Между разумом и сердцем

Я еще не ложился сегодня ночью спать. Я морально сломлен. Я хочу убежать... Но не знаю, куда мне идти. Я зову Тебя... Через боль... Ты повернешь ко мне свое лицо? Я требую! Мне нужно чудо! Если Ты смог зажечь солнце во тьме, Если Ты смог оживить мертвого, Если Ты смог осушить океаны, Тогда я знаю, что Ты можешь изменить мою жизнь! Я знаю: Ты можешь изменить мою жизнь. Ashes Remain – «Change My Life»

Вот уже который день гениальный консультант, забросив все дела и эксперименты, лежал на диване, устремив взгляд в потолок (четыре пятна от реактивов, две трещины и одна шероховатость, к которой детектив был непричастен), и страдал. Но не от скуки. А от того, что, будучи человеком умным, но совершенно не подкованным в вопросе взаимоотношений между людьми, Шерлок Холмс отказывался понимать, что он сделал не так. - Что тут, собственно, неясного? – спрашивал он сам себя. - У меня были дела, мне было необходимо расформировать организации Мориарти по всему миру. Что сразу обижаться? Хотя, может, дело не только в этом? Может, дело в той женщине, но, Бога ради, она же ему лгала столько времени! Так или иначе, перед тем разговором с Ватсоном детектив не рассчитывал на то, что Джон будет долго сердиться, ведь он не может без приключений и опасностей. «Надеюсь, он тут за два года не заржавел», – вот, что думал Шерлок накануне их встречи, наигрывая легкую и расслабляющую мелодию на скрипке, то и дело сбиваясь и добавляя к нежным переливам инструмента тоскливые нотки. На улице, вторя настроению детектива, шел дождь, громко ухая по окнам тяжелыми каплями. Но Шерлок его не слышал, хотя и любил играть в ливень, стараясь попасть в такт каплям. А ведь не было лучшего времени, чтобы написать новую мелодию, но только сейчас Холмсу было совсем не до этого. Прошло уже несколько недель с тех пор, как они с Джоном последний раз разговаривали. Смс и звонки остаются без ответа, блог заброшен и пылится на просторах интернета. Шерлок заходит в него иногда от скуки, даже стал самостоятельно проверять почту. А в блоге только и крику: «Это правда? Правда, что Шерлок жив?» Шерлок на крики поклонников не отвечал и почту просматривал одним глазом, не пытаясь переключиться на скорость «с одного взгляда распознать интересное дело». Заниматься чем-либо без Джона Ватсона, невыносимого зануды и верного помощника, не хотелось вовсе. Вот вам и социопат! Впервые за время своей практики Холмс был в таком ступоре. Казалось бы, потосковали и хватит, а все же тревога не отпускала сыщика. Попытки решить задачку самому привели его в тупик. Что поделаешь, когда человек, который всегда направлял его и помогал сконцентрироваться, на данный момент и является той самой задачей, которую никак не может осилить Холмс. «Просто очередное нераскрытое дело», - про себя окрестил ситуацию Шерлок. Медленно сев и подождав, пока пройдет головокружение (когда он в последний раз ел?), детектив взял с журнального столика телефон и уставился в экран так, будто на нем были написаны ответы на все его вопросы. Холмс гипнотизировал аппарат минуты три, но тот не выдал своих тайн. Вздохнув, Шерлок озвучил то, что так настойчиво пытался отринуть все это время. - Как это не прискорбно, но мне нужен совет, - с этой мыслью Холмс набрал номер единственного более-менее адекватного инспектора Скотланд-Ярда, которого звали Грекх Лестрейд (Гретс? Джеф? Черт его разберет, что это за имя такое?!). - Шерлок? Что-то случилось? – запыхавшимся голосом ответили на другом конце провода. - Почему сразу случилось? Я не могу позвонить и пообщаться со своим старым приятелем? – пытаясь не использовать свои обычные приемы для заманивания людей к себе, ответил Шерлок. - Значит, случилось. Сейчас приеду, - тут же ответил Грег (если я не ошибаюсь, зовут Лестрейда именно так). Шерлок поднялся с дивана, взметнув полами халата, и направился в душ. - Не хватало ещё, чтобы Лестрейд застал меня в таком виде, - бурчал себе под нос детектив. Взглянув на себя в зеркало, Шерлок поморщился. Дедукция заработала на полную мощность, считывая информацию и ставя неутешительные диагнозы: провел не одну бессонную ночь, состояние безрадостное, разочарован, физически ослаблен. - Вот, что делают с людьми сантименты, - сказал своему отражению Шерлок. А про себя подумал, что будь рядом Джон, он бы не допустил всего этого безобразия. Ругая Холмса, он бы приготовил для него чай и тосты и проследил, чтобы Шерлок все съел. А затем отправил бы его спать, шантажируя тем, что не пойдет с ним на место преступления или не будет оттаскивать от детектива разъяренную Донован. Шерлок хмыкнул. Им с Джоном уже не раз говорили, что они ведут себя, как старые ворчливые супруги. Что бы понимали эти люди! Шерлок знал, что Ватсон считал своим долгом - долгом врача и друга, заботиться о Холмсе. В свою очередь, он тоже заботился о Джоне, как бы странно это ни звучало. Например, два года назад Шерлок избавил голову доктора от абсолютно ненужного в ней пулевого отверстия. А еще он считал Джона наименее раздражающим индивидуумом из всех известных ему людей. И это было бесспорным комплиментом для доктора. *** Прошло немногим более получаса, как вбежала миссис Хадсон, жалуясь на то, что звонят в дверь, что примчался инспектор, что Шерлок никогда не открывает дверь сам, а она вовсе не домработница для консультанта полиции. Одним словом, много совершенно никому не интересной информации, которую не запоминала, наверняка, даже сама миссис Хадсон. - Ну, и что случилось с тобой на этот раз? Скучно? Раскрыл дело и мне нужно кого-то арестовать? Ты позвал меня, чтобы похвалиться и ткнуть носом Скотланд-Ярд в его некомпетентность? – на одном дыхании выдал инспектор все, что успело прийти ему в голову по дороге. - Дай подумать! – зачем-то сказал Шерлок, ведь думать он никогда и не переставал и ему было не свойственно говорить нечто подобное. Будучи знакомым с Холмсом длительное время, Грег замолчал и решил тихонько присесть в кресло, в котором любил сидеть Джон Ватсон. - Видишь ли, Гретс… - Грег, - на автомате поправил полицейский. - Как угодно, - отмахнулся Шерлок, давая понять, что он все равно не запомнит. – Джон со мной не разговаривает, а между тем, я простил ему то, что он сломал мне нос, разбил губу и накричал на меня. Я же, в свою очередь, избавил его от лгуньи, на которой он чуть было не женился. И он опять накричал на меня. Оказалось, это я виноват в том, что он не женился, - Шерлок вновь вспомнил тот вечер и его глаза слегка сузились. - Может ты, как несомненно подкованный в вопросах людских отношений человек, подскажешь мне, чего этому чертовому Джону Ватсону от меня ещё надо? К слову, я ещё и прощения за свое отсутствие попросил. - Отсутствие? – зачем-то переспросил инспектор. Непонятно зачем, ведь Шерлок говорил внятно и громко, чтобы можно было понять с первого раза. Холмс по своему обыкновению сослал это на людскую странность, мол, наверное, так принято. - Шерлок, отсутствие - это когда ты говоришь, что тебе нужно уехать по делам на пару лет, прощаешься и уходишь/улетаешь/уезжаешь. Ты же сымитировал свое самоубийство! Это привело к лишению рассудка одного человека, скачку преступности в четырех районах Лондона, созданию фан-клубов по всему миру в твою честь и, что на данный момент, очевидно, тебя и волнует, впадению Джона Ватсона в глубокую депрессию, из которой накануне твоего возвращения он только начал выбираться. - У Андерсона и так с головой не все в порядке было, за преступниками у нас Скотланд-Ярд поставлен следить, фан-клубы - это лишь способ скоротать одиночество интернет-зависимых людей, - Холмс решил показать, что выслушал всю тираду про несерьезные вещи. - Хорошо, допустим, я виноват, - глядя на закатившего глаза к потолку Лейстрейда, ответил Шерлок. – Что нужно сделать, чтобы Джон оставил эти глупости и начал уже работать? Мне нужен мой помощник, - почти по слогам произнес Холмс, пытаясь донести до собеседника свою мысль. «И мой друг», - добавил он про себя. На самом деле про себя Холмс часто называл Джона «Мой друг». Это позволяло чувствовать значимость конкретного человека, знать, что кого-то можно назвать «мой» и не услышать в ответ присущее Майкрофту: «У тебя нет друзей» или «Ты не нужен никому, Шерлок». Социопатами ведь не становятся просто так. Зачерствевшее сердце давно дало трещину, впуская в образовавшуюся прорезь отставного военного, а ныне личного помощника и верного ДРУГА, который, впрочем, сейчас смертельно обижен на беспардонного детектива. - Допустим, ты и вправду виноват, - не смог удержаться от колкости Грег. - Тогда тебе стоит извиниться столько раз, сколько понадобится. Но, для начала, дай ему время, чтобы остыть. Так как отвечать он тебе на сообщения с извинениями не будет, езжай к нему домой - уж там то он не сможет от тебя отделаться, выключив звук. Не пустит – сиди под дверью и продолжай извиняться. Так или иначе, если он тебя за все это время не убьет (а я закрою на это глаза, сославшись на чистую случайность), то он тебя простит и, может быть, даже продолжит с тобой работать. - Шерлок? Ты меня слушал? Шерлок? – Лестрейд помахал перед лицом сыщика рукой, но тот не подавал признаков присутствия, глядя вперед не моргая. Просидев в кресле еще минут пять и не дождавшись ответа, инспектор встал и вышел из дома, поняв, что мысль до мозга детектива все же дошла и теперь находится в стадии обдумывания и разработки стратегии. - Ох, бедный Джон! Кажется, ему предстоит немалое количество дней, проведенных со скулящим и вымаливающим прощения Шерлоком. А хотя, кто его знает, что он там сейчас себе надумает, - с этими мыслями инспектор Лестрейд сел в автомобиль и, надеясь, что команда из Шерлока Холмса и доктора Ватсона скоро вернется в строй, уехал восвояси. Грега ждали обычные для его профессии дела - попытки раскрыть убийства и кражи, что сыпались на его отдел, как из рога изобилия. Спустя несколько минут Холмс моргнул. Через пару минут еще раз и еще. - Думаешь, стоит пойти на штурм? Других предложений у тебя нет? – Шерлок огляделся и понял, что пробыл в чертогах разума слишком долго, пролистывая все, что знает о Джоне Ватсоне с момента их встречи и до момента, когда тот ему зарядил лбом в переносицу. Собственно, информации было много. Шерлок выискивал слабые места, то, что любит доктор, чем его можно подкупить. Несомненно, консультант услышал все, что сказал ему Грег, теперь нужно было решить, как к Джону подступиться. И, пожалуй, стоит запастись платками на случай, если нос ему разобьют еще не раз. - Шерлок, к тебе посетитель, - заверещала из прихожей миссис Хадсон своим писклявым голосом, оповещая о приходе нового дела, которое, возможно, и поспособствует примирению консультанта с другом.