Контраст

Стив стоял в оцепенении, глядя на гигантскую рептилию, полностью вползшую в пещеру. Одна только голова была размеров с хорошую лошадь, а про тело даже говорить ничего — оно было настолько необъятным, что стены пещеры сотрясались, когда дракон выпускал струи дыма из носа. Не смотря на всю опасность ситуации, одиночка насмешливо произнёс, обращаясь к Эмилии: — А в твоей Англии есть драконы? Эми не успела ответить: рептилия, среагировав на звук, взмахнула хвостом, обрушив еще одну стену и повернула свою морду к ним, оскалившись. Последнее, что Стив запомнил, прежде чем большая глыба спикировала прямо ему на голову — крик Эмилии и рев дракона.

***

Очнувшись на рассвете и удивишись, что он жив, Стив попытался подняться. Все тело ныло тупой болью, а в голове, по ощущениям, скелеты танцевали польку. А еще Эмили с её удивительной способностью исчезать, как обычно, нигде не было. Впрочем, это одиночка обнаружил на полпути домой, вспомнив о её существовании, только когда увидел в подсыхающей луже, — дождь кончился и теперь нещадно палило солнце, — кинжал с рукояткой, украшенной стеклышками. Но на этот раз жгучего желания сворачивать горы ради надоедливой девушки не было: его всецело замещало хотение выспаться и наорать на кого-нибудь. Если с первым были проблемы - Стив не привык спать днем, то со вторым дела обстояли лучше — он давно не наведывался в окрестную деревеньку, которую её жители гордо называли городом. Одиночка в трех рядах покосившихся домиков видел исключительно хуторок, но с "города" можно было драть двойные сборы и Стив почти всегда молчал, лишь посмеиваясь с горожан. Захватив из дома, до которого он добрел за рекордно короткое время, мешок побольше, Стив оседлал лошадь, — благо, погода позволяла проехаться, не утонув по пузо в грязи, и двинулся на запад. За милю от деревни его уже ждали старосты, молитвенно сложившие руки, как только он подъехал. Поздоровавшись и упав ниц, один из мужей едва не заплакал: — Прошу простить за нашу наглость, но вы обещали нам защиту в обмен на дань! Мы исправно выполняем заключенный с вами договор, платим долги, но вы..! Простите и не гневайтесь, сударь, молю вас, но мы с прискорбием хотим сообщить, что ничего платить вам не будем. Вы не выполняете свою часть обещания: на Щербатом зубе поселился дракон, что грабит наши земли. Стив, переварив блеяние старосты с большим трудом, — кажется, головой он ударился слишком сильно, - пожал плечами. Спешившись и взяв коня под узды, сказал: — И что же вы хотите от меня? Старосты удивленно посмотрели друг на друга, потому что им казалось, что они говорили о чем-то более, чем очевидном. — Убейте дракона, сэр! Стив, до которого наконец-то дошло, что от него хотят и кого ему надо будет убивать, поежился. Догадка, что этот дракон — его вчерашний знакомый, казалась весьма правдивой. Но Стив, все еще не полностью забывший прошлое, усмехнулся: — Зачем убивать? Между прочим, драконы очень редки, и их популяцию нужно бережно охранять. Я могу уговорить его улететь, но за это с вас уже тройной оброк. Старосты попросили минуты, отошли в сторону и шептались настолько оживленно размахивая руками, что Стиву казалось, что вскоре ему придется разнимать их. Но, похоже, придя к единому решению, они радостно улыбнулись и поведали его одиночке: — Мы согласны. Что вам нужно для того, чтобы избавить нас от дракона, сэр? Стив пожал плечами и уже хотел сказать, что абсолютно ничего, как живот протестующе напомнил, что в нем не было и маковой росинки со вчерашнего дня. — Плотный завтрак и две веревки. Старосты кивнули.

***

Когда Стива накормили, дали все необходимое и показали, в какой именно расщелине живет ужасающий дракон, он грустно вздохнул и побрел в сторону Щербатого зуба, оставив лошадь на попечение селян — склон был настолько крутой что от коня был бы один вред, а не польза. Проклиная жителей города, Стив карабкался вверх, стараясь не думать о том, что видит: в глаза так и бросались человеческие черепа, раскиданные по всей горе. Почему-то в каждом ему виделась Эми, но одиночка тот час прогонял эти мысли. Под такое совершенно не радостное сопровождение в голове, Стив добрался до расщелины, раза два едва не свалившись в бездну. Пещера была черной от копоти, а пол её — белый от костей. Поежившись, Стив шагнул под каменные своды, держа факел в руке. Он долго шагал по извилистым туннелям, которые то сужались так, что одиночке приходилось ползти по ним, а иногда (реже, чем хотелось) они становились настолько большими, что в них, при желании, с комфортом могло разместится сотня человек. Но вскоре, когда Стив был уже уверен, что он заблудился, лабиринт кончился и он услышал голоса, доносившееся из самого логова дракона. Об этом сообщал запах гари и клубы дыма, застилающие высокий потолок. — Моя прекрасная леди, не думаю, что вам стоит огорчаться из-за столь недостойного, — так громко, что затряслись стены пещеры, произнес драконы. Ответа долго не следовало, но как только собеседник рептилии соизволил хоть что-то сказать, Стиву захотелось убивать и смеяться от облегчения одновременно. — Как же он меня бесит! Эдмунд, милый, тебя когда-нибудь раздражал кто-то так сильно, что хотелось врезать этому человеку в нос? — срываясь на крик, произнесла Эмилия. — В таких случаях я съедал раздражителя, — буднично ответил дракон. — Я могу и вас съесть, прекрасная леди Эмилия, чтобы освободить вашу хрустальную душу от терзаний. На этой фразе Стив всё-таки не удержался и, выхватив меч из ножен, ворвался в пещеру. Увиденное поразило его: на груде золота лежал дракон черного окраса, на его голове, облокотившись о рог, восседала Эми. Похоже, присутствия одиночки никто не заметил, и рептилия с Эмилией продолжали болтать. — Нет, Эдмунд, думается мне, я могу еще пострадать. Тем более, я так хорошо беседовала с мужчиной только один раз. Да и то не считается, потому что с той золотой рыбкой из магазина у нас был сугубо мой монолог. Так что пока я не наговорюсь на год вперед и не замучаю тебя разговорами, даже не думай меня есть. Дракон вместо ответа открыл глаза и окинул пещеру ленивым взглядом. Впрочем, не смотря на всю ленивость, рептилия заметила Стива, прячущегося за каменным выступом в стене. Зрачок сузился, а из ноздрей повалил дым вперемешку с искрами. — Эмилия, свет моих очей, у нас незваные гости. Эми, пребывая явно не в лучшем настроении, пожала плечами. — Ну так съешь его, Эдмунд, — махнула она рукой. Дракон, вытянув шею и приблизившись к Стиву настолько близко, что одиночка различал каждую чешуйку на его носе, опешил. – Моя леди, я бы с радостью, но есть одно но: это тот рыцарь, что сопровождал вас, — произнесла рептилия, тряхнув головой достаточно сильно, чтобы Эмили, которая ни за что не держалась, съехала по его морде, как по горке и очутилась около ног Стива. Она встала, отряхнулась и презрительно посмотрела на одиночку. — Тогда, Эдмунд, тебе ни в коем случае не стоит его есть. Если ты отравишься, мою скорбь никто не сможет унять. — Стив облегченно вздохнул, когда Эми произнесла это, но она продолжила: –Возможно, ну, не знаю, испепели его. Дракон удивленно покосился на Эми. — Леди, не пристало быть такими жестокими к тому, кто спасает их из лап злого дракона. Обычно леди вешаются на шею храбрым рыцарям, — пробурчал дракон. Эмилия фыркнула. — Ты же сам сказал, что я особенная леди. А вот он - не рыцарь. Отсутствие главных условий не дает свершится нашим обнимашкам, прости, Эдмунд. Стив наконец-то решил подать голос, устав от происходящего балагана. — Я считаю до трёх, Эмилия Смит, и ты становишься за мою спину. А вы, Эдмунд, улетаете отсюда. И хочу предупредить, что уже два с половиной. Эми, окинула его таким взглядом, что, умей она убивать глазами, Стив бы давно уже лежал кучкой пепла, но, к удивлению одиночки, стала ему за спину. — Теперь ваша очередь, Эдмунд. Дракон покачал головой. — Пока вы не помиритесь с прекрасной леди, я буду держать вас в пещере. Возможно, даже всю вечность. Но, как только я увижу, что ваши души нашли общий язык, я оставлю вас вдвоем, помахав на прощание белым флагом, — выудив откуда-то из горы тряпья платье, когда-то бывшие свадебным, улыбнулся дракон во всей свои клыки. К сожалению Стива, все драконы были слишком правильными: женщины, включая шлюх, были у них исключительно леди и принцессами, а мужчины, до самого последнего пьяницы — рыцарями. Еще со времен Средних веков у этих рептилий осталась своеобразная привычка сватать людей методом хищения прекрасного пола. Времена изменились, но драконы остались прежними. — Я не собираюсь с ним мириться. И вообще, хочу домой, — топнув ногой, отвернулась к стене Эми. — Леди, — язвительно выделил это слово Стив, — мириться не хочет, Эдмунд. Дракон положил голову на лапу и выпустил из носа тучу дыма, окутавшего одиночку. — Тогда уговори её, рыцарь, — насмешливо протянула ящерица с крыльями. Стиву захотелось биться головой об стену. Эми опустилась на кучу золотых монет и скрестила руки на груди. — Уговори меня, рыцарь. Стив всё-таки не сдержал руку на пути ко лбу.