Скованные навеки

      Солнце спряталось за огромными серыми тучами, позволяя нам погрузиться во мрак этого дня. Мелкие капли падают на землю, усиливаясь с каждой минутой. Сегодня у нас последний день в университете. Осталось два зачета и несколько скучных лекций. Нас ждет долгий скучный день, и погода, видимо, показывает наше настроение. Дождь бьет по стеклам, задавая монотонный ритм, который наполняет тишину этого дома.       — Ты готова? — кричит Пит с первого этажа нашего дома.       — Да, иду, иду, — холодно отвечаю я и накидываю на себя плащ, выходя из гардеробной.       — Надеюсь, ты ничего не забыла? — язвительно спрашивает он, хитро улыбаясь.       — На этот раз не забыла, — в тон его голоса отвечаю я и надеваю короткие сапожки без каблука, — перестань смотреть на меня, поехали, — говорю я, скрестив руки и смотря прямо в его глаза. — Ты чего? — я легонько прикасаюсь рукой к его плечу, а он перехватывает мою руку и подносит к своим губам.       Он целует каждую подушечку моих пальцев, притягивая меня к себе другой рукой и продолжая следить за моим взглядом. Я немного смущаюсь и начинаю краснеть, мы находимся настолько близко, что становится неловко.       — Ты всегда будешь меня смущаться? Между прочим, ты носишь моего ребенка, — он ухмыляется, а я чмокаю его в щеку.       — Пойдем, — беру его за руку и тащу на улицу, попутно закрывая дверь.       Мы с Питом переехали сюда три дня назад. Это целая вилла, а не дом. Я была шокирована, когда увидела этот райский уголок среди шумного города. Будто ты попадаешь в сказку, где есть только ты и разные неземные существа, воздух здесь такой чистый и свежий, что хочешь вдыхать его постоянно. Все это благодаря лесу, который расположен неподалеку от нас и нашему саду, где растут великолепные цветы и растения.       Мама пыталась еще раз поговорить со мной на тему будущего ребенка: стоит ли его рожать, будет ли Пит всегда рядом и не бросит меня, но я уже все твердо решила. Мы с Питом едва встречаемся, но знаем мы друг друга давно. Я ему доверяю и люблю его, несмотря на все трудности, что происходили в наших взаимоотношениях. Надеюсь, мама прекратит так себя вести и примет тот факт, что я собираюсь жить с Питом и родить ребенка.       Сейчас у нас с Питом две машины: его и моя, и пока мы не обговаривали на чьей будем ездить. Каждая машина стоит в своем гараже, расположенном рядом с виллой. Думаю, мы будем ездить и на той, и на другой машине, надеюсь, Пит пустит меня за руль.       В последнее время он стал таким заботливым. Это уже становится навязчивым, но мне нравится. Он даже сам убирается в доме, не дает мне ни к чему притронуться. Говорит, чтобы я больше отдыхала. Конечно, отдохнешь тут, когда токсикоз мучает постоянно. Вчера я пропустила все пары из-за того, что не выходила из ванны, а Пит остался со мной, целый день был со мной рядом, пытаясь как-то помочь. Лучше бы он не видел меня в таком состоянии, но нет, он будет сидеть рядом, держать мои волосы и гладить по спине, шепча мне теплые слова, а потом будет поить меня вкусным мятным чаем, чтобы успокоить нервы.       — Китнисс, лучше я за рулем буду ездить, хорошо? — останавливает он меня, когда я уже открыла свой гараж.       — Но Пит… — не успеваю договорить я, потому что парень прильнул к моим губам своими, показывая, что он будет все решать, ну уж нет, так не пойдет! — Не затыкай мне рот, Мелларк, — возмущаюсь я, отстраняясь от Пита. -       Я даже не буду это обсуждать, я буду тебя возить! — строго говорит он, садясь за руль моей машины, вот наглый!       — Ты совсем офигел?! — продолжаю прожигать его взглядом, садясь на пассажирское сидение.       — Не злись, я ведь забочусь о твоем здоровье, — мы выезжаем за ворота нашей виллы и все двери автоматически закрываются, и наш дом ставится на сигнализацию.       — Я могу и сама о себе позаботиться, — бурчу я, и поворачиваю голову в сторону окна.       — Не можешь, — мягко говорит он, а я вопросительно на него смотрю.       — Пит, я беременная, а не калека! — срываюсь я, позволяя всем скопленным эмоциям выплеснуться на парня.       — Китнисс, я помню, как ты попала в аварию, — его голос строгий и жесткий, что меня удивляет, я цепенею и продолжаю слушать, — я не хочу, чтобы… я не хочу потерять тебя, понимаешь? — он паркуется на стоянке перед универом.       Он действительно переживает за меня, а я веду себя, как последняя истеричка.       «Так, ладно, Китнисс, успокойся, ты сейчас разнервничалась, прекращай, тебе нельзя!» — проговариваю я мысленно себе и глубоко дышу.       Открываю дверь машины и выхожу из нее. Наконец, мы можем нормально вылезать из машины, хотя лежать на коленях Мелларка всю поездку было гораздо интереснее, чем сидеть в кресле и пялиться в окно.       — Пит… — притягиваю его за шею к себе, даря ему нежный поцелуй в губы.       — Пойдем, ты ведь заболеешь, — мы вместе заходим в здание университета и преодолеваем путь от входа до нужной аудитории, снимая верхнюю одежду.       Мы немного опоздали. Подойдя к нужной двери, я стремительно постучалась и раскрыла её.       — Извините, можно войти? — любезно спрашивает Пит, держа меня за руку.       — Ах, Мелларк, Эвердин, — безразлично произносит она, все остальные устремили на нас свои злобные взгляды, — что же на этот раз заставило вас опоздать? Хотя вы знаете, мне надоели ваши отговорки, — пищит она.       Мы с Питом опаздываем на ее лекцию уже третий раз, и мы уже не знаем, какую причину придумать, чтобы она еще и убедительной была. Правду я сказать не могу, мало ли что подумают. А правда в том, что меня мучает токсикоз каждое утро, да что там утро, постоянно, поэтому мы и опаздываем.       — Мы… попали в пробку, — неуверенно говорю я, запинаясь и переключая свой взгляд на Пита.       — Неужели? — она наигранно удивляется и подходит к нам. — Мне это уже надоело, покиньте аудиторию, зачеты вы мне не сдадите! — она срывает свой голос, который становится еще писклявее, стоя рядом с нами.       Я смотрю то на разозлившуюся Эффи, то на Пита, чьи голубые кристаллики с яростью смотрят на нее.       — Мисс Бряк, зачем вы так? У Китнисс уважительная причина, — кричит с задней парты Джоанна, а я мысленно прошу ее остановиться и показываю это взглядом.       «Не говори, не говори, не говори», — судорожно повторяю я про себя, сжимая сильнее руку Пита.       — Она беременна! — нет, нет, нет.       Эффи сначала не понимает сказанных Джоанной слов, как и все остальные, а потом все устремляют удивленные взгляды на меня. Я стою будто вкопанная и ничего не могу сделать, лишь держу Пита за руку, ища поддержки.       — Китнисс, дорогая, извини меня, — старается тихо произнести мисс Бряк, но ее голос ударяется о стены помещения в этой загробной тишине, — вы можете пройти, — улыбаясь говорит она, а я все продолжаю стоять на месте, а потом меня легонько тянет Пит.       Когда мы проходим на свои места, я утыкаюсь глазами в парту, будто обезумевшая, и не понимаю всего того, что сейчас было. Все продолжают смотреть на нас, испепеляя своими взглядами.       — Какого черта, Джоанна Мейсон! — грубо шепчу я ей, толкая в бок.       — Я ради тебя старалась и ради Пита, птичка! — также грубо отвечает она. — Могла и спасибо сказать! — что?       — Спасибо? Спасибо за то, что ты всему потоку рассказала о моей беременности! Ты хоть представляешь, что теперь обо мне думают, представляешь! — я кричу почти во весь голос и срываюсь с места, побежав в туалет.       — Китнисс, постой, — кричат одновременно Финник и Энни, слышавшие нашу перепалку с Джо.       Последнее, что я слышу, выбегая из аудитории, — это как Пит бросает свое «извините», а Эффи говорит, что все понимает. Бегу по коридору, не разбирая дороги, внутри будто миллионы осколков разбились и впиваются в тебя. Забегаю в туалет и опускаюсь перед унитазом, чтобы опустошить свой желудок. Интересно, одну меня так сильно выворачивает, или так у всех беременных? Чувствую снова эти прикосновения и шепот сзади себя, долго думать и не надо кто это. Когда, наконец, рвотные позывы заканчиваются, я прополаскивать рот водой из-под крана и пытаюсь немного привести себя в порядок.       — Пойдем и купим воды, — прошу я Пита, на что он кивает.       Мы спускаемся в вестибюль к автомату с едой и разными напитками. Выбираю минералку без газа и апельсиновый сок, в последний момент решаюсь взять и шоколад. Вставляю купюру в купюропреемник и получаю все, что хотела. За несколько глотков выпиваю больше половины воды из бутылки и спокойно вздыхаю, чувствуя облегчение.       — Может поедем домой? — предлагает Пит по пути к аудитории.       — Мне уже лучше, к тому же осталось три лекции, — утешаю я его, и мы возвращаемся к мисс Бряк.       Снова стучимся. Она показывает жестом, что мы можем пройти, стараясь не мешать остальным, так как она включила какой-то научный фильм. Раз так, то можно немного отдохнуть.       — Что, Мелларк, твоя подстилка залетела? — спрашивает Марвел, и вся его компания заливается хохотом.       — Не смей называть её так! — озлобленно произносит Пит и ударяет его носом об парту так, что тот начинает кровоточить, а сам Марвел издает стон от боли. — Только попробуй её еще раз так назвать, будет гораздо больнее, ты меня понял? И это, кстати, всех касается! — Пит невероятно яростным взглядом смеряет всех присутствующих, а потом смотрит на меня, и вся злость сменяется любовью и нежностью.       — Еще раз хоть кто-то скажет что-то плохое в адрес кого-нибудь из нашей компании, и от меня получит, понятно? — Финник тоже решил вступиться, как и Катон, который прожигает взглядом каждого.       Все поспешно кивают и удостаивают своим внимание доску, где до сих пор идет фильм. Я все сижу и не могу поверить, что всё так пекутся за меня. Даже Джоанна после лекции начала угрожать фотографиями с вечеринок, что повесит их в холле универа, и все студенты увидят этот позор. Я не ожидала, что все так вступятся за меня, весь поток, кто не входит в число друзей Марвела, начали наезжать на них из-за этого случая, потому что слышали всю эту перепалку. Мне даже немного стыдно, что из-за меня все так взъелись на компанию Марвела, но он это заслужил, еще никто никогда не посмел обо мне что-то подобное сказать. Пит после лекции врезал ему в челюсть за эти слова, а я была рядом и закрыла рот от удивления и чувства некой опасности, но Марвел не стал отвечать Питу, просто ушел.       В конце лекции мисс Бряк мы все сдали зачеты, а мне она автоматом поставила, сказала, что сама недавно узнала, что беременна, и понимает меня, как никто другой, а ведь я все учила, так волновалась, что что-нибудь забуду, а она так просто зачет мне поставила, ну и ладно. Мы начали расспрашивать ее, кто будущий отец, а она лишь фыркнула, добавив, что это нам знать не обязательно, хотя все мы знаем, кто это, мистер Эбернети и никто иной, для нас их отношения не тайна. Чего они так боятся признаться, что вместе? Не понимаю.       Остальные лекции прошли ужасно, я еще несколько раз убегала из аудитории, по причине плохого самочувствия, пытаясь скрыть реальную причину, но скрывать уже было нечего, ведь мисс Бряк любезно рассказала всем преподавателям обо мне. Ненавижу их всех. Лучше бы Джо смолчала, а мы бы с Питом спокойно подождали другой лекции. Хорошо хоть все наши одногруппники нормально восприняли эту информацию и теперь переживают за меня, как будто я их сестра.       Честно говоря, я сама еще не могу до конца осознать, что во мне растет новая жизнь, наш с Питом ребенок. Я только замечаю, что мой характер стал меняться, конечно, в худшую сторону, но я всё же надеюсь, что не превращаюсь в стерву, которая постоянно докапывается до своего мужа, к тому же, он мне и не муж вовсе. Я стараюсь сдерживаться, как могу, стараюсь не думать о плохом, ведь как говорит Пит: «Ребенок все чувствует, будешь злиться, ему тоже будет плохо». Он прав, я это и без него знала. Я стараюсь действительно думать только о хорошем, пока мне это удается, да и Пит пытается оградить меня от негативных эмоций. Ну что же, время покажет.       Выходим нашей дружной компанией на улицу, дождь лишь немного моросит, но солнце так и не появляется. Мы идем к нашим машинам.       — Придете сегодня к нам? — спрашиваю я, когда мы уже начинаем прощаться. — Отпразднуем новоселье, — начинаю улыбаться, а Пит одобрительно кивает.       — Было бы здорово, да ведь? — говорит Финник и поворачивает голову к Энни.       — Да, мы придем, — весело отвечает Энни.       — Я тоже иду, — Джоанна говорит немного обиженно, видимо, все еще дуется за то, что я на нее наорала, — Катон не сможет, — также отвечает она.       — Джо, прекрати обижаться, — мягко говорю я, подойдя ближе к подруге.       — Больно надо! — теперь она победно улыбается, и меня тоже трогает улыбка.       — Я вам скину адрес по смс, подходите часам к семи, — подает голос Пит, и мы все прощаемся, садясь по машинам.

***

      Придя домой, Пит сразу занялся готовкой, а я решила ему помочь с этим, пожарив мясо с разными приправами и специями. Когда почти все было готово, мы уселись в гостиной перед камином, слушая трещание поленьев и следя за догорающими угольками. Спокойствие и умиротворение заволокли нас в свои сети, чему мы безмерно рады. Устремляю взгляд на часы. Только шесть, времени еще много, чтобы насладиться обществом друг друга. За смотревшись на камин, я начала чувствовать, как от запаха пепла к горлу подкатывается тошнота, поэтому незамедлительно беру кувшин с водой с журнального столика и наливаю воду в кружку. Выпиваю залпом и чувствую облегчение, наконец, мне хоть что-то начало помогать.       — Китнисс, ты такая… смешная, — Пит улыбается и гладит меня по волосам, в то время, как я укладываюсь на его колени.       — Почему это? — усмехаясь, фыркаю я. -       Ты, как маленькая девочка, — продолжает он, светло улыбаясь мне.       — Я не маленькая, мне, между прочим, двадцать лет, — наигранно надуваю губки и скрещиваю руки на груди.       Пит поднимает меня за плечи и подтягивает к себе. Нежно начинает целовать меня в губы, а я стараюсь не поддаваться. Он начинает целовать меня требовательнее, жестче, а я терплю, чтобы не сорваться. Потом он становится нежнее, проводит языком по моей нижней губе, затем пытается проникнуть им внутрь, и я сдаюсь, мысленно ругая себя за это. Зарываюсь руками в его мягкие волосы и подтягиваю Пита ближе к себе. Мы терзаем губы друг друга до тех пор, пока воздух в легких не заканчивается.       — Ты невозможен, — шепчу я ему в губы, пытаясь восстановить дыхание.       — Это ты невозможна, — усмехается он, также тяжело дыша.       Снова начинаю его целовать, залезая сверху, потому что желание охватило мое тело. Чувствую, как его блуждают по моей спине под футболкой, распаляя мое желание еще больше. Пит подхватывает меня за ягодицы и кладет на диван, нависая надо мной. Он оставляет засос на моей шее, вызывая мой стон. Снимает с меня домашнюю майку и шорты, оставляя в одном нижнем белье. Я же своими ловкими пальчиками стягиваю с него футболку и штаны. Пит прижимается ко мне всем телом, терзая мои губы своими. Обхватываю ногами его торс, сокращая между нашими телами расстояние и прижимаясь еще ближе, чувствую, как возбужденная плоть Пита упирается мне между ног, что еще больше заводит меня. Пит расстегивает мой бюстгальтер и откидывает его за диван. Обхватывает мою грудь ладонями, слегка сжимая, и оставляет дорожку из поцелуев от шеи до ключиц.       Неожиданно резкий звук пронзает наш дом, возвращая в реальность, чего так не хочется. Пит продолжает покрывать мое тело поцелуями, а я резко отстраняюсь, увидев на большом экране в коридоре происходящее на улице с камер видеонаблюдения и замечая наших друзей. Такой момент испортили.       — Пит, там пришли, — еле дыша проговариваю я.       — Черт, — ругается Пит и быстро натягивает штаны и футболку, в то время как я нервно собираю свою одежду, но никак не могу найти свой бюстгальтер, блин, ладно.       — Открой им, я переоденусь и спущусь, — кричу я, убегая наверх.       Забегаю в нашу гардеробную и выбираю одежду. Надеваю другой бюстгальтер, топ и юбку. Перехожу в спальню, поправляю волосы и макияж, но перед этим удивляюсь тому, что творилось на моей голове. Бросаю домашнюю одежду на кровать и иду по коридору к лестнице. Слышу, как внизу уже возмущается Джоанна, ну да, как же без этого.       -…а там этот дождь, мы простояли минут десять, — слышу, как друзья перемещаются через гостиную в столовую, расположенную за ней, рядом с кухней.       — О, я смотрю мы вас прервали? — восклицает Финник, я стою уже на половине лестницы и могу спокойно подглядывать за происходящим.       Вижу, как Финник держит в руках мой бюстгальтер, который он нашел на полу, и оглядывает гостиную. На полу валяются подушки, журнальный столик перевернут, одна подушка видимо ударилась о стеллаж с книгами так, что книги упали, а кувшин, где раньше была вода, которую я благополучно выпила, лежит разбитый на ковре. Черт, ну почему они пришли, ах, ну, да, мы ведь сами их позвали. Знали бы, что так будет, никого бы не звали. Мелларк выхватывает деталь моего гардероба у Финника, а все уже давно смеются. Он говорит пройти всем за стол, а сам идет по направлению ко мне с этой вещицей.       — Китнисс, — он передает мне бюстгальтер и продолжает, — надо быть внимательнее и убирать всю свою одежду, — шепчет он мне на ухо, но, кажется, друзья специально подслушивают, потому что стоит гробовая тишина.       — А тебе надо быть сдержаннее и не раскидывать ее куда попало, — томно шепчу я, Пит не сдерживается и впивается в мои губы, хватая меня за бедра, — Пит… пожалуйста… нас ведь ждут, — стоны слетают с моих уст, но я стараюсь быть как можно тише.       — Ладно, — он отпускает меня и берет мою руку в свою, ведя вниз.       — Привет всем, — как можно приветливее отзываюсь я, проходя за стол.       — Мы вам не мешаем? — наигранно спрашивает Финник, на что Энни бьет его локтем в бок.       Сажусь за стол, Пит садится рядом. Мы разговариваем о дальнейшей жизни, так как я, Финник и Пит заканчиваем обучение в универе в этом году, то мы получим аттестаты уже завтра на официальной части, устроенной для студентов, которые нас на год старше. А Джо и Энни закончат универ только в следующем году, не повезло им.       — Ты уже была на собеседованиях? — спрашивает меня Финник.       — Да, неделю назад на последнее ходила, все хотят работать со мной, вот, только теперь меня вряд ли кто возьмет, — грустно отвечаю я, — кому нужна беременная девушка, которая скоро и работать то не сможет…       — Я уже устроился работать в папину архитектурную компанию, — перебивает меня Пит, — нам хватит на жизнь, поверь, — он хочет, чтобы я дома целыми днями сидела? Ну уж нет, Мелларк, так не пойдет.       — Потом поговорим, — безразлично бросаю я ему.       Мы продолжаем наши разговоры с друзьями, и я остываю от сказанных Питом слов. Еды уже почти не осталось, поэтому мы решили перейти на десерт. Я заварила лавандовый чай, а к нему на стол поставила несколько блюд: одно с сырными булочками, другое с яблочным пирогом, а на третьем красуется торт, принесенный гостями. Пока мы продолжаем разговаривать, я замечаю, что Пит немного поникший и разозлившийся.       — Ты слишком напряжен, — томно шепчу ему я, а он игриво смотрит в мои глаза.       — Помоги мне расслабиться, — также шепчет он мне, кладя свою руку мне на колено и поднимаясь выше.       — Они уйдут, и я сорву с тебя эту ненужную одежду, — откуда только берется эта смелость в моем голосе и моих высказываниях?       Я убираю руку Пита с колена и пытаюсь вникнуть в разговор друзей, что теперь у меня мало получается, ведь разум затуманило желание.