"Ты потерял меня!"

Императрица с улыбкой наблюдала за вознёй детей, которые крутились возле зеркала, оглядывая свои костюмы. Вот уже прошло два года, как её семья, её дети жили рядом с ней. Практически каждый день Люк и Лея посещали одни и те же уроки, разве только на уроки применения Силы Люк брал с собой Рейвена, стараясь не извиняться каждый раз перед Леей за эту дискриминацию, на что девочка только забавно морщила нос и заявляла, что от Силы одни неприятности. С долей пристального внимания Ровена следила за отношениями Люка и Амиры, которая за эти два года если и не полюбилась ребёнку, то хотя бы не нашла в нём врага. А вот то, что Люку удавалось практически со всеми ладить и сглаживать острые ситуации только одним своим присутствием, Ровена заметила не сразу, но переговорив с Оби-Ваном Кеноби, лишь подтвердила свои подозрения, что у сына это интуитивное, врождённое свойство, как дыхание. Это проявлялось только тогда, когда обстановка обострялась до предела. - Мама, а сегодня будут акробаты? - А тебе ещё самому не надоело акробатничать, родной? Вон как в зале тренировок сальто делаешь, мне даже страшно становится! - Ровена присела перед пятилетним Рейвеном, покачав головой, когда вновь увидела, как подрос непоседливый ребёнок. Детский смех звонкой волной отразился от высоких стен, прозвучав в ушах императрицы музыкой. - Мамочка, у тебя такое красивое платье, - обняв мать за шею, мальчишка чмокнул её в подставленную щёку. - Это статус обязывает и, конечно же, твой праздник. Вряд ли приглашенные гости поймут меня, выйди я к ним, одетая в обноски. Ну, давайте, одевайтесь поскорее и спускайтесь ко мне, ладно? Не заставляйте меня волноваться. Люк внезапно вздрогнул, повернув голову к выходившей из комнаты Ровене, после переведя взгляд на Кеноби, провожавшего Императрицу внимательным взглядом и не смотревшего сейчас на ученика. Пальцы ребёнка задрожали на поясе, который он затягивал на талии, им овладело какое-то смутное чувство, тревога, передавшаяся Лее и Рейвену, тут же повернувшимся к маленькому татуинцу, замершему на месте с взором, устремлённым в никуда. - Люк? - эти слова достигли слуха мальчика, словно их разделяло дальнее расстояние, Лея шагнула к брату, тронув его за рукав: - Люк, с тобой всё в порядке? Комлинк на поясе одной из дам окружения Наследника звякнул, она быстрым движением нажала кнопку сброса и вынула под шумок суматохи, что внезапно возникла возле Скайуокера, малюсенький пульт, с едва уловимой усмешкой нажав на кнопку. - Ну, вот и всё, - удовлетворённо прошептали губы, пока глаза следили за лицом сына первого лорда, вдруг исказившемся в ужасе. Пол мощно вздрогнул от раздавшегося слишком близко взрыва, отчего всех присутствовавших бросило на ковры. Дверь с треском просела в сторону покоев. Члены экипажа шарахались с пути ситха, когда он вихрем нёсся на мостик флагмана, укутавшись в ощутимый ореол ярости и желания рвать на части. Только не она! Пальцы в перчатках до скрипа кожи стискивались в кулаки, когда Вейдер старался удержать в узде свои страхи. - Милорд! Поступили новые сведения о покушении на Императрицу! - взволнованно крикнул ему капитан Нида, оборачиваясь на шум его шагов. - Император в курсе? - В ярости, сэр, - с дрожащими нотами в тихом голосе проговорил молодой капитан, протягивая лорду деку. - Курс проложен? - Мы стартуем уже через пять минут. - Наследник? - вопросы срывались с губ машинально, тогда как глаза просматривали поступившую информацию. - По отчёту, что сбрасывает каждую минуту вам Исард, они замешкались на толику, но именно это позволило всем детям отделаться лишь испугом да парой ссадин. Вейдер боялся спросить о состоянии Ровены, чувствуя, как горло перехватывало только от предположения, что она могла... Лорд выпрямился, нарочно поглядев в потолок, сдерживая поток вопросов, тихо обронив: - Её состояние? Нида стиснул губы и, побледнев, медленно качнул головой в каскетке. Лорд медленно выдохнул, собираясь с силами. - Тогда молитесь, чтобы она дожила до прилёта Императора, капитан. И только сам он знал, какие слова не произнёс: "И моего возвращения". Дворец казался вымершим на фоне прежней суеты, редкие придворные, отважившиеся прибыть ко двору после произошедшего покушения, тщательно отсекались от пострадавшего уровня покоев Императрицы. Самые наглые просто ставились перед фактом применения оружия, не смотря ни на какой ранг и титул. Сухие фразы "Приказ лорда Вейдера" останавливали даже самые бурные протесты, на раз обрывая споривших. Первый лорд Империи был только предвестием будущих проверок по всем инстанциям. Шквал арестов затронул всех: от слуги до представителей великих Домов. Вот только было поздно. То, чего не должно было произойти, было воплощено в жизнь. Люк сидел на подоконнике других покоев, обняв руками колени, изредка посматривая в сторону дремавшей сестрёнки, в объятьях которой лежал Рейвен, вцепившийся руками в платье девочки. Хмурое выражение не сходило с детского лица: слишком близко прозвучал тот взрыв и последовавшая оглушительная тишина, после первые пронзительные крики и вопли страха и боли. Учитель не успел подняться на ноги, сбитый взрывной волной, а уж перехватить вскочившего и бросившегося за угол мальчишку ему и вовсе было не по силам. Кеноби успел только уволочь сопротивлявшегося и бешено кричавшего что-то парнишку прочь от разгрома коридора, где произошёл теракт, вот только стереть из памяти Люка увиденное Оби-Ван не мог. Подбородок младшего Скайуокера задрожал, когда перед глазами всплыло кошмарное видение заваленной кусками штукатурки и обломками, отколовшимися от стен, женской фигуры в светлом платье, которое мама одела для приема в честь дня рождения Рейвена. Их мгновенно переместили под увеличенную охрану, не подступиться. Прибывший спустя всего пять часов после покушения лорд Вейдер первым делом навестил Наследника и своих детей, дав несколько наставлений Кеноби, тоже мрачного, как тёмная туча. Оба мужчины отошли в сторону от покоев, которые были отведены под детскую, что-то горячо обсуждая, почти ссорясь. Люку было страшно, что эти два родных ему человека могли в любой момент вцепиться друг другу в горло, когда в особенно напряжённый момент Энакин всё же не сумел удержать себя в руках и схватил собеседника за китель, подтягивая к себе ближе, Люк не выдержал, вылетев из-за угла с протестующим криком. Может, впервые он тогда увидел пугающую янтарную свирепость глаз своего отца, в испуге попятившись прочь. И ещё долго боялся встретиться с отцом и Беном, прячась от всех, позволив найти себя только Лее и смирившись с возвращением только на тихую просьбу сестры, что Рейвену сейчас ещё хуже, чем им: он-то маленький, привыкший к постоянному присутствию мамы и не понимавший, что её жизнь висела на волоске.

***

Переплетение проводов, писк датчиков, непереносимый запах лекарственных средств и дезинфекции. Он ненавидел больницы, клиники и вообще врачей, но никогда не думал, что будет молить Силу смилостивиться. Ситх... Что он мог? Просто стоять и смотреть, как перемигивались огоньки мониторов и скакали кривые пульса и давления. Внезапно раздавшийся пронзительный писк одного из датчиков заставил лорда замереть в тревожном состоянии, когда в палату, куда его не впускали, влетели на всех парах медики, затанцевав возле койки, где вытянувшись лежала Ровена. - Давление падает... - Стабилизировать! Немедленно! "Падме, нет!.." - Внутривенно... Сейчас! - Нет реакции. Сердце... Он застыл. Потянувшись к ней, Энакин старался поддержать усталое тело и сознание, что туманом вилось на краю его ощущений. Все стремления сосредоточились в одном слове. "Пожалуйста". Прибытие Императора он ощутил сразу: оно душным покрывалом накрыло его в Силе, заставляя задыхаться и вырваться прочь из-под этого влияния. Но если ему плохо, то дети... Комлинк на поясе звякнул. - Да? - сорванным шёпотом проговорил лорд. - Энакин, что происходит? Дети в сильнейшем расстройстве. - Ровена. Она... Из соседнего помещения донёсся сосредоточенный голос лечащего врача: - Остановка сердца! Дефибрилляция, немедленно! Заставьте её сердце работать. За дело! Он не мог видеть, как под разрядом тока выгнуло тело той, что была и будет ему не безразлична, закрыв глаза и прислонившись лбом к шершавой стене больничного блока. "Пожалуйста, Падме... Так нельзя... Ты..." И уже его выгнуло от боли, когда ментальное поле Силы передёрнулось от пронзительного тройного крика, ударив беспощадно по сознанию, откидывая в беспамятство. Палпатин судорожно пытался остаться в сознании, когда его накрыло волной отчаянного крика, пронёсшегося в матрице Силы, как следует встряхнув всех одарённых в пределах системы и, скорее всего, за её пределами. Лишь позже осознав, что из носа засочилась кровь, облизнул верхнюю губу, почувствовав на языке солоноватый вкус. Голову сковало в огненный обруч, ныло в висках. Вот уж и детки... Такое устроить. - Император, вы... - Жив, - отрезал Палпатин, даже не торопясь открывать глаза, а уж использовать Силу... - Узнайте, как состояние Ровены. Немедленно! Он заставлял себя двигаться, не смотря на то, что порой мутилось сознание и пелена застилала взор, требуя, приказывая, слушая доклады. Ты - простое существо, если ты без доступа к Силе, а эта дама отказывалась подчиняться до какого-то предела, всё ещё реагируя на то отчаяние детей, едва не потерявших свою родную мать. Изверги! И тут же поморщился, когда они появились на пороге, смотря круглыми глазами все трое. - Ну? Рады? Такой переполох устроить в целой системе, - он устало откинулся на спинку кресла. - Мы боялись, - за всех ответил Люк, Рейвен осторожно забрался на колени Палпатина, прислонившись кудрявой головой к груди мужчины, молча. Тот только погладил волнистые волосы, отметив, что прежде говорливый мальчишка теперь больше отмалчивался. Карие глаза Леи были такими отстранёнными, словно она была где-то вне этого помещения, перебирая пальцами ткань своего платья. - Мы почувствовали, спасибо, - усмехнулся Император, поглядев на этих маленьких разрушителей. - Мы не хотели. Честно... - Кто бы сомневался. Как там Оби-Ван? Сильно это его задело? Лея моргнула, возвращая осмысленность взора: - Он был слишком близко. Медик сказал, что ещё немного - и ему сломало бы шею. Он в медблоке. - Наделали вы дел, мои прекрасные умники. Впредь не смейте так реагировать. - Но мама ведь не ушла! Мы... Палпатин только и смог, что вздохнуть на это заявление: о, да, Ровена осталась в живых, но какова цена? К нему уже стеклись первые данные, сколько разумных стали жертвами этого выброса Силы, и цифра продолжала расти. Высокая цена за одну жизнь! Если женщина хоть когда-нибудь узнает о ней, то... - Вы не имели права распоряжаться чужими жизнями ради одной. Ситуация была под контролем, ни я, ни лорд Вейдер, ни Оби-Ван, не позволили бы вашей матери уйти. Голосок Рейвена раздался глухо и неотчётливо: - Мама устала. Она ушла бы. Я не хотел этого. Сидиус только и смог, как покоситься на темноволосую макушку сына молча, слова с языка не шли совершенно.

***

Энакин Скайуокер, лорд Дарт Вейдер, всё больше хотел откреститься от своих обязанностей, которые нависли над ним, словно карающий меч. Едва выбравшись из больничной палаты, он специально нагрузил себя до предела теми делами, что ранее оставлял на крайний случай. Разговор с Императором вышел спокойным, если приемлемо к тихой и уничижающей отповеди в исполнении Мастера, сравнимой с той, что была устроена Вейдеру после происшествия на Альдераане. В заключении оповестив слугу, что кем бы эти террористы ни были, но своей цели они едва не добились: Ровена пришла в себя, но её физическое состояние ещё оставалось под знаком вопроса и был риск, что поправиться полностью она уже не сможет никогда. Татуинец откинулся на спинку кресла, потирая лоб. В квартире без Люка, отказавшегося покидать Лею и Рейвена, было совершенно тихо, Амира вернётся через несколько часов, а он будет предоставлен сам себе всё это время. Перебирая в уме все данные по покушению и те сведения, что дал ему Исард, он всё же понимал, что не хватало одного единственно важного кусочка в этой головоломке: организатор. Те из знати, кто желал сместить Ровену, оказались в стадии разработки плана: да, хотели заменить императрицу, посадив на трон кого-нибудь из своего круга, но пока не решались. Император в тот раз выслушал допросы этих представителей Домов, мимоходом ответив лорду, что стоить эта идея будет замешанным в заговоре великим Домам в реально выполнимую сумму кредитов, которую он направит на счета Императрицы. Дверь отворилась - и Энакин отстранённо отметил запоздало поданную волну присутствия. - Тебе не к лицу боль, - произнёс Оби-Ван, поморщившись, садясь в кресло напротив лорда. - Благодарю, мне стало стыдно. Ты почему не в больнице? - Там без меня хватает пациентов. Люк остался во Дворце? Вейдер неохотно разлепил веки, глянув измученно на джедая: - Ты уж не решил ли поговорить по душам, Оби-Ван? Всё ходишь кругом да около. Что за мысли в твоей голове? Кеноби был мрачен, словно разрываясь перед необходимостью и опаской, нерешительно вздохнул и тихо проговорил: - Я никогда тебе не говорил про подобное, но краем уха услышал, что и ты, и Арманд Исард в замешательстве, кто мог организовать подобное покушение, ведь великие Дома Империи не при чём... - Вообще-то, они планировали подобное. Но их опередили, - ядовито обронил лорд, машинальным жестом потирая пальцы друг о друга. Вздохнул и тускло усмехнулся: - Колись, Бен, я устал за эти дни, словно вновь на Мустафаре побывал. - Изувер! - вздрогнул Кеноби, вдавливаясь в спинку кресла. - Я не прошу тебя забыть подобное, но хоть не напоминай, он мне уже кошмаром стал. - Тебе одному, что ли? Валяй, давай. А то Амира вернётся, тогда мне точно не до те... - О, конечно, как я сам-то позабыл! - Оби-Ван едко протянул эту фразу, напрочь проигнорировав факт убийственного взгляда со стороны Вейдера. - Впрочем, это твои личные проблемы. Я хотел тебе предложить попутешествовать во времени. Когда рядом раздаётся взрыв, вас оглушает, на время теряется слух. Энакин уставился на джедая выпученными глазами, потеряв на короткое время не только возможность слышать, но и дар речи, после прокашлялся и сипло повторил: - Во времени? Это ты сейчас о чём? - Один я не смогу такое проделать, у меня сил не так много. Императора об этом я точно просить не стану, уволь, такой контакт вывернет меня наизнанку, а мне не желается выдавать местонахождение других джедаев. - Ровена сумела уговорить Палпатина остановить этот геноцид. - Вот поэтому я и хочу, чтобы мы побыстрее установили личности этих гадов: без неё Император будет совершенно неуправляемым, он и без того не паинька, но Ровена его как-то уравновешивает. Кеноби уставился на изумлённого Энакина, на лице которого появилось выражение: вот такого я не замечал! - Да ладно! Она не имеет на него никакого влияния! - Это ты всегда смотришь не в суть происходящего, а опираешься на поверхностные вещи, я всегда тебя одёргивал на этом, припоминаешь? Увлекаешься не наблюдением, а действием. Кстати, мы будем делать или разбирать взаимодействия Императора и его супруги? - Что от меня требуется? Кеноби усмехнулся, но улыбка вышла кривой и невесёлой, хотя говорил Вейдер с оживлением в голосе. - Сперва тебе нужен отдых, как и мне. И наперёд предупрежу, что крайняя степень сосредоточенности и невмешательства - тоже. Подумай, сможешь или нет ты видеть, как совершается тот теракт и Ровена попадает под взрыв? Если не сможешь, то это будет провалом. Это больно. Синие глаза встретили серо-голубые, усталые не меньше, чем у самого лорда. - Мы сможем увидеть тот момент? - Судя по всему, заряд был в одной из стен, за драпировкой штор. То есть, включай логику. - Исард тоже указал, что это мог быть кто-то из охраны. - Я был там, охрана ни при чём. Кем бы ни был этот гад, он обо мне что-то знал. И знал, кто я есть на самом деле. Я не почуял опасности, Энакин, о чём это может говорить? - Он (или она, что тоже не исключено) в курсе, что ты джедай? Глупость. - В окружении Ровены в последнее время очень быстро происходили замены. Я не успевал за этой сменой разных амбиций, после пятой или шестой сосредоточившись на малом круге приближённых. - Саботировано? - Вполне вероятно, как любил говорить наш милый друг Йода: когда исключить вы сможете то, что знаете, останутся вам одни голые факты, которых вы не знали, а по крупинкам истину найдёте вы. Вот только много этих крупинок, Энакин. Справимся ли? Лорд в ответ только голову склонил, рисуя на подлокотнике какую-то загибулину да кусая губу. - Исард в тупике, Оби-Ван, а этот человек не слаб в логике. Все нити, что тянулись от покушения, оборваны, свидетели убраны. Ему не за что зацепиться. - То есть ты "за"? - А у нас есть выбор? Ты будешь мной управлять, но, прошу, тебе придётся меня скрутить, если я буду не в силах справиться с увиденным. Как ты это сделаешь, сам сообразишь, надеюсь. Глаза бывшего ученика и его мастера пересеклись, и на измученных лицах мелькнули улыбки, тусклые и печальные. - До завтра, мастер! Кеноби оставил своего пусть и не друга, но товарища, выбравшего путь, который ему, джедаю, казался тупиковым, неправильным. Вот только глядя на происходящее со стороны просто наблюдателя и охранника, никак не участвовавшего в происходившем, Оби-Ван с течением многих месяцев понял одно: Император был заинтересован во внутреннем развитии Империи, подавляя и расчётливо управляясь с недовольными, с помощью Ровены сумев обойти подводные камни зарождавшегося сопротивления и дав недовольным толику свободы в принятии решений, но всё же не собираясь отпускать на самотёк это своеволие. И кому как, но Бен исподволь начал уважать политика, а не ситха, который сумел взять под контроль такой масштаб, действуя где хитростью, а где осторожной, едва уловимой угрозой. Не восхищаться артистизмом и хваткой Палпатина уже Оби-Ван не мог. В какой-то степени это стало началом падения джедая в нём.