Наставник для Бога

Слезы. Непонимание. Обида. Грудь сдавливает противная тяжесть, от которой даже больно дышать. Пальчики теребят маленькую розовую пачку недавно подаренной фарфоровой куколки. — Почему он ушел? — совсем тихо прошептала Алиша, сглатывая соленые слезы. Глаза красные, набухшие от обильного количества слез. Губы все еще дрожат после недавней истерики, в которой девочка молила Всевышнего, чтобы Локи вернулся. Эвелин еле успокоила свою дочь. И сейчас, уложив малышку в кровать, нежно гладила её по голове и отчаянно улыбалась, ласково целуя в лобик. — Милая… Ты же знаешь, что это должно было когда-нибудь произойти… Новая волна рыданий накрыла девочку. Алиша закрыла лицо ладошками: — Но хотя бы не в мой день рождения, мама! Лоокиии! Локииии…- в конце она чуть ли не заскулила от боли. Только-только у нее наконец-то появился папа, её друг, как она его теряет… Почему он оставил её? Почему он ушел? Она его обидела чем-то? Она сделала что-то не так? Пусть прилетит прекрасная фея, и взмахом волшебной палочки вернет время назад, чтобы Алиша смогла все исправить… Только что именно? В чем она провинилась? «Локи…вернись… Пожалуйста…» Эвелин посмотрела на задумчивое лицо Алиши и на секунду отвернулась, незаметно вытирая слезы. Не может же она сказать дочери, что тот, кого она считает своим самым близким другом — на самом деле хладнокровный и жестокий монстр… Пусть думает, что он вернулся в свою обитель на небе… В дверь постучали. Женщина невольно вздрогнула, и, ожидая самого худшего, — то бишь появления Локи, и собираясь дать ему отпор, — отправилась встречать вечернего гостя, крепко сжав кулаки. Эвелин резко распахнула дверь и облегченно вздохнула. Курьер. Всего лишь курьер. Только вот она ничего не заказывала… Тощий студент в синей кепке и мешковатой куртке с эмблемой своей компании, держал в руках длинную вытянутую коробку. — Распишитесь здесь, пожалуйста… Эвелин опасливо кивнула в сторону «подарочка»: — От кого это? — Не знаю, мэм… Заказчик не представился… — студент неуверенно поджал губы, — Извините… Вы распишитесь? — Да, да…конечно… — отрешенно приняв ручку и расписываясь на бумаге, проговорила женщина… — Всего хорошего, мэм… Курьер сел в темно-синий Фольксваген 70 года выпуска и уехал, провожаемый настороженным взглядом Эвелин. И все-таки лучшим решением женщины было открыть коробку прямо на пороге. Не занося её в дом… Потому что… Эвелин вырвало прямо на месте. Женщина с ужасом отбросила «подарок», держась руками за дверной косяк и судорожно откашливаясь от едкого трупного запаха разлагающейся плоти… В дрожащих пальцах остался клочок неровной бумаги, криво вырванной из тетради в линейку. Неровные строчки, написанные затупленным карандашом… « Передай это ей, любимая женушка. С Днем Рождения, дочурка. Надеюсь, тебе понравился Тэдди. Мы с мамой завели его еще задолго до твоего рождения, развлекайся. Он любит мячики для гольфа. И есть только сырое мясо. Выгуливай его почаще, Алиша. А запах можно перебить шампунем». Женщина разозлено подошла к валяющейся на земле коробке, и, задержав дыхание, захлопнула её. Спотыкаясь о неровные камни, Эвелин все-таки донесла её до большого мусорного контейнера и с отвращением выбросила. Туда же полетела порванная на мельчайшие клочки записка. « Сволочь… Чтоб ты сгорел в аду, ублюдок… Откуда он узнал, как её зовут? Может, его выпустили? Нет… нет, этого не может быть… У него нет таких связей… Все хорошо, Эвелин. Успокойся… Это последнее неприятное событие на сегодня… Чертов Локи… Одно его появление, его присутствие, уже навлекает беду… Надеюсь, его уход снимет с нас эту череду проклятий…» Женщина опасливо оглянулась по сторонам, и поспешно забежала в дом, закрыв дверь на все замки. За ближайшим деревом, дернулась тень. Она криво усмехнулась и потушила сигарету о толстый ствол дуба… А все ли неприятности унес с собой Трикстер?