Наставник для Бога

Откуда в доме Эвелин мужская одежда Локи знать не хотел. Нет, он не хотел даже думать об этом. Слишком неприятно эти мысли царапали по его самолюбию. Асгардский Бог с некоторым отвращением натянул на себя черные джинсы на размер больше, и не с меньшим омерзением застегнул большую темно-синюю клетчатую рубашку. Ну вот, — Трикстер окинул себя презрительным взглядом и поморщился: теперь, он выглядит как еще один, ничем не примечательный, паршивый Мидгардец. Как унизительно… Локи вышел из спальни в комнату Алиши и застал там ее с матерью. Эвелин сидела на корточках перед зеркалом и одевала дочь. На продырявленной кровати все еще лежали обломки крыши, а в потолке зияла приличная дыра, сквозь которую открывался вид на прекрасное синее небо с пушистыми облаками. Лафейсон невольно сглотнул, чуть ли не впервые ощущая некое сверлящее чувство вины, и бросил быстрый взгляд на женщину. Сейчас она застегивала на малышке яркие розовые брючки, сердито ругая за то, что дочь сует пальцы в рот и крутится туда-сюда, вместо того, чтобы ровно стоять на месте. Сегодня Алиша выглядела особенно празднично: желтая кофточка с белыми кружевами, розовые штанишки, распущенные светленькие волосы с разноцветными заколками, — сегодня у нее день рождения. Отчасти поэтому Локи было позволено остаться еще на один день. А отчасти потому, что Эвелин нужна была его помощь в одном очень важном деле. После ночного происшествия она стала думать о нем намного лучше, и даже прониклась доверием и симпатией. Хотя и до этого она не имела к нему никаких претензий, — вел он себя спокойно, даже слишком, не высказывал недовольства, даже если это отчетливо читалось на его лице, и почти всегда молчал, изредка обращаясь к ней. Она видела, с каким страхом в глазах этот Асгарсдкий Бог смотрел ночью на перепуганную Алишу, и была уверена, что в тот момент его захлестнули сильные чувства, хоть его холодное аристократичное лицо ничего и не выражало. « Видимо, он не такой уж и плохой, как о нем говорят…» — подумала женщина. Эвелин поправила кофточку на Алише, и увидела в отражении зеркала ухмыляющегося Локи, прислонившегося к дверному проему. Цветные бусины, тихо звеня, покачивались из стороны в сторону, задевая плечо принца. Губы Эвелин тронула легкая улыбка, и она опустила голову, мысленно ругая себя за дурацкое поведение. « Ты же уже не девочка, Эв! Хватит вести себя как подросток и избегать его взгляда… » — женщина с погрустневшей улыбкой погладила по голове сияющую от радости и счастья малышку. Эвелин вспомнила вчерашний поцелуй и невольно вздрогнула. Тогда она была растеряна и напугана. Ей было страшно. Одиноко. Она чуть ли не потеряла самое дорогое в своей жизни. Она сама не знала, почему так доверчиво прижалась к груди мужчины, ощутив, как его сердце пропускает тяжелые удары. Хотя нет, знала. Он понял её чувства, он помог её малышке, он сидел рядом и успокаивал её. И даже безмолвные минуты, проведенные рядом с ним, действительно утешали Эвелин. Когда Локи понял, что она слышит, как реагирует его сердце на её близость, его длинные пальцы начали неровно сжимать её бок — то сильнее, то еле касаясь. Словно он боялся переступить некую хрупкую грань, которая может либо свести их, либо разъединить. Слишком долго он терпел поражения, слишком долго пробыл в холоде и одиночестве, и слишком сильно ему хотелось, чтобы кто-то разделил с ним это отчаяние… Эвелин чувствовала его близость, и в груди застыл не вырвавшийся всхлип, уступив место разгорающемуся желанию. Она чувствовала его приближающееся дыхание, которое было таким же неровным, как и стук её собственного сердца. Мужчина осторожно провел пальцами по её плечу вверх, оставляя на коже тонкий след из мурашек. Едва ощутимо коснулся шеи, заставляя невольно вскинуть лицо вверх. Эвелин даже боялась вздохнуть, — его горящие глаза прожигали даже темноту, окружавшую их. Секундное напряжение, немой вопрос: « А нужно ли?» и его решительное «Да» в сильном и очень нежном поцелуе. В тот момент Эвелин чуть не накрыла новая волна рыданий, рвущихся из измученного сердца. « Ну зачем?! Зачем сейчас?!» Он ловил отчаяние в каждом её вздохе и тут же запечатывал поцелуем, не давая женщине отстраниться. Его руки сильно сжимали её волосы, но не грубо, как она привыкла, а очень трепетно, словно боясь потерять близость. Она приказывала себе не поддаваться чувствам, взятых с пустого места, но его горячие губы были так сладки, что она впервые за долгое время почувствовала себя именно желанной женщиной. Слишком долго она не испытывала такого головокружительного сладостного возбуждения, от которого задыхаешься, от которого внутри все тянет и пылает. Еще чуть-чуть и она окончательно потеряет контроль. « Нельзя. Нельзя…» — стучала в голове мысль, пока Эвелин позволяла ему целовать свою шею, и сама же скользила руками по его плечам и спине. « Я не могу… Алиша…» — женщина, тяжело дыша, отстранилась и отвернулась, но мужчина тут же поймал её лицо ладонями и развернул к себе, снова не давая даже вздохнуть, накрыв своими мягкими и просто безумными губами. Поцелуй длился слишком долго. Слишком горячо… Сладостно… Тягуче… И просто невыносимо… Алиша повернулась во сне на другой бок, и они оба отпрянули друг от друга, словно ошпаренные. Эвелин еще раз с опаской взглянула на ухмыляющегося мужчину и отвела взгляд. « Нет… Я не допущу, чтобы история повторилась. Завтра он уйдет…»