Ваш всем сердцем, Ш. Х.

13 апреля 1831, Пемсворт, Камберленд Дорогой друг, Простите мне, что я пишу так мало. Действительно, у меня здесь почти нет свободного времени; каюсь, частично в этом виновен я сам, но все же не полностью. Позвольте мне пояснить свои слова чуть ниже. Так или иначе, возможно, это письмо будет чуть длиннее обычной моей записки, которой я, пренебрегая всеми правилами приличий, отвечаю на ваши безупречно длинные письма. Вы спрашивали о младшей Фрейзер. Девица и вправду миловидна, но не более того; впрочем, в семействах, ветви которого, даже и близкие, не единожды срастались друг с другом, наименее уродливая девушка считается фамильной красавицей. Я слышал также, что ее мать происходит, кажется, из Франции или Германии. Стоит ли удивляться, что черты ее дочери лишены породы? Континентальная кровь, впрочем, подарила ей пару очаровательных темных глазок, столь нетипичных для наших соотечественниц. О, как мне вас жаль! Несчастный мистер Холмс, я знаю, как вы страдаете от бездействия и как вас раздражает чужая недалекость. (Должен заметить, что меня самого ваша концепция не вдохновляет, потому что ко «всем остальным», коих вы наделяете глупостью, отношусь также и я сам. Впрочем, вы имеете удивительный талант заставлять людей чувствовать себя именно так, как вы их описываете, то есть средоточиями мировой глупости). Но я верю, что вы обладаете достаточным мужеством и претерпите все муки со смирением, присущим всякому истинному христианину или истинному стоику. Более же всего вызывают мое сочувствие эти злоумышленные попытки связать вас узами брака; воистину, эти женщины – дикарки и варварки. Но не волнуйтесь, дорогой друг: рано или поздно все это закончится, к тому же подобная ситуация вполне естественна, ведь ни один достаточно обеспеченный молодой человек, особенно если он хорошо воспитан и происходит из достойного рода, не может избежать счастья быть женатым, и даже если вы убеждены в обратном, пыла заботливых мамаш это не остудит ни в коей мере. Право, их целеустремленность внушает невольное уважение. Я и сам подвергся здесь нескольким атакам, но тут гостят джентльмены куда более обеспеченные, чем я, так что внимание женского пола обращено более всего на них. Ради всего святого, не начинайте собственное расследование! Я знаю, чем это может кончиться: вы неудержимы, как Александр. Я признаюсь вам во всем, ничего не тая. Смотрите же: я нашел здесь, в Пемсворте, удивительную библиотеку! Невероятно богатое собрание книг об анатомии, о медицине, о… Обо всем, что только может заинтересовать такого любителя этой темы, как я. Я поглощаю эти книги, как оголодавший хищник – долгожданную добычу. Думаю, вам они тоже были бы небезынтересны – я знаю, вы увлекаетесь естественными науками. Возможно, я мог бы поделиться с вами своими записями, которые делаю, чтобы не забыть некоторые интересные сведения, однако я почти уверен, что не смогу сообщить вам ничего нового и прежде вам неведомого. Помимо прочего: через пять дней я возвращаюсь к себе в Дарксли и приглашаю вас поохотиться со мной. Мой старший егерь написал мне, сообщив, что отыскал нору выдры, а мой лучший фокс (если помните, белая сука с черным чепраком) изнывает от безделья. В ожидании вашего ответа, Джон Х. Уотсон.