Кошачья природа

      Гарри с неохотой заставил себя спуститься к завтраку, однако, здраво рассудив, что раз уж проснулся — нечего валяться в постели, всё же выбрался в Большой зал. Войдя в помещение, он тут же почувствовал на себе внимательный взгляд Малфоя. И чего только этот напыщенный слизеринец к нему прицепился? Вокруг него куча парней и девушек крутятся, вот пусть на них пялится, а его оставит, наконец, в покое, потому что от каждого его взгляда что-то внутри замирало и переворачивалось с ног на голову. Сев за стол рядом с Симусом, он предпочёл не обращать более внимания на прожигающий спину взгляд, как делал всякий раз, оказываясь с Малфоем в одной комнате.       — Соня спустился к завтраку? Воу-воу, неужели нам пора отправляться в Запретный лес на поиски трупа горного тролля или великана? — насмешливо спросил Финиган.       За что Гарри любил этого своего соседа по комнате, так это за превосходное чувство юмора. Симус мог поднять настроение с нуля до ста за три слова. Уникальный талант, по мнению Поттера.       — Не стоит никого искать, меня разбудили новости и только-то, — с улыбкой сказал Гарри, наклоняясь к самому уху Финигана и шепча эти слова, немного касаясь мочки губами.       Он знал, что это вызовет мурашки по спине Симуса. Уши всегда были его слабым местом, заводя до предела, заставляя вздрагивать, покрываться мурашками и сходить с ума. Поттер прекрасно об этом знал и порой использовал это, чтобы заткнуть Финигана или наоборот, развязать ему язык. Приятное знание, и полезное.       — Малфой прожжёт нам спины, а меня убьёт особо изощрённым способом за то, что ты только что сделал, — тихо произнёс Симус, скользнув пальцами по его ноге.       Гарри закатил на это глаза и усмехнулся. Слова Финигана немногим отличались от других, которые ему нередко говорили о его отношениях с Малфоем. Поттер хмыкнул и скользнул пальцами по ноге парня до бедра. Симус сглотнул и попытался что-то ответить Рону, правда, безуспешно. Уизли только хмыкнул на его покрасневшее лицо, приоткрытые губы и невозможность связать и пару-тройку слов. Все знали, что Гарри может сделать с Симусом одним только взмахом пушистых ресниц, шёпотом на ухо и аккуратным прикосновением длинных пальцев. Красота сводит с ума, примерно это и делал Поттер. Не ради забавы, тут всё было вполне невинно. Отношения у двух друзей складывались спокойные, просто иногда они переходили через границы дружбы, ради взаимовыгодного сотрудничества.       — И давно тебя стало волновать его мнение? — со смехом в глазах и на губах спросил Гарри. Финиган сверкнул глазами и усмехнулся. На самом деле, ему, мягко говоря, было плевать на мнение Малфоя, но Гарри — нет. Иногда Симус думал, что Поттер специально дразнит Драко, хочет вызвать в нём ревность, но Финигану было плевать и на это.       — Плевать я на него хотел, но тебе-то не всё равно? — шепнул Симус.       Ему нравился тот факт, что он был единственным, кто способен заткнуть Поттера, поставить его в неловкое положение, да и просто насладиться им. Гарри немногих к себе подпускал, почти никого. Так ему было спокойнее, а Финигану просто нравился ясноглазый брюнет, хотя это, похоже, было у них общим. Никто бы не сказал, но брюнет тоже любил себя. Этому его научила жизнь в магическом обществе и статус героя.       — С чего такое мнение? — спросил Гарри, хмуря тонкие брови.       Ему не нравились эти глупые слухи, и, тем не менее, все (Поттер был в этом убеждён) считали, что есть что-то, что связывает его с этим индюком-альбиносом. Что ж ему так не везёт? Может быть, Гарри старался особенно не задумываться на эту тему, он бы и хотел попробовать завязать с Драко отношения, но тот был больше похож на ледяную скульптуру. Красивая, утончённая, ею можно наслаждаться со стороны, но, притронувшись, непременно обожжёшься о холодную кожу и острый, наполненный безразличием взгляд стеклянных глаз.       — А ты посмотри на него, — хмыкнул Симус.       Гарри вздохнул и перевёл взгляд на Малфоя, который, хмурясь, разговаривал со своими друзьями. Да, этот гад был красив до умопомрачения, он чем-то манил к себе, но Поттер никак не мог разобраться, что в нём такого, что так привлекает его. Стоило ему об этом подумать, как Драко перевёл на него взгляд, и они столкнулись. Его глаза так сияли, что невозможно было оторваться.       — Видишь, — шепнул Финиган. — Тебе не всё равно, и ему не всё равно. Просто вы оба отказываетесь даже думать о том, что вам не плевать друг на друга. Вроде бы не глупые парни, а ведёте себя, как дети, — хихикнул Симус.       Гарри прищурился и покачал головой, поворачиваясь к другу.       — Посмотрим, что его так уж интересует, — хмыкнул Поттер, соскальзывая со своего места и кивнув Малфою.       Он знал, что Драко всё поймёт правильно, и не ошибся. Идя по пустым ещё коридорам школы, он слышал, как сзади глухо отстукивают шаги Малфоя, который двигался быстро, почти стремительно, стараясь догнать его. Гарри свернул в один из вечно пустующих классов и уселся на парту, дожидаясь своего преследователя. Долго ждать не пришлось. Слизеринец влетел в класс через минуту, максимум — полторы.       Войдя в помещение, Драко замер, глядя на сидящего на парте Поттера: одной ногой Гарри болтал в воздухе, а вторую поставил на стул, и таким образом он сидел, раздвинув ноги. Очень соблазнительно. Двое парней смотрели друг на друга и не знали, с чего начать разговор. Гарри выжидал, а Малфой любовался им. Спокойным, развратным, красивым. Даже самому себе Драко не мог объяснить этого странного влечения.       — Вот скажи мне, Малфой, что ты от меня хочешь? Я всё могу понять, кроме этих твоих пристальных взглядов, которые уже и так поставили мою репутацию под сомнение. Не то чтобы мне было какое-то дело до общего мнения, но, знаешь ли, моя личная жизнь под большим вопросом, пока вся школа, да что там школа, вся Англия считает, что нас связывают прочные узы любви! — недовольно сказал Гарри, разводя руки в стороны и усмехаясь, хотя хотелось опустить глаза и обнять себя руками, чтобы спрятаться от парня напротив и всего мира в придачу.       Его напрягал этот странный, почти злой взгляд Драко, которым тот смотрел на Поттера. Малфой нахмурился и подошёл к сидящему Гарри. Чертовски хотелось врезать ему, а ещё хотелось заткнуть куда как более действенным способом. Из всех мыслей, которые крутились в голове, он остановился на той, что велела сохранять спокойствие и держать себя в руках. Впрочем, ему это почти не удалось.       — Репутация? Личная жизнь? Святые основатели, с каких пор тебя стало волновать нечто подобное? — недовольно спросил Малфой. — Хотя, знаешь, не отвечай, всё и так ясно. Ты же Герой, знаменитость! Только, вот загвоздка, не чистокровный. На кой чёрт ты мне сдался с такой поганой кровью и не менее поганой репутацией?! Или, что же, ты решил, будто лучше всех на свете и мир на тебе клином сошёлся? Спешу разочаровать тебя: ты мне на хер не нужен! — рявкнул Драко.       Впрочем, это не отменяло того факта, что он стоял почти вплотную к Поттеру и гневно взирал на него. Гарри же выглядел совершенно спокойным, только чуть-чуть приподнял тонкую бровь, глядя на рассвирепевшего Малфоя. В принципе, его вполне устраивал такой расклад, но только он не верил ни одному слову этого хорька доморощенного (будь всё так, как он говорит, то и пристального внимания к своей персоне со стороны Драко он бы не испытывал), а внутри что-то громко и настойчиво твердило, что он лжёт сам себе, потому что это внимание не оставляло его равнодушным. Гриффиндорец ловил и запоминал каждый взгляд, знал наверняка, что, когда слизеринец хмурится, он всегда прикусывает щёку изнутри, знал, что Малфой часто сидит, подперев подбородок кулаком. Да и вообще, он знал слишком много, учитывая то, что не собирался совсем что-то знать об этом человеке.       — Это великолепно, конечно, и я ровным счётом ничего против не имею, но, вот загвоздка, ты глаз с меня не сводишь. Давай сойдёмся на том, что тебе просто нравится наблюдать за мной и не более. Надеюсь, ты не будешь лезть в мою жизнь, чтобы мне не пришлось лезть в твою. Я бы не хотел, — сказал Гарри, взмахнув пушистыми ресницами.       Малфой недовольно прищурился и придвинулся ещё ближе. Его этот расклад не устраивал. Да, может, он и солгал в своей реплике, но отпускать Поттера в его планы не входило. Раз уж он хочет откровенный разговор, то Драко ему его устроит. Подойдя ещё ближе, он остановился прямо между раздвинутых ног гриффиндорца и поставил руки по две стороны от бёдер парня, оказываясь очень-очень близко к его лицу.       — Знаешь, меня этот расклад не устраивает, потому как ты действительно эстетически хорош. Лучше, чем многие, а Малфои всегда получают лучшее, — шепнул Драко.       Чего он не ожидал, так это сильного и очень точного удара в живот коленом. Гарри сердито смотрел на него сверху вниз, хмуря брови и щуря глаза. Никому в целом мире он не позволит так с собой обращаться. Даже тому, к кому не безразличен. Особенно тому, к кому не безразличен.       — Не приближайся ко мне, Малфой, и запомни: я — не коллекционное вино и не диковинная зверушка, чтобы кто-то мог так со мной разговаривать. Тем более, дикобраз-альбинос, который и шагу без своего отца сделать не может. Знаешь, даже если бы ты любил меня, даже если бы что-то испытывал, помимо глупой гордыни, ничего бы не вышло. Ты не смог бы противостоять слову Люциуса, который, в отличие от тебя, себе жену сам выбирал, — бросил Поттер и вышел из класса.       Так больно его ещё никто не задевал, даже Волан-де-Морту это не удавалось. Похоже, Гарри, как и Малфой, был не лишён гордости, может, даже гордыни. Вздохнув, он отправился в единственное место, где мог бы спокойно подумать и расслабиться: в Запретный лес. Там он планировал пробыть до самого утра, вот только о том факте, что этой ночью там шабаш старых ведьм, он забыл. А жаль.