Заблудшие сердца

            Полгода спустя             Медленными и острожными шажками чуть слышно ступая по длинной бархатно-розовой дорожке, изящно проложенной между двумя рядами винтажных скамеек пурпурно-алого цвета, я мечтала лишь о том, чтобы этот день поскорее уже подошел к концу.             Я знаю, что обещала Вилл держаться и не вешать носа, но сейчас, чувствуя на себе взгляды нескольких десятков гостей, пришедших на свадьбу моей лучшей подруги, вдруг осознала, что с каждой проходящей мимо секундой медленно, но верно умираю. Умираю без него.             А он уже целых шесть месяцев живет здесь…в Хиттерфилде…совсем рядом…с ней.             - Все в порядке, Корнелия? – взволнованно прошептал Мэтт одними губами, когда я подошла к священнику, стоявшему в самом центре небольшого возвышения, сконструированного специально для торжественных празднеств в одной из самых красивых и древнейшей церквей Хиттерфилда и встала рядом со своими подругами, заговорщески перешептывавшимися и тихонько хихикавшими на специально отведенных для подружек невесты местах.             - В полном! – утвердительно кивнув головой, одними губами ответила я и слегка улыбнувшись, подмигнула юноше левым глазом. – Ты молодец!             Тот в свою очередь широко улыбнулся и, подмигнув мне в ответ, перевел восхищенный взгляд на свою невесту, медленно вошедшую в церемониальный зал, выдержанный в красно-золотых тонах далекой викторианской эпохи, славившейся на весь мир своим знаменитым изобилием резных узоров и обтекаемостью благородных форм.             На сияющей от счастья девушке было надето пышное платье ослепительно белоснежного цвета, с красными полосами блестяще бархатной ткани по бокам. Открытый лиф свадебного платья приятно сочетался с искрящимся кружевом ручной работы, словно вторая кожа облегавшем ее худые руки и утонченные плечи, слегка подрагивавшие от трепетного волнения внутри ребер, приятно тяготившего ее и без того неистово бившееся от умопомрачительного восторга сердце.             Под звуки тут же заигравшего свадебного марша, она осторожными и еле слышными шагами пошла по направлению к алтарю.             Затаив дыхание, я с нескрываемой радостью за подругу и в то же время с нестерпимо сильной щемящей болью в сердце, наблюдала, как та подходит к Мэтту и широко улыбается ему.             Клятвы в вечной любви. Как же это красиво.             Вилл с Мэттом были такими красивыми и счастливыми, когда их произносили, что я даже не заметила, как предательские слезы мелкой россыпью покатились по щекам. Неожиданно осознав жуткую неуместность этих слез, я быстро смахнула соленую влагу со щек тыльной стороной ладони.             - Ты в порядке, Корни?! – обеспокоенно прошептала Ирма, стоявшая рядом и державшая в руках красную бархатную коробочку с обручальными кольцами.             - В порядке, - сказала я скорее самой себе, нежели чем ответила на вопрос заботливой подруги. – Не проворонь свой выход, Ирма! – ободряюще улыбнувшись девушке одними уголками губ, добавила я.             - Еще чего! – театрально фыркнув, ответила она и, приподняв голову кверху, деловито добавила: - Не каждого удостаивают чести нести кольца влюбленных!             - То же, мне, принцесса Диана! – недовольно пробурчала Тарани, легонько толкнув подругу локтем в бок. – Это жребий тебя выбрал, а не Вилл!             - Вот уж дудки! – возмутившись, ответила Стражница Воды и, бросив испепеляющий взгляд в сторону Тарани, процедила сквозь зубы: - Сам Бог велел мне нести эти кольца!             - Иди уже, посланник Господа! – нарочито громче, чем это было нужно вмешалась Хай Лин и толкнув Ирму к алтарю, виновато пожала плечами, заметив на себе наши осуждающие взгляды. – Я не специально! Честно! – добавила она, вскидывая руки в сдающемся жесте.             - Эй, детишки, может, уже дадите маме и папе наконец-таки пожениться?! – укоризненно бросила Вилл в нашу сторону и, приняв из рук Ирмы бархатную коробочку, показала нам кулак, так, чтобы никто другой его не видел.             - Прости! – ответила за всех Ирма, и вновь вернувшись в наши ряды, прошептала: - Ненавижу вас всех!             - Мы тебя тоже любим! – как ни в чем не бывало, ответила Тарани, состроив гримасу абсолютно сосредоточенного лица, от вида которого мы хором прыснули от смеха.             - Готов ли ты Мэтт Олсен, взять в жены Вильгельмину Вандом? – не обращая на нас никакого внимания, продолжил священник.             - Да, согласен! – твердо произнес Мэтт, с непередаваемой любовью и безграничной нежностью смотря в глаза своей будущей жены.             - А ты, Вильгельмина Вандом, готова ли взять в мужья Мэтта Олсена?             - Да и еще сотню тысяч раз да! – весело рассмеявшись, ответила Вилл и, крепко сжав руку юноши, прошептала одними губами: - Я люблю тебя!             - Я тоже тебя люблю! – так же беззвучно ответил юноша и, широко улыбнувшись девушке, заправил ей за ухо выбившуюся из «классической» укладки непослушную прядь красно-рыжих волос.             - Объявляю вас мужем и женой! – произнес священник и, улыбнувшись Мэтту своей самой очаровательной улыбкой добавил: - Можете поцеловать невесту!             - С превеликим удовольствием! – ласково прошептал юноша и сделав резкий шаг к своей возлюбленной, нежно ее поцеловал.             - Ура!!! – хором закричали мы и громко захлопали в ладоши, искренне радуясь долгожданному счастью своей подруги.             - Они это заслужили! – произнесла я, широко улыбнувшись сквозь навернувшиеся на глаза слезы радости и тяжело сглотнув. - После всего, что им пришлось пережить - они это заслужили.             - Я больше не могу! – тяжело выдохнув, произнесла Ирма, присаживаясь за столик для подружек невесты, за которым я сидела в гордом одиночестве и умиротворенно попивала шампанское «Bosca». – Такими темпами, я его точно полюблю! – добавила она, перехватив у меня из рук бокал с шампанским и залпом, выпив почти половину.             - Значит, Мартин оказался не так уж и плох?!– с нескрываемым любопытством спросила я, каждой клеточкой уставшего тела ощущая как алкоголь медленно, но верно начинает давать о себе знать, а голова становится все невесомее и светлее с каждой минутой.             - Я бы даже сказала, он оказался очень хорош! Причем, во всех смыслах! – вальяжно усмехнувшись, ответила Ирма, игриво подмигнув мне правым глазом.             - Фу, Ирма! Да ты, оказывается, пошлячка! – театрально поморщившись, весело растянула я и, выхватив из ее рук свой же бокал, допила оставшуюся четверть прозрачной жидкости.             - Кто бы говорил, Мисс «занимаю душевую кабину на целый день»! – весело рассмеявшись, ответила она, но тут же осекшись, виновато добавила: - Корнелия, прости, я не хотела!             - Ничего, Ирма! – еле слышно произнесла я, проглотив неприятный ком, подкативший к горлу и тут же перекрывший кислород. – Все это в прошлом.             - Кому из нас двоих ты сейчас врешь? – неожиданно произнесла девушка, резко став серьезной и сочувствующим взглядом посмотрев на меня. – Тебя же весь вечер приглашают танцевать, Корнелия! Почему ты не принимаешь ни чье приглашение?!             - Потому что я не выдержу второго раза, – честно ответила я, тяжело сглотнув и еле заметно поморщившись от яркой вспышки нестерпимой боли под ребрами, встала из-за стола, чтобы уйти.             - Корнелия, не уходи! – с мольбой в голосе произнесла быстро подошедшая к столику Хай Лин, державшая под руку своего коллегу с работы, с которым три месяца назад у нее начались отношения. – Эрик хотел познакомить тебя со своим другом и…             - Никаких знакомств, Хай Лин! Ты же знаешь! – раздраженно произнесла я, с укором посмотрев на заметно подвыпившую подругу.             - Ну, хоть попробуй с ним увидеться, Корнелия! – сложив руки в умоляющем жесте, попросила подруга. – Он хороший парень! Вот увидишь!             - Прости, Хай Лин, но с меня хватит хороших парней, - устало выдохнула я и, грациозно обойдя раздосадованную парочку, направилась к выходу из церемониального зала.