёной. Или кого-то.

***

Тяжело усевшись на лавку в раздевалке, Синдзи дёрнул головой и попытался избавиться от назойливого звона в ушах. Широко распахнув глаза, парень уставился взглядом куда-то в пол, ничего не говоря и не делая. Больше в помещении никого не было. Только он и его мысли. И звон в ушах. Мозг, казалось, ощущал любые едва заметные колебания в воздухе, и от этого становилось ещё хуже. Давно ему не было так паршиво. Мурашки то и дело бегали у него по коже, напоминая о двигавшихся прямо на теле у Евы кристаллах. Всё вокруг казалось каким-то… нереальным. Не таким, каким должно быть. Подросток попробовал поморгать, помассировать виски, успокоиться. Но внутри всё ещё что-то было не на месте. Стены вокруг словно расплывались. И лишь резкий толчок изнутри заставил пилота вздрогнуть и отвлечься от всего этого. Собрался. Отставить психодел в мою смену. Не положено. Ещё один разряд. Тело будто бы прошибает током насквозь. Вместе с сознанием. На миг в глазах всё замерцало и пожелтело. Синдзи задёргал головой. Началась своеобразная перезагрузка. Когда же она закончилось, в голове остался глухой звук тишины. Но мысли, в целом, прояснились. Снова Георгий со своими демоническими штучками. Ну? Прочистил голову? «Ещё… Как» — сын командующего насилу привёл мысли в порядок. Вот и хорошо. С тобой хотят поговорить научники. Не расстраивай доброго доктора Акаги и не забудь задать свои вопросы. Пошёл. Размяв шею и встав, пилот отбросил все лишние мысли. Да, всё в порядке. Определённо, от него не требуется ничего тяжелого. И всё, что нужно, он сделал: броня на Еве зашевелилась. И электроника была ей воспринята отлично. Синдзи оделся и направился к выходу, но стоило ему выйти, как в коридоре его уже подловила Ибуки. — Икари-кун? Девушка отстранилась от стены, держа в руках какие-то документы, скрепленные воедино. Парень тут же обратил на неё внимание. — Майя? Администратор технического отдела вдруг осеклась при виде неестественно резко и механично повернувшего к ней голову подростка. Взгляд стеклянных глаз на миг напомнил ей о камерных объективах — таких же холодных и безжизненных. Но лишь на миг — взор парня тут же прояснился, и он сам как-то встрепенулся. — Прости, — неожиданно коротко сказал Икари-младший, — Я не хотел. Он нечасто извинялся. — Ничего… Доктор Акаги попросила пройти к ней в кабинет. Для важного разговора. Ничего не случилось? — Нет. Всё в порядке. В полном.

***

Кацураги внимательно изучила доклад с планом предстоящей презентации. Появились некоторые важные подробности. Подполковник прошлась по ангару, дошла до пары каких-то ящиков и встала возле них. Она оторвала свой взгляд от документации и посмотрела на огромных размеров транспортник, с которым сейчас усердно возились сотрудники технического отдела. Технический отдел. На их плечах постоянно лежит столько забот и обязанностей, что их вклад в каждую победу тяжело переоценить. Последняя боевая операция — наиболее яркий пример того, что НЕРВ держится на труде многих людей. Огромное крылатое нечто в ближайшем времени должно было поднять Первую в воздух и перенести к исходной позиции, откуда Ева начнет работать сразу же после высадки. Машина будет десантирована с воздуха впервые, но это определённо никого не напрягало: робот мог выдерживать и большие нагрузки. Там Синдзи начнёт отрабатывать все необходимые манёвры. Время выхода у института было своё — Кацураги уже ознакомилась с полным планом. — Думаешь, Мисато? — спросила подошедшая со стороны выхода Акаги. — Да так — в меру возможностей, — отмахнулась офицер, — Подозрительно это всё как-то, если подумать. — Пояснишь? — Я имею ввиду все эти демонстрации и презентации. Сама посуди: одна организация в ведомстве ООН, располагающая одним из новейших вооружений — Евой, и одна корпорация с непонятными амбициями и каким-то своим проектом, которому уделено во всём этом мероприятии отдельное место наравне с Евой. Нас преднамеренно сталкивают, а спроста такое не происходит. Женщины с минуту постояли молча. Мисато продолжала пристально наблюдать за работой техников. Хмыкнув и пожав плечами, Рицко лишь закурила сигарету. — Думаю, опасаться нечего, — высказала учёная своё мнение. — Здесь можно поступить, в некотором роде, как наш Синдзи. — М? Зацепившись за упомянутое в разговоре имя пилота, Кацураги вопросительно посмотрела на блондинку. Та сделала затяжку. — Приходим, делаем, уходим, — пояснила наконец Акаги. Подумав, Мисато улыбнулась. Действительно. Только есть одно «но». — Знаешь, а всё верно, Риц, — издала смешок военная, — только он бы, скорее всего, сказал «валим». Так звучит более аутентично, не находишь? — Может быть, может быть… Во всяком случае, он сегодня почти так и поступил после того, как выдал очередной фокус. — Какой ещё фокус? — не поняла Кацураги. — Про новое покрытие Евы помнишь? Сегодня с ним работали. Удивил он нас, конечно… — Рицко! Не томи — говори, что там. — Евангелиону завезли новое снаряжение. Так что на демонстрацию он поедет с обновлениями. И что удивительно, броня эти обновления восприняла на ура. Только вот Синдзи после этого поспешил удалиться прочь. Он просидел ещё некоторое время в раздевалке. Но с ним, пожалуй, всё в порядке — мы с ним говорили потом. — Честно, Риц, тебя послушаешь — одна новость лучше другой. — Работа такая.

***

Застегнув пуговицы на рукавах рубашки и поправив галстук, Кенске осторожно надел чёрный китель. Обычные офицерские знаки различия отсутствовали — имелся значок с эмблемой института. Застегнувшись, Аида посмотрелся в зеркало. Минули последние дни подготовки. Он летит на это мероприятие, получив все необходимые вводные и сдав нормативы. По-армейски коротко стриженный подросток чуть наклонился к зеркалу, чтобы внимательнее осмотреть собственное лицо. Вроде бы никаких серьёзных изменений, а всё равно он выглядит уже как-то не так — иначе. Другая причёска, другой взгляд, осанка. «Ладно, — подумал пилот, — пора». Парень ещё раз поправил форму и направился на выход. Нужно было не опоздать на вылет.

***

Двигатели транспортника с грозным гудением начали прогреваться. Синдзи проводил взглядом скрывшиеся внутри фигуры Кацураги и Акаги. Туда же следом шмыгнул и Кенске. Что ж, по крайней мере, Икари сегодня впервые увидел начальницу научного отдела в своей парадной форме синего цвета. Мисато-то при нём уже в своём чёрном мундире мелькала, причём не раз — некоторые случаи требовали от неё такой «выкладки». В том же пассажирском отделении уместилась пара солдат для охраны. Когда бортовой трап убрался, а дверца была плотно закрыта, летательный аппарат медленно оторвался от земли и начал плавно подниматься вверх. Когда он на мгновенье повернулся к пилоту Евы боком, Синдзи помахал машине рукой, как бы провожая в добрый путь. В ответ ему один из двух пилотов поднял большой палец вверх, а глядевшая в иллюминатор Кацураги показала жест Виктория. Сплошные жесты — ни одного слова. Когда воздушное судно скрылось где-то далеко вверху взлётной шахты, полудемон захрустел затянутыми в чёрный комбинезон кулаками и пошёл готовиться к своему вылету. У него рейс позже.

***

Аида напряжённо посмотрел за окно. Мрак шахты сменился пейзажем прилежащих к городу лесов. Развернувшись по нужному курсу, воздушный транспортник полетел вперёд. Кацураги заметила, что резервист пребывает в обеспокоенном состоянии, и начала внимательно вглядываться вдаль, пока Акаги привычным движением раскрыла ноутбук и начала увлечённо просматривать там какую-то информацию. Самый непричастный вид был у пары бойцов охраны, сидевших чуть в стороне. Кенске, конечно, пытался скрыть потаенную тревогу, но у него пока не было достаточного опыта в таких делах. Потому Мисато могла раскусить его на раз. Офицер, заметив что-то, поддела парня плечом. Тот с удивлением посмотрел на улыбавшуюся чему-то брюнетку. — Аида, ты взял камеру? — спросила подполковник, глядя на подростка хитрыми глазами. — Про запас, Кацураги-сан, а что? — Хочешь интересные кадры? — А? — Посмотри направо. Пятый пилот послушно обратил взор в указанном направлении и заметил в воздухе два неопознанных силуэта. Находились они далеко, но приближались с каждой секундой. Это были боевые вертолёты Стратегических Сил Самообороны Японии — Кенске тут же стал снимать их на вытащенную камеру. Пара разведывательных Ми-24 стремительно пронеслись под хеви-файтером НЕРВ. — Специальная модификация для японских Сил Самообороны, — протянул Аида. — Ага. — А я-то думала, что мы уже перешли на VTOL, — скептично протянула Акаги больше из скуки, нежели из настоящего интереса. — А 15 лет назад таких хороших VTOL не было. Кацураги с улыбкой откинулась на спинку сидения. — Их командующий обещал установить контроль в кратчайшие сроки, — уже мрачнее добавила она, — Что ж, оперативно. Эти ребята, всё-таки, не любят шутить. — Ну, это ведь означает, что мы теперь под надёжной защитой? — Надеюсь на это, Кенске.

***

Поочередно разложив на ящике перед собой Глок-18, MP5K и магазины к ним, Синдзи принялся тщательно проверять оружие на готовность к разного рода незапланированным ситуациям. Рядом лежал нож для выживания и пара футляров с медикаментами и другими припасами. Под сидение пилота не так давно вмонтировали отделение для специального набора. Отсек был небольшим, ЛСЛ туда не проникала — замкнутость была максимальная. Насколько знал Икари, его должны были выбросить с самолёта прямо в Еве и он, как пилот, находил это интересным. Его действительно заинтриговали — с Первой он ещё никуда не летал. Да и вообще ни он, в последнее время, ни его Евангелион, по понятным причинам, Токио-3 никоим образом не покидали. Это было вполне логично: с тех пор, как сын командующего сюда приехал и впервые сел в машину, они в некотором роде вместе заступили на боевое дежурство с неопределённым сроком. Задуматься об этом вышло только недавно и то лишь из-за осознания специфики предстоящего задания. Командировка куда-то за пределы города, можно сказать, была настоящим курортом. Условно, конечно. Да, курорта сейчас Синдзи не хватало… Из-за неожиданно пришедшей в голову мысли, все размышления будто бы разом прервались. Взгляд молодого полудемона неосознанно потянулся к тёмному углу между какими-то контейнерами под крылом транспортника. Шутки шутками, а что ему предрекает заключенный не так давно контракт? Не так давно он чуть не сварился вкрутую в капсуле Первой. А потом, едва отдохнув, вдруг узнал, что вся его жизнь так сложилась неспроста. Недавно у него было время над всем подумать. Он заключил контракт, так чем же теперь этот контракт был для него? Таинственная девушка из тьмы, подославшая лишившемуся матери мальчику полудемона в опекуны. И ждущая после этого 11 лет специально для того, чтобы потом поговорить с этим самым мальчиком и заключить сделку. Плата. Икари-младший воспринимал свой контракт как плату за всё. Оно того стоило. Хотя вот интересный вопрос: а вдруг эта самая «таинственная сущность» и смерть его мамы спровоцировала?.. Во всяком случае, отчего-то подросток теперь искоса поглядывал на некоторые тёмные углы. — Собрался куда-то без охраны? — прозвучал знакомый голос у Синдзи за спиной. Память подводила пилота редко. Обернувшись, он воочию увидел перед собой Сид. «Вот уж по кому я успел чертовски заскучать» — подумал вдруг парень. — 20 сантиметров брони, это, конечно, не так надёжно, как твоё постоянное прикрытие, — хмыкнул сын командующего, — Но на раз сойдёт. Если серьёзно, то как ты себя чувствуешь? — Так, что в очередной раз задаюсь вопросом: с чего ты перешёл со мной на ты? Девушка в накинутом на плечи сером пиджаке улыбнулась уголком губ. — Значит, всё хорошо? — Вроде того. От внимания Синдзи не ушло то, как Сид мрачно покосилась в сторону, и он понимал, что это неспроста. Ведь в неё угодило несколько пуль, и бесследно это не прошло. Более того, всё могло быть куда хуже, если бы единственной выжившей сотруднице СБ тогда не оказали срочную медицинскую помощь. Она, в отличие от него, не обладает никакой регенерацией, у неё нет ни демонических сил, ни мутаций от Евы. Это простой человек, как и многие. Тем не менее, Сид всё ещё была здесь. И уходить на покой явно не собиралась. — Я слышал о реорганизации всех сил безопасности НЕРВ, — сказал Икари, возвращаясь к проверке оружия. — Насколько всё серьёзно? — Учитывая недавние потери и нынешний отток кадров? — Сид подошла к нему с правой стороны и осмотрела набор, — Если честно, тяжело заглядывать вперёд, когда не понимаешь даже настоящего. — При нападении на торговый центр потери были значительными, но не массовыми. Уходят сейчас тоже некоторые — я не прав? — Если бы только некоторые, Икари. Плюс, нам самим приходится подчищать личный состав. — Ясно… Окончательно убедившись в исправности выданного ему оружия, пилот сунул пистолет в кобуру и распихал все остальные примочки по специальному поясу. Пистолет-пулемёт он временно повесил на плечо. Синдзи повернулся к сотруднице СБ лицом и встретился с ней взглядом. — Удачи, — сказала Сид. — Спасибо. Совсем рядом стоял его Евангелион, который техники старательно подготавливали к предстоящему вылету. Сам парень направился к капсуле. Сид, посмотрев ему вслед, ушла куда-то по своим делам. Тут, где-то на половине пути, к Третьему Дитя присоединилась… Рей. Одетая в тренировочную серую футболку и чёрные штаны девушка пошла сбоку от Икари-младшего. Тот чуть удивился приходу сестры. — Рей? — Я хотела тебя проводить, — кратко пояснила ситуацию Аянами. Эти слова заставили Синдзи замолчать и задуматься о чём-то своём. Двое подростков размеренно шагали к капсуле пилота. Вокруг раздавались голоса инженеров и техников, усиленно дорабатывавших последние приготовления к полёту. Полудемон вдруг скользнул взглядом своих разноцветных глаз по рукам девушки. У капсулы он остановился и осторожно взял сестру за ладони, поднеся их поближе к себе. Парень внимательно осмотрел костяшки кулаков. Некоторые чуть припухли. Икари тяжело вздохнул. Синеволосая девушка посмотрела на него с лёгким непониманием. — Рей. Это были тренировки? — Да. — Почему руки не были защищены? — Я стремилась укрепить их. — Сама? Рей тут же кивнула в ответ на вопрос брата. Тот, постояв немного, отпустил её потёртые девичьи руки и посмотрел куда-то вниз и в сторону. Да, ему хотелось, чтобы сестра становилась сильнее. Но сейчас его кольнуло потаенное, глубоко спрятанное внутри нежелание причинять ей ненужный вред. Ему хотелось, чтобы сестра хоть изредка могла побыть в безопасности — без лишних травм и перегрузок. — Рей? — Синдзи снова поднял глаза на девушку. — Да, Синдзи? — Пожалуйста, не перетруждайся и береги своё здоровье. Обдумав услышанное, Аянами кротко кивнула. Почему-то сейчас Икари посетило поистине странное чувство. Ему такое было прежде незнакомо. Расставание. Пусть и короткое, но… всё же расставание. Чтобы хоть как-то развеять непривычную и потому не нравящуюся ему атмосферу, полудемон попытался улыбнуться. — Слушай, как вернусь, давай тебе что-нибудь вроде тактических перчаток подберём? — предложил сын командующего, — А заодно ещё что-нибудь возьмём и погуляем. — Но ведь торговый центр… — хотела было начать Рей. — Не думай о торговом центре. Синдзи спешно положил руку на макушку головы сестры и чуть потрепал её за волосы. Он обернулся и посмотрел на капсулу. Потом снова посмотрел на Аянами. — Ладно, мне пора. Вернёмся — ещё поговорим. Подростки разошлись. Первое Дитя отошла в сторону и пронаблюдала за тем, как её брат поднимается к люку капсулы.