Наставник для Бога

Локи с презрением смотрел на дом размером с гномье жилище, где, судя по всему, обитали Эвелин и Алиша. Это даже домом назвать было нельзя! Какая-то жалкая лачуга с покосившейся дырявой крышей, напоминающая по форме коробку. Когда-то нежно-бирюзовые стены этого маленького домика обшарпались, и теперь на месте огромных ям, откуда отвалилась штукатурка, красовались всякие солнышки, облачка и деревья — в общем весь тот веселый бред, что могли нафантазировать эти две особы. Лафейсон не переставал удивляться этому странному семейству, состоящему только из двух женщин. Что творится в голове у этой вроде бы взрослой мамочки, раз она позволяет ребенку разукрашивать стены дома подобным кошмаром? Лично он никогда бы не спустил своим детям подобной шалости. Пока сбежавший принц боролся со своими мыслями, Эвелин и Алиша поднялись по маленькой деревянной лестнице, немного накренившейся в сторону, и зашли в дом. Девочка сразу же кинулась в свою комнату, огороженную от другой комнаты разноцветными свисающими бусинами, и прыгнула на кровать к любимым игрушкам, по которым успела за целый день соскучиться. В особенности по большому метровому белому мишке Адольфу. Малышка обняла его крепко-крепко и начала рассказывать, как провела день в детском саду, как её оттуда забрала мама, и как она увидела страшного дяденьку, которому от нее что-то нужно. — Алиша! Мой руки и за стол! — крикнула из кухни Эвелин, разогревая в микроволновке вчерашний суп. Женщина поставила на столик одну тарелку, ложку и одну чашку. Прогуливающийся по маленькому, но, на удивление уютному домику, Локи задумчиво сложил руки за спину и наблюдал, как девочка торопливо садится за стол, в то время как её рыжеволосая мать наливает полную тарелку какого-то странного красного супа. Такой суп Лафейсон видел впервые. Это не похоже на куриный бульон, ведь он золотистый. Она что, приготовила его с кровью курицы? Хотя, в этом случае кровь просто свернулась бы и плавала коричневыми комочками. Царевич с интересом наклонился и понюхал кастрюлю со странным супом. — Что ты делаешь? — весело спросила девочка, болтая ногами под столом и вертя в маленьких ручках большую столовую ложку. — Что? Йогурт достаю, — немного удивленно ответила Эвелин, беря с полки холодильника маленькую белую бутылочку, — Хочешь? — Нет, мам, я не тебе. Я Локи спрашиваю. — А, этот твой вымышленный друг… — женщина усмехнулась и, убрав кастрюлю в холодильник, направилась в свою комнату, граничащую с комнатой Алиши. — Что это за странная похлебка? — Лафейсон вопросительно посмотрел на девочку. Небесно-голубые глаза малышки хитро заблестели и она засмеялась. Право, этот ребенок удивлял принца с каждой минутой все больше и больше. Еще совсем недавно она рыдала, страшась его угроз, а сейчас весело смеется, называя наследника трона Йотунхейма по имени… Локи думал, что после тех запугиваний он потратит кучу времени на то, чтобы расположить Алишу к себе, но девочка оказалась какой-то слишком уж веселой и подозрительно-дружелюбной. Может, она задумала какой-то хитроумный план? Ведь не могут же люди быть настолько открытыми и добрыми. Это просто невозможно. — Это называется свекольник! — гордо заявила девочка, погружая ложку в тарелку и, сладко причмокивая губками. Через несколько секунд она театрально закатила глаза и громко провозгласила: — И какой вкуууууусный! Моя мама готовит самый лучший суп на свете! — звонким голосом заявила она. Лафейсона взбесила такая детская наигранность. Он презрительно отстранился от нее и принялся созерцать дверцы холодильника, обклеенного разного рода детскими рисунками вперемешку с записями на маленьких желтых листочках. — А почему он красный? — отрешенно спросил Трикстер, изучая телефонные номера на записках. — Ты такой смешной, Локи! — девочка опять засмеялась. Смех, это, конечно хорошо, но не так же часто! Трикстера это начало раздражать. Еще чуть-чуть и он снова сорвется. -Он красный из-за свеклы! Это овощ такой. Он придает супу красный цвет, — пояснила малышка. — Алиша, ты доела? — Эвелин вышла из комнаты в том же кошмарном наряде, но уже с большой черной спортивной сумкой, перекинутой через плечо и заставляющей женщину немного крениться влево. — Даааа, — облизывая ложку, протянула Алиша. — Тогда иди умойся и ложись спать. — А телевизор можно посмотреть? Женщина мягко улыбнулась: — Можно, только недолго, — Эвелин бросила сумку на пол возле входной двери и зашла в ванну. Алиша немного неуклюже спрыгнула со стула и, протянув руки к тарелке, аккуратно понесла её к раковине. Локи, сам того не замечая, наблюдал за действиями этой девочки с легкой, немного грустной улыбкой, граничащей с усмешкой. — Локи, а что ты любишь смотреть? — любопытно спросила девочка, глядя на царевича большими, словно хрустальные монеты, голубыми глазами. — Что? Я не засоряю свой мозг тем дерьмом, что льется из вашего эфира прямо вам в головы, а вы, сами того не замечая поддаетесь… — Да, да, да… Не хочешь — как хочешь, — девочка перебив Лафейсона прошла мимо него и, плюхнувшись на диван включила пятый канал. Сейчас там шел какой-то детектив. Алиша терпеливо щелкала пультом, пока на экране не появились мультики. Царевич же, презрительно развернувшись, продолжил осматривать это убогое жилище. Будь его воля, он бы ни за что здесь не остался. Слишком уж смехотворно: принц, бывший царь Асгарда и в какой-то лачуге. Отвратительно до тошноты. Все это маленькое помещение состояло лишь из кухни, ванны с туалетом и одной большой комнаты, разделенной на две разноцветными занавесками из бусин. Лафейсон прошел сквозь занавески и внимательно осмотрел комнату Эвелин. В принципе, ничего особенного — кровать, две тумбочки, туалетный столик с кучей флакончиков, косметики и прочими женскими радостями, большой шкаф с зеркалом на двери и светло-розовые стены, обклеенные старыми фотографиями. Локи подошел ближе и вскинул брови в удивлении. На фотографиях, судя по всему, была Эвелин, хотя сначала Лафейсон даже не поверил в это — слишком уж сильно отличалась она от себя молодой. Невероятно красивая, стройная девушка лет 16 в бело-синей школьной форме, с длинными до пояса светлыми волосами. Она ослепительно улыбалась, прижимая к груди огромный букет цветов и высоко вскинув руку вверх с зажатой в ней золотой медалью. На следующей фотографии Эвелин была со своей группой поддержки, которая опять же что-то выиграла, о чем свидетельствовал огромный золотой кубок. Затем последовали фотографии, где юная девушка в красивом бальном платье танцевала с каким-то мужчиной. Локи заворожено подошел к туалетному столику и увидел большую фотографию, прикрепленную к раме зеркала. На ней крупным планом было лицо улыбающейся Эвелин. На снимке она была очень красива — светлые волосы, блестящие темно-серые глаза с хитрой искрой, неповторимый привлекающий блеск, которого сейчас уже не было в её уставшем поблекшем взгляде, красиво очерченные красные губы с немного вздернутыми в коварной улыбке уголками. Лафейсона охватили странные смешанные чувства. «Это что, жалость?» — растерянно подумал мужчина, рассматривая другие фотографии танцующей молодой девушки. Ему даже стало как-то не по себе от того, что такая красота превратилась в блеклую серую тень, влачащую столь жалкое существование. Локи скользнул задумчивым взглядом по раме зеркала, к которой были прикреплены уже более поздние фотографии Эвелин и Алиши. Странно, но нигде не было ни единого изображения отца Алиши. Значит, он либо бросил их, либо умер. Лафейсон, поморщившись, осознал, что ему вдруг стала интересна жизнь каких-то жалких людей. Поскорее бы связаться с ученым и попасть в Муспельхейм, где его уже ждут соратники, готовые идти на землю войной. — Ну все, милая, я пошла, — Эвелин подошла к дочери и, обняв, поцеловала в маленький лобик. — Мам, только возвращайся поскорее, — печально сдвинув бровки, попросила Алиша. Женщина мягко улыбнулась: — Конечно. Только допоздна не сиди. Ложись спать пораньше, — женщина подняла спортивную сумку и вышла из дома, закрыв дверь на замок. Локи вышел из комнаты, услышав это странное прощание в девять часов вечера. — Куда она пошла? — с холодным интересом спросил мужчина. Алиша, не отрываясь от мультиков, громко засмеялась, когда Джерри поймал Тома в его же собственную ловушку, и отвлеченно ответила: — На работу. Лафейсон пораженно вскинул брови. Кажется, он знал только одну древнюю профессию, где женщины работали по ночам, но все же решил уточнить… Если девочка знает, что её мама уходит по вечерам, то неужели Эвелин рассказала четырехлетней дочери о том, кем работает?! — А кем она работает? — осторожно спросил царевич, наблюдая, как девочка внимательно следит за хитрым мышонком. — Официанткой. Локи облегченно выдохнул, но тут же разозлился сам на себя. Нельзя. Ему просто нельзя испытывать жалость или сочувствие. Иначе, его ненависть уже не будет такой всепоглощающей и яркой, а это необходимо для осуществления захвата. Но, с другой стороны, его исстрадавшаяся душа и так разочарована от этого кишащего подлыми людьми мира, и где-то глубоко-глубоко внутри он не хотел, чтобы такая, вроде бы, хорошая женщина оказалась той, о ком он подумал. Локи еще минут десять вальяжно побродил по дому, закинув руки за спину, и, когда ему это наскучило, осторожно присел рядом с Алишой. Он понятия не имел как общаться с детьми, тем более мидгардскими. Единственное, о чем он знал — это то, что все они треплют нервы своим родителям, раздражают и постоянно кричат. Но эта девчонка вроде бы сейчас спокойно себя ведет. Разве что, чересчур много смеется от этих глупых телевизионных передач. Лафейсон в задумчивости коснулся пальцами своих губ. Все равно делать нечего. Просить её помочь сейчас бесполезно — ночь на дворе. Поэтому, он просто отдохнет, получше узнает своего единственного собеседника, чтобы понять как можно им манипулировать. Лафейсон покосился на смеющуюся девочку и, решив хотя бы с чего-то начать, спросил: — Ты когда-нибудь задумывалась о метафизических явлениях, влияющих на наше восприятие об окружающем мире? Алиша, сделав большие глаза, посмотрела на Локи и ошеломленно проговорила: — Ты что, совсем тук-тук? — девочка постучала себя по голове, — Мне всего четыре года! — Хм… — царевич поспешно отвернулся и разочарованно уставился в потолок. Неужели ему придется ждать в этой отвратительной каморке, с этой раздражающей его особой, пока сила не вернется к нему? Да это еще хуже, чем находится в обществе троицы воинов и Сиф. Локи скривил губы в презрительной усмешке, вспомнив этих жалких червей. Ничего, и с ними он тоже поквитается за все оскорбления, за все издевки и насмешки над маленьким принцем. Он всего лишь хотел подружиться с ними, но воины постоянно отвергали его, называя самыми обидными прозвищами. Зато сейчас, когда второй шанс так близко, он покажет всем насколько велика его власть, и в этот раз, пощады не будет. Холодно. Страшно. Темно. Вокруг его тела смыкается черная бездна, душа своими когтистыми ледяными пальцами. Сквозь сон Локи почувствовал, как на него пахнул слишком сильный аромат приторно-сладких духов и отвратительно крепкий запах сигарет. Локи резко раскрыл глаза и увидел перед собой ярко-разукрашенную Эвелин, чье лицо и распущенные пышные волосы покрывали блестки. Женщина выключила все еще работающий телевизор, аккуратно взяла на руки мирно спящую дочь и осторожно понесла в комнату. Царевич повернул голову и посмотрел на часы — 03:31. Раздраженно повернувшись на другой бок, Локи закрыл глаза и вновь попытался заснуть, надеясь, что в этот раз ему приснится нечто более приятное, чем сосущая пустота бездны…

***

— Джейн, ну этого не может быть! — Тор, я говорю лишь то, что вижу сама, — девушка устало посмотрела на любимого. Громовержец, с печатью сожаления и горести на лице задумчиво теребил свой подбородок и ходил туда-сюда по комнате. Он просто отказывался верить в то, что показывал ему компьютер. Была вспышка, был взрыв, было полное совпадение частиц метаплазмы с магией Лафейсона. Только вот самого царевича не было. Словно он бесследно растворился в окружающей среде. — Черт! — блондин разозлено ударил кулаком в стену, проделав в бетоне огромную дыру. Джейн опасливо покосилась на расстроенного плохими новостями мужчину. Тор, выпустив пар и немного успокоившись, снова подошел к компьютеру и обратился к Фостер: — Покажи мне еще раз то место, куда он попал. — Милый, но там же не… — Прошу тебя, Джейн… Я знаю, что он может быть мертв, также я знаю, что это может быть одна из его магических уловок, чтобы мы его не обнаружили. — 20 миль на запад от Пасадены. Это единственное, что удалось засечь. — Хорошо. Спасибо… И да, кстати… Наверняка он попытается связаться с тобой или с Селвиком. Так что предупреди его. Локи сейчас очень зол, и невозможно предположить, с какими врагами нам придется встретиться на этот раз.