Поворот судьбы

      — Я рада, что твой долг, как лекаря, сильнее всяких предубеждений. Но что мне делать? Он заметит запах крови, — Лорилея уже копалась в разложенных травах. — Эта, эта и воон та. По два пучка.       — Я сделаю так, чтобы он не приходил к тебе пару дней, — травница собрала названные травы и протянула их чародейке. — Но ты все равно будь осторожнее. Помимо друзей Иорвета здесь есть и его недруги. Из тех, кто действительно ехал в Дракенборг, чтобы убедиться в его смерти. Кто был рад узнать, какая участь его там постигла, — травница подняла свои нечеловеческие глаза на девушку. — Ты — мера воздействия на него. Просто еще не все понимают, насколько сильная.       Лорилея вздохнула и поджала губы:       — Надеюсь, это неведение продлится как можно дольше. А что ты хочешь ему сказать?       — Чтобы был поаккуратнее. Он наверняка груб в постели.       — Не надо. Просто скажи, что мне нездоровится. Ему еще за меня не хватало волноваться.       — Хорошо.

***

      Иорвет поглядывал на палатку чародейки, в которой уже почти полчаса находилась скоя'таэльская целительница. Эльф уже начал испытывать легкую тревогу, как полог палатки распахнулся, и дриада выбралась наружу.       Ничего нельзя было прочесть на ее лице — слишком уж она была не похожа и на эльфов тоже.       — Куница, — позвал одноглазый. — Подойди.       Девушка безропотно подошла.       — Что случилось? — Иорвет кивнул головой в сторону палатки.       — Ничего, — ответила целительница. — Просто мужчины иногда бывают слишком увлечены собой и не думают о женщинах. У нее небольшое кровотечение на фоне грубого соития. Ей нельзя быть с мужчиной три-четыре дня.       Сказано это было спокойно, даже несколько равнодушно.       — Я дала ей настой и мазь. Скоро все пройдет.       Не дожидаясь реакции, девушка развернулась и пошла прочь от эльфа, прекрасно заметив, как тот побледнел. Иорвет было рванулся к палатке, но целительница повернула голову и все так же равнодушно произнесла:       — Ее лучше не беспокоить. Ни одной женщине не хочется, чтобы ее видели в таком виде. Пусть отдохнет. К тому же она просила не рассказывать тебе об истинной причине своего недуга.       Иорвет будто налетел на стену.       «Слава всем богам и небесам, что Дамиана нет поблизости. Драки было бы не миновать. А сейчас совсем не время выяснять отношения», — подумал эльф и повернулся к травнице. Но Куница уже исчезла.

***

      — Эльф таки жив, — констатировал факт, а не спрашивал сидевший в кресле у камина человек. — Неужели во всей Империи не найдется путевый убийца, который избавит меня от этой проблемы?       Несколько мужчин стояли перед ним, опустив и пряча глаза. Дело принимало для них очень скверный оборот. Мало того, что эльфа они не схватили, так еще оказалось, что он соединился со своей старой бригадой и стал образовывать около себя подобие армии нелюдей.       — Это же просто один эльф. Почему с ним такие проблемы?       — С ним Крон и чародейка, которые берегут эльфа от любого, кто захочет покуситься на его жизнь…       Оба мага мешали всем, даже друзьям и товарищам, влиять на решения командира «белок». Подойти к нему мог лишь кто-то близкий и хорошо знакомый. Да ещё и с чистыми мыслями. Людям это было недоступно. Эльф казался целью, находящейся на прицеле, но бывшей слишком далеко. Вне зоны поражения.       — И как же мне от него избавиться? Самому поехать в Северные Королевства и лично вздернуть его на первом суку без шума и пыли? А? Я вас спрашиваю! Вот нахрена тебе амулет от ментального допроса? А? Нахера я тебе его заказывал, чтобы ты его как цацку носил?       — Там же Крон… — пытался оправдаться болезненного вида мужчина. — Он мне башку запечет и вся недолга.       — Да, согласен, Крон — это проблема, — человек в кресле закурил. — У кого-нибудь есть идеи, как обойти «мозголома»? Пожалую сто флоренов тому, кто придумает, как избавиться от мага. Остальных повешу к ебеням. За бесполезность.       — Может, просто пустим ему стрелу меж лопаток? — поинтересовался один из присутствующих, вероятно, бывший солдат.       Человек в ответ разразился хриплым, пугающим смехом:       — Если бы Даррена Крона можно было убить простой стрелой — маг бы уже лет как сто лежал под двумя метрами земли. Еще три императора назад. Думай лучше, дурак.       Человек постучал себя по лбу костяшкой пальца.       — Пошли все вон. Кроме тебя, — человек указал на бледного, одетого в черное мужчину. — Завтра жду от вас решения обеих проблем.       Двери за вышедшими закрылись.       — Ты что-то хотел сказать, Ольве?       — А что с Лорилеей? — болезненный мужчина промокнул белым платочком слезящиеся глаза. — Она тоже «мозголом». И печет мозги не хуже Крона.       — Я не думаю, что она долго протянет, лежа в постели у Йорвета. Эльфы избавятся от нее, как только представится возможность.       — Вы уже говорили, что она погибла. Может, вы недооцениваете молодую волшебницу. Как-никак, она — ученица Крона. Его любовница. Боевая подруга. Не думаю, что ее так легко будет убить.       — Их связь окончилась Институтом.       — Нет. Они любовники почти всю ее жизнь.       — А как же ее капитан?       — Хороший, верный, добрый парень Дамиан? Крон, скорее всего, сам посоветовал ей завести постоянного друга. И, готов поспорить, Дамиан никогда не видел Крона в доме Лорилеи. Чародейке было нужно мужское плечо, а Крон был постоянно в отъездах. Это очень опасная пара, господин. «Один мозголом — это проблема. Два мозголома — это заговор».       — А что же эльф?       — Она легла в его постель по приказу. И останется там, пока не придет приказ «отставить».       — Хорошо. Делай, что считаешь нужным, но эльф должен перестать дышать в ближайшее время.       — Зачем? Чем он так вам мешает? Йорвет укрепляет свою власть в Северных Королевствах и, вполне возможно, полностью захватит Аэдирн. Соответственно и власть Нильфгаарда укрепится в тех краях. Что не так? Или вы опасаетесь чего-то другого? Более глобального? Чего?       — Это — не твое дело. Могу сказать только одно: если Йорвет останется на правлении у эльфов — Aen Seidhe захлебнутся в собственной крови.       «И так начнется гибель мира. Кто далеко — умрет от болезни, кто близко — падет от меча, кто останется, умрет с голоду, кто выживет, того погубит мороз… Ибо наступит век Меча и Топора, век Волчьей Пурги. Придет Час Белого Хлада и Белого Света. Час Безумия и Час Презрения, Tedd Deireadh. Час Конца. Ess'tuath esse! Да будет так! Внимайте знамениям! А каковы будут оные, глаголю вам: вначале изойдет земля кровью Aen Seidhe. Кровью Эльфов…» — процитировал человек отрывки из пророчества Итлины.       — Эмгыр верит, что кровь Aen Seidhe способна спасти наш гибнущий, согласно пророчеству, мир. Он планирует прожить долго и развивать Империю. А если в крови эльфов заключается спасение мира — невелика потеря.       — Вы считаете, что Император хочет объединить всех эльфов, чтобы принести их в жертву этому миру? Надеется этим спасти его? Солнце! — бледный мужчина пошатнулся и ухватился за стену. — Йорвет сам приведет весь свой народ на убой.       — Именно поэтому ему надо помешать. Пока эльфы разобщены, пока у них нет лидера — их не собрать вместе. И они будут живы. Этот мир погибнет без Aen Seidhe. Император ошибается: именно эльфы сдерживают катаклизм. Только благодаря их крови наш мир еще существует в Цепочке Миров.       — Я понял, — Ольве вытер глаза. — Я сделаю все, что смогу.       Маг поклонился и вышел из комнаты.       «Напишу-ка я Францеске, что ее власть уже не так крепка, как раньше. Сообщу, что император хочет посадить на трон этого одноглазого. Пусть она тоже поерзает. В конце концов, он ее крови. Энид сможет найти способ подойти к нему на длину руки. Напишу».       Через час письмо отправилось магической почтой.       Человек у камина посмотрел на огонь. Потянулся к трубке. Болезненно закашлялся, схватившись за грудь.       «Не сейчас, — подумал он. — Только не сейчас. У меня еще столько дел…»       Сердце стукнуло не в такт и замерло. Еще раз и еще…       «Только не сейчас…»