Предназначенная одному.

Минхо разбудил Эбигейл около шести утра. Нужно было успеть позавтракать, собраться и выслушать инструктаж куратора. Всю ночь Эби не спала и задремала только к пяти часам утра, из-за чего жутко не выспалась. Голову терзали мысли о Ньюте и его словах. Она понимала, что могла обидеть его своей фразой о дружбе. Быть может Ньют проникся к ней симпатией, но неужели он не смог понять, что между ними ничего не может быть? Она предназначенная. На ней написано, что она должна быть рядом с тем, кто с её помощью откроет лабиринт. И сегодня всё решится. Эбигейл была уверена, что тот избранный, способный освободить глэйдеров — Минхо. Во-первых, он куратор бегунов — тот, кто прочесал каждый коридор этого лабиринта сотню раз. Во-вторых, именно он увидел того полумертвого гривера. Эти факты стали железными аргументами для Эби. Ньют нравился ей. Нравился не как друг. Ещё с того момента, как она вытащила его из лабиринта, девушка стала замечать за собой чувства, которые никак не укладывались в понимание дружбы. Но палка оказалась о двух концах. Они с Минхо позавтракали сэндвичами и собирались идти за оружием, когда перед ними вырос Алби. Он был очень серьёзен и в упор смотрел на Эбигейл, которая прятала от него глаза. Девушка избегала его, прекрасно зная, что для него она все еще оставалось неадекватной проблемой. — Хочу сказать только одно: берегите свои задницы, шанки, — Алби чуть улыбнулся уголками губ, но быстро скрыл эмоции и вернул свой хмурый вид. Эбигейл заметила это. Она собиралась развернуться и уйти, но Алби положил руку на ее плечо, останавливая. — Не знаю, что у вас произошло, но ему больно. Он не спал целую ночь. Эбигейл закусила губу. Она не хотела не то что говорить о Ньюте, даже слышать. Неужели Алби считал своим долгом сообщить ей о бессоннице друга? Да, она переживает о нем и постоянно думает. Да, она удивлена подобному поведению глэйдера, но не хотела обсуждать это с кем-то еще, тем более с лидером. Да и не время. Сейчас нужно выбраться отсюда, а не восстанавливать взаимоотношения. Все случилось так, как должно было, и менять это было поздно. — Пойдём, Минхо, — девушка потянула бегуна за рукав в сторону ворот. На плече висел рюкзак, который она планировала надеть только перед лабиринтом. Алби покачал головой, ощущая напряжение, в которое затянули его эти двое. Он понимал, что между ними происходит, но вмешиваться не пытался, да и не хотел. Он не считал Эбигейл приятным человеком и считал, что Ньют попал в сети ее подозрительного обаяния. Они в ссоре, все складывалось замечательно, но почему на грудь давила невыносимая тоска за друга? Минхо послушно поплёлся за Эбигейл, смотря на свой блокнот. Сегодня нужно было обследовать всё как можно тщательнее, поэтому маршрут был непривычным для бегуна. Еще одна сверка никому не помешает. Заметив Чака, рыжеволосая на секунду отошла от друга и схватила мальчика за плечи. Он куда-то торопился, но, увидев Эбигейл, решил проводить на ее первую вылазку. На его лице сияла ласковая улыбка. — Всё хорошо? — Он смотрел на неё, словно младший брат на сестрёнку, которую недавно обидели. Так оно и было. Эби присела на корточки рядом с ним. Взволнованный взгляд напугал Чака. — Чакки, запомни, если я сегодня не вернусь… знай, ты мой самый лучший друг в этом треклятом месте, — девушка улыбнулась и крепко прижала к себе мальчишку. Она знала, что кроме их двоих это больше никто не услышит. — О чём ты… — он удивленно вскинул брови, но девушка закрыла его рот рукой, после чего ещё раз улыбнулась и пошла в сторону ворот, где её уже ждал Минхо. Он усердно пытался начертить ровные квадраты, но из-за волнения лишь тратил листы. — Готова? — Минхо оторвался от своего дела и взглянул на Эби. Та накинула на плечи лямки рюкзака и затянула шнурки на кроссовках, которые ей выдал куратор. Они были намного удобнее тех, в которых она появилась в Глэйде. — Готова. Девушка дождалась, пока куратор удовлетворенно кивнёт, а после положит блокнот в сумку. Минхо повернулся лицом к лабиринту, совершенно не замечая дрожи в коленках подруги. Девушка уже была там, но совершенно не помнила ни того, как оказалась у обрыва, ни того, как вернулась в Приют. Ее ждала первая настоящая вылазка в лабиринт. Хотя бы на один день она могла примерить на себя гордое звание бегуна. Они с Минхо переглянулись и, приготовившись бежать вперёд, присели. Досчитав до трёх, Минхо махнул спутнице рукой, и они ворвались в пугающий коридор, уносясь все дальше в лабиринт. *** Они бежали около трёх часов, осматривая каждый тупик и коридор в секторе восемь. Что странно, Эбигейл практически не отставала от Минхо. Глэйдеры сделали всего два привала. Это крайне удивляло куратора. Он никак не ожидал, что девчонка может быть такой физически подготовленной. Для Эбигейл подобные способности были не менее внезапной находкой. Она и предположить не могла, что когда-то занималась спортом. Девушка ловко пикировала в поворотах, следуя за Минхо по пятам. Дыхание сбилось около часа назад, поэтому теперь она показывала лишь свои выдержку и выносливость. Эби не понимала, как до сих пор стоит на ногах, но, тяжело дыша, рвалась вперёд, не забывая осматривать всё, что попадалось ей на глаза. Голова немного кружилась от нехватки кислорода. Девушка чувствовала, что вот-вот совсем выдохнется, поэтому решила попросить об очередном привале. — Минхо, может перекусим? В желудке пусто, — прокричала она парню, бегущему впереди. Он резко остановился и Эби врезалась в его спину. Он снял с плеч рюкзак и выудил оттуда яблоки и сэндвичи. — Я уж думал, когда ты про обед спросишь, — Минхо усмехнулся, садясь возле стены и пытаясь отдышаться. Эбигейл улыбнулась и, последовав примеру товарища, присела рядом с ним. Сейчас яблоко казалось ей невероятно вкусной пищей потому, что в горле пересохло, а воду нужно было оставить до возвращения в Глэйд. Фляга уже успела опустеть на половину. — Минхо, я хотела с тобой поговорить, — неожиданно скромно начала девушка, откладывая в сторону огрызок яблока, глядя на куратора, который оторвался от сэндвича и посмотрел на подругу. Она выглядела обеспокоенной, и Минхо примерно понимал, почему она такая. Только дурак не понял бы, что между ней и Ньютом что-то происходит, но Эби завела разговор о другом. — Валяй, шанк, — проговорил бегун, доедая последний кусок сэндвича и запивая его водой. — Я давно уже думаю о том, кому я предназначена, — Эбигейл на секунду замолчала, чтобы переварить всё то, что надумала за недели своего пребывания в Глэйде. — Чисто логически, этот кто-то должен быть бегуном. — И ты считаешь, что это я? — Минхо усмехнулся, поднимаясь с земли и помогая подняться Эбигейл. Так спокоен, будто совершенно не удивлен этому разговору. Девушка замялась. Было крайне неудобно говорить об этом, но этот разговор рано или поздно должен был произойти. — Именно так. — Ты ошибаешься, Эби, — эти слова заставили девушку удивлённо взглянуть на куратора, на лице которого по-прежнему играла усмешка. Ему весело? Интересно, почему же? — Хочешь спросить, почему я так думаю? Если бы ты была мне предназначена, ты бы не расцарапала мне морду, когда я пытался отнести тебя в Глэйд. И, если ты думаешь, что это ничего не доказывает, то снова ошибаешься. Ты была не в отключке — скорее, в трансе. Я сначала не знал, как отвести тебя в Глэйд, но тут ты сама дернулась в руки Ньюта. Тогда я и задумался о твоем предназначении. ты ведь думала, что в моменты проекций тобой управляют Создатели? Что, если так и есть? Они сами толкнули тебя к нему, давая нам намек. Эбигейл молчала. Боялась не то что произнести вслух, даже подумать о том, на что открыто намекал Минхо. Стойкое чувство опустошения заставило пропустить неприятный укол, направленный в сердце. Неужели, она ошиблась? Так крупно она ещё никогда не просчитывалась. Как же она была не права. Дура. Мало того, что она обманула Его, так еще и разорвала все нити общения. В голове застряло непреодолимое желание поговорить с Ньютом. Немедленно. Сейчас был важен только этот разговор. Эбигейл резко развернулась и направилась туда, откуда они только что прибежали. — Стой! — Закричал Минхо, но Эби его проигнорировала. Навязчивая идея не выходила из головы, и она хотела скорее воплотить её в жизнь. Завернув за угол, девушка ускорила свой бег. Будто открылось второе дыхание, позволившее нестись мимо серых коридоров навстречу тому, к кому тянуло сердце. Оно же бешено билось в груди, сплетаясь с невыносимым чувство вины. Эбигейл уже не пыталась подавить его, не пыталась найти себе оправдание. Она виновата. Кто тянул ее за язык? И как он вообще повернулся произнести эти слова, которые оказались ударом ножа по сердцу. Завернув в очередной коридор, Эбигейл застыла. Перед ней стояло настоящее чудовище, которое она видела в своих проекциях: с огромными клешнями, шипами на панцире и механическим скрежетом, который заглушал любые другие звуки. На лице Эбигейл застыл ужас. Её снова парализовало, поэтому двинуться с места она не могла. Гривер приближался, намереваясь с минуты на минуту схватить девушку, но не торопился. Эби хотела дёрнуться, но гривер сделал всего одно резкое движение, и она почувствовала боль в области ноги. Её укололи. В глазах начинало темнеть, но она додумалась развернуться и бежать туда, где рассталась с Минхо. Эбигейл ускорялась насколько могла, слыша, как за её спиной ползёт гривер. Виски разрывались от боли, в глазах всё расплывалось, а ноги стали ватными. Она готова была вот-вот рухнуть на землю, но всё еще бежала. Увидев вдалеке точку, приближающуюся к ней, она узнала Минхо. Секунда, и девушка уже лежит на земле, тяжело дыша. Она была не в силах даже дёрнуться. Сознание вновь покинуло её, и она погрузилась в своеобразный сон, который не сулил ничего хорошего.