Личная месть
17 июля 2015 г., 00:05
Отчасти Небо услышало Асэми, оставив ей в противники того, кого она просила, правда отодвинув её бой на последнее место. Благо, кроме них оставалась всего одна пара шиноби и именно их имена высветились на табло.
— Акимичи Чоуджи и Досу Кинуто, — громко сказал Гекко Хаяте, призывая их спуститься, ведь отборочные соревнования явно затягивались, из-за того, что противники, по большей части, были очень сильными.
Досу не торопливо спускался по лестнице, явно думая на свои, отстранённые темы, потому как взгляд у него был «отсутствующий». Чоуджи — напротив, довольно живо, не смотря на свою пухлую комплекцию, сбежал вниз и дожидался своего противника, причём вид у него был довольный. Ещё бы, ведь Асума-сенсей пообещал ему на ужин столько мяса, сколько он сможет съесть! Дождавшись Досу, Чоуджи заявил, что очень рад наконец-то оказаться с ним лицом к лицу.
— Давай уже быстрее, — скорчив презрительную гримасу сказал Досу, явно не разделявший его оптимистического настроя.
— Как скажешь, — улыбаясь ответил Чоуджи, — значит я буду стараться победить тебя быстро!
Радость Чоуджи продолжалась ровно до того момента, пока не зазвучали подбадривающие крики с балкона. Если Наруто, Шикамару и даже Асэми просто желали ему удачи, то Ино в своей «кричалке» посмела назвать его жирдяем!
— Я быстро закончу поединок, и ты ответишь за свои слова, Ино, практически прорычал Чоуджи. От улыбки у него не осталось и следа, зато теперь он рвался в бой ещё сильнее.
— Ино, а зачем ты так обозвала Чоуджи? Я думала ты хочешь, чтобы он победил, — решилась спросить Асэми. Ино с удивлением посмотрела на задавшую вопрос блондинку, явно раздумывая, сделать презрительную мину и отвернуться, или же со снисхождением ответить. Всё же гордость за свою выходку и тщеславие сделали свою работу и Ино склонилась ко второму варианту.
— Уж и не знаю зачем тебе отвечаю, — оглядев Асэми с голову до ног, начала говорить Ино, - но так уж и быть, объясню, — причём чем больше слов вылетало из уст Ино, тем сильнее менялся её тон: вот уже куда-то делось презрение, да и снисходительность довольно быстро перетекла в покровительственный тон, потому что спрашивая, Асэми показала себя «девочкой-цветочком» и с Ино это сработало безотказно, — Чоуджи слишком добрый, для сражения ему нужен веский стимул, и желательно не один. Так вот, когда ему «намекают» на то, что он толстоват, он просто из себя выходит и может горы свернуть. Так что я всего лишь подтолкнула его к нужному настрою.
Светясь искренней улыбкой, Ино подмигнула Асэми.
— И почему я всё должна делать сама? — стукнув в плечо Шикамару стала возмущаться Ино, резко развернувшись к нему, — почему ты не назвал Чоуджи жирным?
— Да что ж я, самоубийца, по-твоему? Зачем же мне нужны разборки с Чоуджи? — состроив искреннее удивление на лице ответит Шикамару, — мне и твоих истерик хватает, — ухмыльнулся он, чем разозлил Ино ещё больше. Решив, что и этого не достаточно, он, понизив немного тон, добавил, —, а если честно, то мне просто… лень, — этой фразой он просто добил Ино, и, улыбаясь — отодвинулся от неё подальше, на случай ели она захочет и дальше выяснять отношения, причём не только в форме слов.
Асэми с любопытством переключала своё внимание с боя на эту смешную парочку и обратно, ведь на арене тоже было на что посмотреть.
Тем временем у Досу тоже «хватило ума» поддакнуть высказанной Ино фразе о том, что Чоуджи жирный. Рассвирепевший окончательно, шиноби Конохи применил своё фирменное «Дзюцу Расширения», благодаря которому его тело стало похожим шар, сильно увеличившись в размерах.
— А теперь, «Мясной танк», — выкрикнул Чоуджи, пряча голову, руки и ноги так, что за одеждой их стало не видно, и покатился на своего противника. Спрятав таким образом уши, Чоуджи надеялся, что теперь техника Досу ему не страшна.
— Давай, дави его! — подбадривали Шикамару и Ино, в то время, как Чоуджи в виде шара бестолково катался по арене, потому как он так толком ничего не видел, да и маневренностью не отличался. Досу всего лишь приходилось время от времени отодвигаться с его пути.
— Так ты меня никогда не победишь, — издевался Досу, отойдя к стене. Чоуджи на этот раз разогнался посильнее и… Досу отошёл на пару шагов за мгновение до столкновения «шара» с ним, и Чоуджи на всей скорости врезался в стену. А Досу, стукнув «шар» и утопив в нём руку чуть ли не до локтя, объявил Чоуджи, что человек на 80% состоит из воды, а вода прекрасно проводит звук, так что сейчас Чоуджи — одно большое ухо. Щёлкнув себя по руке и выведя тем самым Чоуджи из игры, Досу преспокойненько дождался, пока его объявят победителем и, бросив на Асэми ухмыляющийся взгляд, начал подниматься на балкон, собираясь посмотреть последний на сегодня отборочный бой.
— Жаль, что Чоуджи проиграл, — совершенно искренне сказала Асэми, правда ни к кому особо не обращаясь.
— Ничего, — совершенно неожиданно ответил ей Асума-сенсей, — он всё равно заслужил барбекю, которое я ему пообещал после боя, — его тёплая улыбка удивила Асэми даже больше, чем-то, что тюнин Конохи ей ответил. Ведь сенсей команды «Нескрытых пупков» такой бы «разбор полётов устроил», что мало не показалось бы даже окружающим, а тут — такое спокойное отношение… Асэми даже немного позавидовала Ино, Шикамару и Чоуджи.
— Ха, тоже мне шиноби, — опять прервал идиллию вечно недовольный голос того, кого Асэми уже несколько часов считала своим личным врагом, — за такой слабый бой, по моему, надо даже звания генина лишать!
— Ваше мнение, кстати, совершенно никого не интересует, — таким же спокойным голосом, каким он только что говорил о барбекю, ответил Асума-сенсей, — к тому же, мы ещё не видели, как вы сами оправдаете своё звание генина и разрешение на сдачу экзамена на звание тюнина. Вернув своё внимание Асэми, Асума, совершенно неожиданно тепло ей улыбнулся, — Кажется сейчас твоя очередь? — глядя на табло, прокомментировал он, - ведь ты — Асэми Ёсикава?
— Да, это именно я, — вернув улыбку, ответила блондинка, искренне удивлённая таким тёплым отношением к себе.
— Тогда — удачи тебе! — пожелал Асума, жестом приглашая её спуститься на арену, где последнюю на сегодня пару противников ожидал Гекко Хаяте. Как бы то ни было странным, но стоявшие на балконе генины Конохи присоединились в пожеланию Асумы-сенсея, чем удивили девушку ещё больше.
— Спасибо, — улыбнувшись ответила Асэми и стала спускаться вниз.
Как только ожидающие на балконе зрители остались позади, а на глаза попался ухмыляющийся «личный враг», Асэми как подменили: куда-то пропала улыбка, доброта и лояльность. Спустившись вниз, блондинка встала примерно в семи шагах от противника и, ожидая от Гекко Хаяте разрешения начать бой, холодным расчётливым взглядом не спеша изучала стоящего напротив генина.
— Асэми, Намир, — Гекко поочерёдно, называя каждого из стоящих на ринге противников, посмотрел на них, — если готовы — можете начинать.
Только этого Асэми и ждала. Пропуска мимо ушей обидные и колючие фразы, адресованные ей Намиром Аорно, которые, если их сократить, сводились к тому что она такая же никчёмная слабачка, как и те генины, которые выступая тут и проиграли. Кисти рук Асэми очень быстро порхали в воздухе, складывая одну за другой довольно странные и необычные на вид печати. Со стороны могло показаться, что на арене ничего пока не происходит, и девушка, складывая такое множество печатей просто готовиться в сложному и чакрозатратному дзюцу. Отчасти они оказались правы. Чакры на то, что воплощала сейчас в реальность блондинка, уйдёт предостаточно, но не настолько, чтобы от этого попасть к медикам. Оказаться около Нори и Ли Асэми планировала самостоятельно, то есть на своих собственных ногах, без чьей-либо помощи.
После где-то двадцатой печати Намир наконец-то закончил трепать языком, бросив напоследок предложение сдаться сразу, потому как «девчонке с ним никогда не сладить», и перешёл в наступление, надеясь тем самым не дать блондинке закончить начатое. То, что он просчитался, он поймёт значительно позже.
— Что происходит? — задала вполне резонный вопрос Ино, наблюдая, как генин из Скрытой деревни Молнии, мечется по «арене», в то время, как девчушка, из команды деревни Горячих источников, чуть отойдя от центра площадки, где стояла изначально, смотрела на творящееся безобразие своими необычными глазами, которые сейчас по цвету очень напоминали рубины.
— Ничего особенного, — как всегда спокойно, ответил Шикамару, а вот дальше за него продолжила Сакура, — она поймала своего противника в гендзюцу, а сама просто контролирует процесс, корректируя его так, как пожелает.
— Хм, неожиданно, — продолжала удивляться Ино, хотя и пыталась состроить на своём лице гримасу высокомерия, — такая тихая, спокойная, приветливая, и вдруг такой холод во взгляде.
— А вот это уже интересно, — вдруг оживился Шикамару. Натолкнувшись на непонимающие взгляды своих товарищей, он, поморщившись от ого, что приходиться всё «разжевывать», всё же пояснил, — Ну присмотритесь же повнимательнее на то, как двигается этот «крутой ниндзя», — на последней фразе Шикамару состроил такую гримасу, которой могла бы позавидовать даже Ино.
— Он вроде как защищается, — вставил всё наблюдение Чоуджи, тоже начавший внимательно следить за тем, что творилось внизу, — вот только непонятно, от кого.
— Ох, ну неужели один я заметил, а? — мученически закатив глаза, тяжело вздохнул местный стратег, — вспомните первый бой.
— Ну, там сражался Саске, — тут интонация голоса Ино стала слаще шоколада, — и Ерой. А ведь и вправду, очень похоже, что от уворачивается от касаний невидимого врага.
— А теперь он озирается в поиске своего противника, — заметила Сакура, — хотя на самом деле эта Асэми и шага в сторону не сделала. Это похоже на второй бой, который мы видели.
Догадки шиноби Конохи оказались верными. Асэми задумала огромную по своему масштабу иллюзию, в которой поместила все прошедшие сегодня на арене бои. Причём Намиру отводились роли именно «проигравших слабаков», о которых он с таким презрением отзывался чуть ранее. Единственное отличие состояло в том, что в иллюзорных боях противником Намира была ни кто иная, как сама Асэми. Не давая перевести Намиру дух и собраться с мыслями, Асэми сменяла один «бой» другим, всего лишь развеивая одну за другой наложенные с начале боя печати. А чтобы противнику жизнь мёдом не казалась, и чтобы закономерность не бросалась в глаза, периодически шиноби из страны Молнии ожидали сюрпризы: то собачка на него нападёт (это Асэми вспомнила пса, напугавшего Моэги), то вдруг невесть откуда взявшиеся деревья начинают на него «складываться», будто карточный домик. Да много ещё всего по мелочи было, ведь воображение у Асэми было и так богатое, но когда она по-настоящему злилась, то оно зашкаливало за все мыслимые пределы, в чём сейчас на собственной шкуре убеждался Намир, которому хватило глупости недооценить противника, в открытую насмехаясь сначала над её друзьями, а потом и над ней самой.
— Добавим ещё немного эмоций, — презрительно глянув на противника произнесла Асэми, складывая знакомую практически каждому генину печать для создания теневого клона. «Вторая» Асэми сделала несколько шагов вперёд, намеренно заходя в зону действия иллюзии и привлекла к себе внимание запыхавшегося Намира, — Ну что, ты всё ещё считаешь меня слабым противником? — задала она свой отчасти риторический вопрос, — продолжим бой, или ты всё же сдашься?
— Да я лучше сдохну, чем попрошу пощады у тебя, — презрительно «выплюнул» Намир, глядя блондинке в глаза, отметив про себя, что сейчас цвет её глаз напоминает кровь.
— Ну что ж, раз таков твой выбор, Асэми безразлично пожала плечами, — не буду тебе в этом мешать, — отвернувшись от противника, «вторая Асэми» всего лишь покинула границу гендзюцу, а Намиру показалось, что она растворилась в воздухе. Поозиравшись, он пошёл в том направлении, где недавно стояла девушка, но не пройдя и трёх шагов, отшатнулся назад, получив довольно ощутимый удар в грудь. Конечно же за этим не последовала ни хруста сломанных рёбер, ни вскрика, потому что Асэми не была такой сильной, как например, Нори или Ли, но на то, чтобы удивить противника и не дать ему покинуть зону действия гендзюцу — её сил было достаточно.
Видя, что противник не собирается сдаваться, и вновь собирается идти в её сторону, Асэми применила более жёсткие меры воздействия — в Намира полетели остро отточенные сюрпризы. Парочки сюрикенов и столько же кунаев заставили Намира отступить от границы иллюзии, чего, собственно, и добивалась девушка. Продолжая «воспроизводить» виденные сегодня бои, Асэми постепенно наращивала их темп, дабы окончательно измотать своего противника. Правда надо отдать Намиру должное, он продержался долго.
— Ну вот, теперь мой выход, — зло улыбнувшись, Асэми «включила» своё последнее на сегодня гендзюцу — «зыбуче пески», отличающиеся маленьким радиусом действия, но чрезвычайно высоким давлением на психику.
— Я сдаюсь, — прохрипел вымотанный до предела Намир, решивший, что жизнь намного ценнее, чем никому сейчас не нужная гордость. Не смотря на то, что он был выше Асэми, девушка умудрялась смотреть на него свысока.
— Что-то я тебя не слышу, — издеваясь, она поднесла сложенную лодочкой ладонь к своему уху, — и я подозреваю, что не только я.
А песок из гендзюцу, уже добрался до груди мужчины. Намир в панике начал думать (если это так можно назвать), пытаясь догадаться, что можно сделать для своего спасения. И тут его осенило.
— Я сдаюсь, — что есть мочи крикнул Намир, надеясь быть услышанным судьёй, — и забираю назад все несправедливые слова, насчёт всех сражающихся сегодня на этой арене генинов.
Понимая, что ничего больше он сделать не может, Намир опустил голову и произнёс то, чего Асэми уже и не надеялась услышать, — Я всё осознал. Прости.
— Я надеюсь больше тебя никогда не увидеть, — произнесла блондинка, развеивая гендзюцу. Отвернувшись от упавшего на колени, морально сломленного противника, она посмотрела на Гекко Хаяте.
— В последнем на сегодня бое победила Асэми Ёсикава, — произнёс «судья», не меньше других желавший поскорее окончить сегодняшнюю череду отборочных боёв, — Предлагаю всем спуститься сюда, — указал он рукой на место перед собой, ещё минуту назад являющееся местом проведения боёв, — и выслушать лорда Хокаге.
Не удостоив Намира более ни словом ни взглядом, Асэми, с гордо поднятой головой, заняла своё место среди спустившихся с балкона шиноби. Пара шиноби шёпотом, чтобы не нарушать торжественности момента, поздравила Асэми с победой, на что она лишь кивнула в ответ, погружённая в свои невесёлые мысли: да, она отомстила своему личному врагу, но почему-то на душе от этого легче не стало. Ведь она дала себе слово, что будет пользоваться своей силой только для того, чтобы помогать людям, и вот, она это слово нарушила. Конечно же Намир заслужил, чтобы его проучили, но добрая душа Асэми разрывалась от боли.
Слушая Лорда Хокаге сквозь фон своих мыслей, блондинка всё же уловила и запомнила самое главное — следующий этап экзамена, на который прошла вся её команда в полном составе, состоится через месяц. Подумав о Нори и о Ли, к которым она намеревалась отправиться сразу же, как только Лорд Хокаге закончит свою речь, взгляд Асэми потеплел, а улыбка хоть и не была яркой и ослепительной, но всё же была очень приятной.
— Наконец-то я смогу правильно использовать свой дар, — потирая ладошки от предвкушения, Асэми, теперь уже вовсю светясь улыбкой, шла за так понравившимся Риен тюнином Конохи, который любезно предложил отвести её в комнату, где меднины организовали лечебное крыло.
