Долг короля

Оказалось, что собрать правильный состав посольства не такая простая задача. Некоторых дроу нельзя было отпускать в опасный путь из соображений безопасности, других - по причине секретности — они знали слишком много для того, чтобы позволить себе отдать их в лапы врагу. Третьи могли бы двинуться в путь, но либо были слишком молоды и недостаточно мудры, или же очень мудры, но недостаточно молоды. Очень хотелось плюнуть на все и двинуться навстречу судьбе лично. Вот только такого демарша не допустят советники. Шутка ли — оставить Подземье без Королевской твердой руки во время войны? Изведя кучу бумаги и сломав в ярости два пера, Ран поступил просто — назначил главой посольства своего старого учителя и поручил ему подобрать сопровождающих. Король был уверен, что опытный дроу, разменявший третью тысячу лет, не допустит ни одной ошибки. И точно, список, который Ран получил вечером был безупречным. «Утверждаю», - размашисто подписал король и взглянул на учителя. - Как никому доверяю тебе. Нам нужен этот брак. Можешь предлагать все, что попросят. Но без результата вам лучше не возвращаться. Ваша неудача — общая неудача. Мы просто проиграем войну. Да что там — мы уже ее проиграли. Наше сопротивление больше похоже на агонию обреченных. - Я понял тебя. Можешь быть уверен — принц орков будет твоим супругом. Дан Ост хорошо знал своего венценосного ученика. Он понял даже то, что не было сказано вслух. Возложенную миссию Дан готов был выполнить даже ценой своей жизни. Да и не много той жизни осталось — нечем там дорожить. Этот мальчик, его последний ученик, был дорог его сердцу. Посольство собралось и выдвинулось сразу же как только были оформлены королем верительные грамоты и написано собственноручно письмо на имя принца орков. Все прочее было передано на словах и без лишних ушей. Дан Ост теперь смело мог считать себя вторым после своего короля лицом в Подземье. И пусть полномочия его имели определенный срок, но история темных эльфов еще не ведала такого доверия. Дан был горд — он не зря прожил долгую и трудную жизнь. Теперь его имя точно войдет в Свитки Лоосс*. Двигались тихо и скрытно: даже тоннели вблизи столицы не были полностью надежны. Оборотни умели зачаровывать зверье, напасть могли даже обычные крысы. И кто сказал, что стая в пять десятков голов — ерунда, не стоящая внимания? Гонец из осажденного города шел в столицу опасными тропами. Эта дорога была признана негодной для передвижений сразу после прорыва лавы. Только отчаянный самоубийца мог пройти по тонкому карнизу над кипящей рекой огня. Гонец смог. Но посольству, снабженному официальными грамотами, несущему переговорные стяги, не имеющему оружия, скрываться было не резон. Они шли открыто. Первый дозор врага опытные воины заметили за четыре сотни шагов. Но оборотни, если это, конечно, были они, а не примкнувшие к многоликим степняки, так и не показались. Хотя и препятствовать не стали. Миновав опасный участок, Ост с облегчением выдохнул. Все же чувствовать себя беззащитным было очень неприятно: подсознательно ожидалась какая-нибудь пакость, вроде стрелы в спину. - Запах и ветер, - тихо шепнул следовавший слева следопыт. Ост принюхался, но его обоняние пока не могло определить ничего. Оставалось доверять более молодым эльфам - впереди что-то было. Этот тоннель был самым коротким путем к Поверхности. Правда, проходил он через осажденный город - тот самый, чудом отбитый у врага. Когда посольство приблизилось к нему на расстояние четырех полетов стрелы, их окликнули. - Стойте, кто бы вы ни были! Ост ощутил, как в грудь каждому из дроу нацелились как минимум по десятку острых стрел. Только глупец не выполнил бы приказ при таком раскладе. - Кто вы? С какой целью следуете, куда? Лицо дроу окаменело. Он не собирался отчитываться перед каким-то рядовым воином. - Пригласи старшего командира, - процедил он. - Ага! А стрелу в задницу не желаем? Второй голос совершенно точно принадлежал степняку. Только у орков такая любовь к рокотанию: словно пробуют звуки на вкус. - Мы послы, следуем к принцу орков — Нерзгару-Тор-Вартару, - крикнул Дан в темноту широкого коридора.Не имея в руках оружия трудно затолкать в глотку невежи оскорбление. Остается терпение. Кто-то из пленных светлых говорил, что это одна из добродетелей? Странно, но ничего кроме глухого раздражения у старого эльфа это не вызывало. Все было сказано, и теперь посол мог только молиться Лоосс об успехе. Пауза затянулась, напряжение становилось просто невыносимым. - Что же они медлят? - прошептал один из молодых знатных дроу. - Жди, - тяжело уронил Ост. Он и сам не мог понять, почему случилась задержка. Посольства по давнему договору между всеми разумными расами принято было пропускать. - Вы пройдете через город без остановки? - со стороны врага наконец-то донесся вопрос. - Да, мы не будем задерживаться в городе и не несем осажденным никакой помощи. Это было правдой. Рисковать всей миссией только ради пары амулетов, все равно не способных переломить ход событий, никто не собирался. - Хорошо, но вам завяжут глаза. Это было приемлемым условием. Сам Ост потребовал бы того же. Ведь помощь может заключаться не только в материальных предметах, но и в ценных сведениях об обороне и числе воинов на подступах к городу. И пусть они пришли из глубины Подземья, но и здесь можно было бы устроить прорыв. Хотя бы для того, чтобы вывести из города детей. - Мы согласны и не окажем сопротивления! Это была самая мерзкая часть пути. Старого дроу передергивало от чужого прикосновения, его раздражало буквально все: от грязной вонючей тряпки на лице до бесцеремонного проводника, слишком крепко сжимавшего его локоть. Но как все плохое, и это унижение завершилось. - Дальше сами. Там уже ваши врата. Договаривайтесь — может, откроют, - с усмешкой возвестил голос степняка, и с глаз сдернули опостылевшую повязку. Надвратное пространство по традиции было неплохо освещено. После темноты слишком яркий свет неприятно резал глаза, и Ост не сразу заметил, что их внимательно разглядывают. - Открыть! Именем Короля! - рыкнул он, не сомневаясь, что приказ выполнят без промедления. Такими словами не шутили. Шутники очень резко теряли в росте — как раз на величину собственной головы. С той стороны массивных ворот явно ощущалось нешуточное оживление. Наконец где-то вверху приоткрылась небольшая бойница. - Мы спустим веревку, - с извинением в голосе сообщил выглянувший оттуда дроу. Ост в раздражении скрежетнул зубами. Могли бы и малый проход открыть. Но спорить было бесполезно — у войны свои правила, и претензии следует направить местному начальству, а не исполнительному служаке. - Тьма с тобой! Бросай! - рыкнул он. - Только попробуйте языки распустить и кому-то об этом рассказать! - многообещающе прошипел он охране посольства и сопровождающим. Позорище! Обличенный почти королевской властью, пожилой дроу вынужден лазать по веревкам, словно сопливый мальчишка, не разменявший четвертого десятка лет. Впрочем, к чести осажденных, сбросили они все же веревочную лестницу, да и наверху так рьяно подхватили Оста под руки, помогая перебраться через высокие зубцы, что ущемленное темное самолюбие чуть расправило потрепанные крылья. Он осмотрелся и тихо ругнулся: дежурившие на стене воины больше походили на живые скелеты. Обтянутые кожей кости все еще двигались и даже исполняли свой долг. Это заслуживало уважения. - Проведите через город. Насквозь — к западным вратам. Останавливаться не будем — наше дело срочное, - сдержанно попросил Ост. - Вы не зайдете... - Нет! Не дожидаясь, когда все посольство окажется наверху, Ост двинулся вперед — к узким лестницам, спускающимся в темный, кажущийся безжизненным город... … Нерзгар не заметил, как заснул. Вот только что казалось, что от тяжелых мыслей просто взорвется голова, в вот уже кто-то грубо толкает его в бок чем-то твердым и слишком громко требует немедленно встать. Принц чуть приоткрыл глаза, резким броском ухватил слишком осмелевшего дроу за ногу и позволил потерявшему равновесие телу со всей дури ахнуться о каменный пол. Впрочем, устраивать побоище он не собирался, а потому почти сразу же сел, показательно положив руки на колени — пусть видят, что он не собирается нападать. За пленником прислали шестерых воинов, двое из которых в некотором отдалении выцеливали его из легких луков. Соревноваться в скорости со стрелами очень вредное для здоровье занятие, и Нерзгар тихо порадовался собственной сообразительности. Он молчаливо дождался, когда уроненный им дроу восстановит дыхание. - На допрос, - просипел тот. Нерзгар пожал плечами. Он не представлял себе, как еще можно будет протянуть время. Вчера ему поставили предельно ясные условия. Но даже собственный окончательный отказ от добровольного сотрудничества с врагом этому самому врагу нужно было бросить в лицо. Сейчас все воспринималось им отстранено, словно странная партия в нуги*, вот только вместо резных деревянных фигурок на огромной доске были расставлены живые персонажи. Ему был поставлен полный храт*. Ничего не поделаешь. Очень скоро у неизвестных игроков станет на одну фигуру меньше. Все в той же комнате его ожидал знакомый по вчерашнему допросу дроу. Только в этот раз он был в гордом одиночестве. Дроу с усталым безразличием взглянул на пленника и спросил: - Что вы решили, сотник? Нерзгар лишь молча покачал головой. - Почему-то я так и думал, - криво усмехнулся темный эльф. - Вы помните, что я обещал? Я не бросаю слов на ветер. Казалось, что дроу все еще надеется на сговорчивость пленного. Пауза неприлично затянулась. Нерзгар молчал потому что уже принял решение. Дроу же просто не торопился — куда спешить в давно осажденном городе? - Тогда прощайте. Я считаю это решение глупым, - наконец-то решился темный. - В чумные бараки его, - распорядился он. Нерзгар ощутил у себя за спиной чье-то движение, но ничего не успел сделать — сильный удар по голове отключил сознание. Принц уже не чувствовал, как ему крепко связывают за спиной руки, как стягивают веревками ноги, а потом, вчетвером волокут куда-то по длинным коридорам. В себя он пришел только на улице, да и то потому, что на обнаженную кожу капнула горячая смола от горящего факела. Глаза были залиты кровью, сколько он не пытался проморгаться — ничего не получалось. Тогда он смежил веки и просто считал шаги: шесть сотен и еще четыре десятка. Возможно, их было гораздо больше, вряд ли бараки, поименованные «чумными» могли находится близко к официальным городским зданиям. Его бросили на каменный пол и громко постучали колотушкой в запертые ворота. Из переговоров дроу стало понятно, что чумные бараки находятся в полной изоляции и под охраной. Притащившие пленника воины отчаянно не хотели заходить внутрь и подвергать себя риску заразиться, а охранявшие изолированные здания не желали сами тащить тяжеленного орка внутрь. Пока они спорили, Нерзгар постарался успокоиться и вспомнить самые лучшие моменты своей неприлично короткой жизни. Удивился, когда в них попали некоторые «воспитательные» моменты, касающиеся приемного братишки. Даже повышенная глупость и неприспособленность орчонка сейчас вызывали только добрую усмешку. «Жаль, что все так получилось, и мы больше никогда с тобой не увидимся», - подумал Нерзгар. Он был готов еще так вот полежать на немилосердно холодных камнях и повспоминать о чем-то своем, но тут дроу договорились, заскрипели ворота. Нерзгар открыл глаза: тяжелые створки раскрывались медленно, словно за ними был страшный подземный мир Маргула. В сердце шевельнулись первые ростки липкого страха. Принц нервно вздохнул и начал молиться Химшасту, передавая богу-покровителю свою душу... … Комендант города тяжело уткнулся в ладони горячим лбом. Упрямый орк все же предпочел смерть. По прежнему опыту дроу хорошо знал, что все попытки через мучения получить нужные им ответы будут бесплодны. У степных воинов было обостренное чувство собственного достоинства. Они скорее готовы были сгореть заживо, нежели стать предателями. Была надежда, что вражеский сотник, так любящий детей, впечатлится и ради спасения маленьких жизней скажет хоть что-нибудь. Но, видимо, так далеко его любовь к чужим детям не распространялась. А жаль... Вчера наконец-то заработал амулет связи. Из столицы дали понять, что скоро все может измениться к лучшему — нужно только выдержать, просто дождаться. Вот только как? В чумные бараки, куда удалось собрать всех заболевших и остановить распространение неизвестной заразы, пищу не отправляли уже шестой день. Пайки горожанам были урезаны до минимума: кусок грибного хлеба, пакетик сухой похлебки и одна фляга воды в одни руки — все, что мог позволить себе город. Но уже завтра они не смогут дать даже этой малости. Провизии осталось только на то, чтобы хоть как-то поддерживать воинов. Но ведь почти у всех дети! Они же наверняка отнесут свою еду им. И сами начнут умирать от голода прямо на постах, в патрулях и дозорах. Даже прямой приказ не сможет победить извечную истину: продолжение рода важнее собственной жизни. Как тут выполнить приказ и удержать город? От безнадежности ситуации хотелось выть в голос. Вот только он не мог себе этого позволить. Другие — могут, но не комендант. Он отвечает за город. - Я отвечаю за город! - твердо напомнил эльф сам себе вслух. Комендант тяжело поднялся и покинул кабинет для первичных бесед. В другом конце длинного коридора находились его личные комнаты. Внутри было темно и пусто. Привычно пусто. Свет зажигать не было нужды: за долгие годы он изучил тут каждый угол и мог передвигаться в небольшой комнате даже с закрытыми глазами. Но комендант свет все же зажег. Так в помещении ощущалось хоть какое-то подобие жизни. Взгляд привычно метнулся к столу и небольшой картине, написанной настоящими красками на высушенной шкуре водяной ящерицы. С портрета мило улыбались двое пухлощеких малышей-близнецов, которых держала на коленях хрупкая эльфийка с чуть печальным взглядом: «Дирану от семьи. Мы всегда с тобой!» - Да, вы всегда рядом. Скоро мы будем вместе, - печально улыбнулся он, легким прикосновением пальцев погладил изображение. Сегодня он очень устал. Гораздо больше обычного. Может, из-за сработавшей кровной связи. Его предупреждали, что на больших расстояниях она здорово тянет силы. А может и от голода, ставшего уже почти привычным. Он снова отдал свой паек личному секретарю, у которого тяжело поправлялась после сложных родов супруга. Молодому семейному дроу еда была нужнее, чем одинокому коменданту. «Надо хотя бы выспаться», - решил он. Постель казалась слишком твердой и холодной, но Диран все же смог кое-как устроиться. Сон уже почти совсем овладел сознанием, когда в двери кто-то оглушительно и заполошно постучал. Комендант помянул родителей негодяя и их сексуальные пристрастия и отправился отпирать дверь. Его раздражение сразу же испарилось — очень уж ошарашенный вид имел дежурный воин. - Что случилось? Больше всего Диран хотел сейчас услышать о штурме. Такой отличный повод — закончить агонию города одним махом. Но ответ удивил его до онемения: - В город вошли два посольства — наше и от орков. Они движутся навстречу друг другу от восточных и западных ворот. Что делать? Комендант встряхнулся и силой потер ладонью лицо. - Ничего. Пусть идут. Ваша задача обеспечить им безопасное продвижение. Не препятствовать. За орками следите — чтобы пакостей каких не устроили. Да знаю я, знаю! - махнул он рукой. - Статус, безоружные... Оборотни вон что учудили — и зверье, и зараза. Тоже, небось, мечами не пользовались. Так что, следите! А наши? Не требовали встречи? - Нет. Посыльный выглядел виноватым, будто это он отвечал за действия послов дроу. - Ну, нет, так нет. Кто мы такие, чтобы обсуждать высочайшее решение. Обеспечить безопасность! Воин, получивший четкие указания, бодро бросился их выполнять, а комендант задумался — ситуация была очень уж нестандартной. Пожалуй, самым правильным будет ему при встрече обоих посольств поприсутствовать. Нет-нет, не вмешиваться! Кто он такой? Но просто быть. Вдруг понадобится что-нибудь срочное? Диран обулся, быстро пригладил гребешком растрепавшиеся волосы и поспешил в город. * Свитки Лоосс — историческая летопись Подземья, в которую заносятся только самые важные события, имеющие значение для всей расы дроу. * Нуги — логическая игра со сложными правилами и множеством фигур разной ценности, внешне напоминающая столкновение двух армий. * Храт — положение фигуры при игре в нуги, когда просто не остается возможности сделать ход.