Долг короля

Иртус с рыком вытащил меч из тела поверженного врага и быстро оглянулся – король Раэл жив и невредим – заляпан в чужой крови, выглядит уставшим, но в ответ уверенно кивнул - отбились. - Это нужная нам площадь, - подошел он к Иртусу. – Вот только я не могу вспомнить, где колокол? - Его не видно отсюда. Он за Храмом. Иртус жадно присосался к фляге. Повязка на раненом плече насквозь пропиталась кровью, но сменить ее было некогда. От кровопотери немного шумело в ушах, и вода была единственным способом хоть как-то продержаться на ногах – не потерять сознание. «Я не имею на это права!» - напомнил себе командир следопытов. - Так чего мы ждем? Иртус кивнул и прокричал приказ. Оставшиеся в живых воины правого крыла быстро перестроились. Теперь острием лезвия шли следопыты из полусотни бывших предателей. Сейчас в живых осталось почти три десятка – все еще внушительная сила. Они не возражали – понимали тяжесть выдвинутых против них обвинений. Смерть в бою искупает любую вину. Если бы кто спросил, что по этому поводу думает сам Иртус, то он ответил бы, что этим следопытам еще повезло. Король Марк мог бы просто отдать приказ о самоубийстве – вряд ли хоть у кого-то из связанных кровной клятвой хватило бы сил возразить – перерезали бы себе горло. Для того она и нужна была – эта клятва – чтобы быть уверенным в преданности. Вот только выяснилось, что и она не может быть гарантией. Иртус решительно отбросил в сторону несвоевременные мысли. Кто он такой, чтобы пытаться думать за короля? Не будет этой клятвы, предложат что-то другое. Сейчас важно дойти до колокола. И хотя на них больше никто не нападал, это еще не значило, что впереди не будет ни одного скверного сюрприза. Он даже не удивился, когда первая звезда воинов вдруг оказалась вздернутой в воздух. Привыкшие к боли следопыты, страшно закричали, и Иртус увидел, как невидимая сила начинает выкручивать их тела – словно хозяйка свежевыстиранное белье. Тот, кто ставил эту ловушку, знал толк в боли и любил пытки. Иначе чем можно было объяснить, что выдавливание еще живых дроу начиналось с пальцев рук – по одному? Мимо него метнулась чья-то фигура, и только по недовольному рыку и броску орка-охранника Иртус понял – Раэл. Молодой король явно не был в пыточных подвалах собственного замка – должно быть король Марк оберегал его от подобных зрелищ. - Не стоит. Вы не сможете им помочь, - мягко остановил юного повелителя командир следопытов. – Приготовьте стрелы с обычными наконечниками, - коротко распорядился он. - Нет! Убить всегда успеешь! Дай мне попытаться им помочь – я обещаю быть осторожным! Глаза Раэла лихорадочно блестели, а побледневшее лицо выдавало сильнейшее нервное напряжение. Иртус заметил и сжатые до белых костяшек кулаки – младший Король упрям, лучше, пожалуй, уступить, чем потом долго объясняться. - Хорошо, - кивнул он. Они едва могли слышать друг друга – попавшие в ловушку кричали так громко, что звенело в ушах. Пожалуй, Иртус не мог бы их в этом винить – с такой болью невозможно совладать. Он сам – и то вряд ли бы справился. Раэл осторожно подошел к ловушке. Он выставил перед собой ладони, словно пытался пощупать ими воздух. Совсем близко – только руку протяни – бесшумно ступая, двигались двое огромных орков. Иртус не беспокоился – скорее они сами окажутся рядом с невезучими следопытами, чем позволят, чтобы пострадал младший брат орочьего принца. Во время продвижения к площади на них нападали так часто, что казалось, они сражаются беспрестанно. Один из телохранителей молодого Короля погиб, закрыв его собой от чужого меча, но его место сразу же занял новый. Орки были надежны, как скалы, и Иртус незаметно отозвал четверых следопытов, которым до того поручил охрану Раэла. Следопыты могут пригодиться в бою. Наконец супруг короля Марка остановился и вдруг с силой полоснул острым лезвием походного ножа по своей ладони. Веер кровавых брызг окропил застрявшие в воздухе фигуры воинов, которые уже не могли кричать – только хрипели, или же вовсе лишились сознания. Следопыты упали на камни мостовой, а чувство опасности, до сих пор неприятно давившее на виски, исчезло. - Интересно, - тихо произнес Иртус. Первым к освобожденным воинам подошел он сам, наклонился, осторожно нашел нить пульса на руке ближайшего к нему воина. - Живы, - коротко доложил он королю Раэлу. – Вот только нужно ли было это делать? Молодой король с непониманием посмотрел на него. - Если выживут, останутся калеками. Кому они будут нужны? – объяснил командир следопытов. - Посмотрим, - скрипнул зубами Раэл. – Пусть пока их отнесут в Храм. Надеюсь, там будет безопасно. Иртус иногда не понимал юного короля: сам он предпочел бы умереть, чем нищенствовать на паперти, но возражать не посмел. Он уже видел то, что осталось от пальцев всех попавших в ловушку дроу – хорошо, если бедолаги смогут удержать в руках корку хлеба. На место выбывшей звезды встала новая. Входившие в нее воины были собраны, сосредоточены и внимательны, ни на одном лице Иртус не заметил даже тени страха... Невероятно, но, кажется, невидимая ловушка была последним постом обороны предателей. Уже через пять тактов напряженного продвижения вперед, они вышли к колоколу. Огромная конструкция крепилась на серых гранитных столбах, выточенных из естественной скальной породы. Колокол был похож на черную гусеницу. Внутри полого тела висел тяжелый и массивный язык с продетой в него веревкой. Точнее, когда-то висел. Теперь это была просто бесполезная труба, совершенно пустая внутри. Зато стало понятно, почему мятежники так просто сдались. - Они повредили колокол, - тяжело вздохнул Грэй, незаметной, но смертельно опасной тенью сопровождавший своего короля. - Вижу! Лицо Раэла было сосредоточенным, словно он ничуть не отчаялся, а только прикидывал, как ловчее выполнить задуманное. Иртус вложил меч в ножны и, размахнувшись, с силой, ударил рукоятью по черному толстому боку. Раздалось невыразительное звяканье – и только. - Да нет, это не вариант, - усмехнулся Раэл. – Тут что-то потяжелее нужно, помассивнее. Может, в Храме найдется что-нибудь подходящее? Раэл в нем был лишь однажды, да и тот визит запомнился только нападением паучихи и ранением Грэя. Внутреннее убранство Храма не отпечаталось в его памяти. - Там только статуи Лоосс, - пожал плечами секретарь. - А из чего они сделаны? – живо заинтересовался юный король. Иртус посмотрел на него с ужасом: в самом деле – не собирается же он святотатствовать? - Есть разные: из камня, бронзы, серебра – большие и маленькие. Это действительно было так. Запрещено было ваять Великую Темную Богиню только из золота: по преданию она не любила слишком яркий, солнечный цвет этого металла. Раэл довольно потер руки: - Пойдемте в Храм. Ну же! – оглянулся он на неподвижно замершего командира следопытов. Иртус тяжело вздохнул: его собственная клятва требовала беспрекословного повиновения представителю королевской семьи, но священный трепет перед Богиней тоже был силен в его душе. Сейчас он чувствовал себя раздираемым заживо пополам. На лбу у него появились бисеринки пота, а лицо побледнело. Раэл понял это по-своему. - Эй, да тебе совсем плохо! Ты лучше побудь здесь, а я схожу сам. Не беспокойся – возьму охрану из орков и из твоих следопытов. Иртус с усилием кивнул. Он мысленно молился Лоосс, умоляя ее смилостивиться над всеми ними и не гневаться на юного короля. Ведь другого выхода у них действительно не было. О Лоосс ходили разные легенды. В одних она представала мудрой и всепрощающей, в других могла лишить жизни за пустяк. Но ни в одном из сказаний никогда и никому не приходила в голову мысль оскорбить ее изображение в Храме. Пожалуй, если они выживут после этого, то тоже станут легендой. Иртус вздохнул. Он не стремился к известности и предпочел бы простую и обыденную службу всем этим кровавым злоключениям. Вот только у богов было на то свое мнение. В этом он скоро смог убедиться воочию... Раэл вошел в Храм. У дальней стены в трех десятках шагов от входа лежали и сидели следопыты из пострадавшей пятерки. Заметив его, только двое из пяти постарались встать, но он остановил их жестом. Они слишком плохо выглядели для проявления этикета. Да и интересовало его кое-что другое. Он быстро осмотрел большое овальное помещение, изобилующее колоннами и нишами. Многочисленные резные фигуры сбивали с толку, не давая сосредоточиться и найти то, что могло бы им всем помочь. Нужна была длинная и желательно бронзовая статуя – не очень большая, чтобы ее смогли поднять хотя бы двое дроу. Такая нашлась лишь спустя пару тактов блуждания по залу – у самого алтаря. Это была Лоосс в ее человеческом воплощении. Темная бронза смогла отразить горделивую посадку головы, строгий взор и прекрасные миндалевидные глаза. Жаль, что нельзя было понять, какого они цвета. Грива густых волос водопадом струилась почти до колен. Простого покроя платье подчеркивало идеальную фигуру, а на ее голове сверкала удивительная - тонкой работы диадема, в которой каждый ограненный камень стоил, наверное, целое состояние. При этом рядом с этим сокровищем совсем не было охраны. Да она и не была нужна: никому, даже умирающему от голода нищему, в голову не пришло бы ограбить Храм Лоосс. Зато такая мысль прочно поселилась в голове младшего короля дроу. Раэл вздохнул – ему отчаянно не хотелось портить работу талантливого скульптора. Он подошел к алтарю и мысленно обратился к Лоосс. «Ну, здравствуй! Вот я и здесь – в городе. Знаешь, это было не просто, но я справилась. Ты не удивляйся, что я так о себе – как о женщине. В мыслях я иногда позволяю это себе. Ну, ты-то наверняка все знаешь – не даром – богиня. Здесь страшно – в этом городе. Словно многие посходили с ума – бросаются друг на друга. Сегодня в бою встретились двое братьев: один был со взломанной клятвой, а другой нет. Я просто не успела. Тот, что верен короне, убил своего брата. Я видела его лицо – это страшно, поверь. Так не должно быть!» Раэл глубоко и прерывисто вздохнул, до боли вгоняя в ладони твердые ногти. С трудом взял под контроль эмоции. «Но я все же выполняю твое пожелание – я здесь, в столице. И очень надеюсь, что все не напрасно, что Марк жив. А иначе вся кровь, потерянные жизни – все впустую. Мы даже нашли этот проклятый колокол. Вот только не можем им воспользоваться – там нет языка – нечем ударить в него». Низкий вибрирующий, выворачивающий наизнанку стон вновь раздался над городом. Значит, храсты снова пошли в нападение. Раэл невольно вздрогнул – сколько у них осталось времени? «Лоосс, я не хочу обидеть тебя, честное слово! – заторопился он. – Но мне очень нужно чем-то ударить в этот колокол. А тут – ничего – вот честно – совсем ничего, кроме твоей статуи. Даже как-то неловко говорить о таком, но мы аккуратненько, и, конечно, не головой, а ногами. Да там ударить-то – пару раз!» Внезапно прямо в голове Раэла раздался мелодичный и очень искренний смех. «Ой, не могу! Аккуратненько! Пару раз! Спасибо хоть не головой о колокол! Ладно… За то, что рассмешил, помогу. Но это – в последний раз!» Раэл удивленно охнул и, не удержавшись на ногах, шлепнулся на пол, больно приложившись правым локтем. Бронзовая статуя богини кокетливо улыбнулась, отбросила за спину волну волос, словно те были самыми что ни на есть настоящими, и гордой походкой двинулась к выходу. Только громкий стук металлических ног о мраморные плиты пола говорил о том, что это все же статуя. Тихо прошептали молитву орки, склонив головы и приветствуя чужого бога, упали на колени следопыты, провожая ожившее воплощение Лоосс восхищенными взглядами. Раэл вскочил на ноги и припустил вслед за ней. - Давайте я дорогу покажу, - предложил он, вызвав новую волну мысленного смеха. Статуя легко и быстро добралась к колоколу, и все дроу, встречавшиеся на ее пути, падали на колени, воздух вокруг них шелестел от произносимых молитв. Лоосс подошла к махине колокола и, словно играючи, совсем легонько, щелкнула по его бронзовому боку ноготком. Низкий гул раздался над городом. Он не шел ни в какое сравнение со стоном нечисти и был столь массивен и внушителен, что в домах напротив Храма из окон выбило стекла. Стоявшие рядом следопыты зажали ладонями уши, а некоторые потеряли сознание. «Вот так. И ни ногами, ни головой стучать в него не надо!» Богиня снова хихикнула, а потом чужое присутствие пропало из головы Раэла. А вот статуя – тяжелая, бронзовая, в рост взрослого дроу – осталась. Она в новой позе замерла совсем рядом с колоколом, а на ее лице застыла чуть ехидная (в летописях наверняка напишут «всепрощающая») улыбка. - Дело сделано! – с благоговением глядя на воплощение Богини, произнес Иртус, поднимаясь с колен. - Да, - согласился с ним Раэл. – Вот только это – полдела. Самое главное – добиться поддержки Высоких Домов, - тяжело вздохнул он. - Мой король, думаю, она у вас уже есть. Иртус все еще смотрел на статую, и Раэл проследил за его взглядом. - Думаешь, это как-то повлияет на их решение? – усомнился он. – Они же не видели ее живой. - Зато прекрасно знают, где и в какой позе она была раньше. Да, я уверен, что Высокие Дома – все без исключения – поддержат Вас! ... Главы Высоких Домов собрались в рекордно быстрый срок. Казалось, что все они только и ожидали какого-то знака, чтобы разобраться в непонятной ситуации. Пришли все - и тот, единственный напавший на них Дом - тоже. Во главе него стояла совсем юная по меркам дроу женщина. Она нервно сжимала руки в кулаки и время от времени облизывала пересыхавшие от волнения губы. Каждый из вновь прибывавших дроу с благоговением оглядывался на зримое подтверждение личной заинтересованности Лоосс в этом вопросе. Наконец, когда бывший секретарь короля тихо шепнул на ухо уставшему Раэлу: "Все", - настало время действовать. Раэл был краток. Он сухо излагал факты, избегая ненужных эмоций и обвинений. В сторону главы напавшего Дома старался не смотреть. Хотелось наказать ее за впустую потерянное время и погибших воинов, но важен был каждый голос. Раэл хорошо помнил, что некоторые дома, по слухам, поддержали предателей. - И вот теперь я спрашиваю вас всех: готовы ли вы выполнить данную когда-то королевской семье клятву верности и наказать предателей, освободив из их рук своего законного короля Марка? Времени на раздумья у нас нет. Ответ я хочу услышать не просто сегодня - сейчас! Он сделал все, что мог. Теперь судьба Марка, да и его самого зависела от решения, которое примет общее собрание высшей знати королевства. А они - молчали... Изредка кто-то из глав Домов бросал косые, полные сомнений взгляды на статую Лоосс. Некоторые разбились на группы по двое-трое дроу и обсуждали что-то так тихо, что до нервничавшего Раэла и неподвижно застывших за его спиной Иртуса и Грэя не доносилось ни слова. Сомнения и отчаяние все больше овладевали мыслями юного орка. Он вспоминал, как ужасно выглядел Марк, и понимал, что не сможет бросить его, что бы там не решили для себя эти напыщенные снобы. Он все равно пойдет на дворец в самоубийственной атаке. Уж лучше так, чем всю оставшуюся жизнь потом просыпаться от кошмаров и острого сожаления - не смог. Был в двух шагах - и отступил - струсил, спасая собственную шкуру! Откуда-то пришла уверенность: Марк никогда бы так не сделал - он точно не бросил бы его... К колоколу неожиданно подошла глава напавшего на его воинов Дома. Невольно все взгляды оказались прикованными к ее напряженно замершей в двух шагах от статуи Богини фигурке. - Шушукаетесь? - с презрительной гримасой на красивом лице спросила она. - Советуетесь, что попросить взамен своей помощи, боясь продешевить? А ведь все просто: или мы выполняем клятву, или теряем честь и право возглавлять свои Дома. Разве не так? Разве не достаточно вам вот этого? - она не очень-то вежливо ткнула тонким пальцем с массивным перстнем на нем в сторону бронзовой статуи. Глаза темной эльфийки полыхали гневом, и сейчас она была по-настоящему прекрасна, словно живое воплощение стихии тьмы. Ее короткое выступление словно что-то сломало во всей ситуации. Сначала один мужчина, потом второй, а следом за ним - все, кроме двоих, подходили и становились за ее спиной. При этом никто более не произнес ни единого слова. Двое мужчин-дроу, оставшиеся в одиночестве и в меньшинстве, бросили злобные взгляды на Раэла и остальных Глав, чуть обозначили поклон - и быстро ретировались. Только сейчас Раэл почувствовал, что от сильнейшего нервного напряжения его здорово трясет. - Спасибо. Я вас запомню. И вас, темная госпожа, тоже, - он коротко поклонился эльфийке, столь неожиданно и вовремя оказавшей ему поддержку. Женщина, хотя нет - скорее, молодая девушка - неожиданно покраснела и робко улыбнулась. - Что вы, Ваше Величество, - тихо возразила она, - это лишь ничтожная попытка искупить мою собственную ошибку, которая столь дорого обошлась всем нам. - Мы ожидаем ваших... распоряжений, - нашел все же корректное слово самый старший из Глав Домов. Признать, что готов выполнять приказы чужака он, видимо, был не в состоянии. - Собирайте личные гвардии Домов, - произнес Раэл. - Через руту я жду вас у площади перед королевским замком. - Рута? Немыслимо! Это слишком мало! - возразил кто-то. Но Раэл мрачно взглянул в его сторону: - Возможно, у нас нет даже этого времени. Разве вы не слышали странных звуков над городом, разве не видели серого тумана и не поняли, что после спасения короля Марка, без отдыха и промедления нам придется вступить в новую битву - с напавшей на столицу нечистью? Кто-то из глав Домов с пониманием кивнул - видимо, их шпионы уже доложили о страшной беде. Кто-то напротив - выглядел удивленным. Но возражать юному королю больше никто не посмел. Главы отбывали обратно в страшной спешке. У них действительно совсем не было времени... - Ну вот и все, - тихо вздохнул Раэл, сползая прямо на пол - у ног Лоосс. - Мы сделали это. Осталось совсем немного - освободить Марка так, чтобы он остался жив, и разобраться с храстами. Он нервно рассмеялся: выходило, что все еще только начиналось, а не подходило к завершению, как показалось ему после этого собрания. - И еще не известно, как поведут себя не поддержавшие вас Дома, - осторожно напомнил ему командир следопытов. - Спасибо, Иртус! Умеешь ты поднять настроение. - Я всего лишь напоминаю, - осторожно заметил воин. - Вы позволите мне вернуться к своим обязанностям? - Конечно. Я тебя не держу, - отпустил его Раэл и повернулся к Грэю. - Как ты считаешь - у нас все получится? - Я в этом уверен. Они одновременно посмотрели на статую непредсказуемой и прекрасной Лоосс. - Она улыбается - это добрый знак! - прошептал Грэй чуть слышно...