Контраст

— И чего же ты хочешь, прекрасная леди? — не удержался от сарказма, глядя на Эми, всю измазанную в саже, Стив. Эмили хмыкнула и демонстративно отвернулась. Стив, вздохнув и молитвенно посмотрев на непреклонного дракона, сел рядом с девушкой. Эдмунд кивнул, одобрив его действия. Рептилию явно радовала своя роль эдакой свахи, и одиночке, глядя на оскал дракона, хотелось наконец-то воспользоваться мечом. Но Эдмунд, заметив, как он посматривает на оружие, максимально вежливо для гигантской ящерицы с крыльями попросил отложить его в сторону. Стив вздохнул еще раз, но повиновался. — Эми, милая, давай мирится, — неловко произнес одиночка, краснея, как юноша на первом свидании. Девушка соизволила посмотреть на него и Стив даже разрешил существовать надежде, что Эмилия сейчас скажет "да" и повесится ему на шею, как и хотелось Эдмунду. Но раздражительная леди с особой жестокостью убила её, произнеся лишь одно слово. — Нет. Стив не привык сдаваться так скоро. — Ну не хочешь мириться, не надо. Идем домой, там помиримся, — подвинулся ближе к девушке одиночка. — Не, ну с удовольствием, но я тут не живу. Я вообще, судя по всему, нигде не живу, — злобно произнесла Эмилия. — Эдмунд, я уже говорила, что не хочу мириться и если ты не испепелишь этого благородного рыцаря сию же минуту, я разочаруюсь в тебе, как в мужчине и драконе. Эдмунд обиженно выпустил из носа струю пара, но проигнорировал просьбу Эмилии. Они стали препираться настолько интеллигентно, что скоро Стив потерял суть спора дракона и девушки. Но пока ссора длилась, одиночка старался придумать фразу, которая растопит сердце противнейший из леди, которых когда либо носила земля. Ничего такого в голову не приходило и Стив решил придумывать план на ходу. — Хватит обсуждать способы моей поджарки, — окончил спор, который явно перерос бы в драку между "светом очей" дракона и самой рептилией. — Эмилия Смит, я имел ввиду моей дом. Девушка залилась смехом и, откинувшись на гору драгоценностей, она едва проговорила: — Из...враще...нец! Дракон, который был более пошлым, чем хотелось, тоже увидел злой умысел в безобидных словах Стива, вмешался в разговор: — Простите, что мешаю вашему примирению, но я обязан вставить ремарку: рыцарю не пристало приглашать леди в спальню до свадьбы, — с видом профессора Эдмунд поднес коготь, размером с небольшую башню, к носу. Стив никогда не славился терпением. И этот случай был не исключением: вскочив с горы золота и едва удержавшись на ногах, одиночка прокричал: — А ты не вмешивайся, ирод крылатый! Эмилия, едва услыхав это, вскочила на ноги, но не удержалась на нижних конечностях, кубарем скатившимь с горы, сбив Стива. Как только они оказались у подножия, девушка, потирая ушибленную голову, ткнула локтем Стива в солнечное сплетение. — Во-первых, слезь с меня. Во-вторых, не смей обзывать Эдмунда! В голову Стива пришла хорошая идея. Правда, заключалась она не в том, чтобы слезть с девушки. С этим помог Эдмунд, краснея, как благочестивая девчонка, в присутствие которой произнесли слово на букву "с". Он схватил одиночку за шиворот и поставил на ноги. — Не хочешь, чтобы я обзывал эту корову с крылышками, Эми? Тогда пошли отсюда, — хмыкнул Стив. Поднявшаяся на ноги Эмилия протестующие закачала головой. — Не пойду, "рыцарь". Я не сдвинусь с этого места! Стив пожал плечами и двумя прыжками приблизился к своему мечу, лежащему в стороне. Сталь торжествующе запела, как только он схватил её. — Тогда я убью дракона. Эми поперхнулась ругательствами, обращенными к Стиву. — Что? Что ты сказал?! — закричала девушка, но с места не сдвинулась. Решив, что эта идея и не такая удачная, если учесть, что Эдмунд клацал зубами слишком близко от него, одиночка сдал назад, откинув оружие в сторону. Дракон придавил оружие лапой. Приблизившись снова к Эмилии, которая в очередной раз отвернулась, Стив развел руками. — Ты права, я не буду его убивать. Эдмунд слишком хорош, чтобы проливать его благородную кровь ради тебя. Я придумал кое-что получше, — усмехнулся одиночка, заставив своей фразой дракона горделиво выпятить грудь вперед. — Если Эми не хочет идти отсюда, то есть только один выход. — Я буду жить с Эдмундом, а тебя мы сбросим со скалы? — подала голос Эми. В нем слышалось возмутительно много надежды. Стив отрицательно покачал головой и схватил Эмилию за ноги, а затем закинул её в одно движение на плече. Девушка дико завизжала, и принялась бить его кулаками по спине, хотя не пытаясь вырваться - явно боялась упасть. — Отпусти меня! Эдмунд, скажи ему! Дракон лишь развел лапищами. — Вижу, что вы, Стив, весьма радикально настроенный рыцарь. Но мне нравится, за века моего существования, никто еще так не делал. Люблю новизну. Эмили закричала, но перестала пробовать спину Стива на крепость: — Эдмунд, ты предатель! — Леди разочарована в вас, — усмехнулся одиночка. — А еще кто-то обещал улететь, если ему понравится, как я обращаюсь с прекрасной дамой. Эдмунд кивнул и улыбнулся во все свои сто тридцать четыре зуба: — Да-да, только, дайте я проведу вас до выхода, чтобы вы не потерялись. И да, у меня еще одна просьба — назовете первенца в мою честь? Эмилия мученически застонала, но кивнула. А не то еще заставит строгать ребенка прямо тут - чтоб наверняка. А если будет девочка, так вообще...

***

Эдмунд улетел на глазах крестьян, столпившихся у подножия горы, явно считая Стива уже мертвым. Забрав с деревни тройной оброк (хотя стоило взять четверной за моральный ущерб) и лошадь, за которую селяне уже успели передраться, Стив поскакал домой. Эмилия, крепко вцепившаяся в него и все еще очень на что-то обиженная, сидела сзади. Деревенские жители сначала приняли её за черта и хотели сжечь, настолько она была перепачкана в саже. — Я тебя ненавижу, — изредка бурчала она ему на ухо. Но как только они доехали до дома и Эми узнала о существовании у Стива душа, девушка стала самой благодарностью. Видимо, смыть грязь хотелось сильнее, чем убить одиночку. Рассыпаясь в комплиментах о его смелости, смекалке и храбрости, Эми косилась на каждую дверь, которую они проходили, добираясь до спальни. — Я ведь такая жирная и тяжелая, а ты пронес все коридоры меня на руках! Вот ты молодец, верно? Как настоящий рыцарь! — Дверь в ванную по коридору и налево, — наконец-то сжалился Стив, когда признания в том, что он самый-самый мужчина в её и этом мире пошли по-третьему кругу. Эми даже не поблагодарила, со скоростью ракеты рванув в душ. Пока из ванной доносилось пение, Стив кое-как приготовил ужин, который плавно перетек бы в завтрак (для Эми, потому что свою часть он давно съел), если Эмилия проведет в душе еще хотя бы десять минут. Но вскоре шум воды смолк. — Стив! Стив, черт тебя подери! Тут нет полотенца, — произнесла девушка, стараясь докричаться до него. — И мне нечего надеть! Вся моя одежда мокрая. Прошипев "Женщины...", Стив побрел в кладовую. В его доме отродясь не было женщин, поэтому если с полотенцами все было нормально, то с одеждой дела обстояли хуже. Если откровенно, то вообще никак. Но выудив из самого древнего и практически не открываемого сундука длинную рубашку, непонятно как у него вообще оказавшуюся, одиночка положил полотенце и то, что могло сойти под одежду, около двери, постучав в неё. Как только он удалился на достаточное количество шагов, дверь с характерным скрипом открылась и в проём высунулась мокрая голова Эми. Оглядевшись по сторонам, девушка удовлетворенно кивнула и забрала вещи. Еще через пятнадцать минут, когда Стив надумывал прикончить ужин Эмили, девушка всё-таки вышла из ванной. Чистой, она, если рассматривать под определенным углом, даже казалась одиночке немного красивой. Не заметив его взгляда, Эми села за стол, пододвинула тарелку, не спросив разрешения. — Я просто умираю с голода! У Эдмунда были только крысы, я не стала их есть. Думаю, понятно почему, — бросила она взгляд исподлобья. — Конечно понятно, никто бы не стал есть себе подобных, — съязвил Стив. Отложив вилку в сторону, Эми, явно обидевшись, пробурчала: — Жаль, что Эдмунд тебя не съел. — О, а как мне жаль, что он не съел тебя! — развел руками одиночка. Эми наклонила голову и обреченно вздохнула: — Идиот.