"Ты потерял меня!"

Ровена оглянулась на Оби-Вана, держа свою ладонь прижатой к груди Вейдера, отчётливо чувствуя, как сильно билось сердце под её рукой. Её губы беззвучно шевельнулись, произнеся: "Улетай!" Набуанка вновь обратила взгляд на сумрачное лицо татуинца, отбросив свою холодность и непримиримость к прошедшему, легонько нажав на грудь мужчины, заставляя его отступить, проговорив приглушённым тоном: - Поверь мне, сейчас это мы уязвимы, а он - нет, - она вгляделась в обращённые на неё синие глаза, которые со странным выражением вглядывались в карие, и медленная улыбка коснулась уголков сжатых губ Вейдера, когда свист деактивируемого клинка заставил женщину дёрнуться и невольно чуть податься назад. - Тебе везёт, Кеноби, что у тебя такая защитница, - пренебрежительно бросил лорд, повесив клинок на пояс, заносчиво вздёрнув голову. - Но, поверь, это будет не всегда. - Я это знаю, Энакин. До новой встречи, - кивнул джедай им обоим, чуть задержав взгляд на женщине, в глубине глаз которой он заметил легчайшую тень облегчения. - Спасибо и вам, Ровена, я верну когда-нибудь этот долг. - Цену этого долга ты знаешь, мастер, - пристальный взгляд тёмных глаз, а упор на слове "цену" не прошёл мимо слуха присутствовавшего рядом ситха, но он только безразлично отошёл в сторону, оставив их почти наедине. - Не испытывай его прочность, покинь пределы Альдераана как можно скорее. Кеноби поклонился на манер всех джедаев: достаточно уважительно, но не подобострастно. - Ещё раз спасибо. - Простым "спасибо" ты от меня не отделаешься, мастер. Ты и Йода совершили крупную промашку. За ошибки мы все платим. Свою цену, - её лицо вновь заледенело, да в осанке появилась аристократичная заносчивость: миг - и перед джедаем вновь мелькнула бывшая королева Набу, которая прятала свои истинные чувства за каменным фасадом мимики. - Прощай, Оби-Ван. Она сделала шаг назад, развернулась и зашагала вслед уходившему ситху, который тут же сбавил шаг, полуобернувшись к ней. Джедай затратил ещё несколько драгоценных минут, наблюдая за ними, после слабо улыбнулся своим мыслям и влез в кокпит, сразу же врубив репульсоры и выводя истребитель из ангара, не закрыв колпак. Напоследок он приостановил движение возле бывших супругов, отсалютовав Вейдеру на их манер. "Береги", - послал он по ментальной связи Силы, не надеясь на то, что будет услышан. Но татуинец покосился на светлую макушку возле себя и, подняв взгляд отстранённых глаз на джедая, коротко мотнул головой, намекая улетать к сарлаку прочь, пока у ситха ещё было желание его отпустить. Она смотрела, как юркий истребитель свечкой взмыл вверх, исчезая в ясной голубизне небес Альдераана. Правильно ли она поступила? - Ты так и будешь тут стоять, мадам, или всё же начнёшь движение? - тягуче прозвучал издевательский голос хрипловатого тембра, когда женщина, усмехнувшись, подумала про себя, оборачиваясь: "Кажется, перемирие его не обмануло. А жаль". - Так торопишься меня отдать под надзор Императора? - Вообще-то я имел в виду только возвращение на виллу, где, ты уж извини меня, мне придётся ждать возвращения своего флагмана, - он стоял рядом и отчётливо увидел подозрение в издевательстве, скривил губы в презрительной гримасе: - Нет, не бойся, погасший костёр я трогать не стану: что прогорело, того не воскресишь, у меня было время подумать об этом. Она только пожала плечами: - Прекрасно, легче жить. - Это точно, - тихим эхом откликнулся Вейдер, глядя на невысокую набуанку со странным блеском в глазах, после посторонился, сделав приглашающий жест и последовав за ней на коротком расстоянии, что не могло её не нервировать, а это только развлекало молодого лорда. - Я возьму управление вашим спидером, леди Ровена. - Как вам угодно, милорд, я сумела удрать от охраны и водителя не взяла. Он резко остановился: - Что? - Спрыгнула с балкона, если вас интересуют подробности, - она уселась на сидение, похлопав по соседнему водительскому креслу. - Они подобного от меня не ожидали, я не в обиде. Карие глаза всё же обратились на первого лорда Империи, словно бросая ему вызов, но вот только эти глаза лучились смехом, хотя на лице не играла ни одна эмоция. - Кажется, мне стоит по возвращении поговорить с начальником вашей охраны и дать уточнение, что именно я подразумевал под словом "всюду", - медленно проговорил лорд, стараясь держать себя в руках. Набуанка поёрзала на сидении: - Надеюсь, без крайних мер? Они не ожидали от меня такой прыткости и внезапности. Пожалуйста, только без карательных мер, м... - Если станешь меня время от времени называть по имени, то это смягчит меня быстрее, - он провокационно взглянул в её сторону, начиная движение транспорта. Подобного предложения она совершенно не ожидала, поражённо уставившись в повёрнутое к ней в профиль лицо ситха. И промолчала, отвернувшись от бывшего мужа, стиснув ладони на своих коленях, не увидев, как губ мужчины коснулась легчайшая усмешка: провокация освоена не только ею.

***

Бывший джедай, отказавшийся от пути своих учителей, задумчиво склонив голову, смотрел на игравшие языки пламени, опираясь на каминную полку одной рукой и чуть улыбаясь своим мыслям. Странное дело, ему всегда не нравилась напыщенность родовых имений, заставлявшая его обострённо вспоминать, что ему-то нечем гордиться: бывший раб, вырвавшийся вроде на волю, но на самом деле попавший в другой плен - запретов, ограничений и кодекса джедаев. Вроде понятно: ограничивать свои возможности джедаев заставляло туманное напоминание, что путь вседозволенности мог привести к тьме и саморазрушению. Но вот как год назад он, Энакин Скайуокер, принял сан лорда, принял путь служения ситху. Ну? И где же саморазрушение? Или он чего-то не понимал? - О чём задумался? - раздался тихий вопрос, заставив его вздрогнуть, встрепенувшись, оглянуться и ощутить приступ дежавю, увидев, как леди Ровена, словно специально, была одета в полуоткрытое платье, как в давнее время их пребывания на Набу, где он впервые признался в открытую, что влюблён, получив в ответ, что... Вейдер тряхнул головой в полной досаде на свои мысли, окинув её наряд уже пренебрежительным взглядом: - Вы, мадам, никак забыли, зачем вы здесь? Император будет раздосадован, если вы вновь разболеетесь. Женщина на мгновение замерла, после тихо вздохнула: - А я надеялась, что Корусант тебя хоть чему-то научил. Например, не верить маскам, что вынуждены многие там носить. - Мне маски ни к чему! Мне они надоели ещё в Ордене, Па... - Заткнись! - она шагнула к нему, становясь негодующей, почти свирепой. - Мне они тоже радости не приносят, а если ты всё ещё не научился видеть сквозь них, то ты олух, каких поискать! То-то он рад такой твоей преданности! Только щёлкнет пальцами - и вы рвёте все цепи, чтобы прикоснуться к хозяйской длани... Псы! Молодой лорд выпрямился, оттолкнувшись от камина: - Псы? А тогда как назвать тебя, не просветишь? Ты, которая стоит рядом с троном, позволяя твориться в бывшей Республике таким переменам? Что же ты молчишь? И даже не пытаешься возникать как в прежние времена? Карие глаза засверкали в отсветах камина: - А тебе не приходило в голову, милорд, что я просто жду? Жду развития событий и реакции Палпатина? Хотя куда тебе! Вас же в Ордене учили с улыбкой выносить все претензии и ни во что не вмешиваться! Вот чему тебя хорошо обучили, так этому! Они стояли почти рядом, лицом к лицу, оба встрёпанные этой мимолетной разборкой, негодующие и непримиримые, оба считавшие свою позицию выигрышной. - Как жаль, что ты не можешь посмотреть на происходящее моими глазами, - тихим, сдавленным голосом проговорил ситх, стискивая правый кулак до боли. И вызов карих глаз в ответ: - Я пленница. Как я могу покинуть Корусант, если мои передвижения контролируют едва ли не тщательнее, чем охраняют Императора? - она ещё миг смотрела в его потемневшие глаза с досадой и плохо скрытой иронией, после устало повела плечом. - Вернувшись на Корусант, я буду вести себя точно так же. Моё движение тотчас повлечёт за собой шквал предупреждающих действий от Императора. Я лучше подожду, когда рябь перемен утихнет, а после уже решу, что могу предпринять. Она обошла замершего лорда, направляясь к столику, где предупредительные слуги наполнили бокалы и оставили в ведёрке виски, чуть усмехнувшись такому обороту дела: кому она что-то доказывает? Объясняет? Ведь он сущий ребёнок в мире политической неразберихи, где бывший соратник мог ради собственной выгоды в один шаг стать врагом. И наивная вера в то, что что-то могло быть незыблемым в этом шатком мире, быстро испарялась: сколько примеров она могла бы ему предоставить! Но... Ради чего? Его преданность Палпатину несомненна. Схватив со стола бокал, Ровена залпом выпила половину, после полуобернувшись к нему, всё ещё стоявшему посередине зала: - Впрочем, можешь передать мои слова ему: мне уже терять нечего, даже моя жизнь не принадлежит мне самой! Я тень себя, меня нет, просто кукла, одетая в красивые тряпки. Последняя путана имеет собственное мнение, а я уже потеряла его, вынужденная молчаливо сносить ехидные взгляды в свою сторону и молчать, игнорировать, пропускать оскорбления в свой адрес мимо ушей. Ты ведь только это и видишь? Смирение и покорность? Ну, так я тебя предупрежу сейчас: всё запоминаю - и доброе, и плохое. И клянусь, однажды я всем воздам заслуженное. А там будь что будет! Их взгляды встретились, когда она увидела в его лице ошеломление и усмехнулась, не скрывая горечи: - Что? Не ожидал от Падме таких слов? Ну, так я говорила, что она умерла. А что на её месте возникло, лучше вам не знать, милорд Энакин Скайуокер. Она помедлила ещё пару секунд, после с внезапной яростью обернулась к камину и выплеснула в него остатки виски, посмотрев как вверх с рёвом взметнулись языки пламени, после швырнув туда же сам бокал, и, сорвавшись с места, покинула гостиную, оставив Вейдера смотреть на пустое место, где она стояла мгновением ранее.