Десять жизней Ким Чондэ

Бэкхён держит на руках белого котенка, улыбается немного смущенно и радостно. Его синие глаза смотрят прямо в на все согласное сердце Чондэ, и он уже который раз думает, что плохая была идея повесить на стену его фотографию. — А, вот ты где! — особенно, когда Бэкхён имеет привычку вваливаться без стука и стеснения. — Ты что тут делаешь? — Уединяюсь, — ворчит Чондэ себе под нос. — Зачем? — Бэкхён с размаху падает рядом. — Подрочить? Хочешь, я тебе подрочу? — Я сам тебе подрочу! — Ой, нет, я не готов, — Бэкхён жеманно хихикает и притирается под бочок. Чондэ бы давно с ума сошел, если принимал его флирт всерьез. — Ты знаешь обо мне слишком много. — Не по своей воле, — Чондэ пихается. — Уйди уже! — Какие мы нежные, — фыркает Бэкхён, но с постели уходит. — Тебя Чунмён ждет. — Бэкхён тормозит возле фотографии и оборачивается. — А правда я хорошо получился? Чондэ швыряет в него подушкой.

***

— Почему я? — вздыхает Чунмён. — Почему я на это согласился? — Потому что ты ответственный и карьерист, — услужливо подсказывает Чондэ. Чунмён дарит ему недовольный взгляд. — Бэкхён сказал, ты меня ищешь. — Подождало бы до утра, — Чунмён зевает. — Не горит. Бэкхён не сказал? По-моему, ему просто нравится к тебе ходить. — Проехали, — Чондэ, может, тоже нравится, но цели не совпадают. — Что на этот раз? — Поймаете сбежавшего питомца. Чондэ удивляется настолько, что даже не сразу находит, что возразить. — У нас тут полиция, а не служба спасения! — Спасибо, что напомнил, — Чунмён роется на столе и протягивает нужную папку. — Чтоб ни одной царапинки. — На нас? — На нем! Хотя вряд ли вы его пораните, конечно… — Что там за котенок, если его… — Чондэ неверяще смотрит сначала в бумаги, потом на Чунмёна. — Дракон?! — Генетически модифицированный зооморф, — поправляет Чунмён. — Какая тебе разница? Поймаете, усыпите, доставите в службу отлова. — А почему бы службе отлова самой его не отловить? — Потому что Чанёль один не справится, — Чунмён печально вздыхает. — Тебе страшно что ли? Чондэ недовольно сопит. — Ты меня не радуешь. — А ты мой подчиненный вообще. Иди лови, поймаешь — я тебе выдам конфетку. — Мне лучше деньгами. Чондэ разворачивается и идет досыпать. На их весьма скромно населенной планете полицейский участок одновременно служит казармой, складом и пунктом медицинского обслуживания. Почему в его постели дрыхнет Бэкхён, Чондэ предпочитает не выяснять.

***

Чондэ просыпается, как обычно, на полторы минуты раньше будильника. — Подъем, — бормочет он на ухо сопящему Бэкхёну. Бэкхён протестующе мычит и закидывает на него руку. — Ладно, тогда в душ я первый. — Я вместе с тобой пойду, — сонно тянет Бэкхён. — Мечтай. — С тобой удобно… — Хочешь, я потру тебе спинку? — вкрадчиво говорит Чондэ. — Тебе понравится. Особенно спинку. Бэкхён открывает глаза, последние остатки сна растворяются бесследно. — Пожалуй, откажусь. — Что так? — Чондэ, прости, но… — Я не в твоем вкусе, — Чондэ кивает. — Не проспи.

***

— Ты последний человек, которому бы я предложил встречаться, — говорит Чондэ. — После всего, что я о тебе знаю. — Не представляешь, как это радует, — облегченно вздыхает Бэкхён, отводя взгляд. — Не хочу тебя потерять. — Если вовремя будешь перевязывать, я вообще вечно проживу. — Я могу даже поцеловать, чтоб не болело. — Не надо меня целовать, это лишнее. — Не тебя, а ранку! — Бэкхён надувает губы. — Не ценишь ты моей доброты. — Скажи честно, у тебя от природы глаза такие? — А, линзы, — отмахивается Бэкхён, закрепляя повязку на его плече. — Я полукровка. Без линз я в этом свете вообще ничего не увижу. — И ты все время в них? — Бэкхён кивает. — Покажешь свои настоящие глаза? — Ну это, знаешь, — Бэкхён неловко смеется. — Не самое интересное зрелище. — Я видел твою коллекцию прозрачных трусов, что может быть хуже? — Я подумаю.