Власть огня

- Сесилия, дитя мое! Проснитесь! Доминика склонилась над кроватью со свечой в руке. От зыбкого пламени по стенам плясали огромные тени. Насилу открыв глаза, девушка силилась понять в чем дело. - Госпожа Кларисса ожидает вас в зале. Одевайтесь скорее. Сесилия ежилась под одеялом, не желая вылезать, несмотря на все увещания старой нянюшки. Утром, когда Доминика разбудила ее, было еще совсем темно. За ночь, поленья в камине догорели и комната совсем остыла. - Ванна готова и ожидает вас, госпожа, - уговаривала Доминика. – Вода же остынет, в эдакой холодине! Вам же лучше поторопиться, а то потом продрогнете еще больше! - Ну и пусть,- капризно протянула Сесилия, поглубже зарываясь в постель. Здесь так тепло и уютно! Что вообще понадобилось тетушке в такую рань! - Сейчас же полезайте в ванну, – твердо стояла на своем Доминика. – Монна Кларисса не будет ждать вас до бесконечности! За ваши проделки, хозяйка живо меня поколотит, места живого не оставит! Вы, ведь не хотите этого, правда, любушка? Одному Богу известно, как я из кожи вон лезу ради вас! Сесилия засмеялась. - Будет тебе ворчать! Не бойся, сегодня ты не получишь нагоняй от тетушки Клариссы! Она залезла в переносную круглую дубовую ванну, то и дело вздрагивая от холода. Схватив кусок мыла, Доминика быстро намылила тело, а после занялась головой. Дважды вымыв и ополоснув волосы своей госпожи, нянюшка распорядилась: - Ну, теперь вылезайте, госпожа! Ловко обернув Сесилию одним большим полотенцем,она принялась вытирать длинные темные волосы, пока они не стали, лишь слегка влажными. После, Доминика помогла ей надеть мягкую льняную сорочку, обшитую кружевами. После этого пришел черед атласного корсета, нескольких нижних юбок и роскошной верхней юбки из алого бархата, расшитой цветами и драконами с разрезом посередине. В последнюю очередь, Доминика надела поверх корсета лиф из такого же бархата, расшитый золотой нитью и мелкими мерцающими топазами, с пышными рукавами и низким вырезом. Выпрямившись, старая нянюшка придирчиво осмотрела плоды своих трудов и удовлетворенно изрекла: - Теперь, вы полностью готовы. Идите, не заставляйте хозяйку вас ждать!

******

В палаццо было темно и тихо, лишь стучали по мраморному полу маленькие туфельки Сесилии да топотали башмаки лакея, который сопровождал ее, освещая дорогу. С высоких стен, глядели портреты давно умерших предков семьи Баффо. Зайдя в гостиную, Сесилия застала тетю Клариссу склоненной над письменным столом. Сгорбившись, она что-то быстро писала, не заметив ее появления. - Доброе утро, тетушка. – тихонько поприветствовала ее Сесилия. Резко подняв голову и увидев племянницу, Кларисса бросилась к ней, заключив в объятия, прижав с такой силой, что корсаж впился в ребра девушки. - Сесилия, дорогая, мужайся, – прошептала она. –Будь тверда. Пришло время доказать всему миру, что ты - истинная Баффо, если не по праву, то по крови! - Что произошло? Я ничего не понимаю. – удивленно пробормотала Сесилия, ощутив смутную тревогу. - Не более часа назад, я получила послание от некоего сеньора Джованни Калькаватти, поверенного твоего отца. Судя по письму, Николо серьезно болен. - Боже мой, отец… Как же это? - Сесилия покачнулась, но вовремя успела ухватиться за край стола. – Тетушка, что с ним? Когда я видела его последний раз, он был абсолютно здоров! - Вот уже несколько дней, он не встает с кровати, подхватил перемежающуюся лихорадку на этом проклятом острове! - Будь неладен этот Парос! И за чем только, отцу понадобилось ехать туда! - Сесилия, будь добра, возьми себя в руки, имей терпение дослушать меня, – остановила излияния Кларисса. – Положение серьезное. Сейчас не время для слез и истерик. Ты меня понимаешь? Девушка растерянно кивнула, чувствуя, что сердце вот-вот выпрыгнет из груди. - Вместе с отчетом поверенного, пришло короткое письмо от твоего отца. Николо желает видеть тебя. Он просит не медлить с приездом. Как можно скорее, ты тронешься в путь. - Неужели все так ужасно? Отец ведь не умрет? - голос дрожал от едва сдерживаемых слез. Кларисса притянула всхлипывающую племянницу к себе и тихонько выдохнула ей в затылок. - Что бы ни случилось, проявляй смирение! Да не оставит тебя Бог в эту трудную минуту! - Я поняла вас, тетушка. Отправьте меня к отцу, немедленно! ― заявила Сесилия и выскочила за дверь так стремительно, что пламя свечей, горевших в настенных подставках по обе стороны от двери, заколебалось и едва не погасло. Никто не должен видеть ее слез!

******

«Дорогая моя, доченька! Я не знаю, суждено ли увидеться нам в этой жизни? Ты находишься далеко, а мое самочувствие ухудшается с каждым новым днем! Однако я всегда буду любить тебя и знаю, что Господь в милосердии Своем тебя не оставит. Помни, ты - моя родная дочь, ты - из рода Веньер, и тебе суждено достичь величия. Не слушай тех, кто утверждает обратное! Ты - моя надежда! Никогда не забывай об этом». Свернувшись калачиком, Сесилия лежала на кровати, крепко прижимая к груди отцовское письмо. Как же глупа она была, когда открыто пренебрегала отцом, пологая, что до нее ему и дела нет. Ни разу в жизни, она так и не сказала, что любит его. А теперь, возможно, слишком поздно. Успеет ли она добраться до этого проклятого Пароса, прежде, чем отец… Как же ей хочется прижаться к сильной груди и лаской искупить свою вину! Слезы градом катились из глаз, и Сесилия даже не предпринимала попытки их сдержать. Чья-то теплая рука погладила ее по голове. Подняв голову, она увидела прямо над собой участливое лицо Доминики. - Будет вам, любушка, так убиваться. Не надрывайте ваше маленькое сердечко. Сеньор Николо непременно победит эту хворь и вернется к нам здоровее, чем прежде! Девушка, лишь досадливо отмахнулась. Разве может Доминика понять всю полноту свалившегося на нее горя? Жужжит, словно надоедливая муха. Лучше оставила бы ее одну. Тем временем, Доминика продолжила: - Вижу, вы решили предаваться унынию. Будете сидеть в комнате и посыпать голову пеплом? А ведь, сеньор Николо всегда называл вас сильной и мужественной девочкой. Неужели он ошибался? Сесилия подняла голову, смахивая слезы с глаз. А ведь и правда, отец, как никогда нуждается в ее поддержке, а она предается самобичеванию. Сейчас же, нужно взять себя в руки и заняться необходимыми приготовлениями, ведь на остров Парос путь не близкий. - Доминика, немедленно собери мои платья! Не позднее,чем послезавтра, мы тронемся в путь! – деловито проговорила девушка, утирая глаза кружевным платочком.

******

Солнечным утром, в Порто-Венере, Сесилию уже ждала галера, чтобы доставить ее к отцу. Чувства, после двух долгих дней наполненных страхами и хлопотами, были двоякими: с одной стороны, она испытывала облегчение от того, что скоро увидит отца, а с другой - ощущала тревогу, которая не давала ей ни минуты покоя. - Это «Капитанесса», корабль на котором мы поплывем. Посмотри, как он сверкает на солнце! Не правда ли, отличное судно? – Сесилия вопросительно взглянула на подошедшую к ней Доминику. - Корабль просто замечательный, госпожа! Ваш дядя Себастьяно, явно не поскупился, когда снаряжал нас в дорогу,но меня тревожит другое. - Что такое? Говори! – Сесилия недовольно топнула ножкой. Доминика взглянула прямо в глаза своей госпожи. - Любушка, поговаривают, что море у острова Парос неспокойно. До меня дошли слухи о пиратах, захватывающих корабли и их предводителе: генуэзском корсаре, который любит отрезать уши у своих жертв, из которых потом шьет пояса. Кроме того, турецкие галеры подходят вплотную к острову. Не счесть жертв, которые попали в рабство к безбожникам! - Не глупи, Доминика,- одернула служанку Сесилия. - Меньше слушай глупых сплетен. Кто посмеет тронуть родную племянницу дожа Венеции? Я хочу увидеть своего отца, и ни пираты, ни все османское воинство во главе с их султаном, не смогут встать на моем пути! А теперь помолчи,не забивай мне голову всякой ерундой! В ответ, нянюшка, лишь покорно склонила голову. - Да не оставит нас Господь в этот час, да убережет от всех опасностей, позволяя остаться целыми и невредимыми. – тихо перекрестившись прошептала Доминика.