Подгорный Король

"Родвен, дитя моё. Это лишь сон, не волнуйся. И тебе ничего не угрожает, как и твоим родным и близким, не переживай. Послушай меня, свет мой. Твоя дочка унаследовала мой дар предвидения, но ей ничего не угрожает. Я оберегаю её. Даже здесь, в этих далёких чертогах, я могу повлиять и защитить. То, чего не может сделать Трандуил выполняю я. Многих вещей он не в силах делать, но это не его вина. И... он наконец-то обрёл то, что у него отняли много веков назад. Любовь. Искреннюю, чистую. Я рада за него, правда, дочка. я подтолкнула его к ней, как и её к нему. Я видела их чувства, но оба были настолько неуверенны и слепы, чтобы увидеть это... Родвен... Твоего дорогого короля тоже оберегают силы света от беды, от тьмы и того кошмара, что ты видела однажды. Знай это, цветочек мой... Пресветлый Эру, как же вы похожи. Особенно вот так, когда спите в объятиях друг друга. Значит, души сплелись не просто так. Вам уготована была эта судьба. Да, я знала это и раньше. Я видела его в видениях, Родвен, и знала, что порой тебе будет нелегко... Но сложилось всё так, как должно было. А Трандуилу передай, что я приходила к нему не за тем, чтобы разрушить его счастье. Передай ему это, прошу тебя. Я от всего сердца желаю ему и милой Дис всего самого лучшего. Они будут поддерживать друг друга всю жизнь. И он будет по ней тосковать, когда... Сама знаешь. Гномы смертны. Твоя судьба иная. Ты тосковать не будешь, девочка моя. Ты ведь выбрала этот путь сама. Сама завязала узлом ваши души, избавив себя от бренного бессмертия. Я хотела помешать, но видела ваше будущее и не стала лезть, ведь ты и сама всё знала. Дитя моё, мне нужно идти. Быть может я смогу поговорить с тобой ещё когда-нибудь. Во сне иль наяву... Не знаю как сложится." Золотоволосая женщина смахнула скатывающуюся по щеке слезинку. Глаза девушки были плотно закрыты, веки слегка подрагивали, а пальцы сжали сильнее крепкую руку, обнимающую её за талию. — Не плачь, моя милая. Не надо. Я не хочу причинять тебе боль... Не надо. — тихо говорила эльфийка, проводя по тёмным волосам дочки. — Торин, — обратилась она к гному, который безмолвно наблюдал за этим всем, — утешь её, когда я уйду. Там письмо на столе. В нём я всё написала, всё, что не смогла сказать. И исчезла. Эдлетиэль. Она ушла, оставив одной лишь напоминание о себе. Маленький рунный кулон на столе и письмо. — Мама... — всхлипнула я во сне. Тихо, едва слышно, но Торин проснулся и с тревогой смотрел на меня. — Родвен? — позвал он осторожно и я открыла глаза. Слёзы сами полились. Я была не в силах что-либо объяснять Торину и просто уткнулась ему в плечо, изливая всю боль и тоску. Став вновь той маленькой напуганной девочкой я рыдала у гнома на плече, а он поглаживал меня по спине, утешая шепотом и поцелуями. — Тише, родная, тише... тише, девочка моя, ну что ты... тише... — повторял он, успокаивающе поглаживая меня по волосам. Тихие всхлипы прекратились и я задремала в объятиях Торина. Там всегда было спокойно, его шепот умиротворяюще влиял на меня, тепло его тела окутывало и одурманивало меня, словно пелена забвения и я засыпала очень быстро. "Это был не сон, Родвен. Она приходила. Я это чувствовал, видел её сияние. Лёгкое, мерцающее... будто свет звёзд собрали в один сосуд. Она была здесь и на утро ты явно что-то найдёшь. А теперь спи. Тебе нужно поспать, родная. Завтра нам предстоит трудный день."

***

Трандуил нервничал. Ему нравилось в Эреборе, бесспорно. Но дома ему было... спокойнее. Гномов меньше, светлее. Хотя это можно отбросить, потому что лесной владыка любил полумрак. Вино здесь пили меньше, но погулять любили с размахом. Правда, не так часто, как лесной народ. Большую часть времени он проводил в своих покоях, изредка покидая подгорные чертоги дабы погулять в свете луны. Чаще не один. — Дис. Ты там стоишь уже около получаса. И это что-то важное, я чувствую это по твоему дыханию. Подойди же. — тихо, но чтобы она всё слышала проговорил эльф. Дис ровным шагом приблизилась к королю. — Это по поводу церемонии. И может подождать до утра. — отмахнулась гномка и присела на выступающий камень. Вдали мерцали огни Дейла тёплым светом. Они походили на маленьких светлячков ползающих по огромной скале, Дис увлеклась и засмотрелась, совершенно не заметив взгляда Трандуила. — Дис. — негромко позвал он совсем рядом и она вздрогнула о неожиданности. — Что? От него пахло листвой и едва уловимым ароматом лаванды и мяты. Волосы мягко переливались в лунном свете, и ей показалось на мгновение, что они сами излучают неяркое свечение. Как и его кожа. Лучистые глаза мерцали в далёком свете звёзд. Он смотрел на неё, не проронив ни слова и слегка улыбнулся. — Ничего. У тебя глаза горят так, словно... Нет, ничего. — Ты совсем не умеешь врать. — И не хочу. Не тебе. — А как же День Дурина? — Она не может изменить решение моего сердца. Могла бы... тысячу лет назад, но не сейчас. И навредить она не сможет. — Ты так в этом уверен... — Ей придётся убить и меня тоже. Нет, ей не придётся. Я сделаю это сам. Синие глаза уставились на него со смесью тревоги, трепета и самого тёплого щемящего чувства, а пальцы дрожали на его ладони, крепко сжимая её. — Потому что я не смогу так жить.