Подгорный Король

Голос. Он звучал у меня в голове, направляя меня через кромешную тьму. В непроглядном тумане, вьющимся вокруг меня чёрными щупальцами я увидела легкое сияние. В воздухе парил шар, от которого исходило тёплое золотистое свечение. Мягкий свет звал меня, манил подойти ближе, он словно притягивал меня. И я подошла, следуя внутреннему голосу. Вглядываясь в сияние шара я чувствовала его тепло. Оно окутывало меня, согревало и звало за собой. Всё тот же голос звал меня по имени и просил следовать за светом. Пальцы сами коснулись гладкой и на удивление прохладной поверхности. Яркая вспышка озарила всё вокруг и я зажмурилась от внезапного света. В лицо подул холодный ветер и я открыла глаза. Передо мной простиралась равнина, кое-где возвышались темные скалы. Ветер трепал пожухлую траву. Свинцовые тучи окутали всё небо до самого горизонта, и даже слабый солнечный свет не касался промерзшей земли. Я стояла спиной к обрыву, и когда обернулась, сделала несколько шагов от края. Не то чтобы я боялась высоты, но сорваться вниз на виднеющиеся внизу чёрные кривые пики скал хотелось меньше всего. Обойдя большой камень, закрывающий мне от части вид на равнину я застыла. В нос ударил неприятный запах крови. Я знала его, но отказывалась верить в то, что открылось моему взгляду. Окаменев от увиденного я не могла заставить себя сдвинуться с места. Поле битвы было усеяно телами погибших воинов. Здесь были и люди, и гномы, и эльфы, и орки. Число павших было слишком велико. Я нашла в себе силы идти дальше, когда внезапная мысль прорезала сознание. Торин. Я должна найти его. Пробираясь сквозь поле брани я вглядывалась в лица погибших, надеясь не увидеть родного. В самом сердце равнины меня обдало волной ледяного холода. Я упала на колени и больше не могла встать. Сердце сковало льдом и оно замерло. Я чувствовала как медленно тепло покидает меня. Я увидела Торина, сжимающего в руке серебряный медальон с рубиновой каплей. Мой медальон. Крик боли и отчаяние прорезал мертвую тишину. ...Он лежал на земле, пропитанная кровью туника больше не была сапфирово-синей. Тело покрывали многочисленные раны. Его глаза были закрыты, голова склонилась к плечу. Если бы не кровь на лице, то можно было бы подумать, что он просто спит. Дрожащей рукой я коснулась его ладони. Ледяной. Мир, в котором я жила все эти годы медленно рушился, разлетаясь опаленными клочьями. Тлеющая горстка пепла. Вот всё что осталось от всего, что было мне дорого. До хрипоты я кричала, звала его, но он не слышал меня. Ветер подхватывал мой плач, унося вместе с ним его имя далеко отсюда. Я сидела на холодной земле, прижимая к себе павшего в бою Торина. Я не знала сколько прошло времени, казалось оно остановилось навсегда. Лёд плотнее сковывал моё сердце и душу, пока я не перестала чувствовать что-либо, кроме этого всепоглощающего холода. Молясь всем богам я просила вернуть мне его. Просто даровать ему жизнь опять. Забрать мою, если только это вернет его. — Только не его, пожалуйста... Только не ты, Торин... мой свет... только не ты... почему... почему ты... НЕТ! Нет... нет... нет!!! Торин... Торин! Ветер уносил слова в небо к звёздам. Последние обрывки фраз терялись в тяжелых тучах, из которых пушистыми хлопьями медленно сыпался снег. Кружась в воздухе белые снежинки опускались на землю, укрывая всё белым полотном. Дрожащими пальцами я отряхивала белоснежные хлопья с его пропитанной кровью туники. Влажные дорожки начинали замерзать на щеках, неприятно стягивая кожу. Но мне было всё равно. Я поняла, что значили все придания о сумеречных эльфах, об их любви одну на века. И я поняла, что вот сейчас на моих руках лежит смысл моей жизни... утраченный навсегда. — Нет...нет, нет, нет... Как же... Нет! Торин! НЕТ!! За что?! Нет... — прижимала я к себе любимого. Умоляя не бросать меня я перебирала пальцами тёмные пряди волос, уложив его голову себе на колени. Слёзы падали вниз на бледную кожу гнома, оставляя за собой мокрые дорожки. Ветер уносил крики далеко за холмы... Тьма окружила меня снова и увлекла с кровавого поля далеко...

***

Он смотрел на меня, сжимая мою ладонь. В глазах была такая смесь чувств, сменяющих друг друга с неописуемой скоростью, что и передать невозможно. Но одно чувство было неизменно. Он ждал. Он надеялся, что я очнусь. В синих глазах блестели слёзы и ему не было дела до того, видит их кто-то или нет. Я не сразу поняла, что помимо нас в покоях кто-то ещё есть. Повисла тишина и никто не осмеливался её нарушить. Лёд в сердце от пережитого в той мгле потихоньку стал таять, освобождая место теплу, плавно растекающемуся внутри. Рядом с застывшим Торином возник Кили, его лучезарная улыбка заставила меня улыбнуться ему в ответ. А вот и Фили. Братья и вправду неразлучны. Дис явно с ними не скучает. Ох как не скучает... Эльфийского короля я не видела, но явственно ощущала его присутствие. Я знала, что он облегченно улыбался. Именно ему я благодарна за то, что он вывел меня из этого кошмара. Переводя взгляд с одного лица на другое я вновь посмотрела на короля Эребора. — Родвен... — прошептал он, падая на колени у кровати. Торин приник губами к моей руке, ласково целуя пальцы. Слёзы катились у него из глаз и падали мне руку, оставляя солёные следы на коже. Второй рукой я провела по его щеке, убеждаясь окончательно в том, что это не сон. Что он здесь, рядом со мной. Торин прижал меня к себе, уткнувшись носом мне в шею. Я чувствовала его прерывистое дыхание на своей коже и, запустив пальцы в тёмные волосы короля, прильнула к нему. Племянники Дубощита наблюдали за этой картиной молча, лишь иногда обмениваясь многозначительными взглядами. Они очень переживали за своего дядю. И я точно знала, через что он прошел за всё то время, пока я лежала без сознания. Точнее, пока я бродила там, куда попадать больше не хочу. Мне нужно было поговорить об этом с Трандуилом, но это могло подождать. Главное, что он здесь, что он жив. "С ним этого не произойдёт. Будь спокойна." — раздалось у меня в голове. Его голос звучал твёрдо и уверенно, словно синдарец прочел мои мысли. "Тебя там не было." — ответила я ему мысленно. "Я видел. Это был лишь сон. Просто поверь мне, Родвен. Позже ты всё поймешь сама." — отозвался в моей голове король лесных эльфов. — Торин... ты здесь. — хриплым голосом сказала я. В горле пересохло и я едва могла говорить. Прежде чем я успела попросить пить мне поднесли бокал воды. Глаза Трандуила блеснули обжигающей голубизной, на губах играла умиротворенная улыбка. Я кивнула ему и взяла бокал в руки. Сделав несколько глотков стало легче, но голос всё ещё оставался осипшим. Торин немного отстранился и посмотрел мне в глаза. Боль в его взгляде то угасала, то снова разливалась мутными волнами, заливая его тем холодом, который я успела прочувствовать во сне. Его боль захлестнула меня, переполняя меня и холодными слезами скатываясь по щекам. Он прижался ко мне, вытирая слёзы, мягко провёл кончиками пальцев по моей шее. Он сел на кровать рядом со мной и усадил меня к себе на руки, ласково поглаживая по спине. Холод всё ещё обвивал меня своими липкими щупальцами, от чего я дрожала. Он прижал меня к себе сильнее, пытаясь унять дрожь. Я чувствовала как его тепло мягко обволакивает всё тело, проникая внутрь согревает моё сердце. — Я здесь... я всегда буду рядом. — проговорил Торин, сильнее прижимая меня к себе. Слёзы полились из глаз ещё сильнее и я зарылась лицом в его волосы, всхлипывая. Едва сдерживая истерические рыдания я закусила губу до крови, но даже физическая боль не помогла совладать с моральной. Пусть даже сейчас всё было хорошо, тот ужас, который я испытала там, никуда не уходил. Та картина всё так же явственно и чётко стояла у меня перед глазами. Трандуил вывел братьев, туманно распространяясь о том, что мне нужен покой и поговорить со мной они смогут на следующий день, а сейчас мне нужно успокоиться и отдохнуть. В тот момент я не слышала как все покинули покои, оставляя нас с Торином наедине. Поняв только, что кроме нас никого не осталось, я дала волю своим чувствам и зарыдала. Он и раньше был свидетелем моих истерик, но эта его перепугала весьма серьезно. — Ты жив... жив... Торин, я думала, что потеряла тебя... Там... я видела... нет! — сквозь рыдания шептала я, цепляясь пальцами за ворот его туники. Торин обнял меня за плечи, не зная как меня успокоить. Его шокировало моё заявление, но он решил выяснить всё позже и, по возможности, у Трандуила. Тревожить меня расспросами об этом он не хотел, видя в каком я состоянии. — Я жив, Родвен. Всё хорошо. Родная, всё хорошо. Я здесь, я с тобой. — приговаривал он, нежно касаясь губами моего лба. — Ну же, Родвен. Посмотри на меня. Из-под влажных ресниц я смотрела на гнома, стараясь успокоиться. Взгляд синих глаз ослаблял мою боль, утешая и возвращая мне надежду. — Всё хорошо. — проговорил он, глядя мне в глаза. Я не отрывала взгляда от любимого, он подался вперёд, накрывая мои губы своими. Поцелуй забирал всю горечь боли, терзающей меня изнутри. Всё хорошо, Торин. Только не бросай меня одну с моими страхами. Я уснула у него на руках, прижимаясь к груди гнома. ..."Да, Родвен. Он тебя не бросит, даже если наступит конец света..." Лесной король слегка приоткрыл дверь, чтобы убедиться в том, что с Родвен всё в порядке. Торин лежал на кровати, обнимая её, и даже во сне поглаживая её по волосам. Девушка спала, прижавшись к его груди и обвив руками его за шею. Трандуил ухмыльнулся и затворил дверь. Теперь он был за неё спокоен.