АМК

— Хорн, ну вот опять ты за свое, — простонала Твила, идя вслед за темным жеребцом, — которую сотню лет живем, а ты все со своими подозрениями расстаться не можешь. — Помнишь вечеринку несколько сотен лет назад? — спросил жеребец, постучав копытом по дверям стоявшей неподвижно будке лифта. — Какую из них? — спросила фестралка, принявшись ковыряться в распределительном щитке. — Ту, когда явилась другая Твайлайт. — И что? — пробурчала клыкастая, доставая из седельной сумки кристалл дроксонита. — Я ведь тогда никому не сказал о том, что мне поведал Ворд. — Опять ты о нем, — гневно произнесла остроухая, вставляя кристалл. Из щитка сыпануло искрами, и лампочка на потолке кабины лифта, сверкнув на прощание последний раз, разлетелась в куски. — Два накопытника пара. — Все мы в чем-то одинаковы, — сказал Вайт, заходя внутрь и приглашая единорожку. — Я Ворда поймал за яблоками, тебе Катерайз свалилась на голову. Лайт… эээ…точно! Он ученый, гениальный математик. Почти точно рассчитал время появления искомого. — Хотя бы для начала сказал, что мы ищем, — посетовала серошкурая, нажимая кнопку. Техника, отсыревшая с годами, поддалась не сразу и, скрипя и пыхтя всеми запчастями, повезла пару вниз. — Есть у меня подозрение что не что-то, а кого-то. — Катерайз, — бубня под нос и приложив копыто к виску, позвала дракона Твила. — Бесполезно, — заявил темный пони. — Драконы нас под землей не услышат. Почва не дает. — Все равно ты псих. — И это говорит та, которая знает, что я еще ни разу не ошибся в таких делах. — Ладно, ладно, проехали, — сказала клыкастая, осматривая в полутьме заброшенный бункер. Кого и где будем ловить? — Нигде не будем, — констатировал факт жеребец. — Что бы или кто бы это ни был, оно само собой произойдет и к нам явится. Сидим и ждем. — Как скажешь, командир, — паясничая, отсалютовала кобылка, принявшись расставлять по углам бункера датчики движения, похожие на драконьи глаза на палке. Закончив операцию, она покрутила настройки, задав системе данные свой-чужой, и, показав экран накопытника Вайту, указала на две зеленые точки. — Это мы, — пояснила она. По экрану накопытника пробегали волны. — Кто бы или что бы тут не пошевелилось, мы увидим. Темный единорог поглядел на накопытные часы: минутная стрелка приближалась к одиннадцати часам дня. — Здорово живешь, — вставила свою подколку кобылка. — На дворе уже какой век, а он все ходит с механическими. — Старое не значит плохое, — возразил жеребец. Прервал разговор писк терминала остроухой. Твила, поглядев на экран, указала почти в центр бункера, где пыль, лежавшая годами в неподвижности, закручивалась в небольшой вихрь. Мини-торнадо, искажаясь на глазах, приобретал постепенно форму овала, потом вдруг резко сжался в точку и исторгнул из себя серую кобылку. — Ты ведь так и не задумалась за все эти годы, почему тот железный дракон, которого мы привезли из будущего, все еще с нами. — Вайт смотрел на Твилу. Фестралка потянулась к шокеру, скаля клыки. Темный жеребец слегка засветил рог, зажигая небольшой шарик света размером почти с искру, и подошел к сидящей пони. Та сперва испуганно шарахнулась от него, но уже через секунду, узнав голос, а потом и его владельца, расплакалась вдрызг. — Помнишь ее? Твила, выключив шокер, подошла ближе. — Сульфи? Заплаканная фестралка молча кивнула в ответ. Конец.