Новая ошибка по-французски

      Дина с трудом удалось поднять с пола, привести в вертикальное положение и заставить успокоиться. После того как Миша усвистал в закат, издевательски хохоча, градус слэшехейтерства начал потихоньку падать. Сэм посадил на стульчик всё ещё бомбящего и ругающегося брата и вручил ему ноутбук, чтобы дитя поразвлекалось, а сам отправился в ванную страдать. Лишь засунув в раковину и намочив пылающую голову, он почувствовал некоторое облегчение: услышанное постепенно растворялось в воздухе. Очень хотелось домой.       Но к этому желанию едва ощутимо примешивалось и другое, намного более странное для Сэма: любопытство. Всё-таки жутко хотелось самостоятельно, в тишине, без едких намёков и нарочито эпичной интонации Миши, дочитать хоть один слэш до самого «процесса». Сэм попытался отогнать эту идею, но у него, что удивительно, ничего не вышло.       Вернувшись на кухню, он обнаружил там пристально глядящего на экран ноутбука Дина. Можно было легко ожидать, что он нашел порносайт или занятное убийство, но — о ужас! — из-за братского плеча отчётливо виднелся уже знакомый коричнево-бежевый фон.       — Сэмми, — без тени истерики позвал Дин, увлечённый сайтом, — здесь не только извращенцы, оказывается. Есть жанр, джен, в котором всё нормально… Интересно, что такое омегаверс?       Через пару минут в ноутбук полетела целая горсть соли, а Сэм за рекордные пять секунд полностью зачитал экзорцизм на непрерывной ноте «си». Когда глаза охотников перестали нервно дёргаться, Дин сообщил, что лучше бы он остался в неведении.       Пожевав немного более или менее переводимого гета, братья с трудом отплевались от розовых соплей и зареклись никогда больше не пересекаться, в известном смысле, ни с одной знакомой женщиной.       — Да и с мужчинами тоже… не стоит, — добавил Сэм, на всякий случай отсаживаясь подальше от брата.       — Что за?! — спросил тот и вдруг с грохотом захлопнул ноутбук.       — Что там?       — Я, по понятиям этих писак, должен буду в ноябре разродиться, — буркнул Дин, зачем-то запустив обе руки под рубашку и тщательно ощупав живот. Сэм истерически хохотнул, но после жестокой мести в виде трёх страниц слэша с Габриэлем захлопнулся.       — Пссс, парень, — шепнул Винчестер-старший, сверкнув глазами поверх ноутбука, — не хочешь немного канона?       — Чегона? — переспросил Сэм.       — Да тут просто сто сорок страниц о том, как ты кувыркался с Руби. Хочу читать.       — Не-е-ет, спасибо, — поспешил отказаться брат. — А то я могу найти… найти… — Он попытался придумать, о ком из своих многочисленных пассий Дин хочет забыть, но не смог.       — Ехехехехе, — противно рассмеялся канзасский Казанова, тыкая по клавиатуре. Щёлк-щёлк, тук-тук-тук, клац-клац. — О!       — Что там ещё?       — Есть в этом доме флэшка? — Дин прогарцевал в гостиную и вернулся с добычей. — Копируем, с собой забираем, и у нас появляется пожизненный запас компромата на Каса. Если заартачится нам помогать — сплавим эту писанину Мэг, и она его из-под земли вытащит, чтобы опробовать все триста с гаком страниц на практике. Чудненько.       — Тебе не кажется, что лезть в чужую личную жизнь нехорошо?       — Я похож на хорошего человека, Сэмми? — фыркнул Дин.       — Нет. Ты злой.       — Именно. — Брат снова скрылся за ноутбуком. — Слушай, может, тут и на Кроули пара томов компромата найдётся?

***

      Наверху послышалось утробное урчание, и в следующую секунду в окоп нырнул Гарт.       — Это была плохая идея, — сообщил он, вклиниваясь между горе-охотниками. — Метров тридцать тварюка, не меньше. Надо ждать.       — Чего ждать? — спросил Джаред, которому секунду назад заехали чрезвычайно острым локтем в нос. Очевидно, Гартом — всей его поверхностью — можно было с лёгкостью открывать консервные банки.       — Вечера, чего же ещё. В трёх процентах случаев мы доживём до него. В остальных нас переварит шпаки.       — Умеешь ты успокаивать, — вздохнул Дженсен. Его тут же ткнули лбом в прелую листву, полную мокриц.       Вся троица начала ворочаться и вертеться подобно ужам на сковороде, попутно молясь, чтобы Кастиэль не вздумал материализоваться в окопе всем своим джимминовакским туловищем. Джаред заполз под Гарта. Дженсен в темноте наткнулся на два торчащих из моховой стены носа, получил кедом по заднице и заорал. Ему тут же попробовали заткнуть рот — в воздухе схлестнулись многочисленные руки, ноги и прочие выступающие части. Дженсен брезгливо посбрасывал Джареда с Гарта, в процессе упал на него сам. В бедро упёрлось что-то горячее и твёрдое. На самом деле это был термос с кофе, но в данной ситуации все единогласно решили продолжать орать и толкаться.       Коэффициент трения мгновенно увеличился. Живой тетрис собирался плохо, ибо трое абсолютно разных по комплекции мужиков просто не могли прижаться вплотную друг к другу, замереть и заткнуться. Червяк заполз в штаны — истерика. Кто-то в ухо дыхнул или за зад ущипнул — истерика. Кинжалы колют нежное место — снова истерика и перетасовка колоды из трёх карт.       Наконец, Джаредом, подкинув его ввысь, раздавили мешок со всеми боеприпасами и провиантом. Гарта, доморощенного йога с массой кузнечика-анорексика, окончательно согнули в бараний рог.       Дженсен со скоростью бешеного песца прополз по всему окопу, по размерам едва превышающему ванну, и в конце издал какой-то мистический звук, похожий на урчание. Секунду длилось молчание. А потом все осознали страшную истину.       Это был не Дженсен.