Поворот судьбы

      Человек уехал. Эльф еще раз поболтал фляжкой в воздухе. На самом деле пить ему совсем не хотелось. Хотелось забыться. Спирт с этой задачей не справлялся. На душе стало только хуже. Накатила тоска и какая-то безнадега.       Скоя’таэль повесил флягу на ближайший сук. Если бы он выпил еще, то начал бы философствовать о тленности бытия. Иорвет снова растянулся на ветке, закрыв глаз.       Ни один листок не шелохнулся, но Иорвет уже прекрасно знал, кто к нему подошел.       — Чего тебе? — эльф даже гла́за не открыл. — Волнуешься, как бы я не свалился отсюда и не свернул себе шею? Не дождешься.       — Нет. Я знаю, что ты не упадешь. Я… — Куница легко прошлась по ветке и приблизилась вплотную к лежащему эльфу. — Я просто хотела побыть с тобой.       — Я сейчас не лучший собеседник, — медленно ответил Иорвет. — Иди в лагерь.       Девушка не шелохнулась.       — Так тебе чего-то надо? — эльф открыл глаз и с трудом сел. В этот же момент он почувствовал, как тонкое девичье тело прильнуло к нему, оплетая его руками и ногами, словно гибкими ветвями.       — Иорвет… — холодные губы дриады уже скользили по обезображенной скуле. Эльф плавно отвел лицо в сторону, не давая Кунице поцеловать его.       — Прекрати, — одноглазый попытался отстранить девушку от себя, но та еще крепче прижалась к мужчине. — Чего это на тебя нашло?       Узкие теплые ладошки Куницы скользили по его шее, плечам, волосам. От нее веяло чем-то странным. Аромат ее тела наполнял грудь, путал и без того запутанные мысли, не давал сосредоточиться и настойчиво отстранить от себя девушку. Руки эльфа легли на талию дриады. Она задрожала всем телом и впилась зубами в основание его шеи. Боли Иорвет как таковой не почувствовал, но, даже сквозь алкогольный туман, осознал, что начинает возбуждаться.       «Это, чем бы оно ни было, надо срочно прекращать», — подумал одноглазый.       Куница настойчиво лезла эльфу под рубашку, пытаясь ее снять. Желание уже почти поволокло пьяное сознание Иорвета отдаться в ласковые и знакомые руки. Дриада все-таки добралась до губ скоя’таэля. Провела язычком по верхней губе, укусила. Не больно, ластясь. Эльф вдохнул аромат зеленоглазой девушки. Руки его соскользнули с талии целительницы, поднялись вверх и сомкнулись на ее горле.       — Куница, отвали, — зло прошипел Иорвет.       Глаза дриады вспыхнули. Она в одно плавное движение вскочила на ноги и отпрыгнула назад.       — Это из-за твоей dh’oine?! — зарычала зеленоглазая, по-звериному оскалившись. — Из-за нее?! Чего она такое с тобой делает, что ты трахаешь ее почти каждую ночь?!       — Это не твое дело, — зло ответил эльф. — Не смей лезть к Лорилее, или я придушу тебя лично. Собственными руками. Будь ты трижды отличной целительницей. Усекла?       — Не усекла! Она ест и спит! Посмотрим, сколько она протянет, когда я ей займусь!       — Не смей, тварь! — Иорвет вскочил на ноги, осознав, что трезвеет от гнева.       Куница, полностью оправдывая свое имя, метнулась по ветке и прыгнула на соседнее дерево. Зеленым росчерком пропала в кронах леса. Эльф даже не попытался ее преследовать.       «Надо. Идти. К Лорилее. С повинной».       Сбросив фляжку с остатками спирта на землю, Иорвет сел на ветку и посмотрел вниз. Прыгнуть отсюда можно было только находясь в трезвом уме. Для него пьяного было высоковато. Хотя хмель уже почти улетучился из головы, рисковать свернуть себе шею или сломать ногу эльфу не хотелось. Свесившись на руках, Иорвет спрыгнул на землю. Поднял брошенную фляжку и посмотрел в сторону лагеря. Надо было обязательно сказать чародейке, чтобы она опасалась скоя’таэльской целительницы.       О чувствах дриады эльф не догадывался, и это стало для него неприятным сюрпризом. Покачав головой, скоя’таэль зашагал к ближайшему ручью. Напившись и умывшись, он недолго думая опустил в воду голову целиком. Мысли прояснились, алкоголь выветрился окончательно. Но вместе с алкоголем пропало что-то еще. Что-то неуловимое. Что-то, чему Иорвет не мог дать название.       Ему стало нехорошо. В груди скручивался болезненный ком какого-то непонятного чувства. К горлу подкатила тошнота. Ком неуклонно лез наружу. Эльфа скрутило в сухом позыве. Еще и еще раз. Пока он не сплюнул на траву сгусток чего-то черного. Дико закружилась голова. Скоя’таэль не мог понять, что с ним происходит. Он просто не мог этого знать.       Иорвета рвало магией.

***

      Лорилея встрепенулась у себя в палатке. Она почувствовала, что с эльфом что-то происходит. Хотела уже вскочить и вылететь в сторону фонящего магией Иорвета, но боль остановила ее.       «Что происходит?! Даррен! Где ты?!»       Мысленный крик чародейки остался без ответа.       «ДАРРЕН!», — заорала волшебница, мыслью пробивая расстояние миль на двадцать. Ответа не было.       Лорилея похолодела. Даррен отвечал всегда. Он был всегда. Он должен был быть всегда. Почему же его нет?! На девушку накатила волна паники вперемешку с ужасом. Пытаясь успокоиться, она нащупала сознание находившегося неподалеку Дамиана. Оно и поведало ей все.       Боль отступила. Чародейка взвыла. С одной стороны был возлюбленный, ломающий магическую блокаду, с другой — единственный настоящий друг, брат, «отец», учитель, любовник. Единственный, кто знал ее, как себя и как себя понимал. Помогал. Утирал слезы.       — Дамиааан! — закричала она, с трудом выбравшись из палатки. Прислонившись к ближайшему дереву, она постаралась собраться. Дамиан подбежал к ней и попытался подхватить, но она отстранилась.       — Там, — она показала рукой, — лежит Йорвет. Ему плохо. И будет плохо. Но, как только ему полегчает — его надо остановить. Как угодно.       Девушка пошатнулась, но опять не приняла помощи капитана.       — Я — за Кроном.       — РЕХНУЛАСЬ?! — прокричал Дамиан вслед уже пропавшей Лорилее.