Власть огня

... Раздался вопль, огонь жадно лизнул парус, тут и там послышались крики. Пламя перебегало все дальше и дальше, пожирая стяги, взбегая вверх по украшенным флажками веревкам, постепенно приближаясь к трюму. Ночное небо затянуло клубами дыма, воздух задрожал от женского визга и грубых мужских окриков. Сесилия, как завороженная наблюдала, как языки пламени пробираются к ней в каюту. За толстым слоем дыма стало тяжело дышать. Страх, скользким комом стоял в горле, не позволяя издать ни единого звука. Она просто отупело глядела, как огонь дюйм за дюймом приближается к ней. Тут пламя взметнулось как-то особенно ярко, то загорелась длинная ночная рубашка Сесилии, и огонь, словно нежный любовник, лизнул ее обнаженную спину. Вопль вырвался из горла девушки, то был крик ужаса и обреченности. - Любушка, проснитесь! – Доминика теребила ее плечо, заставляя очнуться от ночного кошмара. - Пираты! Пираты! - одурело повторяла Сесилия. - Это были пираты? Они подожгли наш корабль! - Господь с вами, госпожа. Вам приснился кошмар. Вот, выпейте воды. – Нянюшка ткнула в липкие ладони Сесилии чашу с водой. Девушка жадно припала к ней губами. - Если бы ты знала, какой ужасный мне приснился сон. Я до сих пор ощущаю на коже огненные языки пламени. – выдохнула Сесилия, после того, как утолила жажду. Доминика по-матерински прижала к груди свою подопечную. - Госпожа, успокойтесь. Это был всего лишь сон. Один Господь знает, как мы переволновались за эти дни! Нет ничего удивительного в том, что вам снятся кошмары. - А если это было предзнаменование? Вдруг, нас поджидает опасность? Ты ведь сама рассказывала мне о пиратах и турецких галерах. - Да разве стоит слушать эти сплетни! Мне все это поведала Марджери. Откуда кухонной девке знать, что творится в море? - наигранно веселым голосом проговорила старая нянька. - Брось, Доминика, не нужно меня успокаивать. Я ведь не слепая. Команда корабля также неспокойна. Капитан говорил, что в любую минуту можно ожидать нападения со стороны турецких корсаров. - Госпожа, пожалуйста успокойтесь. Наш капитан, просто проявляет осторожность. – спокойный тон женщины, не вязался с ее встревоженным выражением лица. - Как же мне страшно! А если мы действительно подвергнемся нападению турок, что тогда? Что они сделают с нами? Надругаются? Изрубят на куски? - Будет вам, любушка. Ваши страхи беспочвенны. Господь защитит нас, мы целыми и невредимыми прибудем к сеньору Николло. А теперь,- добавила Доминика,- Давайте, ложиться спать. Завтра нас ожидает нелегкий день. Аккуратно уложив Сесилию в кровать, нянюшка затушила горящую свечу и бесшумно покинула комнату. Не успела закрыться дверь за старой служанкой, как Сесилия спрыгнула с кровати и принялась беспокойными шагами мерить каюту. Ходьба помогала успокоиться и собраться с мыслями. А поводов для беспокойства было предостаточно! Сесилию не оставляла тревога за больного отца. Сможет ли он побороть свою недугу? И что станет с ней, если вдруг его не станет? «Хватит, - одернула сама себя девушка,- Этого не случится! Разве может такой рыцарь, как Николо Веньер, пасть от какой-то лихорадки?! Разумеется - нет! Я своими собственными руками, дарую ему исцеление!» Кроме переживаний о здоровье отца, девушку, не оставлял страх за свою собственную безопасность. Этот страх появился после беседы с капитаном, и она, как не старалась, не смогла от него избавиться. С первого дня плаванья, Сесилия заметила беспокойство, которым были охвачены все члены команды. И чем ближе они приближались к остову Парос, тем настороженнее становилась люди на корабле. Капитан отдал приказ впередсмотрящему не спускать глаз с горизонта, а экипажу быть готовым отразить любое нападение, так, как будто за ними гнались неизвестные преследователи. Доминика, хоть и старалась вести себя, как прежде, но в ее взгляде, явно читался страх. Более того, она запрещала Сесилии лишний раз появляться на палубе, отговариваясь тем, что благовоспитанной девушке не место среди простой матросни. Когда, она стала возражать против нелепых запретов, Доминика смущенно заявила, что на самом деле, такое желание изъявил капитан. Этого, Сесилия не стерпела и отправилась требовать объяснений. Капитан судна - Джироламо де Гальбао, был опытным мореплавателем и имел репутацию человека с железными нервами. Он не был в восторге от навязанного ему путешествия, так, как после обострения турецко - венецианских отношений, османские пираты стали особенно бесчинствовать в Сароническом заливе, но отказать Себастьяно Веньеру - дожу Венеции, так и не смог. Визит юной пассажирки, раздосадовал капитана еще больше. - Сеньор Джироламо, - властным тоном начала Сесилия,- Что означают ваши распоряжения? Почему, мне запрещается лишний раз подняться на палубу? Разве я узница на вашем корабле? - Госпожа Баффо, я не обязан каждый свой приказ согласовывать с вами? - невозмутимо ответил капитан. Ясно - ему Сесилия благоговейного трепета не внушает. Он куда более грозных противников встречал на своем пути, чем внебрачная дочь венецианского вельможи. Сесилия подняла темные брови, словно в ответ на услышанную грубость: - Я имею право знать, коль ваши приказы касаются меня! - Хорошо, - выдохнул капитан. - В конце концов, вы, имеете право знать правду. Возможно, эти знания помогут вам в дальнейшем. Саронический залив, по которому мы сейчас плывем, полностью контролируется турецкими корсарами. Этим безбожникам, ничего не стоит напасть на корабль, особенно теперь, когда султан Сулейман в положении войны с Венецианской республикой. Я даже слышал, что ограбить венецианское судно у них особенно почетно! Как вы думаете, каковы будут действия османских пиратов, если они узнают, о том, что на борту моего корабля, находится родная племянница дожа Венеции? Смогу ли я тогда, обеспечить вашу безопасность? Так вот, если не хотите пополнить гарем какого-то знатного турка, сидите у себя в каюте до тех пор, пока мы не прибудем на место! Услышав, эту убийственную тираду, Сесилия покинула капитанский мостик, так ничего и не возразив в ответ. С тех пор, страх за свою жизнь,не покидал ее ни на минуту. И сейчас, беспокойными шагами измеряя каюту, пытаясь унять возрастающую дрожь, Сесилия молила Бога, только об одном - благополучном завершении плаванья.

******

Джироламо Сен-Марк де Гальбао, капитан «Капитанессы», прижимал надушенный платок к своему удивительно крупному и очень чуткому носу, безуспешно пытаясь рассеять окружающую его вонь. Так было всегда, когда он находился на галере. Должно было пройти несколько дней, а порой и недель, прежде чем он снова привыкал к тошнотворной смеси запахов, которыми разило от расположенных внизу скамей гребцов. Но раздражала его не только вонь. В соответствии с полученным в последний момент приказом, его корабль должен был отправить на остров Парос племянницу Себастьяно Веньера. По правде говоря, это плаванье, чертовски не нравилось Джироламо, но отказаться он не смог. Разве, видано это подвергать сомнению приказы венецианского дожа? К тому же, обещанная за путешествие плата, была заманчиво высокой. Поэтому, корабль с девчонкой на борту, все-таки вышел в море. Но, как только, они вошли в Саронический залив, капитана охватила странная тревога, чего раньше с ним никогда не случалось. Что, если его корабль подвергнется нападению мусульманских собак? Джироламо неоднократно слышал слухи, как искусно турецкие корсары под руководством Хайр-ад-Дина Барбароссы, ведут морские сражения. Устоять перед их напором не может ни одно судно. Не приведи Господи, попасть в руки к османам, каждый знает, как жестоко они обращаются с пленными! Однако, этим солнечным утром, тревога, казалось покинула капитана. Он пребывал в приподнятом настроении, что с ним бывало, крайне редко. До конца путешествия оставалось всего ничего, и этот факт заставил Джироламо горделиво приосаниться: несмотря на все трудности, он выполнит поручение дожа и получит обещанную плату. Неожиданно, с марсовой площадки, раздался встревоженный голос впередсмотрящего матроса: - Парус! Три паруса! По левому борту! Не сам крик, а его тон заставил тревожно забиться сердце капитана. Паруса на этих оживленных морских путях встречались часто. Их появление не вызывало того ужаса, который явственно слышался в голосе дозорного. Джироламо, как ветер взлетел на капитанский мостик. Прижав к глазам подзорную трубу, устремил свой взгляд, туда, куда указывал матрос. Он сразу же смог рассмотреть красные изогнутые паруса и флаг с изображенным полумесяцем. Турки! По спине капитана пробежал холодок, но он мгновенно взял себя в руки. Турецкие корабли идут против ветра. Имея это преимущество и запас времени, он мог бы обойти, а потом и обогнать эти три корабля. На них больше гребцов, но это тяжелые галеры, так что идущий по ветру корабль всегда бы от них ушел. Однако, они следовали на значительном расстоянии друг от друга, как сеть, брошенная, чтобы опутать его. Теперь дело может дойти до боя, в котором его противник имеет сильное численное превосходство. Не теряя ни секунды, Джироламо выскочил на палубу, на ходу раздавая приказы: - Барабанщик! Бей вдвое чаще! -крикнул он, бегом направляясь к корме. - Гребите, псы! Налегайте на весла, если не хотите стать пленниками Аллаха! - Франческо! - Капитан повернулся к своему сержанту, - Отведи команду вперед и расставь аркебузьеров. Я пойду в каюту и вооружусь. Да, и предупреди наших дам, чтобы носа из каюты не показывали, покуда все не закончится! -Будет исполнено, сеньор Джироламо! – Франческо, как всегда краток и исполнителен.

******

Сесилия спокойно читала книгу, когда в дверь неожиданно постучали. Сердце девушки тревожно забилось, как будто предчувствуя неведомую опасность. - Доминика, узнай, что там стряслось? - распорядилась Сесилия, пытаясь побороть нахлынувшее волнение. Верная служанка открыла дверь и удивленно отшатнулась. На пороге стоял, вооруженный аркебузой и тяжелой рапирой, Франческо Донато – сержант капитана судна. - Что-то случилось? – голос Доминики слегка дрожал. - Сеньоры,- без предисловий начал Франческо, - Только что, нами были замечены турецкие галеры! Капитан просит вас, не покидать каюты, покуда, мы не отразим нападение варваров! Услышав эти слова, Сесилия тотчас же вскочила на ноги, а Доминика прижала руку к груди. Заметив побелевшие лица женщин, Франческо поспешно добавил: - О, не волнуйтесь, дамы! Мы можем дать мусульманским собакам достойный отпор! Закрыв дверь, Доминика тяжело дыша, навалилась на нее спиной. - О, Господи! Что же теперь делать, госпожа! – нянюшка находилась на грани истерики. - Забаррикадируй дверь! Сюда, никто не должен войти! - Нет,- Доминика отрицательно покачала головой. - Уж если, корабль захватят, нам нужно прыгать в воду, все лучше, чем попасть в лапы к туркам! Так, нас сможет подобрать проходящее мимо судно! - Замолчи! Немедленно замолчи! – истерично крикнула Сесилия, но, тут же поборола нахлынувшие отчаяние и прибавила, более спокойным тоном. – Нам нужно найти какое-то оружие. Клянусь Пресвятой Богородицей, я просто так не дамся в руки к этим безбожникам!